Маски, шёлк и неожиданное понимание
Декабрь превратил Хогвартс в настоящую зимнюю сказку. Замок завалило пушистым снегом, а в Большом зале Дамблдор установил двенадцать огромных роскошных елей. Причиной такой суматохи стало официальное объявление профессора Макгонагалл: в канун Рождества состоится Святочный бал - традиционная часть Турнира Трёх Волшебников.
Для всей школы это стало сигналом к началу великой охоты. Коридоры гудели от обсуждений: девчонки судорожно листали каталоги одежды, заказывая мантии из Лондона и Парижа, а парни, краснея и бледнея, караулили кавалеров по углам.
Нэсса Эвери, как истинная слизеринская королева, сразу взяла ситуацию в свои руки. Ей было скучно в замке, и перспектива грандиозного шоппинга её невероятно вдохновляла. Она без лишних слов за шкирку вытащила Элис из библиотеки и потащила в Хогсмид, в самую дорогую и модную лавку «Мантии на все случаи жизни».
Там, среди сотен вешалок с шёлком и кружевом, они поначалу весело выбирали наряды, примеряя нелепые пышные платья с кринолинами и забавно кривляясь перед зеркалом. Нэсса быстро определилась, выбрав облегающее изумрудное платье, которое идеально подчёркивало её зелёные глаза.
Но когда дело дошло до Элис, старшая сестра внезапно посерьёзнела. Она скользнула взглядом по закрытой VIP-витрине и властно щёлкнула пальцами, приказывая хозяйке лавки достать особенный наряд.
Когда платье вынесли, у Элис перехватило дыхание. Это был настоящий шедевр швейного искусства. Тяжёлый, переливающийся мягким матовым блеском кремово-белый атлас ложился безупречными складками.
Корсетный лиф открывал изящную линию плеч и ключиц, а вместо обычных лямок платье удерживалось роскошным жемчужным ожерельем-чокером, от которого к плечам тянулись тонкие жемчужные нити. В комплекте шли высокие атласные перчатки выше локтей и длинная, полупрозрачная струящаяся накидка-шлейф, закреплённая на плечах, похожая на ангельские крылья.
Элис примерила его и застыла перед огромным зеркалом. Платье сидело как влитое, подчёркивая её хрупкую фигуру, а глубокий благородный цвет ткани заставлял её винно-красные волосы сиять, словно дорогое рубиновое вино.
(Вот фото):
- Нет, Нэсса... - тихо, растерянно произнесла Элис, кусая губы и делая шаг назад от зеркала. - Оно... оно слишком роскошное для меня. Слишком королевское, понимаешь? Я буду привлекать кучу внимания. Я ведь просто тихоня из Когтеврана, а не звезда балов. Давай найдём что-то попроще, поскромнее.
Нэсса закатила свои изумрудные глаза, подошла сзади и крепко, но нежно положила руки на плечи сестры, заставляя её смотреть прямо в отражение.
- Так, Элис Эвери, послушай меня сюда, - строгим, не терпящим возражений тоном заявила Нэсса. - Прекрати скромничать и прятаться в тень!
Посмотри на себя. Ты в нём выглядишь как настоящая богиня. Какая ещё скромность? Ты идёшь на бал, и ты должна затмить всех этих напудренных девиц! Хватит строить из себя серую мышку. Ты заслуживаешь самого лучшего, и это платье создано для тебя. Мы берём его, и это даже не обсуждается. Поняла меня?
Элис посмотрела на сияющие глаза сестры, потом снова на своё отражение в зеркале лавки. Непривычная роскошь ткани больше не пугала, а жемчуг на шее приятно холодил кожу. Она согласно кивнула:
- Ладно. Уговорила. Мы берём его.
За всеми этими приятными хлопотами Элис неожиданно для самой себя сблизилась с Виктором Крамом.
Болгарский чемпион больше не пытался давить своей славой. Он часто подсаживался к Элис в библиотеке, и они часами разговаривали. Виктор оказался удивительно простым, честным и надёжным пареньком, который до смерти устал от лицемерия и фанатов.
Финальная точка в их общении поставилась во вторник, когда они гуляли по заснеженному внутреннему двору совятни. Виктор пытался объяснить Элис, как правильно произносить заклинание на болгарском, но из-за своего сурового вида и бурной жестикуляции он случайно поскользнулся на обледенелой ступеньке. Пытаясь удержать равновесие, великий ловец сборной, которого боялись все преследователи мира, сделал несколько диких, смешных взмахов руками, напоминающих крылья ветряной мельницы, и с глухим звуком плюхнулся прямо в сугроб, задрав ноги.
Элис замерла от неожиданности, а затем двор огласился её звонким, искренним и безумно весёлым смехом. Виктор, сидя в снегу с налипшей на нос белой шапкой, сначала нахмурился, а потом сам добродушно и громко расхохотался. В этот момент Элис окончательно поняла, какой он на самом деле хороший, простой и настоящий.
Когда Крам, отряхиваясь, протянул ей руку и, смущённо улыбаясь, спросил: «Так ты пойти со мной на бал, Элис?», она, всё ещё посмеиваясь, тепло ответила: «Да, Виктор. Я пойду с тобой».
Но Драко Малфой об этом успехе своего кумира ещё не знал. Он был в глубоком отчаянии. Нэсса на глазах у всего Слизерина заявила ему, что согласится пойти с ним на бал только в том случае, если у её сестры Элис будет достойный партнёр. «Я не оставлю мелкую одну скучать у стены, Малфой. Найди ей кавалера, тогда я подумаю», - отрезала блондинка.
Драко всю неделю пытался сосватать Элис своим друзьям, но Крэбб и Гойл только мычали, а Блейз Забини наотрез отказался участвовать в этих махинациях. Малфою пришлось пойти на крайние и самые унизительные для своей гордости меры - говорить с Элис лично.
Он выследил её в пустом классе Заклинаний поздно вечером. Элис сидела у окна, наблюдая за падающим снегом. Услышав шаги, она обернулась. Её лицо мгновенно приняло то самое привычное, прохладное и спокойное выражение.
- Эвери, нам надо поговорить, - нервно бросил Драко, садясь на соседнюю парту. Он выглядел измотанным, маска высокомерия сидела на нём криво. - Это касается бала. И Нэссы. Короче... тебе нужен партнёр. Я могу договориться с Тео Ноттом. Он чистокровный, прилично танцует, не урод. Ты просто пойдёшь с ним, Нэсса пойдёт со мной, и все будут счастливы. Пожалуйста, не порти мне всё своими глупыми обидами.
Элис лениво перевела на него взгляд своих больших глаз. В них не было злости. Только бесконечное спокойствие. Она тихо вздохнула, закрывая книгу.
- Малфой, тебе не надоело? - мягко, без капли яда спросила она. - Ты тратишь столько сил на эти интриги, на маски, на попытки казаться кем-то великим. Зачем? Чтобы доказать своему отцу, какой ты успешный? Чтобы получить его одобрение?
Малфой вздрогнул, словно его ударили хлыстом. Его серые глаза расширились. Нападение на тему отца было запрещённым приёмом.
- Ты ничего не знаешь о моём отце, Эвери! - вспыхнул он, сжав кулаки.
- Знаю, Драко, - тихо и удивительно тепло произнесла Элис. Впервые в жизни она назвала его по имени, и от этого звука у него внутри что-то дрогнуло. - Я знаю, каково это. Жить в семье, где никто и никогда не проявляет чувств. Где теплота считается слабостью, а за каждую ошибку тебя наказывают ледяным молчанием. Мой отец такой же.
Он не писал мне всё лето, потому что я не идеальна. Я знаю, как тяжело выстраивать эту броню, чтобы просто защитить себя от домашнего холода. Ты носишь маску жестокого аристократа, потому что тебе так легче выживать. Но мне... мне просто искренне тебя жаль. Мне не хочется с тобой ругаться, это слишком глупо.
Драко сидел на парте, замерев, и не мог выдавить ни слова. Его сердце бешено заколотило в груди. Каждое её слово попадало в самую глубокую, тщательно охраняемую рану его души. Она не злилась. Она не мстила. Элис Эвери - эта тихая когтевранка - оказалась невероятно доброй, чуткой и понимающей девушкой. И она видела его насквозь. Видела его страх, его одиночество, его боль от деспотизма Люциуса. И он... он прекрасно понимал её. Он знал, какой ад творится в таких чистокровных домах, и впервые почувствовал с кем-то из учеников ментальную, глубокую связь.
В классе воцарилась звенящая, интимная тишина. Малфой смотрел на неё, и вся его спесь, вся его ядовитость испарились, обнажая растерянного подростка.
Элис мягко улыбнулась ему - спокойно и открыто.
- И чтобы ты больше не мучился, Малфой... Меня уже пригласил Виктор Крам. И я согласилась. Так что твоя миссия выполнена, можете смело идти к Нэссе. Твоя совесть чиста.
Она поднялась, закинула сумку на плечо, вежливо кивнула ему на прощание и вышла из класса, оставив за собой тонкий шлейф аромата морозной хвои.
Драко остался сидеть в темноте. В его голове был полнейший хаос. С одной стороны, Крам пригласил Элис, а значит, Нэсса пойдёт с ним на бал. Он победил.
Но с другой стороны... у него внутри всё перевернулось. Он больше не мог смотреть на Элис как на серую мышь или врага. Издеваться над ней теперь казалось ему кощунством. Эта девчонка залезла ему под кожу глубже, чем кто-либо до неё, и Драко с ужасом понимал, что грядущий Святочный бал изменит его жизнь навсегда.