Алая луна

Никто не произнес ни слова. Мы просто смотрели вверх. Луна медленно окрашивалась в темно-красный цвет.
Не яркий. Не кровавый.
Скорее глубокий, как старое вино.

Я никогда не видела ничего настолько красивого.
И настолько страшного.

По коже пробежала дрожь.

— Что происходит?.. — прошептала я.

Нора первой отвела взгляд от неба. Ее лицо стало белее снега.

— Она взошла раньше.

Кай нахмурился.

— На три дня.

— Такое вообще возможно?

— Нет.

Он сказал это слишком быстро. Настолько быстро, что стало ясно — возможно.
Просто этого не должно было случиться.

Мужчина в черном пальто больше не улыбался. Он тоже смотрел на небо.

— Значит... Печать действительно разрушена.

Его голос впервые прозвучал почти восхищенно.

— Двести лет ожидания... Не зря.

Я крепче сжала письмо мамы, которое все еще лежало во внутреннем кармане пальто.
В голове вдруг всплыли ее слова.

«Когда придет время выбирать между сердцем и долгом...»

Почему именно сейчас я их вспомнила?

Хранители одновременно подняли головы. И сделали шаг назад.
Все.
Будто подчиняясь одному беззвучному приказу.

Мужчина усмехнулся.

— Даже они чувствуют...

Он сделал глубокий вдох.

— Просыпается.

— Кто? — спросила я.

Он перевел взгляд на меня. И тихо произнес:

— Не "кто".

"А что."

В следующую секунду земля дрогнула. Сначала едва заметно.
Потом сильнее.

Снег посыпался с крыш.

Где-то далеко раздался звук, похожий на раскат грома.
Но небо оставалось совершенно чистым.

Из окон академии начали выбегать студенты.
Кто-то был в мантии.
Кто-то босиком.
Все растерянно оглядывались.

— Что случилось?

— Землетрясение?

— Почему луна красная?

Паника росла с каждой секундой.
И вдруг...
По всей территории академии одновременно погасли фонари.
Наступила темнота.
Только алая луна освещала двор.

Я услышала тяжелое дыхание рядом.

— Кай?

Ответа не последовало. Я обернулась.
Его не было.

— Кай!

Вместо него передо мной стояла пустота.
Туман.
Я резко повернулась в другую сторону.
Нора тоже исчезла.
Хранители.
Студенты.
Даже мужчина в черном пальто.
Все пропали.
Я осталась одна.

— Нет... Это невозможно...

— Возможно.

Голос прозвучал за моей спиной.

Я резко обернулась.

Передо мной стояла... я. Та же куртка. Те же волосы.
Тот же кулон.

Она улыбнулась.
Точно так же, как улыбнулось отражение в зеркале той ночью.

— Привет, Аделина.

Я сделала шаг назад.

— Ты не настоящая.

— Правда?

Она медленно подошла ближе.

— Тогда почему сердце бьется так быстро?

Я молчала.

— Ты боишься меня.

— Нет.

— Врешь.

Она остановилась всего в шаге. Ее глаза были точной копией моих. Но в них не было жизни.
Только бесконечная пустота.

— Знаешь...

Она наклонилась ко мне.

— Самое сложное — не победить чудовище. Самое сложное... Понять, что оно всегда жило внутри тебя.

Я резко зажмурилась.

— Исчезни!

— Если бы все было так просто...

Она коснулась моего кулона. Ледяными пальцами.
И вдруг...
Перед глазами вспыхнули чужие воспоминания.

Высокий зал. Свечи. Женщина с длинными темными волосами.
Мама.
Она держала на руках маленькую девочку.
Меня.
Напротив стоял молодой мужчина.
Я сразу узнала его.
Кай.
Только выглядел он совсем иначе. Длинные волосы были собраны лентой. Одежда старинная.
Лицо...
Намного живее.
Он улыбался.
Мама протянула ему меня.

— Если однажды меня не станет... Обещай... Что никогда не оставишь ее одну.

Кай осторожно взял меня на руки. Так бережно, будто боялся даже дышать.
И тихо ответил:

— Клянусь.

Картина исчезла так же внезапно, как появилась.

Я снова стояла посреди двора. Одна. По щекам текли слезы.
Я даже не заметила, когда начала плакать.
Значит... Он действительно знал меня.
Еще ребенком.
Еще до академии.
Еще до всего.

— Теперь понимаешь?

Тихий голос двойника снова прозвучал рядом.

— Ты никогда не была для него случайностью.

Я медленно подняла голову.

— Тогда... Кто ты?

Она улыбнулась. На этот раз совсем не страшно. Скорее грустно.

— Я — та часть тебя... Которую твоя мать запечатала много лет назад. И если алая луна взошла... Значит, очень скоро мы снова станем одним целым.

Не успела я ничего ответить, как весь мир вокруг рассыпался на тысячи серебряных осколков.

Я резко открыла глаза.

Кай держал меня за плечи.

— Аделина!

Его голос звучал тревожно.

— Посмотри на меня.

Я тяжело дышала.
Вокруг снова была академия.
Студенты.
Нора.
Хранители.
Все на своих местах.
Будто ничего не произошло.
Но...
По моей щеке все еще текла слеза.
А в ладони лежала маленькая серебряная лента.
Та самая...
Которую Кай завязал на моей детской руке в том воспоминании.

Я медленно посмотрела на него.

— Ты... Помнишь тот день?

Он замер.
И впервые за двести с лишним лет, кажется...
Испугался.