Глава 15

Цзи Шаоянь [1] вывел своего коня из стойла. Гордая и грациозная белая кобыла, фыркая и высоко задрав голову, с высокомерным видом гордо описала круг перед Сэ Юаньцзя [2] — спеси у неё было хоть отбавляй.

— Ваше Величество [3], каков боевой конь вашего слуги? — Цзи Шаоянь с гордостью погладил Снежную Деву [4] по белогривой голове. Хвастливое выражение его лица один в один повторяло мимику его лошади — недаром говорят: «Каков хозяин, таков и конь» [5].

У Сэ Юаньцзя по лбу пробежали чёрные полосы [6]. Ладно уж, что его целыми днями презирает главный герой [7] — тот хотя бы превосходит его по интеллекту и силе, но когда даже лошадь смотрит на него свысока, это ещё что за новости? Неужели на нем действительно можно так просто ездить?

— Отличный конь, — пусть Сэ Юаньцзя про себя и возмущался, но лицом в грязь перед Цзи Шаоянем ударить не мог: в конце концов, льстивые слова денег не стоят. — Как раз под стать такому храброму, доблестному и статному воину, как драгоценный чиновник [8].

Цзи Шаоянь громко расхохотался. Очевидно, похвала Сэ Юаньцзя безумно ему льстила:

— У Вашего Величества отличный глаз! — скромностью тут действительно и не пахло.

Впрочем, в этом мире встречаются люди, рождённые баловнями судьбы [9]. Сколько бы они ни проявляли высокомерия, это никоим образом не вызывает к ним неприязни. Цзи Шаоянь был именно таким, да и Фу Цзинхун [10] — тоже.

Сэ Юаньцзя про себя снова сокрушенно вздохнул: вот бы и ему стать таким же внушительным и величественным, как они оба!

Заметив его задумчивость, Цзи Шаоянь с пылом предложил:

— Ваше Величество не желает опробовать Снежную Деву?

— А? — Сэ Юаньцзя поспешно замахал руками. — Я не умею ездить верхом, мне достаточно просто посмотреть.

Получив порцию похвалы от Сэ Юаньцзя, Цзи Шаоянь стал смотреть на него гораздо благосклоннее. Увидев его отказ, он с непринуждённой лихостью произнес:

— Ничего страшного, слуга может поехать вместе с Вашим Величеством. Я гарантирую, что Ваше Величество точно не упадет.

Сэ Юаньцзя засомневался. Ему и впрямь очень хотелось попробовать покататься, но если он вдруг реально свалится с лошади, это будет совсем не шуткой. В древности нет современной передовой медицины — что делать, если он останется калекой?

Видя его колебания, постоянно следовавший за ним Цяньби [11] вставил слово:

— Ваше Величество, раз вас повезёт великий генерал [12], ничего дурного не случится.

Сэ Юаньцзя поднял голову и случайно встретился взглядом с искрящимися энергией глазами Цзи Шаояня. У него внезапно возникло к нему странное чувство доверия — пожалуй, никто не в силах отказать такому пылкому и солнечному юноше.

— Ну... ну ладно, — кивнул Сэ Юаньцзя. — Драгоценный чиновник, ты обязательно держи меня крепче.

Цзи Шаоянь слегла улыбнулся, одним легким прыжком вскочил на коня, согнулся в пояснице и протянул Сэ Юаньцзя руку:

— Ваше Величество, подходите.

Едва Сэ Юаньцзя протянул свою ладонь, как его мощным рывком потянули наверх. Перед глазами всё мелькнуло, и в следующее мгновение он уже сидел на спине лошади, опираясь спиной о грудь Цзи Шаояня.

— Ваше Величество, держитесь крепче! — громко выкрикнул Цзи Шаоянь предостережение, и уже в следующий миг Снежная Дева, подобно стрелу, сорвавшейся с тетивы [13], рванула вперед.

Сэ Юаньцзя ещё не успел приготовиться и от паники вцепился в гриву Снежной Девы. Белая кобыла издала угрожающее ржание, но Цзи Шаоянь тут же приструнил её:

— Слуга держит Ваше Величество, не бойтесь.

Несмотря на его слова, Сэ Юаньцзя всё равно охватывал страх. Снежная Дева бежала слишком быстро, что было крайне жестко для человека, впервые севшего на лошадь. Даже если его держали, он всё равно невольно пытался хвататься хоть за что-то, чтобы вернуть себе чувство безопасности.

— Если вы будете так хватать Снежную Деву, она разозлится, — Цзи Шаоянь потянул за поводья, заставляя скачущую во весь опор белую кобылу постепенно замедлить ход, и осторожно снял пальцы Сэ Юаньцзя с гривы. — Держитесь вот за эту веревку.

Сэ Юаньцзя сжал поводья [14], и в его душе прибавилось хоть немного смелости. Подняв голову, он с удивлением обнаружил, что за этот короткий промежуток времени они уже прискакали из стойла на сам ипподром: на огромном зеленом поле находились только они вдвоем.

— Снежная Дева — породистая степная лошадь типа «Дилу» [15]. Ваш слуга выкупил её у одного неразборчивого конюха и ровно полгода выхаживал, прежде чем взять с собой на поле боя. И Снежная Дева ещё ни разу меня не подводила, — в голосе Цзи Шаояня всё еще звучали звонкие юношеские нотки. Сэ Юаньцзя очень нравился его голос — не слишком высокий и не слишком низкий, в самый раз.

— У драгоценного чиновника превосходное чутье, — вторило ему государь.

Цзи Шаоянь снова усмехнулся, его грудная клетка слегка затрепетала, и Сэ Юаньцзя ощутил радость сидящего позади человека:

— У вашего слуги нет иных увлечений: помимо войн и боевых искусств, меня интересуют разве что породистые кони. Если в будущем представится случай, слуга может рассказать о них Вашему Величеству.

Должно быть, из-за неполной разницы в возрасте, Сэ Юаньцзя действительно было о чем поговорить с Цзи Шаоянем. Хотя Цяньби был примерно их лет, он являлся слишком хитроумным и не желал разговаривать на равных, а Цзи Шаоянь не придавал этим формальностям особого значения, поэтому общаться с ним было очень легко.

— В таком случае рассчитываю на тебя.

Цзи Шаоянь снова тихо хмыкнул. Одной рукой он удерживал поводья, пуская Снежную Деву рысцой по ипподрому, а другой обнимал Сэ Юаньцзя за талию. Сначала у него не было никаких мыслей, но постепенно он начал беспардонно её ощупывать:

— Ваше Величество, вы слишком худы. Слуга может обнять вас одной рукой.

Лицо Сэ Юаньцзя вспыхнуло розоватым румянцем. Он был так увлечён разглядыванием окрестностей с высоты коня, что совершенно забыл о руке Цзи Шаояня, по-хозяйски расположившейся на его талии. А теперь его ещё и высмеивают за худобу! Он слегка воспротивился:

— Я просто еще мал годами! У меня... у меня всё ещё впереди!

— Вовсе не факт, — безжалостно возразил Цзи Шаоянь. — Когда слуга был в возрасте Вашего Величества, моя талия была толщиной с водяного буйвола [16]!

— Вранье, — Сэ Юаньцзя не поверил. Фигура Цзи Шаояня была идеальнее, чем у любого фитнес-инструктора, с чего бы ей быть толще буйвола?

Цзи Шаоянь громко расхохотался:

— Ваше Величество просто не хочет признавать поражение. Однако, судя по вашей комплекции, даже когда наступит совершеннолетие [17], солидности вам всё равно не хватит.

Эти слова задели Сэ Юаньцзя за самое живое [18]. Его рост в любую эпоху оставался слабым местом. В прошлой жизни из-за недоедания в юности и генетики он едва дорос до метр семидесяти. Переродившись в этом мире, он подозревал, что здешний маленький император тоже вырастет коротышкой. Как бы он ни старался усиленно питаться, вымахать хотя бы до метр семидесяти пяти было бы огромным счастьем.

Заметив, что настроение государя поникло, Цзи Шаоянь, должно быть, почувствовал укоры совести: подшучивать над маленьким императором было слишком весело, вот он и болтнул лишнего.

— Впрочем, слуга слышал, что жители за пределами Великой стены вырастают на овечьем молоке [19], отчего большинство из них гораздо выше и крупнее ханьцев [20]. Если Ваше Величество тоже будет выпивать по нескольку пиал в день, то, возможно, тоже подрастете.

Сэ Юаньцзя посчитал, что это ужасная идея. В древности не существовало передовых технологий обработки овечьего молока, как в современном мире. Забыв о безопасности такого питья, один только его въедливый запах способен нагнать ужас. Он скорее предпочтет остаться коротышкой на всю жизнь!

Снежная Дева, несущая двух человек, нисколько от этого не страдала: её легкий бег оставался плавным, и она быстро оббежала все уголки ипподрома. Любопытство Сэ Юаньцзя было полностью удовлетворено, и постепенно он ощутил усталость. Седло точно не сравнится по мягкости с подушками, особенно в районе внутренней стороны бёдер, которые до боли натерло жестким кожаным седлом. И вправду: став императором и привыкнув к роскоши, его тело быстро изнежилось и абсолютно отвыкло от трудностей.

Слегка нахмурившись, он крадучись протянул руку и попытался потереть ноги, но Цзи Шаоянь тут же это заметил:

— Ваше Величество устали?

— Угу, — Сэ Юаньцзя кивнул, ожидая, что Цзи Шаоянь начнет беспощадно над ним насмехаться. Однако тот неожиданно мягко произнес:

— При первом катании верхом всем бывает непривычно. То, что Ваше Величество продержались так долго, уже весьма достойно похвалы.

С этими словами он направил Снежную Деву к воротам ипподрома. Спрыгнув с лошади, он подхватил Сэ Юаньцзя за талию и аккуратно спустил его на землю.

— Как себя чувствует Ваше Величество?

Когда обе ноги Сэ Юаньцзя встали на твердую землю, на душе у него стало намного спокойнее. Всё-таки стоять на земле куда надежнее! Он поднял голову, посмотрел на Цзи Шаояня и радостно улыбнулся:

— Я очень рад. Спасибо тебе.

Цзи Шаоянь на мгновение остолбенел.

Это был первый раз, когда он слышал слово «спасибо» из уст монарха. Однако, глядя на улыбающееся лицо маленького императора, он внезапно почувствовал, что это удивительно гармонирует с его характером. В груди у него вспыхнуло странное чувство глубокого удовлетворения:

— Разделять заботы Вашего Величества — это долг вашего слуги. Вашему Величеству незачем благодарить.

В этот момент из-за ограждения прибежал Цяньби:

— Ваше Величество, время уже нераннее, вам пора возвращаться во дворец. Иначе регент-князь [21] снова начнет браниться.

— Хорошо, — Сэ Юаньцзя обернулся к Цзи Шаояню и кивнул: — Тогда я возвращаюсь, а драгоценный чиновник пусть тоже пораньше отправляется отдыхать.

— Слушаюсь, — Цзи Шаоянь проводил взглядом развернувшийся паланкин. Затем он погладил Снежную Деву по голове и внезапно расхохотался, а его красивый взор заполнился теплом: — Снежка, а ведь маленький император довольно милый, правда?

Снежная Дева издала громкое ржание [22] — не разобрать, выражала ли она тем самым согласие с его словами.

Сэ Юаньцзя вернулся во дворец Цзинъин до захода солнца. Как и следовало ожидать, Фу Цзинхун уже поджидал его там. Увидев входящего императора, леденящая аура вокруг Фу Цзинхуна лишь слегка рассеялась:

— Почему Ваше Величество не отдыхает как следует в своих покоях, а вместо этого отправились на ипподром?

— Я лишь хотел прогуляться, — попытался объяснить Сэ Юаньцзя. — А дядя-император [23] уже поедал?

— Время ни то ни сё, что тут поедать? — Фу Цзинхун не дал ему перевести тему. — Через полмесяца вам предстоит свадьба [24], Ваше Величество обязаны беречь здоровье! Иначе как вы предстанете перед гражданскими и военными чинами?

— Я понял, — Сэ Юаньцзя, словно нашкодивший ребенок перед строгим родителем, встал по стойке смирно.

Фу Цзинхун, глядя на его унылый вид, крепко нахмурил брови.

Только что, когда маленький император только переступил порог, на его лице играла искренняя радость. Отчего же, едва увидав его, он весь сжался и проявил такой испуг? Неужели он действительно настолько страшен?

Вспомнив о том, о чем доложили слуги, регент смягчил тон и спросил:

— Ваше Величество желает научиться верховой езде?

— Да... да не то чтобы очень, — Сэ Юаньцзя не решался сказать правду. Он действительно не понимал ход мысли главного героя и не знал, от каких именно слов тот разозлится, а от каких — нет.

Фу Цзинхун ненадолго задумался и проговорил:

— Занятия по верховой езде и так входили в план обучения Вашего Величества, просто ваш слуга еще не успел всё организовать. Раз уж Ваше Величество сами проявили желание, то после вашей свадьбы я распоряжусь найти для вас учителя. Что скажете?

— Правда? — Сэ Юаньцзя поднял голову, и его круглые глаза вспыхнули от восторга. Хотя сегодня он формально побывал на лошади, его вез другой человек, так что насладиться быстрым бегом и почувствовать себя лихим наездником ему так и не удалось.

Фу Цзинхун, пойманный этим пылким и восторженным взглядом, почувствовал приятное удовлетворение, и уголки его губ слегка приподнялись:

— Разумеется. Слуга подберет для Вашего Величества самого лучшего наставника.

Сэ Юаньцзя торопливо закивал, а затем, подумав, добавил:

— А можно, чтобы меня учил великий генерал? — С Цзи Шаоянем они ладили отлично, так что обучение под его началом не вызывало бы такого стресса.

— Шаоянь? — Фу Цзинхун погрузился в раздумья, после чего кивнул: — Раз Ваше Величество так высоко цените его, то это его удача. Завтра слуга сам переговорит с ним.

Сэ Юаньцзя принялся непрестанно выражать благодарность, ласково и сладко называя его «дядей-императором».

Фу Цзинхун внешне демонстрировал пренебрежение, но в душе ему это безумно нравилось.

На самом деле секунду назад он хотел предложить собственную кандидатуру на роль учителя верховой езды. Но... ладно, пусть будет Шаоянь. Раз маленький император придаёт Шаояню такое значение, он явно замышляет переманить его на свою сторону.

Ему даже стало любопытно посмотреть, смогут ли эти двоя заключить союз и выступить против него, и как далеко сумеет зайти маленький император. Это действительно интриговало.

❀══════༺♡༻══════❀

✦ Записки переводчика ✦

[1] Цзи Шаоянь (季少炎 / Jì Shàoyán) — молодой, статный и лихой военачальник (генерал), командующий армией.

[2] Сэ Юаньцзя (谢元嘉 / Xiè Yuánjiā) — главный герой, переродившийся в теле слабого императора-марионетки.

[3] Ваше Величество (皇上 / Huángshang) — обращение к правящему монарху Поднебесной.

[4] Снежная Дева / Сюэцзи (雪姬 / Xuějī) — дословно «Снежная принцесса / Снежная дева», кличка породистой белоснежной лошади Цзи Шаояня.

[5] «Каков хозяин, таков и конь» (物似主人型 / wù sì zhǔrén xíng) — популярная китайская поговорка, аналог русской фразы «Яблоко от яблони далеко не падает» или «Каков хозяин, таков и пёс/конь».

[6] Чёрные полосы на лбу (满头黑线 / mǎntóu hēixiàn) — выразительное аниме-выражение/манга-троп, означающее крайнюю степень неловкости, досады или шока от глупой ситуации.

[7] Главный герой (主角 / zhǔjué) — в данном контексте Сэ Юаньцзя имеет в виду Фу Цзинхуна, который в оригинальном романе является главным действующим лицом (протагонистом/антигероем).

[8] Драгоценный чиновник (爱卿 / Àiqīng) — «Любимый/Драгоценный вассал». Традиционное обращение императора к своим близким и заслуженным чиновникам/генералам.

[9] Баловень судьбы / Избранник небес (天之骄子 / tiān zhī jiāozǐ) — чэнъюй, описывающий чрезвычайно одарённого, успешного и удачливого человека.

[10] Фу Цзинхун (傅景鸿 / Fù Jǐnghóng) — регент-князь (Шэнван), удерживающий фактическую власть в государстве.

[11] Цяньби (倩碧 / Qiànbì) — личный евнух императора. (Примечание: имя совпадает с китайской транскрипцией бренда Clinique).

[12] Великий генерал (大将军 / Dà jiāngjūn) — высший воинский чин и титул главнокомандующего войсками.

[13] Стрела, сорвавшаяся с тетивы (离弦之箭 / lí xián zhī jiàn) — китайский чэнъюй, означающий молниеносное, стремительное движение вперед.

[14] Поводья (缰绳 / jiāngshéng) — ремни, прикрепленные к удилам для управления лошадью.

[15] Лошадь «Дилу» (的卢 / Dìlú) — легендарная порода скакунов в китайской истории (упоминается в «Троецарствии» как конь Лю Бэя), отличающаяся невероятной скоростью, белым пятном на лбу и способностью преодолевать огромные расстояния.

[16] Водяной буйвол (水牛 / shuǐniú) — крупное и массивное парнокопытное животное, символ огромной мощи и толщины в китайской бытовой речи.

[17] Совершеннолетие / Надевание шапки (及冠 / jíguān) — древнекитайский обряд Гуаньли (совершеннолетие мужчин), проводившийся по достижении 20 лет, когда юноше впервые надевали взрослую шапку.

[18] Задеть за самое живое / Задеть больную мозоль (戳到痛处 / chuō dào tòngchù) — идиома, означающая болезненное напоминание о недостатке или слабости человека.

[19] Овечье молоко (羊奶 / yángnǎi) — традиционный напиток кочевых народов за пределами Великой Китайской стены (монголов, племен северных степей), славившихся высоким ростом и мощным телосложением.

[20] Ханьцы (汉人 / Hànrén) — титульная и самая многочисленная этническая группа Китая.

[21] Регент-князь / Ванъе (王爷 / Wángye) — высший титул знати, присвоенный Фу Цзинхуну.

[22] Ржание коня (噦噦 / huìhuì) — звукоподражание звонкому лошадиному ржанию в древнекитайской литературе.

[23] Дядя-император (皇叔 / Huángshū) — уважительное обращение монарха к старшим родственникам императорской крови (в данном случае к регенту Фу Цзинхуну).

[24] Свадьба императора / Большое бракосочетание (大婚 / Dàhūn) — официальная государственная церемония женитьбы правящего императора и провозглашения императрицы.

[25] Китайские выражения главы:

«Не щадить слов / Говорить приятное» (好听话不要钱) — обиходное выражение: «красивые слова ничего не стоят».