7

— В последний раз, когда я женился, эта женщина была близка мне по возрасту. Я почти на семь лет старше своей будущей жены. Она назвала меня «сэр», впервые увидев. Она девочка.
— Она совершеннолетняя, Егор. Сегодня у нее день рождения.
Я кивнул.
— Ты же знаешь, что я делаю то, о чем ты просишь. Ты в курсе, что я безжалостно правлю Филадельфией, как ты и ожидаешь, но даже у меня есть определенные границы, которые я не хочу пересекать, и я не стану навязывать себя девушке.
— Она совершеннолетняя, и никто не говорит, что ты должен применять силу, — повторил Юрий, и я сорвался. Я с грохотом поставил стакан на стол.
— Так оно и есть, но мне все равно будет казаться, что я с ней грубо обращаюсь. Неужели ты всерьез думаешь, что она добровольно ляжет в мою постель? Возможно, она подчинится, потому что знает, что это ее единственный выбор, но не желает этого. У меня есть дочь,  и я не хочу, чтобы она была с мужчиной на тринадцать лет старше ее.
Николаевич долго смотрел на меня, возможно, раздумывая, не всадить ли мне пулю в лоб. Он не терпел неповиновения.
— Ты отдашь простыни после первой брачной ночи, Егор.
Я открыл рот, чтобы снова отказать ему.
— Никаких обсуждений. Как ты создашь кровавые простыни, зависит от тебя.
Я осторожно откинулся назад.
— И что ты предлагаешь?
— Я ничего не предлагаю, — сказал он. — Только говорю тебе, что желаю увидеть окровавленные простыни, и я, как и все остальные, приму их как доказательство чести твоей жены и твоей безжалостности, как и ожидается.
Возможно, я и ошибался, но я был совершенно уверен, что Юра предлагал мне подделать окровавленные простыни. Я сделал ещё один глоток виски, задаваясь вопросом, был ли у него опыт подделки пятен крови. Я был на презентации простыней после его первой брачной ночи со Светланой, но, даже попытавшись, я не смог представить, что он пощадит кого-то. Я видел, как он вырвал язык мужчине за неуважение к своей жене, и присутствовал, когда он раздавил горло своему дяде. Возможно, он проверял меня. Может, он намекал на что-то подобное, чтобы посмотреть, не слишком ли я слаб, чтобы переспать с женой. Повзрослев в нашем мире, я научился видеть предупреждающие знаки. Если я проваливал тест, данный моим "учителем", конечный результат был неизбежен. Я был бы смещен со своего поста единственным приемлемым способом — смертью. Хотя я не боялся смерти, мне была ненавистна сама мысль о том, что это будет означать для Миши и Маши. Они жестоко потеряли свою мать. Если я тоже брошу их, это нанесет ужасную травму моим детям.
Проявление любой слабости в этой ситуации было бы фатальным. Я не стал бы рисковать здоровьем своих детей и своим положением Младшего Боса.
Я сделал глоток.
— Я сделаю то, о чем ты просишь, как всегда делали мы с отцом.
Мужчина  наклонил голову, но напряжение между нами не исчезло. Мне придется остерегаться, пока я снова не проявлю себя.

***

Дима протянул мне фляжку.

— Для тебя.
Я поправил галстук, прежде чем принять подарок.
— Я не буду сегодня пить крепкие напитки.
— Подумал, ты мог бы использовать ее, чтобы ударить себя по голове, если сочтешь что-то настолько глупым, как повторный отказ от традиции кровавых простыней.
Я сунул фляжку в карман внутренней стороны пиджака.
— Не начинай.
Друг сверкнул глазами.
— Только обещай, что не будешь заниматься этой ерундой с фальшивыми пятнами крови. Юра тебя прикончит. Поверь мне, в первую брачную ночь он трахал свою жену, даже если она плакала горькими слезами. Вот кто он такой и кем он хочет видеть тебя. И брось, Егор, ты и есть тот самый человек, так что перестань пытаться стать лучше только потому, что чувствуешь себя виноватым перед Валей.
Я схватил его за горло.
— Мы друзья, Дима, но я ещё и твой Босс, так что прояви немного уважения.
Дима  покраснел, и его карие глаза наполнились слезами.
— Я пытаюсь сохранить тебе жизнь. София взрослая женщина по возрасту. Это все, что должно иметь значение.
— Я собираюсь трахнуть ее, так что отвали от меня, — процедил я сквозь зубы, отпуская его.
Я не видел ее с нашей первой и единственной встречи четыре месяца назад, но знал, что она все ещё выглядит молодой — моложе, чем хотелось бы. Несколько месяцев ничего не изменят. Я мог только надеяться, что ее мать последовала моим инструкциям и нанесла достаточно косметики на лицо, чтобы она выглядела старше. Дима ухмыльнулся.
— Сделай мне одолжение и наслаждайся этим, хорошо? Сегодня ночью в твоих руках будет тугая, молодая киска вокруг твоего члена.
Он вышел из комнаты прежде, чем я снова успел схватить его.

***

Я ждал свою невесту у входа в церковь. Дима стоял справа от меня, а напротив него ждал один из друзей Софии, выглядевший ужасно молодым. Напоминание о возрасте моей будущей жены.
Когда заиграла музыка, я обратил свое внимание на вход в церковь, куда вошли Марк и София. Она была одета в элегантное длинное белое платье с кружевным верхом и длинными рукавами. Ее волосы были подняты вверх, за исключением челки.
Она слегка улыбалась, когда отец вел ее ко мне, но ее напряжение было очевидным. Подходя ко мне, я заметил маленькие подсолнухи, вплетенные в ее волосы и свадебный букет. Ее глаза встретились с моими, и на мгновение я уловил в них намек на вызов, удививший меня. Потом отец передал ее мне, и она  напряглась, ее улыбка дрогнула.
Она выглядела немного старше благодаря макияжу и элегантному платью. Тем не менее, ее тонкая, влажная рука в моей и невинность в глазах напомнили мне о ее возрасте.
Несмотря на свою молодость, она держала голову высоко поднятой, будто ей было легко в этой ситуации. Только я чувствовал, как она дрожит. Ее «да» было твердым, словно эта связь действительно была ее выбором.
Пока мы обменивались кольцами, она то и дело бросала на меня неуверенные взгляды. Я не был уверен, что она искала. Возможно, тоску или даже печаль. Я вспомнил свою первую свадьбу. Печаль не была частью моих чувств, думая о покойной жене.
— Можете поцеловать невесту, — сказал священник.
Глаза Софии слегка расширились, будто эта часть церемонии стала для нее сюрпризом. Сотни глаз следили за нами, один из них принадлежал Юре. Я обхватил ладонями ее затылок и низко наклонился. Она оставалась неподвижной, за исключением ее глаз, которые закрылись за мгновение до того, как я крепко прижался губами к ее губам. До этого момента физическая близость с ней казалась мне чем-то, что я должен был заставить себя, позволить сделать борьбой, забывающей о ее возрасте и багаже, который я нес с собой. Теперь, когда ее мягкие губы коснулись моих и ее сладкий аромат коснулся меня, глубоко спрятанное желание зажглось во мне. Заявить на нее права сегодня ночью не будет проблемой. Быть лучшим человеком определенно не входило в мое будущее.
Я отстранился, заставив Софию открыть глаза. Она выдержала мой взгляд, и румянец залил ее щеки. Затем одарила меня легкой, застенчивой улыбкой. Такой чертовски невинной.
Я выпрямился, отводя взгляд от ее красивого, молодого лица. Краем глаза я заметил озадаченное выражение ее лица, прежде чем повел ее по проходу к выходу из церкви для поздравлений.
Дима,конечно же, первым поздравил меня. Он хлопнул меня по плечу с вызывающей улыбкой.
— Каким был первый вкус твоей молодой жены? — спросил он, понизив голос.
Я нахмурился. Он прекрасно знал, что я редко делюсь подобной информацией. Это, конечно, не мешало ему спросить. Он отступил назад и повернулся к Софии, слегка поклонившись. Ее ответная улыбка была тем видом неосторожного дружелюбия, который свидетельствовал о ее возрасте. Как моя жена, она должна научиться быть более сдержанной. Валя была идеальной хозяйкой и трофейной женой, уравновешенной и мастером светского этикета, быстрой лгуньей, которая улыбалась тебе только для того, чтобы в следующий момент всадить нож в спину. Но София не была такой. Ей придется быстро повзрослеть, изучить все тонкости жизни жены Младшего Босса.

Прода на три звёзди.