ГЛАВА 29
Аня.
Второй день я берегу спину, избегаю Сергея и тренируюсь в номере тайком. Завтра короткая программа. Сегодня же день был совершенно неудачным. Прогон был плохим из-за боли в спине, хотя я буквально накачала себя обезболивающим перед тренировкой. Неудачно на лбу выскочил прыщ, и сыпь пошла какая-то... И завтра всё это придётся скрывать за ста слоями тонального, чтобы в прямом эфире выглядеть более-менее прилично... И я весь день бегала от Сергея. Сама не знала зачем. Боялась, наверное. Что снова откажет. Что снова скажет мне, что я маленькая. Что снова... Не знаю. Я бежала будто сама от себя. Старалась забыться в тренировках, на которые меня не пускали тренеры из-за небольшой травмы. Старалась забыться вообще везде.
Хотя даже нельзя сказать, что я избегала его... Ну... Просто перестала лезть к нему, как лезла раньше. Не напрашивалась со своим желанием помочь мелким, не оставалась после тренировок, чтобы отработать что-то и посмеяться с его шуток. Наше общение вернулось в первоначальное издание. Ученица - тренер...
---
Голубой макияж глаз ложился почти пятнами, потому что полночи я проплакала неизвестно от чего. Бывает же просто настроение поистерить... Вот оно и было такое. ПМС, что ли...
Волосы были зализаны в тугой пучок, а прядь у ушей немного расслаблена и выпущена. Потом стрелки вверх, потом тональник, потом ещё куча степов макияжа и сборов. По итогу кончилось всё тем, что я не успела на завтрак, потому что собиралась слишком долго.
- Анечка, быстрее, - подгонял меня Розанов, пока я топала по коридору отеля в сторону двери, чтобы усесться в автобус и доехать наконец до арены.
Я поджала губы, ускорила шаг, стараясь не зацикливаться на этом «Анечка»... Ну и что он делает? Сам же оттолкнул, сам же сказал, что надо подумать... И тут это «Анечка».
Поездка прошла вполне спокойно. В автобусе, на удивление, никто не бедокурил. Я чуть не заснула на плече у Сашки, размазав макияж об её куртку. А ещё я чувствовала пристальный взгляд... Слишком пристальный. Пару раз я оборачивалась, проверяя что и как... И каждый грёбаный раз натыкалась на взгляд Розанова. Сергей не отводил глаз. Он продолжал смотреть даже когда я засекла его занятие. А потом медленно моргал, будто давая понять, что всё нормально и я могу успокоиться.
Да как тут успокоиться-то?
---
Разминка перед льдом была какая-то взбудораженная. Я носилась по залу, бегала быстрее, делала больше упражнений... Да и сама просто была на нервах вся. Растяжку на спину делала тщательнее, чтобы больше ничего себе не сломать. Хотя, признаться честно, было больновато и без того... Как бильман-то делать теперь вообще.
Потом наконец разминка на льду. Шестиминутка проходит довольно успешно. Я напрыгала все элементы, хоть некоторые и были с помаркой. А по итогу ещё минут десять ходила недалеко от арены и разминала все мышцы, чтобы те не забились за время того, как выступают другие девочки.
- Анют, успокойся, - мягко сказал Розанов, аккуратно укладывая свою ладонь мне меж лопаток. - Ты всё умеешь, всё знаешь. Бильман делай по ситуации: спина болит - заходишь на волчок.
Я кивала, как болванчик, но слова пролетали далеко от моего сознания. Слух включился только когда меня уже объявляли и Сергей шептал мне наставления.
- Я верю в тебя. Правда верю. И не только потому, что ты самая талантливая у меня... А потому что я тебя люблю, - вдруг сказал Сергей, когда я уже стояла на льду...
- Сергей Александрович...
- Иди, Анют. Время, - буркнул он, отпуская мои руки из своих и аккуратно подталкивая в сторону центра.
Зараза... Я теперь на выступление не настроюсь толком.
---
Сергей.
Сказать «люблю» вот именно в такой важный момент - это как пинок под зад. Мотивирует и отвлекает от остальных гнетущих мыслей по поводу программы. Нет, Розанов и правда всем сердцем любил Аню. Просто сказать решил это именно в такой момент.
Он наблюдал за её плавными, плывущими движениями. Она скользила по льду как ангел... Его ангел. Музыка началась ровно, когда Аня встала в начальную позу.
С замиранием сердца Розанов наблюдал за каждым элементом, за каждым прыжочком. И в этот раз она выложилась по полной. Эмоции, страсть, боже, да там было вообще всё! Рёбра были глубже в этот раз, вращения быстрее, прыжки чётче. Это её так его «пинок» зарядил? Что ж, тогда каждый раз будет говорить нечто подобное.
Подвёл только каскад в конце, на котором судьи поставили галку и отправили на пересмотр. Нашли небольшой недокрут, но в целом... Всё отлично. Всё правда отлично. Программа была живой, эмоциональной, техничной. И даже бильман сделала! И сделала так легко и быстро, что Розанов признался себе: если бы не знал о спине, ни разу бы не подумал, что ей больно делать подобные вещи.
- Умничка, - обнял Сергей подопечную, только её конёк ступил со льда.
Помог застегнуть олимпийку, потому что пальчики девушки тряслись так, что могли сыграть «Мёртвый вальс».
- Ты молодчинка, Анют. Всё хорошо сделала, - поглаживал её по плечу он.
Она кивала, нервно вздыхала как-то. Аня шмыгнула носом, и Сергей протянул ей салфетку. Типичная ситуация: на холодной стене сосуды сжимаются, и сопли идут только так.
- Нос у тебя течёт весь... - буркнул Розанов и приложил к носу девушки салфетку, ожидая, пока она перехватит её.
Аня вытерла нос, салфетку откинула куда-то подальше. Потом заметила, что камеры на неё наконец навели, и без особого энтузиазма помахала, улыбнулась и показала игрушку кота - всё как прописано в договоре. Только вот кот... Тот самый кот, которого привёз ей Розанов.
- 76,39! - воскликнула она, увидев результаты.
Счастью обоих не было предела.
---
Аня.
Первая по итогу короткой... Боже мой. Как это вообще?
Улыбка не сходила с моего лица до самого номера. А потом боль в спине усилилась, ибо адреналин прошёл довольно быстро.
Сергей, даже не сказав ни слова, просто пошёл со мной в мой номер... Неужели обсудить всё решил? Созрел, что ли? Даже отдохнуть мне не даёт...
Я позволила ему зайти за собой в номер. Закрыла дверь за нами и устало прислонилась к двери.
- Анют. Я люблю тебя, - выдал он голую правду.
Я поджала губы:
- Вы и когда целовали, так говорили, - буркнула я обиженно.
Сергей вздохнул, подошёл ближе, взял моё лицо в свои руки:
- Анечка, пойми: мне нужно было подумать, взвесить все риски, остаться наедине с собой. Я боялся, что разрушу карьеру и тебе, и себе этими отношениями. Боялся, что ты разочаруешься во мне. Я боялся. Но сейчас понимаю, что... Что без тебя мне будет хуже. Банально хуже. Я слишком люблю тебя, чтобы бросать, - прошептал он.
Я застыла. Такое откровение было... в новинку. Сергей, всегда стальной и каменный тренер, открывался мне с абсолютно новой, на удивление, нежной стороны.
Пару раз поглядев на него, я вдруг резко прижалась к его губам, повторяя поцелуй. Импульсивное действие. Но мне так хорошо.
Сергей не отвечает первую секунду, будто не осознавая, что я поддалась первая. А потом притянул за талию, углубил поцелуй, покусал губу... Я отстранилась первая, быстро облизнув покрасневшие губы. Дыхание было сбивчивым, рваным, будто я только что потренировалась с ним, а не банально поцеловалась.
- Это да? - усмехнулся Сергей, но эта усмешка была слишком нервной.
Он ждал. Он боялся моего отказа. Мы оба боялись того, что откажем друг другу... И оба ждали раньше из-за этого... А теперь свободны.
- Это да, - утвердительно кивнула я.
Лицо Розанова просияло, и он вновь прильнул к моим губам, уже переводя руки на бёдра и немного сжимая кожу.
- Я обожаю тебя, Аня... Обожаю, - шептал он между поцелуями.
Поцелуи переходили от висков до ключиц и обратно. Розанов каждый миллиметр кожи исследовал своими губами. Этими красивыми губами, которые я так желала ранее и заполучила наконец.
- Серге-е-ей, - хныкала я, когда в животе тянуло от возбуждения.
Нет, до секса, конечно, не дошло. Мы не настолько потеряли мозги на сегодня. Да и Сергей был не настолько наглым, чтобы уже... На втором поцелуе завалить меня в постель. И следующий вечер мы обсуждали наши... будущие отношения. А потом я уснула без задних ног.
---
«Ты была великолепна! Я, если честно, смотрела чемпионат России только ради тебя. И ты такая хорошая там! Я невероятно рада за тебя!» - Эмбер.
«Поздравляю!» - Сава.
«Мы с Артёмом смотрели на тебя. Ты была невероятная! Правда, это что-то нереальное! Ты обязательно будешь первая!» - Лиза.
«Ну, моя мелкая. Я не сомневался никогда в тебе. Поздравляю». - Егор.
И цветы в номере с утра. Альстромерии.
«Доброе утро, ангел. Хорошего дня. Жду на тренировке)»
Все эти сообщения я прочитала уже утром. На улыбке просияла улыбка... Меня любят. У меня есть такая поддержка. У меня есть Сергей...
Я ответила всем. Попереписывалась немного с Эмбер об отвлечённых от фигурного катания вещах, чуть позже от неё же узнала, что я понравилась известному американскому тренеру и тот хочет хоть разок украсть меня на сборы к себе. Я смеялась и в ответ на это лишь пригласила Гленн на сборы к нам в Россию.
На диалог с братом я зашла и прочитала следующие сообщения:
«Я Трусову твою встретил, она мне сказала, в каком ты номере. Жди, ща пригоню».
И через пять минут ещё одно:
«А Я ГОВОРИЛ, ЧТО ВЫ С НИМ ТРАХАЕТЕСЬ!»
Боже. Это настолько звукоизоляция плохая, что меня было слышно даже из коридора.
«Мы не трахались. Просто целовались...» - ответила я наконец и отложила телефон, надеясь, что не получу в ответ едкую шутку.
В сеть Власов зашёл моментально, будто только этого и ждал. Сплю и вижу, как любимый братик всю ночь сидел и ждал моего ответа.
«Верю. Он вроде не настолько наглый, чтобы сразу тебя в постель звать».
«Да ну тебя. Ты можешь поговорить с любимой сестрой о чём-нибудь, кроме её отношений?»
«Неа».
Я закатила глаза и отбросила телефон подальше. Подошла к цветам, несколько раз вдохнула вкусный запах и с умилением и наслаждением посмотрела на них. А потом всё же потянулась за телефоном, чтобы написать Сергею.
«Спасибо за цветы. Очень приятно)»
Розанов ответил минуты через две. Тоже будто ждал моего сообщения. Они там все не дремлют, что ли, лишь я наконец в мессенджер зашла?
«Просто приятно захотел сделать, лисён. Пусть напоминают о том, что мы нашли наконец компромисс. А теперь бегом собираться на тренировку)»
«Лисён»... Звучит так красиво. Интересно. Необычно. Мило. Я могла назвать ещё тысячу олицетворений для этого прозвища. Но самое главное, что это прозвище дал мне он.