Глава 7. Тайное место

После отъезда Вальера Грей-Рок будто сделал глубокий вдох. Свадьбу назначили через несколько месяцев, и в это время Майя старалась увлечь себя своими обычными делами. Арт, чья воля к жизни поражала даже старого лекаря, быстро шел на поправку. Надежда, вспыхнувшая в нём в те ночи в лазарете, теперь вела его за собой, заставляя забыть о боли в заживающем боку.

Лес полнился звуками: хрустом веток под сапогами гвардейцев, перекличкой ребят и звоном снаряжения. Возвращение в замок после удачного патруля всегда было бодрым, но сегодня воздух казался особенным — густым и золотистым. Когда деревья начали редеть, а солнце клониться к закату, небо внезапно взорвалось розовым и перламутровым, словно кто-то разлил над горами чашу с драгоценным вином.

Майя замерла на тропе, и её сосредоточенное лицо, буквально расцвело. — Посмотрите... — выдохнула она, и в её голосе зазвучало что-то по-детски восторженное. — Я никогда не привыкну к такой красоте. Это небо...

Арт, шедший неподалеку, услышал ее. Он видел, как в её глазах отражаются розовые облака, как разгладилась морщинка между бровей. И в этот момент у него появилась идея.

— Это только кусочек неба, — сказал он, делая шаг к ней. — Хочешь увидеть его целиком? – В его глазах заиграл озорной огонек.

Все еще улыбаясь, она обернулась, но не успела ничего ответить — Арт уверенно и весело перехватил её запястье. Его ладонь была горячей, будто зябкий вечер на него не имел никакого влияния. — Эй, вы! — крикнул он ребятам, которые уже ушли вперед. — Доложите магистру, что мы проверим старый наблюдательный пост и вернемся через час!

И, не давая ей опомниться, он потянул её за собой вверх по склону, прочь от протоптанной дороги. Они бежали через густой кустарник и перепрыгивали через поваленные стволы. Майя смеялась — непривычно, звонко, задыхаясь от бега и внезапного прилива адреналина. Волосы из растрепавшейся косы лезли в лицо.

— Куда мы бежим, Арт? — Подожди сама все увидишь!

Через несколько минут они вылетели на открытое плато, венчавшее высокую скалу.

Мир под ними распахнулся. Это был не просто вид — это была бесконечность. Внизу, в сиреневой дымке, раскинулись долины, похожие на бархатные складки. Грей-Рок отсюда казался игрушечным, а далеко на горизонте зажигались первые огни других городов, мерцая, как упавшие звезды. Розовый свет неба заливал всё пространство, стирая границы между землей и воздухом. Скала буквально висела над бездной, и казалось, что если сделать шаг, можно поплыть по этому розовому морю.

— Боги... — Майя подошла к самому краю, и ветер тут же подхватил её волосы. Её глаза светились неподдельным, чистым счастьем. — Я и не знала, что Грей-Рок такой маленький. И такой красивый.

Она обернулась к нему, и её лицо светилось благодарностью. В этот миг она не была леди, она была живым огнем. Арт стоял чуть позади, чувствуя, как её радость согревает его сильнее, чем недавняя лихорадка.

— Отойди от края, прошу, — взволнованно он потянул ее за руку от края обрыва. Когда она оказалась на безопасном расстоянии, он выдохнул и посмотрел вдаль. — Я нашел это место, когда пришел сюда новобранцем, — сказал он, устраиваясь на камне. — Приходил сюда, когда казалось, что мир слишком тесен. Здесь понимаешь, что у нас всегда есть выбор. Куда смотреть и о чем помнить.

Майя посмотрела на него — долго, внимательно, с какой-то новой, тихой нежностью. — Спасибо, что привел меня сюда, — тихо произнесла она. — Что не дал просто пройти мимо. Я думаю... в тебе гораздо больше света, чем ты пытаешься показать другим.

— Мы оба лучше, чем пытаемся казаться, — усмехнулся он, и в его голосе прозвучала мягкая, дружеская теплота.

Они стояли на вершине мира, окруженные розовым сиянием, и на мгновение стали просто двумя людьми, нашедшими друг друга в огромном, холодном мире. Майя была для него загадкой, окутанной этим закатным светом, но в эту минуту ему было достаточно просто того, что она улыбается — по-настоящему, только для него. Он смотрел как светится ее кожа в лучах предзакатного солнца и думал о том, что никогда и никого не привел бы в свое тайное место. Но вот они здесь, и в груди разливается мягкое уютное тепло, как бальзам окутывающее все раны. Что с ним делает эта женщина? Эта "маленькая Майя", которую он, казалось бы, знал так долго. Сейчас она переворачивает его жизнь с ног на голову, и он совсем себя не узнает. Но что бы не происходило с ним, сейчас мир сошелся на ее улыбке, и это казалось самым ценным сокровищем и высшей наградой последних недель.

Арт заметил, как Майя привалилась к дереву, и тут же, не говоря ни слова, скинул свой тяжелый походный плащ. Он расстелил его прямо на плоском, еще хранившем дневное тепло камне, приглашая её сесть. Из небольшой сумки на поясе он достал сверток с простым дорожным хлебом, разломил его пополам и протянул ей.

— Не изысканный ужин, — усмехнулся он, — но здесь всё на вкус лучше, поверь.

Они сели рядом, плечом к плечу, глядя, как розовое небо медленно густеет, превращаясь в глубокий пурпур. Внизу зажигались первые огни Грей-Рока, но здесь, на высоте, время словно замедлилось. Майя с аппетитом откусила хлеб, жмурясь от удовольствия, и в этот момент резкий порыв ветра, налетевший из ущелья, подхватил её распустившиеся волосы. Каштановые пряди захлестнули лицо Арта, закрывая обзор и щекоча кожу.

Майя охнула и тут же потянулась убрать непослушные растрепавшиеся волосы.

— Ой, извини! — она вдруг застенчиво улыбнулась, и на её щеках проступил румянец, который в свете заката казался почти пунцовым. Она быстро отстранилась, смущенная этой внезапной близостью. — Ветер здесь совсем не знает манер, а я не подумала о прическе.

Арт посмотрел на её растерянное лицо, на то, как она судорожно пытается пригладить растрепавшиеся волосы, не выдержал и издал короткий смешок. Майя удивленно вскинула брови, глядя на него, и этот её искренне ошарашенный вид стал последней каплей. Арт откинул голову назад и по-настоящему, во весь голос захохотал.

Видя его таким — безрассудным и веселым, — Майя тоже не выдержала. Она прикрыла рот ладонью, но смех уже прорывался наружу. Через секунду они уже оба буквально задыхались от хохота, согнувшись пополам на расстеленном плаще.

— Ах так? — Майя, всё еще содрогаясь от смеха, зачерпнула горсть хлебных крошек со свертка и шутливо бросила в него.

Крошки посыпались на его кожаный колет. Рука Арта нырнула в кучу свежеопавших листьев.

— Война, так война, леди! — крикнул он, и целое облако золотых и багряных листьев взметнулось в воздух, осыпая Майю с головой.

Она взвизгнула — звонко, по-настоящему, и вскочила с плаща, нарочито убегая в сторону леса. Майя ловко петляла между деревьями, а Арт, забыв про ноющую рану бросился следом.

Они кружили по пятачку скалы, словно дети, забывшие о приличиях. Майя отбивалась охапками листьев, Арт пытался поймать её за край плаща, и их смех разлетался над обрывом, смешиваясь с шумом ветра. В этой игре, в этой легкой и нелепой погоне было больше жизни, чем во всех месяцах чинного этикета. Они носились по краю бездны, пьяные от высоты и внезапной свободы, пока окончательно не выбились из сил.