ГЛАВА 16

Я вся была в учёбе. Ну а что мне ещё делать? Тренировки сократились до двух-трёх часов в день, вот я и ушла в учёбу с головой. В конце концов, у меня будут контрольные по всем предметам и четыре пробника ЕГЭ. На последние я приходить не собиралась - точнее, собиралась только на географию. Уж хотелось утереть нос географу и сказать: мол, выкусите, знаю я ваш предмет!

Неуверена я была только в химии. Ну не складывалось у меня с этим предметом. ОВР, реакции, уравнивать кислород - боже, какие-то флэшбеки обратно в школу.

Об этом я и заныла Розанову, когда он пустил меня на лёд вне основного времени. Я и так ему голову вынесла, что хочу кататься. Вот он пустил. А я ещё и тут канючу что-то.

Сергей разрешил прогнать показательную программу. Катала я её с энтузиазмом - прыгнула все прыжки, хоть некоторые и получились с помарками, отыграла с артистизмом и буквально светилась после проката.

- Пойдёт, - сказал Сергей. - Но после зимних каникул надо будет прям восстанавливаться. Тройной аксель пока пусть подождёт.

Я сложила руки на бортике и уткнулась лбом в переплетение кистей.

- У-у-у, всё, - усмехнулся он. - Пора ОФП возвращать. Уже дышишь как загнанная кобыла.

- Давайте, - ответила я. - Я только за. Устала в комнате сидеть без дела.

- А ты не сиди, - сказал он. - Выходи, гуляй. Это не запрещено. Главное - не долго, а то спина потом побаливать будет.

Я кашлянула, отмахнулась от мыслей, а потом вдруг спросила:

- Сергей Александрович, а вы сильно ругаться будете, если я завалю контрольные в школе?

Он на секунду опешил от смены темы.

- По заднице ремешком пройдусь, - фыркнул он без особой серьёзности. - Так ясно?

Ну и ладно. Откуда ж он узнает, если я ему не скажу?

---

«Ань, че за тухляк? У тебя др через месяц, ты даже готовиться не начала. Тебе 18 лет, между прочим!» - писала Алиса.

Пошла вода по трубам. Алиса была заводилой - вечеринки, пьянки, тусовки - всё это к ней.

«Аль, ну отвали, - ответила я. - У меня контрольные в школе. Мне спину восстанавливать надо. Вообще не до дня рождения сейчас. Отпраздную в обнимку с салатами, которые заставят готовить за день до».

«Не, так не пойдёт, - припечатала она. - Сама не хочешь - буду я тебе тусу устраивать. У тебя один день рождения, когда тебе восемнадцать стукнет. А ты хочешь опять сидеть и ждать своего суженого-ряженого тренера».

«Алиса!»

Та отправила поцелуйчик.

«Все расходы на мне. С тебя только быть весёлой в этот день и вообще прийти в назначенное место. Не хочешь в клуб - устрою что-то менее грандиозное».

Я закатила глаза, но на самом деле была благодарна подруге. Я бы сама хрен что устроила - просто забила бы на праздник.

«Спасибо», - написала я.

---

Я и правда стала гулять больше. По вечерам даже немного бегала по территории академии, несмотря на непогоду и снег. Всяко лучше, чем валяться без дела.

А в один день я зашла в магазин за кофе и увидела закупающихся алкоголем Саву и Колоса.

- А вы тут как? - улыбнулась я, подходя к ним.

- О, мелочь, - улыбнулся Савельев.

- Выездная игра была, - пояснил Колосов, указывая на корзину. - Вот. Втайне от Палыча празднуем.

Кроме нескольких банок пива и сидра, там лежали коньяк, виски, бутылка вина, чипсы, мясные колбаски, крекеры.

- Ого, я смотрю, вы выиграли.

- А ты сомневалась? - приподнял бровь Сава.

- Нет, ты что, - подняла я руки в защитном жесте. - Я всегда знала, что вы у меня лучшие.

- Слушай, мелочь, - сказал Савельев. - У нас скоро финал будет. Приезжай посмотреть.

Я улыбнулась - как раньше, когда сидела на верхних трибунах с шарфом «Феникса» и искренне радовалась каждой шайбе.

- Скоро - это когда?

- Через неделю, - ответил Колосов. - Егор сказал, у тебя со спиной что-то и ты не тренируешься пока. Да и не вступаешь. Ты как, кстати?

- Лучше, почти восстановилась, - сказала я. - Но тренер не разрешает ещё выходить. Сказал, только в следующем году.

- А ты теперь тренеров слушаешь? - удивился Колосов. - Егор там что-то говорил...

- Егор много говорит! - прервала я, чувствуя, как щёки заливаются краской. - Пора язык ему отрезать.

- Да ладно, - сказал Савельев, приобняв меня за плечи. - Мы так... шутим. В общем, приходи, билет организуем.

---

Вечером перед матчем я долго думала: идти или нет? С одной стороны, хотелось посмотреть, поддержать. С другой - Розанов не отпустит, скажет, отдыхать надо. Хотя кто ему скажет? Вернусь до отбоя - и всё.

Старый шарф болтался на плечах, и я невольно отметила, что надо купить новый - там и цвета уже другие, и лого поменяли. Этот, раритетный, можно продать какому-нибудь фанату.

В первой пятёрке нашей команды стояли Захаров, Сабиров, Колосов, Власов, Булгаков. Вратарём был тот самый новый парень, которого я не знала - Бондарев, кажется. Я, честно, до сих пор в хоккее мало что понимаю, но сегодня разобралась, что наших засудили - на второй минуте дали исключение Захарову. И даже в меньшинстве парни всё равно тащили. Я искренне радовалась первой забитой шайбе.

Следующие два периода прошли в напряжении. Счёт 1:1 к концу игры, потом овертайм на пять минут, а затем серия буллитов. И на буллитах наши отыгрались! 2:1 в пользу «Феникса» - и в общежитие я уезжала счастливая, надеясь, что моего отсутствия никто не заметил.

Не заметили. Я выдохнула и убежала в свою комнату.

---

Сергей.

Головная боль с утра и стояк можно было вполне объяснить. Первое случилось из-за резкого снегопада в начале декабря. Второе - из-за отсутствия секса уже как месяц. И, как бы ему не хотелось этого признавать, из-за девчонки, которую он вторую неделю наблюдал слишком редко.

Тренировки он сам ей убрал, пусть теперь и не жалуется. Но вид пресной группы стал раздражать - никто не пререкается, никто не спорит. От этого он стал более раздражительным. А мелкие вдруг начали спрашивать: «Где Аня?». Дело в том, что пару недель назад он брал её на тренировку мелких - она занималась на заднем плане, не мешала, а дети к ней липли. Она сначала хихикала, а потом сама заставляла их заниматься.

Всё в этом мире напоминало ему о ней. Пионы, которые он увидел в цветочном - она однажды сказала, что любит их больше роз. Протеиновый батончик, который он покупал ей в поезде. Сергей отогнал мысли. Нужно сконцентрироваться на финале Гран-при - он везёт туда только Трусову. Лебедева не прошла, остальные не дотянули. И Власова, которую он долбачил до этого этапа, слетела из-за спины. И слава богу, что слетела.

Какой ужас. Он снова думает о ней.

Ему нужно собирать вещи в Японию и забыть о ней.

---

Глава 36. Мысли и отъезд.

Сергей стоял у окна в своей квартире, глядя на заснеженную Москву, и чувствовал, как внутри всё сжимается от мысли, что он уезжает. На две недели. В Японию. Без неё.

Он закрыл глаза и попытался представить финал. Трусова - молодец, выкатает чисто. Щербакова - борется. Эмбер Гленн приедет. Туктамышева тоже в форме. Будет много сильных соперниц.

Но вместо этого он видел только одно лицо. Голубые глаза, шрам на щеке, улыбку, от которой перехватывало дыхание.

Он выругался сквозь зубы и отошёл от окна.

---

Аня.

Я снова стою на сраном крыльце школы. Снова пришла писать контрольные. Господи, ненавижу. Хочу на лёд, на каток, на тренировку.

Почти хныча, я зашла в школу, слегка постучав ногами, чтобы смахнуть снег. Сменку не брала - зачем? Бахилы надену - и всё.

- Э! В бахилах нельзя! Только сменка! - крикнула уборщица, на которую я даже не обернулась.

Поднимаясь по лестнице, я гуглила формулы для контрольной по математике. Хоть предмет и учила, но перед заходом в школу всё забыла.

- Здравствуйте, - постучала я в кабинет на четвёртом этаже.

- О, Власова, - пренебрежительно произнесла Светлана Валентиновна. - Пришла математику писать?

Я кивнула, заходя и усаживаясь за первую парту.

- Неужели. Я уж думала, ты совсем отупела со своим спортом, - фыркнула учительница.

- А можно без оскорблений? - не выдержала я.

Настроение и так было не ахти, а тут ещё и язва эта.

- А кто ж тебя оскорблял? Я говорю только правду. Как была бестолковой, так и осталась.

- А я смотрю, вы как были язвой, так и остались, - ответила я в тон.

Светлана Валентиновна обернулась, буквально бросила мне на стол бумажку и крикнула:

- Хамка!

И отправилась к двери:

- Пришлю тебе учителя, а сама пойду доложу Евгении Альбертовне.

- Бога ради, - подняла я руки.

За пять минут отсутствия учителя я успела списать всю контрольную. Нет, я большую часть знала, но тратить силы не хотелось. Вместо Светланы Валентиновны пришла молодая девушка, которую я видела впервые. Сухо поздоровавшись, я ещё полчаса имитировала усердную работу, а потом пошла по кабинетам дальше.

Остальные предметы шли легче. Обществознание, география, биология, физика - я решала тесты за пятнадцать минут.

Химичка же уперлась.

- Вы, Власовы, мне все мозги выели, - рыкнула она, завидев меня на пороге.

- И вам здравствуйте, Нина Васильевна. Егор привет передавал, - улыбнулась я.

Он однажды чуть не сжёг её кабинет в отместку за несданный зачёт.

- Садись, пиши, - недовольно произнесла она, кладя на парту четыре листа А4.

Я пробежалась глазами по заданиям и опешила.

- Нина Васильевна, а это что? - Я скатилась по стулу, складывая руки на груди. - Я такое впервые вижу.

- Контрольная. Пиши, пока на пересдачу не отправила.

- Тут нет ни одной темы, которую я должна была выучить, - запротестовала я. - Это не по школьной программе.

- Что считаю нужным дать, то и даю, - слащаво улыбнулась она.

Я помотала головой:

- Не прокатит. Если брат вёлся на такую хрень - не значит, что я такая же тупая.

- Ты либо пишешь, либо я ставлю незачёт.

- Ставьте, - отрезала я и вышла.

Остальные предметы я написала быстро. Дело дошло до английского, куда наведалась директриса.

- Власова, ко мне в кабинет после... уроков.

---

- Ты мало того, что нахамила двум учителям, так ещё и принципиально отказалась писать контрольную по химии! Это непозволительно! - кричала Евгения Альбертовна.

- Ну, Евгения Альбертовна, - попыталась я, но без энтузиазма.

- Молчать! - топнула она ногой. - Сейчас придёт твой тренер, тогда вякать будешь.

Тренер. Розанов.

Блять.

Я отчаянно застонала внутри. Ну нет, только его тут не хватало. Он мне мозги похуже матери вынесет.

Дверь распахнулась. По шагам я поняла, что это Сергей Александрович. Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

- Сергей Александрович... - начала я.

- Цыц. Молчи, - оборвал он.

Он опустился на стул рядом, рука легла на моё колено, крепко сжав. Вторую он поставил на подлокотник, уперев в неё подбородок. Такой расслабленный, такой гордый.

Я открыла рот, но он сильнее сжал мою кость - предупреждение.

- Так, Евгения Альбертовна, я не понял, что случилось, - сказал он.

- Аня нахамила двум учителям! - взвыла директор. - Вы поймите, это не первый раз. Мать на неё повлиять не может, так хоть вы повлияйте.

Сергей кинул на меня взгляд, ослабив хватку.

- Они меня сами оскорбляли! - начала я, но рука снова сжалась.

- Аня, рот, - прошептал он мне в ухо.

- Ещё ваша подопечная отказалась писать контрольную по химии! Мы не можем поставить аттестацию, если она не сдаст!

Я уже не пыталась вставить слово. Пальцы Розанова вдруг ослабли и стали вырисовывать круги на моей коже вокруг колена. Боже, что он творит?

- Я понял, - сказал он. - Аня и правда со сложным характером, но я с подобным не сталкивался. Проведу беседу. Обещаю, на пересдаче она будет паинькой.

- Я не...

- Аня, - шикнул он.

Обсудив моё поведение, он вытащил меня за руку из школы. На крыльце закурил.

- Я с ума сойду с тобой, - пробормотал он. - А теперь давай - как всё было?

- Да нечего рассказывать, - буркнула я, спускаясь по ступенькам. - Математичка сказала, что я бестолочь. Я ответила, что она язва. Химичка дала контрольную университетского уровня.

Сергей шёл за мной, выпуская дым.

- Вот поэтому я школу и не любил, - сказал он. - В универе поприкольнее было.

- А выглядите как типичный ботаник, - фыркнула я.

- Ты ботаников хоть раз в жизни видела?

- Тогда парень-бунтарь.

Он покачал головой и засмеялся.

- Дуй в машину, - сказал он, и рука его легла на мою поясницу, подталкивая вперёд.

- Сергей Александрович, - недоверчиво спросила я. - Вы что, даже ругаться не будете?

- На тебя? Нет, - улыбнулся он. - В следующий раз буду на учителей ругаться. Просто пока строю репутацию строгого тренера среди администрации.

Он наклонился к моему уху и прошептал игриво:

- У вас плохо получается, - улыбнулась я. - Вы слишком добрый.

И, не дожидаясь ответа, убежала в машину.