ГЛАВА 6

Сердце колотилось где-то в горле, пока я неслась по коридору в сторону катка. Я опоздаю? И что тогда Розанов со мной сделает? Ушла, блин, за кофе и пропала с концами...

На резком повороте я врезалась в Сашку. Та на секунду застыла, едва не рухнув от моего внезапного натиска. Я навалилась на неё всем телом, и подруга покачнулась. Она так легко упала от моего веса? Значит, я всё ещё выгляжу как бегемот. Мысль обожгла изнутри.

- Аня! Тебя Розанов обыскался! - затараторила Сашка, хватая меня за руку. - Я отмазала тебя: сказала, что ты за кофе пошла, а потом в туалет задержалась. Пойдём быстрее!

Она потащила меня в глубь коридора, и мы обе перешли на бег. В голове всё ещё пульсировала навязчивая мысль: нужно худеть, нужно стать сухой, чтобы прыжки выходили стабильнее. Иначе всё зря.

Ворвавшись в ледовый зал, мы с Сашей наткнулись на Розанова. Он стоял у бортика, скрестив руки на груди, глаза сверкали льдом, губы сжаты в тонкую полоску. Поза нападения - это я уже выучила наизусть.

- Власова, мать твою, ты где шляешься?! - рыкнул он так, что эхо разнеслось по всему катку.

Его пальцы грубо сомкнулись вокруг моего плеча и потащили меня к скамейке. Я чувствовала, как его хватка прожигает ткань куртки.

- Сергей Александрович, я за кофе ходила...

- Кофе? И где твой кофе сейчас? Выпить успела, пока по коридорам прохлаждалась?

Он надавил мне на плечи, усаживая на скамейку, и навис сверху.

- Коньки шнуруй. За опоздание завтра сто двойных прыжков. Сто, Власова, и ни одним меньше.

Я открыла рот, пытаясь найти достойный ответ, но слова застряли в горле. Он прав. Заслужила. Я опустила голову и принялась натягивать коньки.

- Власова, - его голос стал тише, но от этого не менее стальным, - ты уговор помнишь? Полчаса - и с глаз моих долой.

- Помню, помню... - буркнула я, завязывая шнурки.

Обычно я возилась с ними не меньше пятнадцати минут, но сегодня управилась за семь - почти рекорд. Я уже почти встала, когда ладонь Розанова пару раз опустилась мне на поясницу, коротко, но ощутимо.

- Давай-давай. Нормально откатаешь - подарок вечером принесу, - сказал он, и в голосе мелькнула едва заметная мягкость.

- С чего такая милость? - съязвила я, но внутри что-то дрогнуло.

- Иди уже, Власова, не беси меня.

Не знаю почему, но на губах сама собой заиграла дурацкая улыбка. Я выкатилась на лёд, и холод под коньками отрезвил.

---

Раскатка прошла на удивление стабильно. Я чувствовала лёд, проваливалась в дуги, пробовала ребра, и тело слушалось. Когда начались прыжки, я сама удивилась - четверной тулуп сегодня вдруг пошёл идеально, без помарок, без падений. Будто кто-то подменил меня за те полчаса, что я бегала по коридорам.

И вдруг сверху раздался пронзительный свист.

Я подняла голову и увидела их - часть «Феникса» стояла на трибунах. Брат, Сережа, Сава со своей невестой Лизой, Ковалёв с Олей - его девушкой и по совместительству тренером по ОФП. Свистел, как оказалось, Савельев - я поняла это по тому, как Лиза гулко ударила его по плечу и покрутила пальцем у виска: мол, думай, что делаешь.

Булгаков Сережа, тот вообще отправил мне воздушный поцелуй.

Я в ответ шутливо приложила руку к груди и сделала вид, что его поцелуй попал прямо в сердце. Глупо, но весело.

На звук обернулись не только я, но и все остальные на льду. Сашка довольно заулыбалась, некоторые девочки недоумённо переглянулись. А Розанов... Он не то чтобы напрягся. Он был готов убивать. Его челюсть сжалась, взгляд стал колючим, как лёд под коньками.

- Власова! - рявкнул он, подзывая меня к бортику.

Я напряглась, но ослушаться не посмела.

- Прогон короткой - и домой, - отрезал он, уже включая музыку в планшете.

- Но, Сергей Александрович, только десять минут прошло! Короткая - не больше трёх, а вы обещали полчаса, - запротестовала я.

- А я хочу, чтобы этот цирк кончился, - процедил он сквозь зубы. - Забери своих друзей. Они мешают.

---

Короткая программа вышла безжизненной. Я катала на автомате, вкладывая в движения ровно столько, сколько требовалось, чтобы не упасть. Тройной риттбергер - чисто, каскад - идеально. Но внутри было пусто.

- Анют, ты что, робот? - удивился Плющенко, когда я остановилась. - Где эмоции, где страсть? Ты про Бразилию катаешь!

- На прокате будут, - сухо ответила я.

- На дорожке шагов во время хука проваливаешься, - единственное, что сказал Розанов, не поднимая глаз от планшета. - На ребро глубже заходи. Поняла?

Я кивнула.

- Свободна. Езжай в отель, - коротко бросил он и отвернулся.

Я фыркнула что-то невнятное и покатила к бортику. Быстро нацепила чехлы и, не оглядываясь, скрылась в раздевалке.

---

Я только переоделась и вышла в коридор, как на меня налетели Лиза и Оля - они ждали меня у выхода. С этими девушками я была знакома ещё до переезда, и их улыбки согрели.

- Ты такая крутая! - щебетала Лиза, едва не подпрыгивая. - Я никогда не понимала, как вы так прыгаете!

- Да! - подхватила Оля. - Я хоть и мастер спорта по гимнастике, но мой вестибулярный аппарат не выдержал бы таких оборотов.

- Я по вам скучала, - вдруг пробормотала я и уткнулась лицом в плечо Оли.

До плеча Лизы я просто не доставала - рост Савельевой едва переваливал за сто пятьдесят пять.

Глаза предательски защипало, и первая слеза упала на футболку Оли.

- Эй, ты чего? - растерялась она, неловко моргая. - Ты чего, Ань?

- Устала, - шмыгнула я. - А парни где?

- За кофе пошли, - ответила Лиза, но в глазах у неё была тревога. - Анют, в чём дело-то?

---

Через несколько минут мы сидели на ближайшем диванчике. Парни ещё не вернулись, и это было даже к лучшему - при них я бы не разревелась. Привыкла показывать себя нагловатой и бойкой, а здесь, с Лизой и Олей, можно было просто быть слабой.

Я говорила, что устала. Что хочу бросить всё. Что я недостаточно хороша. Что не понимаю, зачем всё это.

- Розанов это ещё... - бормотала я, вытирая нос рукавом. - Качели мне устраивает. То ласковый, то орёт, то холодный... Я ничего не понимаю уже.

- Розанов? Это твой тренер? - приподняла бровь Лиза.

Я кивнула, шмыгнула носом, вытерла его рукавом худи. Нос забился от слёз, и я стала говорить смешно, гнусаво.

- А мне показалось, он на тебя так ласково смотрит, - улыбнулась Оля. - Заботится прям.

- Сдалась я ему, - фыркнула я. - Он меня бестолковой называет.

- И что? - усмехнулась Королёва. - Я вон Антона тоже сначала тиранила. Он терпел, терпел, а через месяц замуж зовёт.

Я округлила глаза, и истерика будто испарилась.

- Чего?! - взвизгнула я. - Правда? Олька, я так рада за вас!

Улыбка расплылась по моему красному, заплаканному лицу.

- А тебе Егор не говорил? - удивилась Оля. - Я думала, он первым делом расскажет.

- Егор! - крикнула я так, что эхо пошло по коридору. - Вот козёл! Молчал, как партизан!

Прямо в этот момент на горизонте показались парни с кофе - у каждого по две чашки. Брат нёс что-то в обеих руках.

- Егор! - рявкнула я, вскочив с места. - Ты мне собирался рассказывать про предложение Оли?!

- Ой... - протянул он, виновато опуская плечи.

- Вот тебе и «ой».

Он подошёл ближе и протянул мне одну из чашек. Я принюхалась - латте на кокосовом молоке с малиновым сиропом. Моё любимое. Откуда они нашли нормальную кофейню - оставалось загадкой. Сколько же там калорий, пронеслось в голове.

- Тебя до отеля довезти? - спросил Егор.

Я кивнула.

- Было бы неплохо. Мне и правда пора - если Розанов меня тут увидит, мне влетит, - я подхватила сумку.

- Погодь, не убегай ты так, - остановил меня Серёжа, коснувшись локтя. - Мы завтра хотели прийти посмотреть. Где билеты можно купить?

- Нигде, Сереж, - покачала я головой. - Контрольные прокаты - тема закрытая. Вот этапы Гран-при начнутся - я вас обязательно приглашу.

- Ань, ну ты идёшь? - крикнул Егор, уже стоя у выхода из холла.

Я улыбнулась ребятам и побежала к брату, сжимая в ладони тёплый стаканчик.

---

Я не помнила, как добралась до отеля. В голове гудело, тело ломило, а во рту пересохло так, будто я проглотила песок. Первое, что я сделала, - рухнула на колени перед унитазом. Два пальца в рот - и всё, что удалось съесть за день, ушло в воду. Было так плохо, что даже пить не хотелось.

Я лежала на холодном кафеле, проклиная всех: себя за слабость, Розанова за его строгость, брата за то, что не предупредил про Олину помолвку. В эту компанию попал даже Сава - зачем он свистел вообще? Он же поддержать хотел, но в фигурном катании так не принято.

В голове боролись два голоса, но их прервал резкий стук в дверь.

Я поднялась на ватных ногах, шатаясь, дошла до двери и открыла. На пороге стоял Розанов - растрёпанный, без куртки, с взволнованным лицом. Увидев моё состояние, он влетел внутрь, одной рукой захлопнул дверь, второй подхватил меня под локоть, не давая упасть.

- Аня! Что с тобой? - голос его был сдавленным от тревоги.

Я почти сразу обмякла, чувствуя его надёжную хватку. Он аккуратно усадил меня на кровать и коснулся пальцами моего лба.

- Ты горишь, Ань, - выдохнул он.

- Я нормально, - попыталась я встать, но его рука больно надавила мне на плечо, и я плюхнулась обратно.

- Ты больная! Зачем я тебя на лёд пустил?!

- Потому что я ныла, - прошептала я, закутываясь в одеяло.

- Куда одеяло? - раздражённо произнёс он, одним движением стягивая его с меня. - У тебя температура - укрываться нельзя, только хуже станет.

Я фыркнула что-то невнятное, но возражать не было сил.

- Лежи, не дёргайся, - приказал он, забирая с тумбочки ключ от моего номера. - Я за аптечкой, быстро.

Дверь за ним захлопнулась. Я простонала что-то нечленораздельное в подушку и провалилась в полудрёму.

Он вернулся через пять минут - взъерошенный, запыхавшийся, будто бежал. Молча поставил аптечку на стол, достал два блистера, выдавил таблетки на ладонь, открыл бутылку воды.

И главное - не дал выпить самой.

- Открывай рот, - скомандовал он, и я послушно разжала губы. Он положил таблетки мне на язык, запрокинул голову, чтобы я проглотила, и дал глоток воды. Потом заглянул мне в рот, проверяя, не спрятала ли я их под языком, чтобы выплюнуть.

- Сергей Александрович, ну я не настолько глупая, - неразборчиво пробормотала я.

- Я от тебя всего ожидаю, - буркнул он, убирая аптечку.

- Сергей Александрович... - протянула я, с трудом фокусируя взгляд. - Вы подарок обещали.

- Я обещал, если хорошо откатаешь.

- А я разве плохо откатала? - удивилась я.

- Ты откатала как робот, - поправил он, но в голосе не было злости. - Но подарок я принёс.

Он полез в карман джинсов и достал небольшую коробочку. Я села ровнее, разглядывая, как он открывает её, и внутри я увидела маленькую статуэтку ангела из прозрачного стекла - хрупкую, изящную, будто сотканную из света.

- Это за какие такие заслуги? - фыркнула я, но пальцы уже бережно сжимали фигурку.

- За то, что катать начала нормально, - улыбнулся он. - И риттбергер поставила, наконец.

Я смотрела на ангела, и в груди разливалось тепло.

- Но ты не обольщайся, - добавил он уже строже, но в глазах плясали искры. - Я всё ещё могу тебе по заднице настучать.

Я прыснула, прижимая подарок к груди, и впервые за день улыбнулась по-настоящему.