Шёлк, секреты и чужая мантия
Шёлк, секреты и чужая мантия
После того кошмарного и одновременно странного утреннего побега из заброшенного класса Хогвартс словно раскололся надвое. Между Элис и Драко выросла невидимая, но раскалённая докрасна стена. Они избегали друг друга с каким-то фанатичным упорством.
Стоило Элис заметить платиновую макушку на другом конце коридора, как она резко разворачивалась и уходила в противоположную сторону. Малфой вел себя точно так же: на совместных уроках Травологии он демонстративно садился за самый дальний стол, упрямо разглядывая горшки с мандрагорами, но Крэбб и Гойл то и дело ловили его на том, что Драко по нескольку минут сверлил взглядом спину Эвери, мрачнея с каждой секундой.
Драко ломало. Четыре года. Целых четыре года он не воспринимал её за человека. Для него она была «жалкой когтевранской тихоней», «замарашкой», над которой было так весело издеваться вместе с Пэнси, отпуская колкие шуточки про её огромные, растянутые свитера. И теперь этот образ рухнул, оставив внутри Малфоя пугающую пустоту и жгучий, невыносимый стыд.
Элис тоже пыталась собрать мысли в кучу, когда в пятницу вечером её прямо у библиотеки перехватила Нэсса. Несмотря на то, что они были сёстрами-ровесницами и обе учились на четвёртом курсе, Нэсса всегда вела себя как старшая - сказывался её пробивной, истинно слизеринский характер.
- Ты выглядишь так, будто тебя пожевал трёхголовый пёс, Элис, - заявила Нэсса, критически осмотрев бледное лицо сестры. - Хватит чахнуть над книгами.
Сегодня у нас по плану девичник.
Пижамная вечеринка в моей комнате в Слизерине. Возражения не принимаются, отказы не рассматриваются.
- Нэсса, ты с ума сошла? - округлила глаза Элис. - Меня поймает Снейп или Филч! Чужакам нельзя в подземелья!
- Меньше слов, Эвери, - хмыкнула сестра, пихая ей в руки тяжёлый свёрток. - Тут запасная слизеринская мантия с глубоким капюшоном. Пароль на сегодня - «Чистая кровь». Жду в одиннадцать вечера. Попробуй только не прийти.
Ровно в одиннадцать Элис, у которой сердце готово было выпрыгнуть из груди от страха, спустилась в прохладные, окутанные полумраком подземелья. Накинув зелёную мантию и натянув капюшон до самого носа, она подошла к глухой каменной стене и едва слышно прошептала: «Чистая кровь».
Камни с тихим шуршанием разошлись, открывая проход в гостиную Слизерина.
Элис быстро скользнула внутрь. Сердце колотилось где-то в горле. Проходя мимо монументального камина, в котором лениво потрескивали зелёные языки пламени, она изо всех сил опустила голову, пряча лицо в тени ткани. На кожаном диване у огня как раз сидел Драко. Он был без мантии, в одной расстёгнутой у ворота белой рубашке, и лениво листал какой-то журнал.
Когда Элис проходила мимо, Драко на секунду поднял голову. Ему показалось, что фигура этой «слизеринки» выглядит странно знакомой - та же хрупкая осанка, те же неуловимые движения...
Он нахмурился, провожая её долгим взглядом, но в темноте гостиной так и не смог разглядеть лицо под капюшоном, решив, что это просто кто-то из младших курсов, и снова уткнулся в журнал.
Элис буквально влетела в спальню Нэссы и с облегчением прижалась спиной к закрытой двери, шумно выдыхая.
- Ну наконец-то! - воскликнула Нэсса, отбрасывая в сторону подушку. - Скидывай этот кокон, переодевайся!
Атмосфера в комнате была потрясающей.
На полу лежали огромные пушистые ковры, повсюду были раскиданы мягкие подушки, а на тумбочке высилась гора сладостей, которые Нэсса явно выменяла у домовиков на кухне. Нэсса протянула Элис её домашний наряд. Это была шикарная пижама: свободный, невероятно мягкий топ на тонких бретельках и очень короткие, кокетливые шортики из нежного, струящегося шёлка глубокого винного цвета, который идеально подходил к волосам Элис. На ноги она надела домашние бархатные тапочки - пушистые и мягкие, словно облако. Сама Нэсса была в похожем шёлковом халатике.
Сначала они вели себя как обычные девчонки: объедались сахарными перьями, пили тыквенный сок, смеялись и обсуждали высокомерных слизеринок. Но от проницательного взгляда Нэссы было невозможно скрыться. Ближе к часу ночи она хитро прищурилась, подпёрла подбородок рукой и в упор посмотрела на сестру.
- Так, Элис. А теперь выкладывай. Что происходит между тобой и Малфоем?
Элис чуть не подавилась соком, мгновенно вспыхнув.
- Н-ничего! С чего ты взяла?
- Ой, не заливай мне! - фыркнула Нэсса. - Пэнси Паркинсон третий день ходит по школе с перекошенным лицом и шипит, как нагайна, крича на каждом углу, что ты украла пиджак Драко. А сам Малфой, когда кто-то при нём произносит твою фамилию, выглядит так, будто его шарахнули заклятием оцепенения. Вы ведь застряли где-то, да?
Элис поняла, что от сестры не отвертеться. Густо краснея и комкая край подушки, она коротко, упуская самые интимные детали, рассказала про Астрономическую башню, жестокое письмо от их отца и про ту сумасшедшую ночь в запертом классе, где они прятались от Пэнси. Когда она упомянула, что они сидели в углу от страха, Нэсса победно улыбнулась.
- Надо же... Наш ледяной принц умеет чувствовать стыд? И даже извинился? - Нэсса качнула головой. - Знаешь, Элис, кажется, ты окончательно сломала его дурацкую слизеринскую гордость.
Разговоры затянулись до глубокой ночи. Ближе к трём часам у девочек закончился сок, а пить после сладкого хотелось невыносимо.
- Ладно, я сбегаю в гостиную, там на столе оставался кувшин, - вызвалась Элис, поднимаясь с ковра.
- Аккуратно там, подземелья ночью - тот ещё ледник, - зевнула Нэсса, укутываясь в одеяло.
Элис тихо приоткрыла дверь и выскользнула в тёмную гостиную Слизерина. Нэсса была права: после тёплой комнаты здесь было пипец как холодно. Зимние сквозняки из Чёрного озера пробирались сквозь каменные стены, и холод мгновенно обжёг её открытые плечи и голые ноги. Элис передёрнуло, по коже побежали крупные мурашки.
В гостиной царил глубокий полумрак. Зелёные угли в камине едва тлели, отбрасывая на стены длинные, причудливые тени. Было чуточку светло - ровно настолько, чтобы разглядеть очертания мебели, но при этом достаточно темно, чтобы чувствовать себя невидимкой. Элис, обхватив себя руками за плечи и стуча зубами от холода, на цыпочках побрела к длинному столу, где стоял кувшин.
Она уже протянула руку к стеклу, как вдруг из глубокого кресла у самого камина, скрытого густой тенью, раздался тихий, слегка хриплый мужской голос:
- Эвери? Ты что здесь делаешь в такое время?
Элис от неожиданности подпрыгнула на месте, едва не смахнув кувшин на пол. Сердце бешено забилось в груди. Из тени кресла медленно поднялся Драко. Ему тоже не спалось, и он сидел у угасающего огня, накинув на плечи свою тёплую чёрную мантию поверх рубашки.
Они замерли друг напротив друга в этом зыбком, таинственном полумраке подземелий. Драко сделал шаг вперёд, выходя на слабый свет углей, и его взгляд скользнул по фигуре Элис. В ту же секунду Малфой буквально застыл на месте, а его серые глаза округлились от шока.
На ней не было её привычной, скрывающей всё мантии. Перед ним стояла хрупкая, тонкая девушка в невероятно открытой винно-красной шёлковой пижаме. Тонкие бретельки топа открывали идеальную линию её фарфоровых плеч и ключиц, а шортики были настолько короткими, что полностью обнажали её длинные, стройные ноги. Тёмные, винно-красные волосы мягкими волнами рассыпались по плечам.
Драко почувствовал, как к горлу подкатил горячий ком, а лицо и уши мгновенно залила краска густого, бешеного смущения. Он никогда в жизни не видел девушек в таком домашнем, откровенном виде. Весь его аристократический апломб испарился в секунду. Он судорожно сглотнул, резко отводя взгляд в сторону, на стену, не зная, куда деть глаза, и чувствуя себя полнейшим дураком.
- Ты... ты почему в таком виде бродишь по общественной гостиной?! - сбивчиво, заикаясь от смущения, пробормотал он, отчаянно стараясь не смотреть ниже её лица. - С ума сошла? А если бы тут был не я, а Забини или Нотт?
Элис, несмотря на своё собственное смущение, заметила, как сильно покраснел этот высокомерный слизеринский принц. Но холод сковал её сильнее стыда. От очередного сквозняка она шумно вздохнула и заметно, крупно задрожала всем телом, обнимая себя руками, чтобы хоть как-то согреться.
Бархатные тапочки вообще не спасали от ледяного каменного пола.
Драко заметил эту дрожь. На секунду в его глазах мелькнула внутренняя борьба. Он неловко кашлянул, по-прежнему пряча красный нос в воротник, а затем резким, порывистым движением снял со своих плеч тяжёлую, тёплую мантию из плотной шерсти.
Сделав широкий шаг вперёд, он, не глядя на неё, грубовато, но очень аккуратно набросил мантию на её дрожащие плечи.
Ткань, доходившая Элис чуть ли не до пяток, мгновенно окутала её сухим, спасительным теплом и его фирменным ароматом ментола.
- На, держи, - буркнул Малфой, пятясь назад и натягивая рукава своей рубашки, чтобы скрыть волнение. - Считай... считай, что это должок за ту ночь на Астрономической башне. Мы квиты, Эвери.
Он развернулся на каблуках и, абсолютно красный, сгорая от неловкости и смущения, стремительным, почти бегущим шагом скрылся в тёмном коридоре, ведущем в спальни мальчиков.
Элис осталась стоять посреди пустой гостиной. Она проводила его взглядом, затем плотнее закуталась в его огромную мантию, которая грела её изнутри. Элис закатила глаза, тихо хмыкнув про себя: «Идиот». Но на её губах против воли появилась мягкая, по-настоящему тёплая и искренняя улыбка.
Прижав кувшин с соком к груди поверх чужой мантии, она тихонько побрела обратно в комнату к сестре, понимая, что эта зима в Хогвартсе становится всё более непредсказуемой.
Тихо прикрыв за собой дверь спальни, Элис скользнула внутрь, стараясь не шуметь. Но Нэсса и не думала спать - она сидела на кровати, обложившись подушками, и стоило ей увидеть сестру, как её глаза округлились.
- Это что ещё такое? - Нэсса выразительно уставилась на огромную, явно мужскую мантию, в которую Элис была закутана по самые уши. На подоле серебром тускло отливал знакомый герб Малфоев.
Элис густо покраснела, ставя кувшин с соком на тумбочку.
- Там... в гостиной было пипец как холодно. А он сидел у камина. Заметил, что я дрожу, и... просто отдал её. Сказал, что это «должок».
Нэсса пару секунд молча смотрела на сестру, а потом комната огласилась её тихим, но торжествующим смехом.
- Должок, значит? Ну-ну. Наш ледяной принц превращается в заботливого рыцаря. Тебе очень идёт слизеринский зелёный, Элис.
- Перестань, - смущённо буркнула Элис, но мантию снимать не стала - в ней было слишком тепло и уютно, а запах ментола и дорогого парфюма Драко приятно убаюкивал.
Они проболтали на кровати Нэссы ещё около часа, лениво потягивая сок и доедая остатки сладостей. Говорить о Малфое Элис больше не давала, переведя тему на предстоящие экзамены и строгие требования профессора Снейпа.
Постепенно усталость взяла своё. Под утро, когда за окнами подземелий, выходящими в глубь Чёрного озера, поплыли сонные зеленоватые блики, девочки наконец уснули прямо поверх одеяла, уткнувшись носами в подушки.
Пижамная вечеринка закончилась в тёплой, сонной тишине. Элис засыпала с непривычным чувством защищённости, согреваемая чужой мантией, и впервые за долгое время ей не снились кошмары о строгом отце и одиночестве.