Глава 24. Чай с ядом

Элина без спешки дошла до кладовой за всем необходимым для уборки парадной лестницы. За два с половиной месяца она успела выучить здесь почти каждую полку и уже не тратила время на поиски: странная густая жидкость для полировки дерева стояла в дальнем шкафу, щётки висели возле двери, рядом лежали тряпки и остальные принадлежности. Никто больше не объяснял ей, что делать, не ходил следом и не проверял каждый шаг. Утром Лидия выдавала задания, после чего ответственность за их выполнение полностью ложилась на слугу.
Распорядок Элины почти не менялся. Она просыпалась около пяти, а к шести уже должна была быть готова к работе. Заканчивали обычно только к семи вечера, но у неё, в отличие от остальных слуг, не было нормальных выходных. День сменял день с таким постоянством, что временами казалось, будто особняк перемалывает время в один бесконечный рабочий цикл. Сегодня задач было всего две: привести в порядок парадную лестницу, а после отправиться в сад за цветами для украшения входа.
Она принялась натирать деревянные перила, довольно быстро войдя в привычный ритм. Работа не требовала почти никакого внимания, поэтому мысли постепенно ушли куда-то далеко. Сад она до сих пор знала лишь частично. С верхних этажей было хорошо видно, насколько он огромен: дорожки расходились между деревьями, клумбами, павильонами и живыми изгородями, местами образуя настоящий лабиринт. Далеко за основной частью сада находилось ещё одно строение, куда обычные слуги почти не ходили. Именно там, насколько Элина успела понять, содержали крупных существ.
Раньше там жил Луффин.
Лакал, которого она убила в лесу.
Там же держали Ворасов — огромных живых созданий, использовавшихся вместо транспорта. Один из них в первый день доставил Элину сюда вместе с Леди Эрисой и её свитой, и даже сейчас сама мысль о поездке внутри чьего-то тела вызывала у неё странное ощущение. За прошедшее время она привыкла к существованию Ворасов, но так и не узнала почти ничего об их природе. Чем их кормят? Насколько они разумны? Дрессируют их или они сами понимают, куда двигаться? Как быстро способны передвигаться и откуда вообще знают дорогу?
Ответов не было.
Как обычно.
Пока Элина размышляла, руки продолжали работать сами. К полудню лестница была вычищена настолько тщательно, что солнечный свет скользил по полированным перилам ровными бликами. На всё ушло почти шесть часов. Спина ныла от постоянных наклонов, ладони пахли средством для дерева, а волосы у висков прилипли от пота.
Элина выпрямилась, несколько раз размяла плечи и отнесла инструменты обратно в кладовую. Затем взяла тяжёлые садовые ножницы, несколько вёдер с водой и вышла наружу.
После душного помещения прохладный воздух показался почти ледяным. Небо было ясным, солнце стояло высоко, а в ветвях перекликались местные птицы. Некоторые стрекотали, словно насекомые, другие издавали короткие сухие щелчки, а одна где-то над дорожкой выводила хрипловатую трель, совсем не похожую на птичье пение, которое Элина помнила с Земли.
Она направилась к клумбам возле парадной части сада. Для украшения банкетного зала и входа Лидия приказала использовать три цвета: фиолетовый, жёлтый и красный. По её словам, именно их предпочитала Леди Эриса.
Названий большинства растений Элина не знала. Впрочем, теперь это уже не удивляло. Она остановилась возле высоких фиолетовых цветов с вытянутыми бутонами и тонкими белыми пестиками, выбрала один и щёлкнула ножницами у основания стебля.
Поднеся цветок к лицу, она понюхала его.
Запах оказался совсем не сладким. Сухой, терпкий, немного напоминающий бумагу, древесную пыль и что-то горьковатое.
Элина посмотрела на узкий строгий бутон.
«Как Лидия».
Уголок губ едва заметно дрогнул.
Такая же вытянутая, фиолетовая и, вероятно, тоже способная испортить настроение одним своим присутствием.
После этого работа пошла быстрее. Щёлкали ножницы, один стебель сменял другой, лишние листья она сразу снимала, а цветы осторожно ставила в воду. Фиолетовые перемешивались с алыми и ярко-жёлтыми, и довольно скоро первое ведро оказалось заполнено.
Всего понадобилось восемь.
К тому моменту руки Элины уже знали, как удобнее держать растение, под каким углом срезать стебель и какие листья лучше удалить сразу. Каждый вид пах по-разному: один сладко, почти приторно, другой отдавал горечью, третий почти не имел запаха. Некоторые растения выглядели настолько необычно, словно их придумали исключительно ради того, чтобы окончательно убедить Элину: привычная ботаника здесь тоже решила не участвовать.
Возле входа уже стояли несколько огромных керамических ваз, украшенных резными виноградными лозами. Элина поставила ведро рядом, опустилась на колени и начала собирать первую композицию.
Особого опыта у неё не было, однако три дня в праздничном зале не прошли зря. Она видела, как другие служанки сочетали растения, как выбирали высоту, распределяли оттенки и разворачивали бутоны. Теперь просто повторяла увиденное.
Получалось неожиданно хорошо.
Алые цветы ярко выделялись среди глубокого фиолетового, а жёлтые разбивали тёмные участки и делали композицию светлее. Элина несколько раз отходила на пару шагов, оценивала результат, возвращалась и переставляла отдельные стебли. Где-то слишком густо. Здесь пусто. Этот цветок выше остальных. Тот лучше повернуть наружу.
В какой-то момент рядом появилась другая служанка и молча занялась второй вазой.
Элина узнала её почти сразу.
Невысокая светловолосая девушка с тонкими руками. В самый первый день она была одной из тех двух служанок, которые снимали с Леди Эрисы охотничье снаряжение после возвращения из леса. Тогда Элине запомнилась её почти механическая точность и отсутствие какого-либо выражения на лице.
За прошедшие месяцы они так ни разу и не разговаривали.
Элину это не беспокоило. Здесь вообще мало кто горел желанием заводить с ней дружбу, а она сама не прилагала особых усилий, чтобы это изменить.
Некоторое время они работали в полной тишине. Слышались только лёгкий шелест листвы, щебет птиц и редкий стук ножниц о край ведра. После последних дней подготовки такая тишина неожиданно успокаивала.
Элина поправила несколько алых цветов и вдруг вспомнила Кайрена.
Странно, но сад теперь всё чаще связывался именно с ним.
Он был первым человеком здесь, который действительно разговаривал с ней, а не выдавал приказ, не пытался выяснить, кто она такая, и не смотрел так, словно ожидал нападения. Конечно, она не доверяла ему полностью. Было бы глупо. Но после двух месяцев жизни среди людей, отвечавших на любой лишний вопрос молчанием, Кайрен казался едва ли не роскошью.
Интересно, где он сейчас?
Может, работает в другой части сада. Может, спит после ночной смены. Может, действительно избегает её.
Последнее почему-то немного раздражало.
— Хорошо выходит, — неожиданно произнесла девушка рядом.
Элина повернула голову.
Та продолжала смотреть на свою вазу, словно вообще ничего не сказала.
— Спасибо, — ответила Элина после короткой паузы.
Служанка едва заметно кивнула.
На этом разговор закончился.
Лидия появилась примерно через час, критически осмотрела обе композиции, молча переставила два цветка, щёлкнула языком и ушла. Элина проводила её глазами.
«Значит, не катастрофа».
Для Лидии это почти похвала.
Они продолжили работу.
Прошло ещё несколько часов, когда Элина вдруг услышала непривычный звук со стороны главной арки. Сначала что-то тяжело и влажно зашуршало по дорожке, затем послышались быстрые шаги и голоса.
Она подняла голову.
На крыльце уже стояла Лидия. Рядом с ней собрались четверо слуг, и даже с расстояния было заметно, что все они ждут кого-то важного.
Шелест становился громче.
Через несколько секунд из-за арки показался Ворас.
Элина сразу заметила, что он отличался от того, на котором её когда-то привезли сюда. Этот был заметно меньше и светлее, с серебристо-серой кожей, блестевшей под солнцем почти как рыбья чешуя. Длинное массивное тело двигалось волнообразно, плавно скользя по дорожке без видимых ног или иных конечностей. После него оставался тонкий белёсый след, быстро исчезавший на нагретом камне.
Ворас остановился возле арки.
По его боку медленно прошла вертикальная линия.
Ткань тела разошлась.
Первой наружу вышла девушка.
На вид ей было не больше шестнадцати. Простое голубое платье, светлые волосы, уложенные в аккуратные косы, бледное лицо. Двигалась она спокойно и уверенно, явно хорошо зная, что делать. Сойдя на землю, девушка повернулась и протянула руку тому, кто находился внутри.
Следом появилась Силина.
Элина поняла это сразу.
Не потому, что её кто-то представил. Просто слишком многое совпало.
Высокая светловолосая женщина выглядела почти неправдоподобно молодой. На ней был серебристый дорожный костюм, подчёркивающий тонкую фигуру, волосы собраны в сложный узел и украшены несколькими тонкими цепочками. У пояса висела небольшая подвеска в форме пера.
На первый взгляд Силине едва ли можно было дать больше двадцати пяти.
Но после вчерашнего чтения Элина уже понимала, насколько бесполезным здесь может быть внешний возраст.
«Интересно, сколько тебе на самом деле».
Стоявшая рядом служанка тихо выдохнула:
— Это она.
Элина ничего не ответила.
Силина окинула взглядом сад, парадный вход, цветочные композиции и людей возле крыльца. В её движениях не было ни суеты, ни радости от возвращения домой после семилетнего отсутствия. Она просто смотрела, спокойно и внимательно, словно проверяла, насколько всё соответствует ожиданиям.
Затем её взгляд дошёл до Элины.
На мгновение они встретились глазами.
Силина задержалась всего на секунду.
Но Элина сразу заметила это.
Не узнавание.
Не удивление.
Скорее внимательная оценка.
Так смотрят на незнакомую деталь в знакомой комнате.
Силина отвела глаза первой и направилась вперёд.
Лидия подошла к ней и слегка склонила голову.
— Ваша матушка ждёт вас у себя. Желаете, чтобы я проводила?
Даже голос Лидии звучал иначе. Всё ещё сдержанный, но заметно мягче, чем при разговоре со слугами.
Силина посмотрела на неё и коротко кивнула.
Они направились к особняку.
Когда Силина проходила мимо, Элина продолжала работать, не поднимая головы, но ощущение чужого внимания вернулось. Она почти физически почувствовала, как взгляд женщины снова задержался на ней.
На кольце?
На лице?
На самой Элине?
Определить было невозможно.
Через несколько секунд шаги стихли за дверью.
Девушка, приехавшая вместе с Силиной, осталась возле Вораса и начала выгружать багаж. Из живого салона один за другим появились кожаные чемоданы и сумки с металлическими застёжками. Четверо ожидавших слуг быстро подхватили вещи и понесли их внутрь.
Элина посмотрела вслед лишь мельком.
Затем снова вернулась к цветам.

Когда последние композиции были закончены, полдень уже давно прошёл. Элина едва успела собрать обрезанные листья и убрать ножницы, как возле входа снова появилась Лидия.
Она быстро осмотрела вазы и на этот раз даже ничего не переставила.
— Ты, — произнесла она, посмотрев на Элину. — В столовую. Подготовишь стол для Леди Эрисы и её дочери. Через час они будут пить чай.
Элина коротко кивнула.
— Хорошо.
Она убрала инструменты и направилась внутрь.
Столовая оказалась просторной и светлой, с высокими окнами и тяжёлыми шторами. Элина чуть раздвинула их, впуская больше дневного света, расправила сбившийся край мехового ковра и приступила к сервировке. На стол поставила фарфоровые чашки с тонким рисунком, серебряные ложечки, салфетки и одну из цветочных композиций, собранных сегодня собственными руками.
Чуть позже другая служанка принесла поднос с фруктами, маленькими пирожными, тонкими бутербродами и чайник, от которого поднимался ароматный пар.
Элина расставила всё симметрично и отступила на шаг.
Неплохо.
Даже Лидия, вероятно, нашла бы недостаток только после нескольких минут напряжённых поисков.
Дверь открылась.
Первой вошла Леди Эриса.
Прямая спина, спокойная походка, белые волосы, собранные так же безупречно, как всегда. За ней появилась Силина, уже переодетая после дороги. Теперь на ней был более простой светлый костюм, а волосы частично распущены и заплетены в тонкую косу.
Элина склонила голову и отошла к стене.
— Можем продолжить здесь, — произнесла Эриса.
Силина молча села за стол.
Элина осталась на месте. Никто не велел уходить, а значит, следовало ждать.
Леди Эриса села напротив дочери и взяла чашку.
— Как твои дела?
Силина некоторое время размешивала чай.
— Хорошо. Я начала изучать старонархийский. На севере им снова пользуются всё чаще, думаю, скоро пригодится. В Совете тоже появились изменения. Мне обещали повышение. Возможно, уже в следующем сезоне.
— Хорошо, — Эриса едва заметно улыбнулась. — Ты всегда быстро находила себе место там, где другим требовались годы.
Силина подняла глаза.
— Тогда почему тебя там нет уже полгода?
Эриса спокойно поставила чашку на блюдце.
— Потому что мне больше не хочется там быть.
— Это не ответ.
— Для меня вполне.
Несколько секунд они смотрели друг на друга.
Эриса первой отвела взгляд и посмотрела в окно.
— Совет прекрасно обходится без меня. Ты справляешься, остальные тоже. Я провела там достаточно времени. Сейчас мне хочется заниматься тем, что я годами откладывала. Домом. Садом. Книгами. Иногда даже тишиной.
Силина ничего не сказала, лишь сделала небольшой глоток.
Элина стояла у стены и слушала.
Вот оно.
Совет.
Леди Эриса действительно раньше состояла в нём, причём, судя по разговору, занимала достаточно заметное положение. А Силина продолжала её путь.
Новая крупица информации.
Через несколько секунд Силина поставила чашку.
— Я слышала ещё кое-что.
Эриса посмотрела на неё.
— У тебя теперь служит девушка, которая убила Луффина.
Элина почувствовала, как мышцы спины слегка напряглись.
Не более.
Она не подняла головы.
— Да, — ответила Эриса.
— Почему?
— Что именно?
— Почему она всё ещё жива?
Вопрос прозвучал совершенно спокойно.
Именно это делало его неприятнее.
Эриса медленно провела пальцем по краю чашки.
— Потому что я так решила.
— Она убила твоего Лакала.
— Я знаю, что она сделала.
— Тогда почему ты не передала её Совету?
Леди Эриса подняла взгляд на дочь.
— Силина.
Одного имени оказалось достаточно, чтобы тон разговора изменился.
— Это моё решение. И обсуждать его я не намерена.
Силина несколько секунд смотрела на мать, затем чуть склонила голову.
— Как скажешь.
Больше эта тема не поднималась.
Они продолжили пить чай, однако разговор уже не возвращался к прежней лёгкости. Время от времени Силина рассказывала что-то о столице, знакомых и делах Совета, Эриса отвечала коротко, иногда задавала вопросы, но Элина почти не слушала. Гораздо важнее было другое.
Силина уже знала о ней.
И не понимала решения матери.
Это стоило запомнить.
Через некоторое время Эриса первой поднялась.
— Я пройдусь по саду.
Силина посмотрела на неё.
— Я допью и присоединюсь.
Эриса кивнула и вышла.
Элина осталась стоять возле стены.
Силина не торопилась.
Она сделала ещё один глоток, поставила чашку на блюдце и несколько секунд смотрела на закрывшуюся дверь.
А затем повернула голову.
Прямо к Элине.
До этого её лицо оставалось спокойным, почти безразличным, но теперь взгляд изменился. Не стал злее или агрессивнее. Просто исчезла необходимость изображать, будто стоящая у стены служанка её не интересует.
Силина поднялась.
Элина не шевельнулась.
Она привыкла к подобным проверкам гораздо раньше, чем оказалась здесь. Ровная осанка. Спокойное дыхание. Руки не сжимать. Взгляд держать чуть ниже глаз, как требовала Лидия, но при этом видеть всё.
Силина медленно подошла ближе.
Теперь Элина могла рассмотреть её лучше. Очень молодое лицо, светлая кожа, спокойные глаза, почти никаких заметных признаков возраста. После прочитанного вчера это выглядело скорее странно, чем красиво. Если Верхние действительно жили веками, внешность Силины не говорила о ней практически ничего.
Она остановилась в шаге.
От неё пахло чем-то лёгким, цветочным, с холодноватой горечью.
Несколько секунд никто не говорил.
Силина рассматривала Элину так открыто, будто той не полагалось смущаться от подобного внимания. Взгляд прошёлся по лицу, рабочему платью и остановился на тонком фамильном кольце вокруг шеи.
Вот тогда в её глазах впервые мелькнул настоящий интерес.
Элина заметила.
И поняла, что дело вовсе не только в Луффине.
Силина снова посмотрела ей в лицо.
Элина спокойно выдержала этот взгляд.
Теперь они стояли слишком близко, чтобы продолжать делать вид, будто друг друга не существует.
И было совершенно ясно: Силина подошла не ради молчания.