Чернильный туман и протянутая рука ​

​Декабрьская стужа окончательно сковала Хогвартс, превратив замковые коридоры в ледяные лабиринты, где каждый шаг отзывался гулким эхом. Для Элис это время стало самым тяжелым испытанием. Постоянное напряжение, стычки с Малфоем и давящее одиночество выматывали её каждый день. Она больше не пыталась казаться сильнее, чем была на самом деле. Вся её хрупкая броня держалась лишь на упрямстве, но Драко задался целью разрушить и его.

​После того как он тайно выследил её вечернюю тренировку на поле, его издевательства перешли все границы. Он больше не бросал случайные ядовитые реплики в Большом зале - он действовал целенаправленно, изобретательно и жестоко, стараясь превратить её жизнь в бесконечный кошмар. Он словно забавлялся, наблюдая, как она пытается держать удар, и с каждым разом повышал ставки.

​В ту злополучную пятницу Элис возвращалась из библиотеки позже обычного. В руках она несла тяжелую стопку книг и свитков пергамента, необходимых для эссе по Древним рунам. Коридор третьего этажа был пуст, факелы на стенах едва справлялись с наступающей темнотой, бросая длинные кривые тени на каменный пол.

​Она услышала их шаги слишком поздно. Шаги были уверенными, неторопливыми и до боли знакомыми. Из-за угла, перекрывая единственный путь к башне Когтеврана, вышел Драко Малфой. За его спиной, как две безмозглые каменные глыбы, маячили Крэбб и Гойл.

​- Надо же, какая встреча, - протянул Драко, останавливаясь в нескольких шагах от неё. Его серые глаза хищно блеснули в полумраке. - Наша багряная заучка всё еще пытается доказать, что у неё есть мозги?

​- Дай мне пройти, Малфой, - тихо сказала Элис, крепче прижимая к себе учебники. Внутри у неё всё сжалось от нехорошего предчувствия. Она видела, что сегодня он настроен особенно агрессивно.

​- А если нет? Что ты сделаешь, Эвери? Пожалуешься своей сумасшедшей подружке? Или, может, напишешь папочке? Ах, я забыл, он ведь даже читать твои письма не станет, - Драко гадко усмехнулся, сделав шаг вперед. - Знаешь, меня до тошноты бесит твой взгляд. Ты смотришь так, будто ты выше всего этого. Но ты в самом низу. И пора вернуть тебя на место.

​Прежде чем Элис успела выхватить волшебную палочку, Малфой взмахнул своей.

- Эванеско! - резко произнес он.
​Но заклинание было направлено не на неё. В ту же секунду стопка книг в её руках задергалась, тяжелые переплеты раскрылись, а из чернильницы, которую она держала на самом верху, хлынул нескончаемый поток густых, едких магических чернил. Драко изменил свойства заклинания, превратив обычную канцелярию в настоящее оружие.

​Черный чернильный туман с брызгами обрушился на Элис. Едкая жидкость мгновенно залила её школьную рубашку, куртку, лицо и руки, намертво въедаясь в ткань и кожу. Но хуже всего было то, что чернила попали ей в глаза, обжигая их нестерпимой болью. Книги, над которыми она сидела неделями, на глазах превращались в черную кашу, а пергаменты с готовыми работами растворялись в этой жиже.

​- Ой, какая досада, - раздался сквозь пелену боли издевательский голос Драко.
- Кажется, ты немного испачкалась.
Крэбб, Гойл, помогите леди оценить её новый стиль.

​Гойл с силой толкнул Элис в плечо. Не ожидая удара и ничего не видя перед собой, она потеряла равновесие и с грохотом полетела на пол. Учебники с глухим стуком рассыпались вокруг, пачкая всё в радиусе двух метров. Чернила жгли кожу, глаза слезились, а в ушах стоял громкий, торжествующий хохот слизеринцев.

​- Ну что, Эвери, теперь ты выглядишь именно так, как заслуживаешь. Отрепье, - бросил Малфой.

​В этот момент в груди Элис что-то окончательно сломалось. Это была не ярость, а дикий, первобытный страх. Страх перед его безнаказанностью, перед собственной беспомощностью и перед этой удушающей темнотой. Она поняла, что если останется здесь, он сделает что-то еще хуже.

​Вслепую, опираясь ладонями на скользкий от чернил пол, Элис кое-как поднялась. Нащупав стену, она, не разбирая дороги, бросилась бежать.
Сзади доносились улюлюканья и крики Малфоя: «Беги-беги, крыса!», но она уже ничего не слышала. Сердце колотилось в ушах как сумасшедшее. Она бежала вперед по коридорам, путая повороты, спотыкаясь о выступы и задыхаясь от слез, смешанных с черными каплями.
​Ей нужно было спрятаться. Найти место, где её никто и никогда не найдет.
Свернув в какой-то глухой коридор на четвертом этаже, где обычно никто не ходил, Элис наткнулась на тяжелую деревянную дверь старого, заброшенного класса. Навалившись на неё всем телом, она ввалилась внутрь, с трудом прикрыла дверь и сползла по ней на пол.

​В классе царил полумрак, пахло пылью и старой мебелью. Элис забилась в самый дальний угол, между перевернутым шкафом и стеной, подтянула колени к груди и закрыла лицо руками. Её всю трясло от крупной дрожи. Чернила продолжали жечь лицо, а перед глазами всё еще стояла торжествующая ухмылка Малфоя. Она чувствовала себя абсолютно раздавленной, слабой и никчемной девчонкой, у которой отобрали последнюю каплю достоинства.

​Она не знала, сколько времени прошло - пять минут или целый час. Она просто сидела в темноте, тихо всхлипывая и пытаясь рукавом стереть жгучую жидкость с лица, но лишь сильнее размазывала её.

​Вдруг тишину класса нарушил тихий скрип двери. Элис вздрогнула и затаила дыхание, сжимаясь в комок. Неужели Малфой выследил её и здесь? Страх сковал горло так, что она не могла даже закричать.

​- Эй, здесь точно кто-то есть, я слышал всхлипы, - раздался тихий, встревоженный мальчишеский голос.

​- Рон, потише. Вдруг это Пивз или Филч? - ответил ему девичий, строгий, но взволнованный голос.

​- Пивз не плачет, Гермиона. Посвети туда, за шкаф.

​В темноте угла вспыхнул мягкий, теплый свет от заклинания Люмос. Элис зажмурилась, выставив перед собой испачканные чернилами руки. Сквозь щелки между пальцами она увидела три фигуры, остановившиеся в паре шагов от её укрытия. Это были Гарри Поттер, Рон Уизли и Гермиона Грейнджер - та самая знаменитая Золотая тройка со Гриффиндора, о которой говорил весь замок.

​Гермиона ахнула и тут же опустила палочку чуть ниже, чтобы свет не слепил глаза Элис.

- О Мерлин... Ты в порядке? Что с тобой случилось? - она быстро подошла ближе и опустилась на колени прямо перед Элис, совершенно не заботясь о том, что может испачкать свою безупречную форму.

​- Уйдите... пожалуйста, - прошептала Элис, сильнее вжимаясь в угол. Ей было до безумия стыдно, что её видят в таком жалком, унизительном состоянии, да еще и они.

​- Эй, мы не причиним тебе вреда, - мягко сказал Гарри, делая шаг вперед. Он посмотрел на её тёмно-красные волосы, на испачканную кожаную куртку и сразу понял, кто перед ним. О когтевранке, сменившей стиль, шептались многие, но Гарри никогда не вникал в эти сплетни. Однако сейчас, видя её трясущейся от страха, он почувствовал глухую злость на того, кто это сделал. - Кто это с тобой сотворил?

​- Это ведь чернила? - Рон брезгливо посмотрел на капли на полу. - Пахнет как та гадость, которую используют в продвинутых зельях. Она же жжется немилосердно!

​- Так, тихо, мальчики, отойдите, - скомандовала Гермиона. Она мягко протянула руку и коснулась плеча Элис.
- Элис, верно? Я Гермиона. Позволь мне помочь, ладно? Это заклинание можно снять, но нужно действовать аккуратно, чтобы чернила не попали глубже в глаза.

​Элис медленно опустила руки. Посмотрев на сочувствующие лица гриффиндорцев, она поняла, что в их глазах нет ни капли насмешки или брезгливости - только искреннее желание помочь. От этого к горлу подступил новый ком слез, но на этот раз от облегчения. Она кивнула.
​Гермиона достала палочку, сосредоточилась и четко произнесла:

- Тергео.

​Элис почувствовала, как легкий, теплый поток воздуха коснулся её лица. Тяжелая, липкая масса начала быстро исчезать, впитываясь обратно в пустоту. Жжение в глазах и на коже тут же утихло.
Гермиона повторила заклинание еще несколько раз, пока одежда и лицо Элис не стали полностью чистыми, если не считать нескольких бледных разводов на рубашке.

​- Вот, держи, - Гарри протянул ей чистый носовой платок. - Вытри глаза. Станет легче.

​- Спасибо... - тихо сказала Элис, принимая платок. Её голос всё еще подрагивал, но дыхание постепенно выравнивалось. Она аккуратно промокнула глаза. - Это был Малфой.
Он... он караулил меня у библиотеки.

​- Кто бы сомневался, - злобно буркнул Рон, сжимая кулаки. - Этот хорек совсем страх потерял. Нападать втроем на девчонку в пустом коридоре - чисто в его стиле. Животное.

​- Он уничтожил все мои работы по рунам, - Элис шмыгнула носом, чувствуя, как обида снова накатывает волной. - Всё, над чем я сидела неделями. Он сказал, что я ничтожество.

​Гарри сел на корточки рядом с ней. Его зеленые глаза за стеклами очков смотрели серьезно и понимающе. Он слишком хорошо знал, каково это - быть мишенью для нападок Малфоя.

- Не слушай его, Элис. Он говорит это только потому, что сам глубоко внутри трус. Он нападает только тогда, когда уверен, что ему ничего не будет. Он пытается сломать тебя, потому что видит - ты меняешься, ты становишься другой, и его это пугает.

​- Он прав, - поддержала Гермиона, мягко улыбнувшись. - Твой новый стиль... это смело. Мы все заметили, как ты держишься в последнее время. Не позволяй какому-то выскочке отнять у тебя эту уверенность. А насчет рун не переживай - я помогу тебе восстановить все эссе. У меня есть отличные конспекты, мы всё перепишем за пару вечеров.

​Элис удивленно посмотрела на Гермиону:

- Ты... ты правда поможешь мне? Но мы ведь даже не знакомы толком.

​- Теперь знакомы, - улыбнулся Гарри.
- Нам на Гриффиндоре не нравится, когда Слизерин думает, что замок принадлежит им. Если Малфой снова полезет - просто скажи нам. Мы найдем способ его урезонить.

​Элис впервые за этот вечер улыбнулась - слабо, но искренне. Сидя в этом пыльном классе в компании людей, которых раньше видела только издалека, она вдруг почувствовала то, чего ей так не хватало все эти три года - тепло и поддержку. Ей больше не было страшно.

​Они просидели в классе еще около получаса. Рон, пытаясь отвлечь её, рассказывал смешные истории про их близнецов-братьев Фреда и Джорджа и их безумные изобретения, а Гермиона уже вовсю планировала, какие книги им нужно взять в библиотеке завтра утром.

​Когда они вместе вышли из класса и пошли в сторону башен, Элис поймала себя на мысли, что эта ужасная пятница принесла ей то, чего Малфой никак не ожидал. Он хотел уничтожить её, но вместо этого подарил ей настоящих друзей. И теперь, проходя по коридорам, она знала: она больше не одна в этой войне. И Драко Малфой очень скоро об этом пожалеет.