ГЛАВА 14

Лететь бок о бок с Розановым было странно. В поезде это были другие ощущения - там мы четыре часа провели вместе, а тут все двенадцать. Шесть часов, если честно, я просто проспала. Проснулась от того, что Сергей трогал моё плечо, пытаясь разбудить.

Я, если честно, ничего не поняла сначала. Осознала, что происходит, уже когда сидела пристёгнутая, а самолёт нехило так трясло. В груди разгорелась паника.

- Это турбулентность, Ань, - сказал он спокойно. - Всё нормально. Никто не падает.

Я раздражённо выдохнула.

- Да знаю я, - буркнула я. - Мозг это принимать отказывается.

Сергей смотрел на меня как-то слишком долго.

- Ну-ка, глаза на меня, - скомандовал он, повернувшись ко мне всем корпусом.

Голубые глаза уставились прямо в карие. Я невольно отметила, что где-то ближе к середине радужки его глаза становятся ярче, светлее, что ли.

- Дыши по квадрату, - сказал он. - Четыре секунды - вдох, четыре - удержание, четыре - выдох, четыре - снова удержание. Давай.

Пока я следовала его инструкции, паника постепенно утихала в груди, оставляя место какой-то безграничной теплоте. Розанов мог плюнуть на меня, оставить одну разбираться со своими демонами. Но нет - он помог, подсказал, за руку держал всё время.

Уже когда я успокоилась и просто тупо глядела в окно, Сергей вдруг невольно сказал:

- Ну ладно тебе. Разбились бы и разбились. Зато быстро и не больно.

Я резко повернула голову к нему, потом посмотрела в эти глаза, которые буквально смеялись.

- Вообще не успокаиваете, Сергей Александрович, - помотала я головой, сжимая губы, чтобы самой не рассмеяться от нервов. - Мы сейчас над океаном пролетаем. Если бы упали - весь удар пришёлся бы на нос. Даже если бы в нас прилетел какой-то осколок из кабины - сознание никто бы не потерял. Вот и получается: утонули бы в этой махине.

- Очень пессимистично, - хмыкнул он. - Мне такое не нравится. Хорош так думать. Может, тебя к психологу сводить? Больно много о смерти думаешь.

Думаю. А он откуда знает?

- Ой, отстаньте, а? - фыркнула я. - Мне мозгоправы эти не нужны.

---

Сергей.

Остаток полёта он провёл в мыслях. Что с этой девчонкой вообще не так? Она будто свою смерть продумывает. Её и правда надо завести к психологу как-нибудь, хоть силком. Ну а что? Выкинет что-нибудь в один день такое, что Сергей сам инфаркт схватит. Кто ж её знает?

Всю дорогу до отеля чемодан Ани он пронёс сам - для этой мелкой девчушки он весил ахренеть как много. Власова сопротивлялась сначала, мол, сама сможет, сама справится. Но поняв, что может не корячиться и расслабиться, тащив лишь одну сумку, перестала хоть как-то пытаться отобрать свой багаж.

Отель, в котором разместили всех спортсменов, был большим. Вот только проблемы начались с самого начала - заселение задержали, несколько сборных толпились в холле, половина спортсменов были злые, голодные после перелёта.

Его подопечная неожиданно пристроилась к американке Эмбер Гленн, которая тоже прилетела недавно. Блондинка и шатенка что-то увлечённо обсуждали на английском. Он и не знал, что Аня так свободно владеет этим языком.

Челюсти Сергея непроизвольно сжались. Он сам не знал, что так выбесило его в этой сцене. Гленн, которая единственная могла посоревноваться с Аней в короткой программе, ведь у его подопечной тройного акселя пока нет - они ещё в процессе его постановки. Либо всё та же Гленн, но другой фактор уже подбешивал - её недавний каминг-аут. Половина интернета гудела, что это первая открытая би-спортсменка в истории фигурного катания вообще.

Чёрт один знал, как такое общение повлияет на Аню.

---

По прилёте я сразу же зашла на сайт хоккейной команды. Ну! Я же говорила! 3:1 в пользу «Феникса». Тут же зашла в мессенджер, чтобы поздравить брата.

«Молодцы! Я знала, что вы выиграете!» - написала я.

«Рано радоваться, мелочь, - ответил он. - Это первая игра из трёх. Надо ещё две выиграть».

Я закатила глаза. Перфекционист, блин. Ему всегда нужно все игры выигрывать... Хотя кто бы говорил - я сама такая же.

Через пару секунд короткая вибрация заставила вновь обратить взгляд на экран.

«И в казино не играй, игроманка».

Я коротко усмехнулась. Как-то лет в семь я выклянчила у брата пару сотен, которые позже спустила на автоматы с игрушками. Ну а что я могла сделать? Кошка там лежала слишком соблазнительно.

«Я подумаю», - шутливо ответила я.

---

В холле отеля было до хрена людей. Я зажалась где-то в уголке, чтобы особо ни с кем не общаться. Сергей ушёл разбираться на ресепшн по поводу наших номеров, Плющенко и Рудковская переговаривались с иностранными тренерами и хореографами. Вот я и осталась на своё попечение.

Глазами я искала знакомые лица. Хоть ту же Тутберидзе, чтобы понять, что я не совсем потерялась. Но знакомых русских лиц не было. Я узнала японскую спортивную пару, французских танцоров. И потом наконец глазами нашла Эмбер, которая смеялась со своим тренером. Меня всегда умиляли их взаимодействия - они как отец и дочь.

Гленн вскоре заметила меня и сама подошла поговорить. Эмбер оказалась очень приятной. У нас сильно сходились мировоззрения, схожий юмор, частично даже характеры. Мне казалось, что за полчаса ожидания в холле мы обсудили всё и вся.

- Знаешь, - сказала Эмбер, - я уверена, что ты будешь на пьедестале. Русская школа фигурного катания - лучшая в мире.

Я невольно улыбнулась, покраснев от смущения.

- Да ладно тебе, - отмахнулась я. - Америка доминировала на протяжении многих лет.

- А потом пришла эра русских, - улыбнулась Гленн.

- Зато у тебя идеальный тройной аксель, - парировала я. - А у меня дай бог двойной выйдет.

- У тебя есть четвертные, - покачала головой она. - А я часто срываю тройные.

Проговорив ещё немного, я вдруг почувствовала руку на своём плече. Вздрогнув, я повернулась назад. За спиной стоял Сергей с двумя картами-ключами в руках.

- Тебе, - протянул он одну. - Номер 716, на седьмом этаже.

- Спасибо, - улыбнулась я, забирая паспорт и карту. Потом повернулась обратно к Эмбер. - Я пойду. Встретимся на тренировке.

Розанов вновь подхватил два чемодана и потащил их к лифтам. Между нами стояла тишина до самого номера. Сергей жил в соседней комнате.

- Аню, - вдруг позвал он, когда я уже открывала дверь и забирала свой чемодан.

- А?

- Будь аккуратнее, - сказал он тихо. - Пожалуйста.

А потом зашёл в свой номер и закрыл дверь. И что это значит?

---

- Сергей Александрович, мне скучно в номере, - канючила я, сидя в номере тренера.

После ужина, на который он тащил меня, чтобы я нормально поела, я завела разговор о скуке ещё на лестнице, когда мы поднимались на наш этаж. Потом как-то незаметно перетекли в его номер.

Под вечер сидеть и правда стало невозможно. Тренировка только завтра, а сегодня-то что делать? Кажется, надо бы отдыхать, но я настолько отвыкла сидеть без дела, что скучно становилось почти сразу.

- Ну ты в казино хочешь, что ли? - хмыкнул он, ища что-то в телефоне. - Не прокатит - тебе нет двадцати одного.

- Ну не зна-а-аю, - протянула я. - Тут есть парки?

- Ближайший от нас в часе езды, - покачал головой он. - Парки тут вообще редкость, больше казино и торговых центров. На улицу вон глянь - цепи, асфальт и дороги.

Я фыркнула.

- Ладно, пойду погуляю с Эмбер.

- Власова, тебе башку открутить? - вскинулся он. - Ты мелкая, несовершеннолетняя в незнакомом городе. Вы в центр выйдете - тебя украдут и в казино как ставку выставят.

Голос его звучал вполне серьёзно, а мне хотелось смеяться от последней фразы.

- Я тебя в этом городе от себя на три метра не отпущу, - продолжил он. - Сиди в номере и отдыхай. Я за тебя головой отвечаю.

- Ну Сергей Александрович, - продолжала ныть я.

Его телефон полетел на кровать, а тяжёлый вздох и шёпот под нос «да за что мне всё это» дали мне понять, что он сдаётся.

- Одевайся, - сказал он. - Скоро выходим.

- Спасибо! - взвизгнула я и убежала в свою комнату.

---

«Элизиан-парк» оказался огромным и больше походил на природную зону. С Сергеем мы просто ходили даже без особых разговоров. Всё кончалось на моём обычном «Ой, как красиво» и его «Ага».

- Анют, спина у тебя как? - спросил он.

И опять это «Анют», вонзающееся в самое сердце. Сергей будто специально дразнит. На людях он такой серьёзный и злой тренер, а только мы остаёмся совсем одни - он добрый и спокойный.

- Нормально, - улыбнулась я, поправив волосы, которые противно лезли в лицо. - Почти не болит.

- Давай мы поаккуратнее завтра на тренировке будем, хорошо? - сказал он. - Один прогон короткой, пара прыжков - и хватит. Мм?

Его ладонь легла мне на спину, пальцы аккуратно начали двигаться по кругу. Он со мной как с диким животным - успокаивает, будто я сейчас убегу от него.

Сжав губы, я не дала внятного ответа, а лишь нечётко пробормотала что-то себе под нос. Такой расклад меня не устраивал - я хотела льда, движухи какой-то в конце концов. Он и так меня отгородил от коньков за последние пару недель.

- Ань, я жду нормального ответа, - настаивал он, и пальцы его не переставали поглаживать мою спину.

Я выдохнула. Какой чёрт с ним спорить? Упрямый как ишак. Но я ведь тоже не промах. Скажу одно, на тренировке сделаю по-другому.

- Ладно, - сказала я.

- Вот и умница, - кивнул он. - Я запомнил твои слова, так что завтра спрошу с тебя, если опять по-своему сделаешь.

Или уже не планировала...

Под конец прогулки Сергей вообще накинул мне на плечи свою ветровку - я переоценила температуру под вечер в конце октября, даже несмотря на то, что это был Лос-Анджелес, и нацепила одну футболку. А тут между прочим было +15.

- Давайте в «Я никогда не»? - вдруг предложила я.

Розанов приподнял бровь.

- А пиво где возьмёшь? - улыбнулся он.

- Ну мы без алкоголя будем, - закатила я глаза. - Ну давайте, я начинаю... Я никогда не была в Африке.

Тренер фыркнул и запрокинул голову.

- Я тоже, - сказал он.

- Правда? - удивилась я. - Я думала, вы из тех персон, кто летает в Египет трижды в год.

Он покачал головой:

- Я больше по Европе. Архитектура, климат...

Я улыбнулась:

- Мне тоже Европа больше нравится. Так, теперь вы.

- Я никогда не напивался в хлам, - сказал он.

- Вы?! Не верю! - захихикала я.

- Я вообще за ЗОЖ, - гордо заявил Сергей, но сам тоже рассмеялся.

- Ну я тоже никогда в хлам не напивалась, - ответила я. - Пока что.

- Эй, Анечка, - строговато сказал он. - Кончай мне жить. Ты спортсменка, никакого «в хлам».

- Ла-а-адно, - протянула я. - Так вот... Я никогда не состояла в отношениях «друзья с привилегиями».

Розанов лишь замолк и помотал головой.

- А что это вы молчите, Сергей Александрович?

- Я был молодой и мне хотелось секса, - ответил он с лёгкой усмешкой. - Да и там всё было по обоюдному согласию.

Вот в таких диалогах мы и дошли до отеля. Я чувствовала, как внутри разливается что-то тёплое и одновременно пугающее - между нами рушилась невидимая стена, и я не знала, хорошо это или плохо.