Глава 37

Я развернулась в седле и увидела вэйнительницу. От уголков ее красных глаз тянулись ветви вен. Это она убила Солейл, а сейчас она вонзила меч между чешуек Тэйрна, прямо за его крыльями.
«Сзади, у тебя на спине, вэйнительница!» – крикнула я дракону, когда та метнула мне в голову огненный шар. Он прошел так близко, что мазнул по щеке жаром.
Тэйрн сделал бочку, устремившись в высоту с такой головокружительной скоростью, что меня отбросило в седле назад, и все же вэйнительница удержалась, ухватившись за рукоятку засевшего в теле дракона меча. Стоило Тэйрну выровняться, как она уставилась на меня так, словно я ее следующее блюдо, и двинулась ко мне с решимостью в глазах и зазубренными кинжалами с зелеными наконечниками в кулаках.
«Еще трое виверн без всадников на хвосте!» – крикнул Тэйрн.
Проклятье. Я что-то упускала. Оно дразнило меня с задворок разума, словно ответ на контрольную, к которой я готовилась.
– Ты не маловата для всадницы на драконах? – прошипела вэйнительница.
– Достаточно, чтобы убить тебя. – Нам с Тэйрном конец, если я ничего не придумаю.
«Держись ровно», – велела я Тэйрну, расстегивая ремни.
«Не смей покидать седло!» – заревел он.
«Я не дам ей убить тебя!» – я вскочила на ноги и обнажила два кинжала Ксейдена.
Каждый вызов, каждое препятствие, каждый час с Имоджен в тренажерном зале, каждый раз, когда Ксейден тащил меня на маты, должны чего-то стоить, правильно?
Это просто вызов… против не такой уж вымышленной темной волшебницы… на парапете.
Причем летящем и подвижном парапете.
«Вернись в седло!» – приказал Тэйрн.
«Тебе ее не стряхнуть. Она снова тебя ударит. Я должна ее убить».
Я оттолкнула страх. Здесь ему места не было.
В умирающем свете солнца и жутком отблеске горящего города под нами я увернулась от первого ее выпада, затем второго, низко припала и выбросила вперед предплечье, чтобы закрыться от удара сверху вниз, остановив металл, стремившийся мне в лицо. От силы удара что-то хрустнуло – я знала, что это моя кость.
На миг меня парализовала мучительная боль, и кинжал вылетел из руки. Остался только один. С колотящимся сердцем я зацепилась ногой об один из шипов Тэйрна и пошатнулась.
Я не могла даже прижать к себе раненую пульсирующую руку, пока она подступала все ближе, с каждым выпадом и замахом своих зеленых кинжалов. Она словно точно знала, что я сделаю, раньше меня самой. Отвечала на все до единой мои атаки еще более быстрыми, словно подстроилась под мой стиль после каких-то секунд в бою. Она была противоестественно быстрой. Я никогда не видела такими быстрыми Ксейдена или Имоджен.
Я смогла парировать все ее атаки, но не могла выйти из обороны. А ведь она была даже не в доспехах, а только в развевающемся балахоне, и все же…
В боку вспыхнула боль, жаркая и резкая, и я в изумлении отшатнулась, увидев один из ее клинков под краем доспеха из драконьей чешуи.
Тэйрн заревел, а Андарна завизжала.
«Вайолет!» – закричал Ксейден.
«Она слишком быстрая!»
Судя по месту раны, кинжал не задел что-то жизненно важное, и я поборола нахлынувшую тошноту с привкусом железа во рту, чтобы покрепче перехватить единственный оставшийся клинок и выдернуть вражеский из тела. Но что-то было не так. Рана начала гореть – и тут же пришлось бороться за равновесие, когда по моим венам побежала кислота. Кончик ножа, выпавшего из рук, был уже не зеленый.
– Какая нетронутая сила. Неудивительно, что нас призвали сюда. Ты можешь подчинить себе все небо – а сама наверняка даже не знаешь, что с ней делать, да? Всадники никогда не знают. Я разорву тебя и посмотрю, откуда берутся эти удивительные молнии, – она взмахнула вторым кинжалом, и тут я поняла, что она со мной играет. – А может, это сделает он. Ты пожалеешь, что я тебя не убила, когда я отдам тебя Мудрецу.
У нее есть учитель?
Она – херова ученица, прямо как я, но смертельно опережает меня во всем. Я с трудом успевала следить, в какой руке у нее кинжал. У моей же руки будто нарастало собственное сердцебиение, а весь бок словно кричал.
«Сравняем силы», – приказал Ксейден.
Он разделил свою энергию, и с утесов слева к нам понеслись тени, окутав мир вокруг меня – и вэйнительницу – непроглядной тьмой.
А у меня была сила света.
Теперь я получила преимущество – ибо знала спину Тэйрна как свои пять пальцев. Отскочив направо, где почувствовала пригорок его плеча, я заняла боевую стойку, перехватила кинжал здоровой рукой и дала своей силе взорваться в темноте, озарив небо на одну трещащую, драгоценную секунду.
Вэйнительница замешкалась, теперь она стояла спиной ко мне. Я погрузила кинжал с рунами ей между ребрами – так, как и показывал все эти месяцы Ксейден, – и выдернула, чтобы не потерять. Она попятилась с пепельно-серым лицом, а потом сорвалась со спины Тэйрна.
Я пошатнулась – кислота горела в венах все сильнее, злее, выжигая меня изнутри.
«Она мертва», – смогла сказать я, бросая слова Тэйрну, Ксейдену, Андарне, Сгаэль… всем, кто слышит.
Тени пропали, пропуская гаснущий свет сумерек, и я побрела к седлу, зажимая бок, чтобы остановить кровотечение из раны.
«Ты ранена» – сказал Тэйрн.
«Я в порядке», – соврала я, уставившись широкими глазами на темно-черную кровь, струящуюся сквозь пальцы. Плохо. Очень плохо.
Я бы не выдержала новой рукопашной. Только не с такой раной. А скоро мне не хватит сил и для магии. Энергия покидала меня вместе с кровью. Я убрала кинжал. Теперь мое главное оружие – разум.
Сделав глубокий вдох, я с трудом усмирила сердцебиение и задумалась.
«Они падают», – сказал Тэйрн, и я отвела взгляд от раны, чтобы увидеть, как три виверны, кувыркаясь, врезались в землю.
Виверны без всадников.
Созданные вэйнителями.
И все умирали, потому что я убила вэйнительницу.
Это и пытался сказать Лиам. Когда умирает дракон, умирает и его всадник. Но, оказывается, когда умирает вэйнитель, умирают и созданные им виверны. Все. Так мы можем спасти всех на поле боя.
В орде, от которой отбивался Ксейден, было двое всадников.
«Бьем по всадникам», – прошептала я.
«Да, – согласился Тэйрн, понимая мою логику. – Отличная идея».
«Готов поставить на нее свою жизнь?»
Если я ошибалась, нам обоим конец, как и Ксейдену со Сгаэль.
«Я ставлю свою жизнь на тебя так же, как и в первый день», – сказал он, заложив вираж обратно в долину, пока за нами поспешили остальные драконы с всадниками – наверняка подчиняясь приказу Тэйрна.
Впереди нас были только Гаррик и его бурый жалохвост, низко и быстро направлявшиеся к Ксейдену.
«Трое вэйнителей мертвы, но один…»
Я в ужасе наблюдала, как из темноты вышел вэйнитель с посохом ростом с него самого, приковав убийственный взгляд к Ксейдену.
«Слева!» – закричала я ему.
Сгаэль развернулась и полыхнула на вэйнителя огнем, но он даже с шага не сбился.
Гаррик выгнулся со своего места и метнул кинжал – но раньше, чем тот попал в фигуру в балахоне, та ударила посохом оземь и пропала, как ее и не было.
Он переместился. Но куда?
– Какого хера?! – закричала я на ветру.
«Генерал другого генерала видит издалека – и это их лидер», – сказал Тэйрн.
Мудрец?
«Я больше не могу их сдерживать!» – закричал Ксейден – его руки тряслись так, словно все его тело трещало по швам, а мы мчались к устью долины.
«Новый план, – объявила я ему, пока Тэйрн выжимал из себя всю скорость. – Убери тени».
«ЧТО?» – он уже сдавал; я видела это по его прогибающимся теням, видела виверн, отчаянно рвущихся через них.
«Столько страданий», – меня пронзила боль в голосе Андарны.
Я развернула голову к торговому посту и заметила золотой отблеск. У меня замерло сердце.
«Нет! Здесь слишком опасно!»
«Я нужна вам!» – крикнула она.
«Прошу, спрячься. Хоть кто-то должен выжить», – умоляла я, когда Тэйрн пролетал мимо Ксейдена и Сгаэль.
«Ксейден, убери тени. Это единственный способ».
«Тэйрн!» – закричала Сгаэль с таким страхом, какого я от нее еще никогда не слышала.
«Не проси меня об этом», – дрожал даже голос Ксейдена.
Тени рухнут, хочет он того или нет. Еще чуть-чуть – и он просто выгорит.
«Если ты мне правда доверяешь, Ксейден, я прошу довериться и теперь», – я повторила его же слова, силясь вдохнуть, морщась из-за обжигающей боли в боку. Он выгорит, если не послушает меня.
«Проклятье!»
Стена теней рухнула, и виверны помчались на нас с ужасающей скоростью. Если у меня не получится, не выживет никто. Их было слишком много.
«Найди самого сильного всадника, Тэйрн».
Это шанс. Наш единственный шанс.
Мы были в минуте от столкновения.
«Когда я избавлюсь от всадника, останется только один, Ксейден. Просто убей его – и остальные виверны рухнут».
«Я иду».
Но я там буду первая. Тэйрн быстрее Сгаэль.
«Ты спас нас уже тем, что удерживал их так долго».
Не успел он ответить, как я поставила щит и отгородилась, чтобы сосредоточиться.
Голова Тэйрна вертелась вправо и влево, взгляд искал цели, и я разрушила последние стены своей библиотеки, твердо упираясь одной ногой в мраморный пол.
«Вот, – сказал Тэйрн, глядя направо. – Вон он».
В конце летучей орды парил вэйнитель, алые вены полосовали его виски и сбегали по щекам.
«Уверен?» – спросила я.
«Да».
Из орды виверн вырвалась струя синего пламени, и я не успела даже вздохнуть, как от краев долины поднялась стена теней, потушив его.
Сила наполняла мои кости, самая моя суть вибрировала от количества энергии, которую я старалась удержать.
«Только пообещай, что твой план – это не перескочить на спину виверны?» – спросил Тэйрн, когда у меня перехватило дыхание.
Всего пара секунд – и мы на месте.
«Мне не придется, – ответила я. – Ты слышал, что сказала вэйнительница? Я могу подчинить себе всю силу неба, но для этого мне понадобится вся твоя без остатка».
Я высвободила свою печать и ударила – промахнувшись мимо виверны, а потом промахнувшись еще и еще.
Они почти налетели на нас, а я все била и била, уже упираясь в свои пределы, как и Ксейден, тушивший синее пламя раньше, чем оно успевало сжечь меня заживо.
Я не умела целиться. Я не готова. Может, после года-другого практики, но не сейчас.
«Нужно еще, Тэйрн!»
«Ты выгоришь, Серебристая! – проревел он, уворачиваясь от струи, которую пропустил Ксейден. – Ты уже идешь по грани».
Я вновь подняла трясущиеся руки.
«Это единственный способ их спасти. Я могу спасти Сгаэль. Главное, выживи ты, Тэйрн. Даже если не выживу я».
«Я не стану смотреть, как гибнет еще один всадник, не зная своих пределов. Еще один выстрел может быть твоим последним. Я чувствую, как угасают твои силы».
«Я отлично знаю, на что способна», – пообещала я, когда мое тело вновь наполнила энергия, и мое сердце екнуло, стараясь найти нужный ритм. Горячо. Мне охренительно горячо, кажется, я вот-вот вспыхну сама. Слишком много силы.
«Я не Наолин».
Страх грозил поглотить меня, пока вэйнитель мчался на нас – так близко, что я видела его оскал, – но не мой страх. А Тэйрна.
«Позволь помочь!» – крикнула Андарна, и сердце заныло, хоть и трещало от бегущей по венам энергии.
Я не успевала посмотреть, где она, – только надеялась, что все еще у форпоста.
«Только не больше, чем нужно», – сказала я ей.
Я с трудом сглотнула, сжимая здоровой рукой окровавленный кинжал, пока мы мчались прямо на стену виверн. Я прикоснулась к ее золотой силе – и она разлилась по мне, прорвалась через меня, останавливая вокруг время.
Тэйрн раскинул крылья, воспарив перед вивернами, что продвигались дюйм за драгоценным дюймом, пробиваясь через магию Андарны своей мощью.
Я должна была хотеть убить этого вэйнителя – и, помогите мне боги, я хотела.
«Сейчас!»
Я вскинула руки к вэйнителю и приказала молнии разорвать небо – и она подчинилась, ветвясь во все стороны, но мне хватало и одного серебристо-синего зигзага. Я сосредоточилась на ближайшем к вэйнителю и опускала его медленными порывами. Руки вибрировали, и я чувствовала, как сила Тэйрна толкает меня за мои пределы, когда схватила падающую ветвь и из последних сил навела на вэйнителя.
«Еще, Тэйрн!»
Он взревел – и через меня прошла сама молния, обжигая легкие, обугливая легкие, на фоне ослабевающей силы Андарны. Мне не нужно было быть с ней, чтобы чувствовать ее измождение, ее нахлынувшее бессилие. Но я зачерпнула немного, лишь то, что было необходимо. Сегодня Андарна выживет – пусть даже только она одна.
У меня была только пара мгновений, иначе столько силы прожгло бы меня насквозь.
За мысленным барьером закричал Ксейден, и его боль и страх – сильнее, чем я могла выдержать. Но у меня не было времени на него, не было времени гадать, что будет, если ничего не получится. Потому что сейчас я сосредоточилась на мести с таким холодом в душе, что гордилась бы и моя мама.
Наконец поставив молнию на место, чувствуя, как шипит кожа, я высвободила пружину времени и распрямилась, чтобы своими глазами увидеть, как она ударила точно и убила вэйнителя первым же касанием. Словно время еще не пришло в движение, его тело медленно повалилось со спины виверны.
На моем следующем вдохе больше половины чудовищ упало с неба, словно я попала в них, и рана в боку, будто дождавшись, когда я сделаю свое дело, разгорелась, грозя сжечь меня заново.
«Слева!» – заревел Тэйрн, мотнувшись к виверне и ее всаднику, полетевшим на нас с ненавистью в глазах.
Появилась теневая веревка, поймав вэйнителя за шею, Тэйрн ушел от удара влево, и я с трудом удержалась в седле.
Ксейден стащил всадника со спины чудовища вниз, прямо на клинок в своей вытянутой руке.
Проклятье, иногда я забываю, как он прекрасно смертоносен.
Зная, что теперь все выживут, я отдалась гравитации и соскользнула со спины Тэйрна.
«ВАЙОЛЕТ!» – услышала я в падении крик Ксейдена.