Глава 36

Ксейден передал письмо Гаррику в тот момент, когда остальные кинулись к краю обзорной площадки, чтобы рассмотреть угрозу. Но я ничего не могла разглядеть ни в долине под нами, ни на равнинах, тянувшихся на многие мили у подножия скал Дралора.
«Что-то не так, – произнес Тэйрн. – Я почувствовал еще у озера, но здесь это сильнее».
«Можешь понять что?» – спросила я в ответ, чувствуя, как меня охватывает тихая паника.
Если отец Даина знал, что Ксейден и остальные поставляют припасы летунам, все вело к тому, что грядущее задание – это просто казнь.
«В долине под нами».
– Ни хрена не вижу, – сказал Боди, наклонившись над стеной.
– А я вижу, – ответил Лиам. – И если это то, о чем я думаю, нам хана.
– Не говори, что думаешь, говори, в чем уверен, – приказал Ксейден.
– В письме написано, что это «испытание твоих лидерских способностей», – прочитал позади нас командир отделения. – Ты можешь либо оставить в беде деревню нашего врага, либо оставить командование своим крылом.
– Это еще какого… что это вообще значит? – Боди забрал письмо.
– Они испытывают нашу верность, просто не говорят об этом прямо. – Ксейден сложил руки на груди. – Послание говорит, если мы уйдем сейчас, то доберемся до нового штаба Четвертого крыла в Эльтувале вовремя, чтобы выполнить свои задачи на Военных играх, но если мы уйдем, то торговый пост Рессон и все его обитатели будут уничтожены.
– Кем? – спросила Имоджен.
– Вэйнителями, – ответил Лиам.
Внутри меня все упало. Нет, просто рухнуло.
– Точно? – спросил Ксейден.
Лиам кивнул.
– Я не видел их раньше, но я уверен. Четверо. Пурпурные балахоны. Багровые вены в ярко-красных глазах и на коже. Жуткие, блин.
– Похоже на правду. – Ксейден переместил вес с одной ноги на другую.
– Мне больше нравилось просто возить оружие, – пробормотал Боди.
– О, и еще один с охренительным посохом. – продолжал Лиам. – И клянусь вам Данном, только что равнина была пуста – и вдруг… вот они тут, идут такие к воротам.
Его глаза округлились, зрачки расширились – он пользовался своим дальним зрением для обзора долины.
– Багровые вены? – переспросила Имоджен.
– Потому что магия оскверняет их кровь и лишает души, – пробормотала я, глядя на Ксейдена и гадая, помнит ли он, что сказала Андарна в ночь, когда мы шли по туннелю на летное поле. – Природа любит равновесие.
Все головы, кроме головы Лиама, повернулись ко мне.
– По крайней мере, если сказки говорят правду.
Какая-то частичка во мне еще надеялась, что нет – или что я ни хрена не знаю о враге внизу. Но если это правда…
«Рядом с нами приземлились семь грифонов», – объявил мне Тэйрн.
Все напряглись, наверняка получив те же послания от своих драконов.
«Андарна, оставайся с Тэйрном», – сказала я.
Пусть Ксейден доверяет летунам, но Андарна почти беззащитна.
«Ладно», – отозвалась она.
– Этот самый с посохом сейчас… – начал Лиам.
Прогремел взрыв, громко прокатившись по пустынной долине, за ним поднялся клуб синего дыма. У меня подскочило сердце.
– Это были ворота, – договорил Лиам.
– Сколько человек живет в Рессоне? – спросил Боди.
– Больше трехсот, – ответила Имоджен, когда по долине раскатился новый взрыв. – На этом посту ведут торговлю раз в год.
– Тогда спускаемся. – Боди развернулся, но Ксейден встал перед ним, загородив дорогу с поднятой рукой. – Ты что, прикалываешься?
– Мы понятия не имеем, что нас ждет.
Его голос напомнил мне тот первый день после парапета. Полноценный командный режим.
– И что, нам просто стоять, пока там гибнут гражданские? – спросил Боди, и я напряглась.
Как и все мы, глядя на Ксейдена.
– Я сказал не это. – Он покачал головой. Перед ним стоял выбор. Так говорилось в послании. Он мог оставить либо деревню, либо свой пост, теперь ждавший его в Эльтувале. – Это вам не хреновы маневры, Боди. Кто-то из нас, если не все, погибнет, если мы спустимся. Если бы нас прислали к действующему крылу, это решение принимали бы не мы, а старшие и куда более опытные командиры. Но их нет. Не будь мы помечены бунтарскими метками, не помогай мы врагу… – он коротко глянул на меня, – нам бы даже не пришлось делать этот выбор. Теперь в топку всю субординацию: я хочу знать, что вы думаете?
– У нас численное превосходство, – сказала Солейл, прищурившись на поле и ритмично барабаня ярко-зелеными ногтями по каменному зубцу. – И воздушные силы.
– По крайней мере, пока нет виверн. – Я на всякий случай осмотрела небо.
– Э-э. Чего? – Боди поднял брови.
– Виверны. В сказках говорится, вэйнители создали их против драконов, и вместо того чтобы получать силу от них, переливают ее в них.
Будем надеяться, хоть в чем-то та книга ошибалась.
– Да, лучше не накаркать. – Ксейден покосился на меня, потом пригляделся к небу.
– Там четверо вэйнителей, а нас десять, – сказал Гаррик, отходя от стены.
– У нас есть оружие против них. – Лиам отвернулся от долины. – И Деи говорит, что семь летунов…
– Мы здесь, – произнесла брюнетка с озера, шагая по стене от юго-восточного угла форпоста. – Я оставила остальную стаю снаружи, когда мы заметили, что ваш форпост какой-то… заброшенный. – Она обреченно посмотрела в долину, откуда поднимался дым, ее плечи поникли. – Я не стану просить вас сражаться вместе с нами.
– Точно? – переспросил Гаррик.
– Точно, – она грустно улыбнулась. – Четверо – это все равно что смертный приговор. Моя стая сейчас возносит последние молитвы нашим богам, – она повернулась к Ксейдену. – Я пришла сказать, чтобы вы улетали. Вы понятия не имеете, на что они способны. В прошлом месяце хватило всего двоих, чтобы уничтожить целый город. Двоих. Мы потеряли две стаи. Если их там четверо… – она покачала головой. – Им что-то нужно, и они перебьют в Рессоне всех до единого, чтобы это получить. Забирай свою стаю и лети домой, пока еще можешь.
Мою грудь стиснул страх, но сердце заныло от мысли о том, чтобы бросить людей на смерть. Это шло вразрез со всем, за что мы стояли, пусть даже они не граждане Наварры.
– У нас есть драконы, – сказала Имоджен, повышая голос. – Это же должно что-то значить. Мы не боимся сражаться.
– А умирать не боитесь? Здесь хоть кто-нибудь видел бой? – брюнетка окинула нас взглядом, и вдруг я почувствовала себя… слишком молодой, когда ответом ей послужило лишь молчание. – Так я и думала. Ваши драконы правда что-то значат. Они могут лететь быстро и далеко. Драконье пламя вэйнителей не убивает. Только кинжалы, что вы привозили, и они у нас есть, – она посмотрела на Ксейдена. – Спасибо за все, что вы сделали. В последние пару лет вы сохраняли нам жизнь и давали шанс на отпор.
– Вы все умрете, – просто сказал Ксейден.
– Да, – кивнула она под раскат очередного взрыва. – Забирай отсюда свою стаю. Быстро. – Развернувшись на каблуках, она двинулась по стене, высоко держа голову, пока не скрылась в противоположной башне.
Ксейден сжал челюсти, и я увидела, как в его глазах загорелось пламя… пламя битвы с самим собой.
Внутри меня нарастала невыносимая тяжесть.
Если мы уйдем, все они умрут. Все гражданские. Все летуны. Не мы их убьем – но все же будем соучастниками их гибели.
Если мы будем сражаться, то, скорее всего, умрем вместе с ними.
Можно жить трусами или умереть всадниками.
Ксейден расправил плечи, и камень внутри меня расплылся тошнотой. Он принял решение. Я видела это в чертах его лица, в его осанке.
– Сгаэль говорит, что никогда не бежала от боя и не побежит сегодня. Да и я не буду стоять в стороне, когда гибнут невинные, – он покачал головой. – Но я не могу приказать вам присоединиться. Я отвечаю за всех вас. Никто из вас не перешел тот парапет потому, что хотел. Никто. Вы перешли его, потому что я заключил сделку. Я заставил вас поступить в квадрант, и я не буду думать хуже о любом, кто полетит в Эльтувал. Делайте выбор, – он с силой провел рукой по волосам.
«Я не хочу, чтобы ты рисковала».
В идеальном мире мне больше ничего не нужно было бы слышать.
«Если остальные могут делать выбор, то могу и я».
Он вздернул подбородок.
– Мы всадники, – сказала Имоджен после очередного взрыва. – Мы защищаем беззащитных. Такая у нас работа.
– Ты спас всех нас до единого, кузен, – добавил Боди. – И мы благодарны. А теперь я бы хотел заняться тем, чему меня учили, и если я не вернусь домой, значит, мою душу препоручат Малеку. Я все равно не прочь свидеться с матерью.
– Я скажу тебе то же, что сказал в наш первый год после Молотьбы, когда мы решились на контрабанду оружия, – сказал Гаррик. – Благодаря тебе мы живы столько лет; только мы решаем, как нам умирать. Я с тобой.
– Вот именно! – воскликнула Солейл, барабаня пальцами по бедру, чуть выше кинжала в ножнах. – Я в деле.
Лиам выступил вперед, встав рядом со мной.
– Мы наблюдали, как казнят наших родителей, потому что им хватило смелости поступить правильно. Хотелось бы думать, что моя смерть будет такой же благородной.
Дыхание замерло у меня в груди. Их родители погибли, чтобы разоблачить истину, а моя мать пожертвовала моим братом, чтобы утаить этот грязный секрет.
– Согласна, – кивнула Имоджен.
Все они согласились.
Один за другим согласились все, пока не осталась одна я.
Ксейден поймал мой взгляд.
«Если думаешь, будто сможешь убедить кого-то из Сорренгейлов рисковать шеей ради кого угодно вне их границы, ты глупец» – так она сказала на озере?
Да ну на хрен.
«Тэйрн?»
На войну отправлялась не я одна.
«Мы будем пировать их костями, Серебристая».
Красиво и доходчиво.
Я не бросила бы невинных людей на смерть, по какую сторону границы они бы ни жили. Я не сбежала бы, оставив товарищей рисковать жизнью, несмотря на мольбу в глазах Ксейдена.
Хотя бы Рианнон, Сойера и Ридока здесь не было. Они доживут до второго курса.
А мама… Судя по кинжалу на ее столе, она знала – но ничего не сделала, чтобы это прекратить. Видимо, я стану ее второй жертвой ради сохранения вэйнителей в тайне.
– Я была беззащитной, – сказала я Ксейдену, поднимая подбородок. – А теперь я всадница. Всадники сражаются.
Остальные одобрительно зашумели.
Тысяча чувств пронеслась по его лицу, но он лишь кивнул и подошел к каменным зубцам.
– Лиам. Отчет.
Его сводный брат подошел к нему и сосредоточился.
– Летуны вступили в бой, все семеро… шестеро. Похоже, они пытаются отвлечь огонь на себя, но, твою мать, такого огня, как у вэйнителей, я среди всадников не видел. Трое стоят вокруг города, а один пробивается к зданию в середине. Часовая башня.
Ксейден кивнул, потом разделил нас согласно задачам. Гаррик и Солейл прочешут периметр, а остальные атакуют вэйнителей по сторонам от Рессона, приглядывая за часовой башней, когда будем пролетать у города.
– Убить их можно только кинжалом.
– А значит, придется спешиться и драться, когда мы сумеем вывести гражданских в безопасное место, – прибавил Гаррик с мрачным лицом. – Не метайте свое единственное оружие, пока не будете уверены.
Ксейден кивнул.
– Спасите столько людей, сколько сможете. Вперед.
Мы спустились за Ксейденом по лестнице и прошли через молчащий, пустынный плац. Снаружи уже ждали драконы, сидевшие на краю утеса и в волнении переминавшиеся с лапы на лапу, глядя на торговый пост внизу.
Я прошла прямо между Тэйрном и Сгаэль.
«Я знала, что ты сделаешь правильный выбор, – сказала драконица, взглянув на приближавшихся Ксейдена с Лиамом, шагавших опасно близко к краю пропасти. – И он тоже знал. Хоть ему и не нравится подвергать тебя опасности, он знал».
«Значит, он знает меня намного лучше, чем я – его», – я подняла бровь.
Сгаэль моргнула.
«Ты уже далеко не та дрожащая девчонка, что стояла на плацу и старалась скрыть страх перед парапетом. Я это одобряю».
«Я не просила твоего одобрения».
Если я умру, хотя бы буду честна в свои последние мгновения.
Она фыркнула и толкнула голову Тэйрна своей, но он даже не шелохнулся.
Под подошвами хрустели камни, пока я шла под Тэйрном к Андарне, которая, стоя между его лапами, наблюдала атаку вэйнителей. Я остановилась перед ней, закрыв собой кровавую резню.
«Оставайся и прячься».
Я не поведу ребенка в бой – и точка.
«Оставайся здесь», – саркастично пророкотала она в ответ.
Я подавила грустную улыбку. Ужасно жаль, что я уже не застану ее бунтарский переходный возраст.
«Согласен, – Тэйрн подставил мне плечо. – Ты – мишень, малышка».
«Я серьезно, – приказала я Андарне, погладив ее чешуйчатый нос. – Если не вернемся к утру или если решишь, что приближаются вэйнители, лети домой, в Долину. Любой ценой спрячься за чарами».
Она раздула ноздри:
«Я тебя не брошу».
В груди так ныло, что я с трудом поборола желание потереть место над сердцем, а вместо этого расправила плечи. Кое-что нужно было сказать.
– Ты почувствуешь, когда спасать будет уже нечего. И это может разбить тебе сердце, но, когда почувствуешь, улетай. Дай слово, что улетишь.
Прошли мгновения, но наконец Андарна кивнула.
– Иди, – шепнула я, погладив ее прекрасную морду в последний раз.
С ней все будет хорошо. Она доберется до Долины. Нельзя позволять себе думать иначе.
Она развернулась и направилась к форпосту, а я взяла себя в кулак и прошла между лапами Тэйрна, быстро бросив в последний раз взгляд на долину. Ксейден и Лиам стояли по правую руку, делая то же самое – готовясь вылетать.
Вдруг воздух разорвал вопль, и из долины в двух хребтах к югу поднялся огромный серый дракон… из-за границы Поромиэля. И поджал две лапы под массивное пузо, улетая от нас прямиком к Рессону.
– Поблизости есть стая? – спросил Лиам.
– Нет, – ответил Ксейден.
У меня словно земля ушла из-под ног.
«Я бы могла поклясться, что видела во время этой атаки стаю драконов за границей», – так ведь сказала в Монсеррате Мира?
Дракон снова завопил и полил склон синим пламенем, поджигая деревья перед тем, как вылететь на равнины Рессона. Синее. Пламя.
Нет. Нет. Нет.
– Виверна, – сердце встало комом в горле. – Ксейден, две лапы, не четыре. Это не дракон. Это виверна.
Может, если повторить это еще несколько раз, я наконец поверила бы своим глазам.
Так вот что редактировало наше руководство?
Это же должен быть миф, а не существа из плоти и крови. Впрочем как и вэйнители.
– Что ж, вот и плакало наше воздушное превосходство, – сказала Имоджен, потом пожала плечами. – Ну и хрен с ними. Они тоже могут дохнуть.
«Они сотворили мерзость», – сказал Тэйрн, и слова его глухо пророкотали в драконьей груди.
«Ты знал?»
«Подозревал. Как думаешь, почему я тебя так третировал во время маневров?»
«Нам с тобой еще надо поработать над общением».
– Видимо, теперь мы знаем все подробности, – сказал Лиам.
– Никто не передумал? – спросил Ксейден. Никто не ответил. – Нет? Тогда по седлам.
Я подошла к плечу Тэйрна, но Ксейден опередил меня.
– Повернись, Вайоленс, – приказал он, и я развернулась к нему. Он достал один из кинжалов и сунул в свободные ножны у меня на ребрах. – Теперь их у тебя два.
– Не станешь читать мне нотации, чтобы я осталась в крепости? – спросила я, чувствуя, как от близости с ним пришли в смятение все мои чувства.
Пусть он столько скрывал от меня… но сердце по-прежнему ныло от одного только взгляда на него.
– А если бы я попросил, ты бы осталась? – Он посмотрел мне прямо в глаза.
– Нет.
– Вот именно. Я не вступаю в бои, в которых мне не победить.
Я сверкнула взглядом.
– К слову о боях, в которых тебе не победить, генерал Мельгрен узнает, что здесь произошло. И сможет увидеть исход боя.
Он медленно покачал головой и показал себе на шею – на метку восстания, змеящуюся по горлу.
– Помнишь, я рассказывал, как понял, что это дар, а не проклятье?
– Да. – Когда я была в его постели.
– Просто поверь – из-за этого Мельгрен не увидит ни хрена.
Я раскрыла рот, вспомнив, как Мельгрен сказал, что любит взглянуть на Ксейдена раз в год.
– Какие еще секреты ты от меня прячешь?
– Есть кое-что, – он мягко обхватил меня ладонями за шею и придвинулся. – Останься в живых – и обещаю, что расскажу тебе все, что попросишь.
От этого простого признания сжалось сердце. Как бы я ни злилась, я не могла представить себе мир без него.
– Ты должен выжить, хоть я и ненавижу, что все еще тебя люблю.
– Это меня устраивает.
Уголок его губ поднялся, он уронил руку и отвернулся от меня, направляясь к Сгаэль.
Тэйрн снова подставил плечо – и я села, застегнув седельные ремни и закрепив за спиной рюкзак. Пора.
«Найди укрытие получше, Андарна. Я не перенесу, если ты пострадаешь».
«Бей в горло», – ответила она, уходя в заброшенный форпост.
Справа взлетела Сгаэль, и я сжала луки, когда Тэйрн устремился в небо следом за ней, тяжело взмахивая огромными крыльями.
«На том торговом посту что-то есть. Мы все это чувствуем», – сказал Тэйрн, догнав драконицу и ухнув с хребта в крутое пике, от которого мой желудок остался где-то наверху.
Ремни впились в бедра, но свое дело сделали и удержали меня на месте, когда я отняла одну руку от луки седла, чтобы опустить летные очки на глаза. Мы вошли в тень – солнце скрылось за утесами Дралора и погрузило все в темноту.
Разнесся очередной взрыв, на сей раз разнесший кусок высокой каменной стены торгового поста, и Тэйрн поднялся выше, чуть не врезавшись в летуна на грифоне, и пронесся над самым городом, но слишком быстро, чтобы услышать что-то кроме криков местных жителей, бежавших по улицам к воротам.
«Куда делась виверна?» – спросила я Тэйрна.
«В долину. Не переживай – вернется».
Какая радость.
Я шарила глазами по крышам маленького поста, пока не увидела его – это – неважно. На деревянной часовой башне стоял силуэт в пурпурном балахоне, развевавшемся на ветру, и метал, словно кинжалы, голубое пламя в гражданских под ним.
Он был страшнее, чем на любой картинке: реки багровых вен разбегались во все стороны от бездушных глаз, затопленных магией. Лицо осунувшееся, с торчащими скулами и тонкими губами, заскорузлая рука сжимала длинный красный посох из какого-то кривого дерева.
«Тэйрн!»
«Да, давай».
Тэйрн в крутом вираже откололся от Сгаэль, направляя нас в деревню. Через пару ударов крыльев из его пасти пролился огонь – и он спалил башню, не останавливаясь.
«Есть!»
Я развернулась в седле, глядя, как деревянная постройка разваливается в языках пламени. Но через считаные секунды вэйнитель вышел из нее без единой царапины.
«Вот дрянь. Еще живой», – выдохнула я, пока мы летели обратно к назначенной нам области, и мысленно корила себя за уверенность, будто все может кончиться так быстро. Неспроста этими тварями с детства пугали всех наваррцев – уж точно не потому, что их легко убить. Придется подобраться, чтобы всадить в него кинжал.
Я повернулась вперед как раз вовремя, чтобы заметить, как нашу траекторию с ослепительной скоростью пересекла огромная масса крыльев и клыков. Уворачиваясь, Тэйрн врезал хвостом по ряду домов и забил им, разбрасывая обломки. Мы едва уклонились от шипящего языка синего огня из пасти чудовища, плюнувшего пламенем в ближайшее дерево.
«Виверна вернулась!»
«Это уже другая, – гаркнул Тэйрн. – Передаю приказы остальным».
Ну естественно. Может, Ксейден и командовал всадниками, но драконов явно возглавлял Тэйрн.
Виверна развернулась и направилась в центр города, подобрав две лапы под себя и взмахивая крыльями, она была похожа на гигантскую летучую мышь. На ней сидела всадница в бордовой летной форме, напоминающей нашу, а ее глаза были того же жуткого красного цвета, что и у вэйнителя на часовой башне.
«Ксейден, виверн больше одной».
Мгновение тишины – но я почувствовала осязаемый шок Ксейдена, а затем гнев.
«Если потеряешь Тэйрна, позови, а потом дерись, пока я не прилечу».
«Невозможно. Я ее не отпущу, командир крыла», – проревел Тэйрн, а я впервые толком рассмотрела небо над городом, заполненное драконами, грифонами и вивернами, прямо как в сказке о творении.
«Солейл обнаружила заколоченный вход в какую-то шахту, – сказал Ксейден. – Мне нужно…»
Тэйрн круто развернулся к горам.
«…чтобы вы попробовали прикрыть жителей, пока их выводят Гаррик и Боди, – договорил он. – Лиам уже в пути».
«Ясно. – У меня стучало сердце. – Тэйрн, я не умею целиться».
«Научишься, – сказал он, будто это давно уже закрытый вопрос. – Грифоны уже получили приказы».
«Драконы умеют разговаривать с грифонами?» – Мои брови чуть не улетели вверх со лба.
«Естественно. Как, по-твоему, мы общались до вмешательства человека?»
Я прильнула к его шее, пока мы маневрировали над городом – миновали больницу, что-то вроде школы, ряды и ряды лотков на рынке, охваченные огнем. Ни следа того первого вэйнителя в пурпурном балахоне, но в центре города мы пролетели над обугленным телом грифона и его летуном рядом. Внутри все перевернулось, когда я увидела, что к ним снова закладывает вираж виверна – и на перехват ей идет Сгаэль.
«Она может постоять за себя, – напомнил мне Тэйрн. – Как и мы. У нас есть приказ. Сосредоточься».
Точно. Сосредоточиться.
Мы миновали семьи, бегущие прочь из разрушенных домов, а потом городские стены, направляясь к отверстию в горе, где бурый дубинохвост Солейл как раз разметал хвостом доски, закрывавшие заброшенный туннель. Вдоль дороги там виднелись еще несколько построек, но, кажется, в них уже никого не было.
Приблизившись, Тэйрн круто вильнул влево, и ремень врезался мне в ногу от смены веса в седле. Затем он раскинул крылья и завис перед Солейл, повернувшись грудью к Рессону и кричащей толпе, бегущей от городских стен к нам – под охраной пары грифонов и их летунов, контролирующих небо.
Но вот кого они не видели, так это вэйнительницы, шагавшей от ворот на севере. Она тяжело глядела на людей красными глазами. Вены на ее висках проступали куда сильнее, чем у всадницы, а длинная синяя мантия напомнила о владельце посоха, который пережил взрыв башни.
«Я уже сказал Фуэл. Она защитит Солейл», – сказал Тэйрн, стартуя навстречу угрозе.
«Увези меня и уведи ее подальше от толпы».
Сила уже трещала у меня под кожей.
На грунтовом проселке споткнулась девочка – и у меня екнуло сердце при виде того, как отец подхватил ее на руки и побежал дальше.
Мы пролетели мимо Деи, и я заметила краем глаза, как он приземляется, пока поднимала руки и выпускала силу на волю, сосредоточившись на вэйнительнице.
Ударила молния. Рухнула городская стена.
Дерьмо.
«Продолжай. Деи просит больше времени!» – поторопил Тэйрн.
Тут я совершила ошибку – повернулась в седле, чтобы увидеть, как Лиам и Солейл уже спешились и заводили людей в шахту, пока Деи и Фуэл охраняли их справа и слева. Если что-нибудь случится – если одна из виверн над городом обратит на них внимание – они в беде. Как и люди, которых они защищали.
Прилетела троица грифонов, держа в когтях несколько горожан. Сбросили их у входа в шахту и повернули обратно за новой партией.
По мне вновь прокатилась энергия – и я направила разряд в вэйнительницу, но в этот раз взорвалось здание на склоне справа от нас. Доски разлетелись в разные стороны.
Вэйнительница вскинула взгляд – и мой желудок скрутило узлом, когда она заметила меня. В ее красных глазах не было ничего, кроме чистейшей злобы, когда она подняла левую руку, а потом сжала кулак.
По склону покатились валуны.
Солейл вскинула руки, остановив оползень раньше, чем он раздавил бы беженцев. Ее руки тряслись, но камни сыпались по сторонам от шахты, оставляя путь открытым.
Я развернулась обратно к вэйнительнице и охнула.
В воздухе чувствовалась необработанная энергия – у меня встали дыбом волосы на руках, когда вэйнительница опустила ладони к земле. Трава вокруг нее побурела, потом увяли кусты дикого клевера и свернулись листья, теряя цвет.
«Тэйрн, она…»
«Транслирует», – пророкотал он.
Я метнула еще одну вспышку света, пока зараза расползалась от колдуньи во все стороны, словно она высасывала самую жизнь земли, но попала слишком близко к дороге и отбившимся от толпы горожанам.
«Осторожней. Деи говорит, в здании по ту сторону дороги есть какой-то ящик с семейным гербом Лиама, – сообщил Тэйрн, когда я выпустила еще одну молнию, промазавшую мимо вэйнительницы. – Он говорит, содержимое крайне… нестабильно».
«Здание-то меня как раз не волнует», – ответила я, пока внизу, под крыльями Тэйрна, разбегался круг смерти, и взяла еще энергии дракона, готовясь ударить.
Когда же в туннель вошли последние горожане, Солейл бросилась к вэйнительнице с кинжалом в руке и Фуэл – следом за ней.
Все, что угодно… лишь бы люди выжили.
От вэйнительницы продолжали расходиться волны смерти, и одна застигла убегавшего горожанина, прямо посреди дороги. Он рухнул с беззвучным криком, свернулся калачиком – и от его тела осталась лишь пустая шелуха.
Воздух застыл в моих легких, сердце дало сбой. Она только что…
– Солейл! – закричала я, но было уже слишком поздно. Третьекурсница сделала несколько шагов в мертвую зону, ее драконица потянулась за ней – и они обе покатились по земле. Драконья туша тяжело упала, подняв тучу пыли.
Их иссушило в считаные секунды, тела съежились. Мою грудь словно сдавило тисками, и несколько секунд я просто не могла вздохнуть. Теперь у вэйнительницы было еще больше сил.
«Скажи Деи!»
Я оглянулась, увидев, что Лиам мчится к дракону. Ему было нужно время.
«Уже».
Тэйрн свернул налево от пущенного в нас огненного шара – первого из очереди, спасаясь от которой пришлось отлететь за дорогу.
«Мы потеряли Солейл», – сообщила я Ксейдену.
Единственным ответом мне стала волна печали. Пусть молчаливая, но я все равно знала, что это он. Ксейден страдал.
Грифоны поднялись в воздух, их ездоки атаковали. Но их магия против вэйнительницы не казалась такой уж сильной. И тут же появились еще две виверны, обе без всадников.
«Передай им сменить тактику. У них нет ни шанса, если они приблизятся к вэйнительнице», – сказала я Тэйрну.
Грифоны тут же сменили курс, а я снова выпустила свою энергию, в этот раз ударив ближе к цели. Вэйнительница вскинула на меня глаза, а затем быстро развернулась на звук крыльев.
Приближались Гаррик и другие меченые третьекурсники. Мы давили ее числом – и я надеялась, она это понимала.
Грифоны объединились и накинулись на одну виверну, а Лиам наконец взлетел на спину Деи, и они поднялись в воздух, спасаясь от расползающегося кольца смерти, но другая виверна нырнула к земле, направляясь к вэйнительнице.
И совсем рядом с ее траекторией движения находилось знакомое здание…
«Ты сказал, там какие-то взрывчатые вещества, да?» – спросила я.
«Да».
Я сомневалась, что попаду, но…
«Прекрасная мысль».
Тэйрн завис на позиции в десяти ярдах над землей, когда Лиам пролетел над нами к грифонам, меча ледяные копья в горло раненой виверны. Хлынула кровь – и чудовище рухнуло с душераздирающим воплем.
Минус одна.
Вэйнительница вышла на дорогу, а вторая виверна пошла к ней на посадку.
«Сейчас!» – мысленно крикнула я.
Тэйрн глубоко вдохнул и выпустил пламя в тот момент, когда виверна взлетела, огонь охватил всю постройку – и все, что в ней. Когда здание рвануло, закидывая горящими обломками все вокруг, меня опалило жаром.
Огненная буря чуть не зацепила и нас, но Тэйрн ушел влево, в последний момент увернувшись от взрыва.
Я закричала, вскинув кулак на обратном вираже, и ветер остудил жжение на щеке. Мы сбили одну виверну, эвакуировали немало горожан – и не может быть, чтобы кто-то выжил в таком взрыве.
Тэйрн опустил правое крыло в резком повороте, готовясь к новому пролету над городом. Я взглянула направо и вскрикнула. Взрыв не убил не только виверну, но и вэйнительница была жива-здорова – и направлялась к…
Блядь. Блядь. Блядь!
Из долины показалось еще больше виверн, и я изо всех сил старалась не поддаться панике, когда мимо нас прошел раскаленный луч синего пламени. Я развернулась в седле и увидела над городскими стенами, прямо у нас на хвосте, очередную виверну, нагоняющую Тэйрна с ужасающей скоростью.
«Есть идеи, как убить столько виверн?» – спросила я его, чувствуя, что паника тонет в груди, словно якорь, грозящий утянуть меня в хаос ужасных мыслей.
Я видела по меньшей мере шесть тварей, все – с ужасающим размахом крыла и острыми зубами, все направлялись к нам.
«Так же, как можно убить нас», – ответил Тэйрн, уводя преследовательницу от центра города, где пешие Гаррик и Боди с кинжалами в руках гнались за вэйнителем из часовой башни.
«У меня под рукой что-то нет баллисты!»
«Нет, но есть молния, и ее разряд остановит сердце любого дракона».
«Скажи, что предупредил остальных, как погибли Солейл и Фуэл».
Все, кто высадился на землю, в опасности.
«Они знают, чем рискуют».
Боги, внизу еще оставались дети, одни кричали, другие хранили душераздирающее молчание, пока матери уносили их мертвые тела с улиц.
Это невозможно было описать.
«Нужно отвлечь их от города», – сказала я Ксейдену, поворачиваясь в седле, насколько позволяли ремни, чтобы лучше осмотреть небо и виверн – некоторые медленно кружили над остатками часовой башни.
«То, что им нужно, находится там», – сказал Тэйрн.
«Согласен в обоих случаях. Делайте что можете, чтобы выиграть время для эвакуации, – ответил Ксейден. – Мы очищаем окраину города».
Он помолчал – и через наш эмоциональный барьер пробилась волна тревоги: «Постарайся не умереть».
«Как раз этим и занимаюсь».
Виверна спикировала, только чтобы снова взмыть – с человеческой ногой в зубах.
Мы закончили круг и направились к югу над домами торгового поста, прочь от центра и от Боди с Гарриком.
«Они не следуют за нами, – буркнул Тэйрн. – Нужно их привлечь».
«Тому вэйнителю не понравилось, как я мечу молнии».
«Ты – угроза».
«Тогда привлечем их внимание угрозой».
Он одобрительно рокотнул.
И я раскрылась полностью, пустив силу Тэйрна вволю клокотать у себя под кожей.
А как только мы покинули стены, вскинула руки и выпустила эту силу на свободу.
Молния прочертила небо, привлекла испуганные взгляды орды виверн, одна из которых нарушила свой курс и полетела в нашу сторону, взмахивая хвостом с ядовитыми колючками.
Может, это была и не лучшая мысль.
«Теперь никуда не деться», – напомнил Тэйрн.
Точно.
Они наконец вылетели за городские стены.
Я призвала еще силы и сплела их в разряд – руки дрожали, поток чистой энергии бил слишком сильно. Молния ударила раз, промазав мимо виверн – дальше, чем мне хотелось бы признать. Страх наполнил рот вкусом пепла. Я не была к этому готова.
«Пробуй еще».
«Мне не хватает контроля…»
«Пробуй еще!» – потребовал Тэйрн.
И я снова ударила, разрушив стены между мной и Тэйрном, и он направил в меня еще больше энергии. Молния разорвала сумеречное небо так ярко, что я заморгала.
«Еще!»
Я снова и снова преисполнялась силой, сосредоточившись на вивернах, пока Тэйрн уворачивался от синего пламени. Наконец я попала в одну, мигом сбросив ее на землю. Она врезалась в склон с потрясающим… очень приятным грохотом.
«А что с вэйнителем, с которым она связана?» – я дрожала, стараясь не дать силе возобладать надо мной. По лицу градом катился пот.
«Надеюсь, они как мы. Убьешь виверну – и умрет всадник, но трудно сказать – здесь так много свободных виверн».
«"Надеюсь" сейчас не лучшее слово…»
Я повернулась в седле и с ужасом увидела, как из долины вылетели еще две виверны без седоков.
«Гражданским нужно больше времени. Давай его отыграем».
Тэйрн согласно заревел, и мы помчались обратно к посту.
Ксейден взял одну виверну за горло и душил тенями, пока третьекурсник метал лед в ее всадника, а остальные четверо делали что могли, чтобы отогнать новоприбывших сочетанием магии и драконьего пламени.
Сила проносилась по мне волна за волной, пока я призывала больше молний, чем на всех тренировках, вместе взятых. Взмахнула рукой и нацелила очередной разряд в виверну у главных ворот – или их остатков. Промахнулась, но попала в пустую башню, разбросав во все стороны обломки, и виверна, задетая большим камнем по хвосту, закрутилась в воздухе.
Тэйрн заложил очередной крутой вираж, и мы снова вернулись к городу. Я сделала глубокий вдох, вызвала молнию – и на этот раз поразила тварь прямо в спину, с приятным слуху шкворчанием. Огромная бестия завизжала, затем с оглушительным грохотом рухнула на ближайший склон.
Возвращаясь для очередного пролета, все еще хмельная от недавнего успеха, я выпустила еще три молнии подряд. К сожалению, скорость не помогала точности, как и всплеск адреналина. Впрочем, я устроила еще три взрыва – и один отвлек довольно крупную виверну, гнавшуюся за Боди, выиграв ему секунду для маневра, чем его дракон и воспользовался: круто вильнув влево, он зашел к виверне сзади и вонзил зубы в ее кожистую серую шею. Раздался зловещий треск – и дракон Боди выпустил бездыханную тушу, чтобы та рухнула на землю в пятнадцати ярдах внизу.
«Слева!» – крикнула я, увидев на левом фланге еще двух виверн.
Я предоставила маневры уклонения Тэйрну, а сама сосредоточилась на том, чтобы обрушить на них как можно больше молний. Руки дрожали и слабели с каждым разрядом, которые я старалась удерживать до последнего, чтобы не задеть наших всадников.
Сгаэль сражалась на западной стороне форта, и у меня сердце ушло в пятки, когда она пролетела низко над землей, а Ксейден исполнил впечатляющий прыжок с разбега, перекувыркнувшись в пыли, – и поднялся на ноги. Почти сразу же во все стороны потянулись тени и накрыли кричащих людей, бежавших от лязгающей челюстью голодной виверны.
Одна из тварей у меня на хвосте, должно быть, заметила, что Ксейден спешился, потому что на миг сложила крылья и нырнула к земле, чтобы в последнюю минуту на бреющем полете пронестись в нескольких ярдах от мягких теней. Проклятье. Она летела прямо на Ксейдена, широко разинув пасть, планируя подхватить его в полете.
– Ксейден! – выкрикнула я вслух, но он уже заметил опасность и точно лассо закинул тени на шею Сгаэль, чтобы та сорвала его с земли – и с дороги приближающейся виверны.
Только что он болтался на теневой веревке – и вот уже снова в седле, пока Сгаэль поворачивала для очередного низкого захода над городом.
Но я так сосредоточилась на Ксейдене, что совершенно забыла о виверне у нас на хвосте. Впрочем, не забыл Тэйрн, и начал забирать выше и выше, уводя ее от поста на головокружительную высоту.
«Вайоленс! – крикнул Ксейден. – Под тобой!»
Я опустила глаза и охнула. К нам катился поток синего пламени.
«Уклоняйся!»
Тэйрн свернул налево – и моя задница слетела с седла, удерживаемая только ремнями, когда он сделал бочку, еле увернувшись от огня. Но когда он выпрямился, виверна все еще не отставала. У меня сердце подскочило к горлу, когда она раскрыла пасть, чтобы вцепиться в бок Тэйрна острыми окровавленными зубами.
– Нет! – я вскинула руку, метнула в ее сторону разряд и приготовилась к столкновению.
Между нами пронеслось синее пятно – и виверну отбросила туша дракона. Сгаэль. Ее челюсти несколько раз подряд сомкнулись, кусая и разрывая бок твари, кромсая плоть и разбрызгивая кровь в самой жестокой воздушной трапезе, что я видела. Затем она развернулась и добила раненую виверну ударом хвоста по голове, отправив ее на землю в десятках ярдов под нами.
Затем Сгаэль набрала скорость, накренилась и прошла мимо нас, чуть ли не погладив крыло Тэйрна – меня же она одарила угрожающим взглядом, а кровь виверны еще стекала из ее пасти. Намек понят. Ее дело – присматривать за Ксейденом, а мое – точно так же присматривать за Тэйрном.
Я быстро завертелась в седле, выглядывая виверн со всех сторон, потом сказала Тэйрну: «Заберемся повыше, чтобы лучше прикинуть, с чем имеем дело».
Мы не поднялись и на тридцать ярдов, когда я заметила, что Лиам и Деи быстро мчатся в противоположном направлении, спасаясь от вэйнителя на виверне.
«Лиаму нужна помощь!» – быстро сказала я.
«Понял», – ответил Тэйрн, перевернувшись в воздухе.
На секунду мы зависли, после чего его широкие крылья поймали ветер, и мы повернули прямиком к Лиаму.
Вэйнитель поднял какой-то посох, посылая в Деи шары синего пламени, но дракон увернулся от всех, а Лиам встал и пробежал по его спине к хвосту. В последнюю секунду Деи хлестнул хвостом, чтобы перекинуть Лиама на виверну. Я даже не успела вскрикнуть, как он уже приземлился на корточки и выхватил один из кинжалов с рунами, похожий на те два, что вручил мне Ксейден.
Вэйнитель развернулся, вскинув посох, но Лиам действовал убийственно проворно и перерезал ему горло с пугающей точностью. Виверна тут же прекратила махать крыльями, тяжелая туша начала падать, а Лиам соскочил с ее спины на пролетавшего внизу Деи.
Тут слева на нас, могуче взмахивая крыльями, пролетела новая виверна.
«Тэйрн!»
Сила наполнила мои вены, и я подняла руки, но Тэйрн сделал бочку, перевернув мой мир вверх тормашками, и провел когтями и «утренней звездой» по туше виверны от горла до хвоста, распоров ее в полете, а потом выровнялся, пока та чертила кровавую траекторию вниз.
Но не только воздушная акробатика вызвала у меня прилив восторга.
Впервые с тех пор, как мы решились защищать жителей торгового поста, с тех пор, как нам сказали, что против четырех вэйнителей не победить, засевшая в груди паника начала рассеиваться. Возможно, мы сегодня даже выживем. Возможно.
И тут новая виверна нырнула из облака над нами прямиком к Тэйрну и, сложив крылья, зубастым копьем понеслась в нашу сторону.
Тут было не до маневров. Оставались всего секунды – но у меня перед глазами мелькнуло красное: это Деи врезался в бок огромного серого зверя.
Я не успела выдохнуть от облегчения, как увидела, что Лиама бросило со спины на шею Тэйрна с безумной скоростью.
– Вайолет!
– Лиам! – я поймала его бьющие по воздуху руки, чувствуя, как под его весом выворачивает мои суставы, и Тэйрн сделал крутой поворот вслед за Деи. – Держись!
Кривясь, Лиам пополз на локтях, несмотря на невозможный угол, и ухватился за луки седла. Я накрыла его собой и вцепилась изо всех сил, пока Тэйрн закладывал виражи, стараясь держаться близко к Деи и огромной серой виверне, но все-таки чуть в стороне от них.
В битве, развернувшейся в каких-то ярдах от нас, когти рвали чешую, щелкали зубы – и слышались ужасающие вопли боли. Слишком близко, чтобы я могла что-то сделать, и я не могла гарантировать, что попаду молнией именно в тварь, а не в Деи.
Оставалось только держать Лиама.
Схватив ремень для пояса, которым я никогда не пользовалась, я обвила туловище Лиама и застегнула.
– Удержит тебя, пока не вернем тебя на Деи. Но я не могу колдовать, не задев его! – попыталась я перекричать ветер.
От боли в глазах Лиама перехватило дыхание.
– Зачем ты это сделал? – воскликнула я, шаря пальцами по его куртке, чтобы зацепиться и подтянуть ближе. Наконец решила подцепить за ворот. – Зачем ты рисковал?
Боги, если с ними что-нибудь случится…
Его взгляд столкнулся с моим.
– Эта тварь собиралась отхватить кусок от Тэйрна. Ты спасла мне жизнь – теперь мой черед. Думай что хочешь о том, как я хранил чужие секреты, Вайолет. Но мы все-таки друзья.
Ответить было невозможно – Тэйрн снова перевернулся в воздухе, тело Лиама оторвалось от чешуи, а кожаный ремень скользнул ему под мышки. Я стиснула кулаки на воротнике его летной куртки, но особо хвататься там было не за что. Тикали мгновения, я не могла вздохнуть, не могла думать ни о чем, кроме как отчаянно держать Лиама, пока Тэйрн не выровняется, стараясь не отставать от Деи и не ранить никого из нас в процессе.
Но затем крик Деи пронзил меня до мозга костей, и они с виверной ушли в пике.
«Ты можешь что-нибудь сделать?» – взмолилась я Тэйрну.
«Постараюсь!» – он склонился направо и рухнул в штопор, готовясь к удару.
Это мы должны были сражаться за свою жизнь, а не Лиам и Деи – за нас.
И боги, Деи проигрывал, а значит, Лиам…
У меня стиснуло горло. Нет. Этому не бывать.
«Сюда!» – позвала я Ксейдена.
Через мои руки прошла волной и затрещала энергия, но удачной цели так и не появилось. Они слишком быстро двигались.
«Я охочусь на вэйнителей на стенах!» – ответил он.
«Деи сражается не на жизнь, а на смерть!»
Мгновение чужого ужаса сжало мою грудь в тисках.
«Если я улечу, гражданским конец!»
Мы сами по себе. Быстрый взгляд на поле боя сообщил, что все драконы сцепились со своими врагами.
Хлестнул хвост Тэйрна, ударив по крупу виверны, вернулся окровавленным, но мразь не отпускала Деи. Ее лапы напряглись, когти вонзились глубже под красную чешую.
– Деи! – надсадный крик Лиама будто треснул, распался в воздухе облаком осколков боли и потери.
Тэйрн бросился вперед, впившись в плечо виверны и пустив кровь, но и этого было мало. Он развернулся для нового захода, чуть не скинув Лиама, но ремень выдержал.
Справа приблизилась еще одна виверна без всадника.
«Справа!»
Тэйрн развернулся быстрее, чем когда бы то ни было, и разорвал горло новой угрозе, тормоша виверну, как куклу. Затем разжал челюсти и дал ей упасть на горный склон под нами.
Затем нырнул, чтобы догнать Деи и виверну, мчащихся к земле.
Ужас, зловещий и тяжелый, осел в груди.
«Мы летим!» – подал голос Ксейден.
Но он не успевал.
– Вайолет! – крикнул Лиам, и я оторвала глаза от кровавой битвы. Мы неслись вниз. – Нужно убить всадников.
– Знаю! – ответила я. – Убьем! – Пусть он только держится. Они оба.
– Нет, я хотел сказать…
Тэйрн снова рванул, и нас отбросило в сторону. Он проделал зубами очередную дыру в крыльях виверны, исцарапал ее хвост когтями, но тварь держала Деи смертной хваткой. Все ее крылья были изорваны, но ее словно ничего не волновало. Только бы пускать когти глубже в брюхо Деи, словно тварь была готова сдохнуть, лишь бы забрать с собой врага.
– Все будет хорошо, – пообещала я Лиаму, чуть не задохнувшись от ветра, который так и хлестал по щекам.
Обязательно должно быть; пусть даже земля все ближе и ближе с каждой секундой… должно быть.
Деи снова закричал, слабее и пронзительнее, чем в прошлый раз. Он плакал.
«Нам нужно подниматься!» – предупредил Тэйрн.
– Он умирает! – Лиам потянулся со спины Тэйрна к своему дракону, чтобы коснуться красного кинжалохвоста в последний раз.
– Просто держись… – начала я, но мучительный вопль дракона лишил меня дара речи.
Его потрошили у нас на глазах, а мы ничего не могли поделать.
Виверна победоносно заревела за секунду до того, как они с устрашающим грохотом врезались в склон. Упала, но тут же вскочила и похромала прочь на задних лапах, упираясь в землю еще и когтями на концах крыльев.
Деи не двигался.
Надсадный крик Лиама разбил мне сердце, и Тэйрн раскинул крылья, резко уходя в сторону от той же мрачной участи.
«ДЕИ».
Скорбь Тэйрна пронзила мое тело. Он полил огнем удаляющуюся спину виверны, а мою голову заполнил плач Андарны.
Нет. Если Деи…
«Он?..»
Я не смогла договорить.
«Его нет».
Тэйрн сменил курс, возвращаясь к склону у городских стен, где пал Деи.
Нет. Нет. Нет. Это значит…
– Лиам! – я крепче схватилась за друга при скоростном приземлении, когти Тэйрна пробороздили землю, и мы замерли у туши Деи.
«У тебя только пара минут», – предупредил Тэйрн.
– Деи, – шепнул Лиам, падая со спины Тэйрна.
– Я тебя доведу, – пообещала я, уже возясь с застежками и ремнями.
«Деи умер, – крикнула я Ксейдену дрожащим голосом. – Лиам умирает».
«Нет».
Я чувствовала его ужас, скорбь, ошеломительный гнев заволок мой разум, смешиваясь с моим, пока не стало больно дышать.
Минуты. У нас всего лишь минуты.
– Только держись, – шептала я Лиаму, стараясь не расплакаться, когда он посмотрел на меня своими небесно-голубыми глазами, широкими от шока и боли.
После всего, что Лиам сделал для меня, это меньшее, чем я могла отплатить. Я могу довести его до Деи так же, как он принес бы меня к Тэйрну или Андарне. Тэйрн лег, как можно сильнее прижавшись к земле, пока я выбиралась из стремян. Затем я охватила крупное тело Лиама и скатилась с ним по боку Тэйрна, ударившись в каменистый склон.
Деи лежал в десятках ярдов от нас, сложившись под неестественным углом.
Это нечестно. Это неправильно. Только не Деи. Только не… Лиам. Они самые сильные на моем курсе. Они лучшие из нас.
– Не дойду, – сказал Лиам, сделав шаг и пошатнувшись.
Я поспешила поймать его перед падением, но мне не удалось удержать его немалый вес, и мы оба рухнули на колени.
– Дойдем, – выдавила я сквозь зубы, с трудом закидывая его руку себе на плечи. Мы так близко.
Если появятся вэйнители, я разберусь с ними.
– Не дойдем, – он привалился ко мне, сполз на землю. Его голова застыла у меня на коленях и тело обмякло. – Все хорошо, Вайолет, – сказал он, глядя на меня, и я сдвинула летные очки на лоб, чтобы лучше его видеть.
Он не мог надышаться.
– Не хорошо. – Мне хотелось кричать от несправедливости, но это бы не помогло. Дрожащими руками я сдвинула его очки на лоб, убрала светлые волосы. – Ничего хорошего. Пожалуйста, останься, – умоляла я, и по щекам катились неудержимые слезы. – Постарайся. Прошу, Лиам. Постарайся.
– На парапете… – его лицо скривилось в боли. – Позаботься о моей сестре.
– Лиам, нет, – я давилась словами из-за слез, вставших комом в горле. – Ты сам будешь там.
Я гладила его волосы. Он был здоров. Совершенно здоров физически – и все же я видела, как он уходит.
– Ты должен быть там.
Он должен улыбнуться сестре, которую не видел годами, и показать ей очаровательную ямочку на подбородке. Он должен отдать ей стопку написанных писем. Он заслужил это за все, что прошел.
Он не мог умереть.
«Тэйрн! – крикнула я. – Скажи, что делать».
«Ничего не поделать, Серебристая».
– Мы оба знаем, что не буду. Просто обещай, что позаботишься о Слоун, – попросил он, рвано дыша и находя мои глаза. – Обещай.
– Обещаю, – прошептала я и сжала его руку, даже не стараясь утереть слезы. – Я позабочусь о Слоун.
Он умирал, а я ничего не могла поделать. Никто не мог. Как такая сила может быть настолько бесполезна?
Его пульс под моим большим пальцем все замедлялся.
– Хорошо. Это хорошо, – он выдавил слабую улыбку, напомнив о своей ямочке, но она тут же пропала. – И я знаю, ты думаешь, что тебя предали, но ты нужна Ксейдену. И я имею в виду – не просто живая, Вайолет. Ты нужна ему. Пожалуйста, выслушай его.
– Хорошо, – кивнула я, стараясь выдавить улыбку сквозь слезы. Сейчас он мог бы просить о чем угодно, я согласилась бы на все. – Спасибо, Лиам. Спасибо, что был моей тенью. Спасибо, что был моим другом.
Он расплылся в моих глазах из-за хлынувших слез.
– Для меня. Это честь, – грудь Лиама дрожала от усилий.
Порыв ветра сдул пряди волос с моего лица. Спустя секунды я почувствовала, как к нам мчится Ксейден, поток его чувств затопил мои собственные.
– Нет, Лиам, – выдавил он, упав пред нами.
Он пытался контролировать выражение своего лица, но все же не мог скрыть отчаяние, лившееся на меня через нашу мысленную связь.
– Деи, – произнес Лиам полузадушенным шепотом, повернувшись к Ксейдену.
– Знаю, брат, – челюсть Кседейна застыла, наши взгляды встретились над Лиамом, слезы лились у меня по щекам. – Знаю. – Он наклонился и, взяв Лиама на руки, поднялся с ним. – Я отнесу.
Он медленно прошел по хрустящей осыпи к телу Деи, шепча что-то, чего я уже не слышала. Я же осталась сидеть, чувствуя, как острые камни втыкаются в колени, наблюдая, как Ксейден уносит Лиама. Уносит прощаться.
Он опустил Лиама, привалил его к целому плечу Деи, потом присел рядом, медленно кивая каким-то словам названого брата.
Воздух над нами разорвал крик виверны, и я машинально вскинула глаза.
С высоты приближалась целая туча хлопающих серых крыльев. Виверны. Десятки и десятки.
«Посмотрите вверх!»
Лиам медленно закинул голову. Ксейден выпрямился, и дыхание застыло у меня в легких, когда вокруг него хлестнули тени, словно взрыв злобы и печали.
Спустя секунды мою голову наполнил его беззвучный душераздирающий крик, прозвучавший с такой силой, что мое сердце разбилось, словно стекло на каменном полу.
Спрашивать не приходилось. Лиам умер.
Лиам, ни разу не пожаловавшийся, что его приставили, как тень, ко мне, ни разу не отказавшийся помочь, ни разу не хваставшийся, что он лучший на нашем курсе. Умер, защищая меня. О боги, а всего час назад я его спрашивала, правда ли мы друзья.
Всего одна тварь смогла убить моего друга; на что же способна целая стая?
К нам спикировала окровавленная виверна, и Тэйрн раскинул надо мной крылья. Я слышала, как лязгают его зубы, резкий вопль надо мной, затем он убрал крыло.
«На земле мы добыча», – сказал он, пока раненая виверна спешно улетала прочь.
– Тогда станем охотниками, – я с трудом поднялась, увидев, что ко мне бежит Ксейден.
– Вайоленс! – Ксейден схватил меня за плечи, и на его лице была написана решимость. – Лиам просил передать, что с этой ордой всего два всадника.
– Почему мне, а не… – На грудь вдруг навалилась страшная тяжесть, будто меня прижали наковальней.
– Потому что знал, что я просто буду отбиваться от виверн как можно дольше, – он изучал мое лицо, словно видел его впервые.
– А я могу убить их всех.
Я умру, если придется заклинать молнии столько раз, но я – наш единственный шанс. Его единственный шанс на выживание.
– Ты можешь убить их. – Он подтянул меня к себе и поцеловал в лоб. – Без тебя не будет меня, Вайоленс, – сказал он, почти касаясь моих губ.
Не успела я ответить, как он развернулся к долине и поднял руки – возводя стену из теней.
«Иди! Я выиграю как можно больше времени!» – его руки тряслись от напряжения.
Каждая секунда значила слишком многое, особенно сейчас, когда могла стать моей – нашей – последней секундой.
Всего один удар сердца, и я оглянулась через плечо, чтобы увидеть, как позади, за спиной Тэйрна, догорал торговый пост. Горожане разбегались во все стороны, пытаясь спастись от виверны, которая кружилась у них над головой. Я стиснула зубы – мы так и не сумели вывести всех гражданских в безопасное место.
Второй удар сердца. Я втянула пахнущий гарью воздух и увидела, как одинокий грифон летит сквозь дымную мглу, а следом за ним – Гаррик и Имоджен на драконах, и понадеялась лишь на то, что остальные живы.
Третий удар сердца. Я снова повернулась к безжизненным телам Лиама и Деи и почувствовала, как ярость наполняет мои вены – быстрее, чем любая из когда-либо призванных молний. А стая виверн за стеной, созданной Ксейденом, хотела лишь одного – сотворить то же самое со Сгаэль и Тэйрном.
Ксейден… Не важно, насколько он силен, он не сможет сдерживать их вечно. Его руки уже дрожали, контролировать заклинание такой мощи становилось все труднее. И он умрет первым, если я не буду соответствовать тому имени, что он подарил мне под тем деревом много месяцев назад. Не буду жестокой. Вайоленс.
Там было несколько дюжин виверн – и всего одна я.
Мне придется стать таким же стратегом, как Бреннан, и такой же уверенной в себе, как Мира.
Весь последний год я провела, пытаясь доказать себе, что не похожа на свою мать. Что я не холодная. Не бесчувственная. Но, возможно, часть ее сути жила в моей душе – бо́льшая часть, чем я готова была признать.
Потому что сейчас, стоя над мертвыми телами своего друга и его дракона, единственное, что я хотела – показать вражеским тварям, насколько жестокой я могу быть.
Я опустила на глаза очки, повернулась к Тэйрну и быстро взобралась по лапе к нему на спину. Сейчас не было нужды просить его о взлете, сейчас, когда наши эмоции и мысли слились в одном стремлении. Стремлении отомстить.
Я застегнула ремни на бедрах, и Тэйрн воспарил с тяжелыми ударами крыльев. Окровавленная виверна пошла на второй заход, и он нацелился прямо на нее. Мне даже не надо было гадать, та ли это, что убила моих друзей. Все они умрут.
Как только мы сблизились, я выкинула руки вперед, с гортанным криком высвобождая всю свою силу. Молния попала в виверну с первого раза, отправив чудовище на землю перед городскими стенами.
Но я так и не увидела летящую слева.
Пока не почувствовала болезненный рев Тэйрна.