Осколки идеального зеркала
Осенние каникулы в поместье Эвери всегда напоминали затяжные похороны. Здесь не было места смеху или случайным разговорам - только звон столового серебра о дорогой фарфор и бесконечное, удушающее ожидание того, когда ты в очередной раз разочаруешь родителей.
В тот вечер в обеденном зале было особенно холодно. Отец сидел во главе стола, его фигура в свете свечей казалась высеченной из камня. Он долго молчал, изучая Элис тяжелым, оценивающим взглядом, а затем заговорил тем самым тоном, от которого у неё всегда сводило желудок.
- Я получил письмо от Малфоев, - произнес он, не сводя с неё глаз. - Люциус упоминал, что его сын находит твоё присутствие в школе... малозаметным. Он говорит, что ты сторонишься приличных компаний и проводишь время с полоумной девчонкой Лавгуд. Ты понимаешь, Элис, что твоё поведение - это прямое оскорбление нашей фамилии?
Элис почувствовала, как внутри неё начинает дрожать какая-то невидимая струна. Она смотрела в свою тарелку, стараясь не выдать дрожь в руках.
- Я просто учусь, отец, - тихо ответила она.
- Ты не «просто учишься»! Ты позоришь нас! - внезапно рявкнул он, ударив ладонью по столу так, что бокалы жалобно звякнули. - Мы надеялись, что Когтевран хотя бы сделает из тебя стоящую ведьму, но ты остаешься всё той же неуклюжей, безынициативной девчонкой. Ты должна быть идеальной, ты должна быть на виду, ты должна вызывать уважение, а не жалость!
Это стало последней каплей. Элис подняла голову, и в её глазах впервые вспыхнуло что-то, кроме покорности.
- Идеальной? - её голос сорвался на крик. - Ты хочешь, чтобы я была картинкой? Я человек, а не твой личный проект! Мне тошно в этом доме, мне тошно от твоих правил! Я хочу быть нормальной, я хочу дышать без твоего разрешения!
Она не стала дожидаться ответа. Развернувшись, Элис бросилась вон из зала, игнорируя ледяной окрик матери. В ту ночь она сделала то, о чем раньше боялась даже думать. Она собрала старую сумку, схватила припрятанные магловские деньги и просто ушла. Она знала, что у знакомой её матери, которая давно жила среди маглов, найдется место. Это был побег - жалкий, отчаянный, но необходимый.
Неделя в магловском Лондоне прошла как в тумане. Элис бродила по улицам, кутаясь в поношенную кожаную куртку, которую купила в секонд-хенде. Она видела, как живут люди, которым плевать на чистоту крови и факультеты.
Она смотрела на витрины, на яркие афиши, на обычных подростков. И в какой-то момент, стоя перед грязным зеркалом в дешевой парикмахерской, она поняла, что хочет содрать с себя всё, что напоминало ей о поместье Эвери.
Она приказала отрезать волосы. Рваные пряди падали на пол, и с каждой из них ей казалось, что она становится легче.
Цвет она выбрала интуитивно - тёмно-красный, почти бордовый. Это был цвет запекшейся крови, цвет ярости, которую она так долго подавляла. Она начала пользоваться черным карандашом для глаз, пытаясь скрыть за ярким макияжем свой страх и неуверенность. Это была не уверенность, нет - это была маскировка. Броня.
Когда каникулы закончились и Элис вернулась в Хогвартс, она чувствовала себя самозванкой. Ей казалось, что все смотрят на неё, и это пугало. Она не хотела внимания, она хотела защиты.
Драко Малфой поджидал её у лестниц в первый же день. Он стоял, прислонившись к перилам, и лениво перебрасывался шутками с Пэнси, пока его взгляд не упал на Элис. Его брови медленно поползли вверх.
- Мерлин, Эвери... - он не договорил, обходя её кругом, словно изучал какой-то экзотический экспонат. - Ты что, пролила на себя драконью кровь или просто решила, что красный цвет поможет тебе не потеряться в толпе?
Элис замерла, сжимая лямку сумки. Внутри всё кричало о том, чтобы убежать, но она заставила себя стоять на месте.
- Тебе-то какое дело, Малфой? - огрызнулась она, стараясь, чтобы голос не дрожал.
- О, мне есть дело до всего, что выглядит так... нелепо, - он подошел ближе, его голос стал тише, пропитываясь привычным ядом. - Ты думаешь, эта дешевая краска и кожаная куртка сделают тебя смелее? Ты всё та же девчонка, которая боится собственной тени. Ты можешь покрасить фасад, но внутри ты - развалина.
- По крайней мере, я не боюсь менять этот фасад, - ответила Элис, хотя сердце колотилось где-то в горле. - В отличие от тебя, Драко. Ты так боишься разочаровать папочку, что даже дышишь по его команде.
Лицо Драко на мгновение окаменело. Насмешка исчезла, уступив место холодной злости. Он не привык, что «тень» огрызается.
- Ты переходишь границы, Эвери, - прошипел он. - Имей в виду, твои новые волосы не помогут тебе, когда ты снова опозоришься на поле. А ты опозоришься. Потому что такие, как ты, не меняются. Вы просто маскируетесь.
После этого разговора жизнь в школе стала еще сложнее. Малфой не упускал ни единого шанса, чтобы задеть её. Он распускал слухи, что её выгнали из дома, смеялся над её макияжем, подстраивал мелкие гадости на уроках. Элис было тяжело. Она не стала «королевой школы» - она стала мишенью. Но в этом был один плюс: теперь ей нечего было терять.
Каждое свободное время она проводила на поле. Она не летала при всех. Она приходила туда поздно вечером или рано утром, когда туман еще лежал на траве. Она брала старую школьную метлу и раз за разом пыталась оторваться от земли.
Поначалу это было унизительно. Метла виляла, Элис соскальзывала, ветер выбивал слезы из глаз. Она падала в грязь, пачкая свою куртку и мантию, сжимая зубы от бессилия.
- Ну же... давай... - шептала она, снова и снова запрыгивая на древко.
Она училась летать не для того, чтобы кому-то что-то доказать. Она училась летать, чтобы почувствовать, что она контролирует хотя бы свои движения в этом воздухе, раз уж не может контролировать свою жизнь. Со временем её движения стали более уверенными. Она уже не вцеплялась в метлу мертвой хваткой. Она начала чувствовать поток.
Однажды вечером, когда она в очередной раз отрабатывала поворот, она заметила в тени трибун фигуру. Кто-то наблюдал за ней. Элис резко затормозила, её сердце ушло в пятки. Она догадывалась, кто это мог быть. Малфой.
Он не вышел из тени, не сказал ни слова. Просто постоял минуту и ушел, оставив Элис в полном смятении. Она поняла, что её «тайные» тренировки больше не тайные. И теперь Драко знал её главный секрет: она действительно пыталась стать лучше. А для него это был идеальный повод для нового, еще более жестокого удара.
Элис стояла посреди пустого поля, сжимая в руках метлу. У неё были красные волосы, сбитые коленки и враг, который не собирался оставлять её в покое. Но, по крайней мере, теперь она знала, что может держаться в воздухе. И это было больше, чем у неё было за все три года в Хогвартсе.