4.

Утро началось с того, что я понял: ни одна поездка Шедоу не обходится без хаоса.
Он, конечно, обещал заранее всё организовать, но я давно перестал на это надеяться.

Сначала — сборы. Я проверял сумку, перекладывал вещи туда-сюда и всё равно не был уверен, что ничего не забыл. Шедоу же носился по квартире, хватая рюкзак, куртку, какие-то странные пакеты с вещами, при этом время от времени напоминая:
— Сэм, ты точно взял свои любимые сигареты?
— Взял, — отвечал я, слегка раздражаясь. Но улыбался. Он же всё равно не успокоится.

Следующий этап — продукты и напитки. Мы заскочили в супермаркет. Шедоу, как всегда, покупал всё «для компании»: колбасу, сыр, соки, пару бутылок вина. Я же придерживался минимализма — пару закусок и воду. Он только покачал головой:
— Сэм, ты живёшь скучно.

По дороге к кассе мы встретили девушку Шедоу. Её зовут Лея, она работала у знакомых Шедоу и обычно сопровождала его на такие «выезды». Симпатичная, умная, с лёгкой улыбкой. Она сразу заговорила с нами, болтали о дороге, о том, кто чего взял, шутили. Я наблюдал за ними со стороны, не вмешиваясь — привычка, наверное, — и понимал, что Шедоу просто растворяется рядом с людьми.

Наконец, покупки погружены в багажник. Все пакеты на месте, Шедоу с Лейей готовятся к дороге, я проверяю ещё раз сумку. Всё на своих местах.
— Ну что, — говорю, — ждём теперь нашу загадочную Ноа?
— Да, — Шедоу широко улыбается, — думаю, она ещё минут двадцать будет, как всегда.

Пока мы ждали, я немного размышлял. День начинался как обычная вылазка: сумки, продукты, лёгкая волна ожидания. Но что-то внутри подсказывало: сегодня всё будет иначе.

Осеннее солнце било сквозь листву и отражалось в воде. Я отметил это машинально — как отмечают погоду или время на часах. Красивая картинка, не больше. Я давно привык не задерживаться на подобных вещах. Они цепляют, если позволить.

Я сидел на заднем сиденье, скрестив руки, стараясь не вовлекаться в разговор. Шедоу смеялся, его девушка говорила слишком много и слишком громко. Все было привычно, спокойно. Ровно до того момента, как в машине появилась Ноа.

Я заметил её сразу — и тут же мысленно выругался за это. Ничего особенного она не сделала: просто села рядом, пристегнулась, посмотрела в окно. Но внутри что-то сместилось, будто я занял не своё место.

Я наконец успел рассмотреть её. Ноа была среднего роста, со светлой кожей, на пару тонов светлее моей. Волосы слегка вишнёвого оттенка, выцветшие от времени, падали мягкими локонами на плечи. Фигура стройная, без излишней пышности, без украшений и косметики — но именно в этом заключалось её очарование. Светло-карие глаза — ровно такие, которых я всегда хотел себе, притягивали взгляд и не отпускали. Она была одета просто: светло-синие джинсы, бежевая футболка, шоппер с вещами. Всё было естественно и спокойно.

— Сэм, ты что молчишь? — голос брата выдернул меня из мыслей. — Ноа, познакомься с моим братом.

Я повернулся. Наши взгляды встретились, и я понял, что поздно — я уже вовлечён. Протянул руку, сохраняя нейтральность.

— Сэм.
— Ноа.

Рукопожатие длилось дольше, чем нужно. Не из-за неё — из-за меня. Я первым убрал руку и отвёл взгляд. Контакт был слишком... живым. А я не любил, когда что-то выбивало из равновесия.

— Сколько нам ещё ехать? — спросил я, цепляясь за простой вопрос.
— Минут пятнадцать, — ответил Шедоу.

Дача встретила тишиной. Я всегда ценил такие места: здесь легче держать голову холодной. Но Ноа, вдохнув воздух, улыбнулась — искренне, почти облегчённо. И снова я отметил это, хотя не собирался.

За обедом я молчал. Это было проще, чем контролировать слова. Я чувствовал, как она смотрит на меня, и раздражался — не на неё, на себя. Мне не нравилось, что я начинаю подстраиваться, даже ничего не делая.

— Сэмми, ты что, настолько серьёзный? — усмехнулся Шедоу. — Он всегда такой.

— Правда? — сказала Ноа. — Ты из тех, кто и смеётся шёпотом?

Я посмотрел на неё. В её голосе не было насмешки — скорее интерес. Это делало всё хуже.

— А ты любишь судить по первому впечатлению? — ответил я спокойнее, чем чувствовал.

Она слегка растерялась. Я это заметил — и тут же пожалел, что заметил.
— Просто проверяю, как ты реагируешь на шутки.
— Понял, — коротко сказал я и вернулся к еде. Ложь. Я понял гораздо больше, чем хотел.

В бассейн я пошёл раньше остальных — вода помогала привести мысли в порядок. Но когда Ноа вышла к бассейну, порядок снова рассыпался. Я заставил себя не смотреть слишком явно, но отметил каждое движение. Это злило.

— Ты хорошо плаваешь? — спросил я, не потому что хотел проверить, а потому что нужно было что-то сказать.
— Разумеется. Думаешь, боюсь воды?
— Не знаю. Проверим?

Я услышал собственный голос и понял: я делаю шаг, который не планировал. Когда она оказалась в воде, я держался рядом, будто это случайно. Хотя мы оба знали — нет.

— Хочешь, покажу, как это — летать? — сказал я, прежде чем успел остановиться.

Когда она доверилась и положила руки мне на плечи, внутри всё сжалось. Я подхватил её, чувствуя тепло кожи, напряжение мышц. Это было слишком интимно для «просто шутки». Я смотрел ей в глаза и понимал: ещё секунда — и я перестану держать дистанцию.

— Удобно? — спросил я тихо.
— Вполне.

Она волновалась. И это делало всё сложнее.

Под навесом мы остались вдвоём. Она лежала с закрытыми глазами, а я сидел рядом, стараясь не смотреть слишком долго. В голове шёл спор, который я давно знал: не надо, уже поздно.

— Ты всегда такой спокойный? — спросила она.
— Не всегда, — ответил я честно. — Иногда это просто способ держать себя в руках.
— Ты странный, — улыбнулась она. — Но, может, это даже хорошо.

Я посмотрел на неё. И понял, что больше не хочу притворяться, будто ничего не происходит.

— Хочешь сделать этот день ещё лучше? — спросил я, зная, что это опасный вопрос.
— Что ты имеешь в виду?

Я наклонился ближе, всё ещё не касаясь. Последний шанс отступить.
— Думаю, ты знаешь.

И по её взгляду я понял: она знает.
И именно это пугало сильнее всего.