Глава 14

После еды Фу Цзинхун [1], словно проявив великое милосердие, освободил Сэ Юаньцзя [2] от его ежедневного тяжелейшего задания по написанию больших иероглифов [3], сократив норму всего до десяти листов в день. От такой внезапной воли Сэ Юаньцзя даже толком не успел прийти в себя.

— Пусть Ваше Величество [4] сегодня отдохнет один день, — Чуньюй Я [5] также заметил, что у государя нездоровый вид. Лишь после напоминания Фу Цзинхуна он обратил внимание на то, что маленький император действительно выглядит очень щуплым и худеньким. Учёбу можно ненадолго притормозить, но вот здоровье правителя необходимо восстановить в первую очередь.

Когда Фу Цзинхун и Чуньюй Я ушли, Цяньби [6] заставил Сэ Юаньцзя лечь спать. Слоняясь полночи на улице, невозможно не устать, поэтому Сэ Юаньцзя заснул практически в то же мгновение, как его голова коснулась подушки.

Цяньби осторожно опустил легкий полог над кроватью, зажёг в курильнице успокаивающие благовония [7] и лишь после этого тихо удалился. Едва он закрыл за собой дверь и повернулся, как увидел неподалеку Ланькоу [8]. Оба они служили Фу Цзинхуну, однако приватно их отношения были далеко не мирными — они не переваривали друг друга и ни за что не стали бы заводить пустые разговоры.

Цяньби с ехидной злорадной ухмылкой посмотрел на молчаливую девушку и со смешком произнес:

— Надо же, не думал, что и у сестрицы Ланькоу наступит день, когда её подвергнут наказанию.

Ланькоу едва приподняла веки, бросила на него единственный холодный взгляд и снова перевела взор на галерею, уставившись на грушевое дерево во дворе, словно о чём-то задумавшись. Цяньби не получил желаемой реакции, но ничуть не расстроился. Он беззаботно подошёл к ней вплотную и продолжил поддевать:

— Что такое? Провела немного времени с нашим императором, и теперь он кажется тебе хорошим?

— Если нечего сказать — молчи, никто не примет тебя за немого, — Ланькоу резко обернулась и холодно одарила его взглядом. — А то, что делаю я, тебя абсолютно не касается.

С этими словами она бессердечно развернулась и ушла, не проявив ни капли теплоты. Цяньби остался стоять на месте, улыбаясь ей вослед, а в его глазах вспыхнул странный огонёк. Он поднял голову: в этот момент во двор как раз залетел маленький голубь и опустился на каменный стол. Цяньби вздохнул:

— Откуда взялась эта дикая птица? Разве двор императора — это место, куда тебе позволено прилетать?

Он неторопливо подошёл ближе, нежно поймал голубя и выгнал его наружу, однако в его ладони каким-то образом оказался маленький бамбуковый футляр [9].

Цяньби с невозмутимым видом покинул двор. Никто так и не заметил произошедшего.

Сэ Юаньцзя проспал до самого полудня. Проснувшись, он почувствовал приятную расслабленность во всем теле. Поскольку утром он плотно поел, голода он не ощущал, поэтому лишь слегка перекусил, велел убрать со стола и остался сидеть в одиночестве, потягивая чай.

— Сегодня действительно прекрасная погода, — проговорил Цяньби, заварив свежий чай и бросив взгляд на синее небо за окном.

Сэ Юаньцзя накренил голову, посмотрел наружу и согласился:

— И правда, погода отличная.

Ведь на дворе стоял четвёртый месяц по лунному календарю [10] — время, когда разрастается зелень, летают иволги и благоухают цветы. Самая лучшая пора для весенних прогулок [11]! Раньше Сэ Юаньцзя был невероятно занят, иногда даже дежурил в ночные смены, и у него практически не выпадало возможности выбраться на природу. Теперь у него появилось свободное время, но увы — больше не было возможности просто так прогуляться по лугам, что было очень досадно.

Цяньби, кажется, угадал его мысли и инициативно предложил:

— Ваше Величество, вам слишком душно целыми днями сидеть в этой комнате. Почему бы не воспользоваться этим чудесным весенним деньком и не отправиться прогуляться в Императорский сад [12]?

— В Императорский сад мы ходим каждый день, там уже нет ничего нового, — скучающе вздохнул Сэ Юаньцзя. Каким бы красивым ни был сад, от ежедневных прогулок там неизбежно наступает эстетическая усталость.

Цяньби покрутил глазами и выдумал ещё одну отличную идею:

— Есть ведь ещё Императорский ипподром [13]! Ваше Величество ведь там ещё ни разу не были?

— Императорский ипподром? Что это за место? — Сэ Юаньцзя с недоумением посмотрел на него.

Цяньби с радостным энтузиазмом пояснил:

— Императорский ипподром — это специальное место в дворце, где обучают верховой езде для Вашего Величества! Это огромное поле, и все кони там принадлежат вам!

Неужели есть такое чудесное место?

В душе Сэ Юаньцзя зашевелилось любопытство. В своей прошлой жизни он был обычным городским жителем и такие аристократические виды спорта, как конные скачки, видел лишь изредка по телевизору. Он и подумать не мог, что после попадания в другой мир у него появится целый собственный ипподром! Сердце невольно забилось от восторга.

— В таком случае... может, пойдём взглянем? — радостно поднялся Сэ Юаньцзя.

Однако Ланькоу нахмурилась и промолвила:

— Ваше Величество, со времени болезни покойного императора [14] тот ипподром не использовался уже целых три года. Если вы отправитесь туда так опрометчиво, то, боюсь, ничего там не увидите.

— Почему им перестали пользоваться?

Сэ Юаньцзя действительно очень хотел посмотреть на лошадей. Должно быть, у мужчин в крови заложена любовь к столь драйвовым и захватывающим видам спорта, и он не был исключением.

У Ланькоу на самом деле не было веских причин запрещать ему идти. Фу Цзинхун четко сказал: пока император не пытается проникнуть в запретные зоны дворца вроде Холодного дворца [15], нет необходимости его в чём-либо ограничивать — пусть идёт, куда пожелает. Но Ланькоу всегда проявляла чрезмерную осторожность. Ей казалось, что ипподром находится в слишком отдалённой части дворца, где кроме нескольких конюхов почти нет людей, из-за чего на душе у неё было неспокойно.

Однако, увидев, что глаза Сэ Юаньцзя буквально сияют от страстного желания, она поколебалась и всё же кивнула:

— Если Ваше Величество желает пойти — идите. Раба [16] лишь позволила себе задать лишний вопрос.

С этими словами она приказала служанкам принести плащ Сэ Юаньцзя и лично накинула его на государя, после чего строго наказала придворным девкам и евнухам:

— По дороге будьте предельны внимательны! Если Ваше Величество устанет и не захочет больше гулять, немедленно приготовьте паланкин [17]. Не смейте глупить и зевать! Слышали? Если кто-то проявит оплошность и допустит ошибку — сдеру шкуру по возвращении!

Сэ Юаньцзя казалось, что после того, как вчера вечером они вместе сидели и смотрели на звёзды, Ланькоу в чём-то изменилась. Хотя выражение её лица оставалось холодным, по отношению к нему в ней стало больше человеческого тепла.

Приобрести ещё одного друга — это всегда радостно, поэтому на душе у Сэ Юаньцзя было очень светло.

Цяньби торопился даже больше самого Сэ Юаньцзя. Ему было всего шестнадцать-семнадцать лет — самый возраст, когда хочется развлекаться и быть в центре веселья. Как только Сэ Юаньцзя закончил приготовления, евнух с радостными восклицаниями пристроился рядом с ним, и вся внушительная процессия направилась к ипподрому.

Ипподром располагался в самой северной части императорского дворца и занимал огромную территорию, достаточную для того, чтобы сразу несколько лошадей могли свободно скакать взад и вперёд. Сэ Юаньцзя всю дорогу несли в паланкине. Изначально он не хотел проявлять такую изнеженность, но Ланькоу наотрез отказалась уступать, заявляя, что путь далёкий и дорога плохая, буквально заставив его сесть в паланкин.

Пробыв в пути почти полчаса [18], они наконец добрались до места.

— Ваше Величество, мы прибыли! — Цяньби отдернул шторку и весело доложил Сэ Юаньцзя.

Выбравшись из паланкина, Сэ Юаньцзя увидел перед собой широкую, плоскую и ровную открытую площадку. После долгого пребывания в тесных и зажатых дворцовых покоях такой просторный вид подарил ему ощущение невероятной свободы и отрады. Он поспешно сделал несколько шагов вперед и замер у ограждения, с любопытством заглядывая внутрь.

В этот самый момент к нему подбежал крепкий мужчина в зелёных одеяниях и опустился на колени:

— Чsequence-микрослуга [19] приветствует Ваше Величество!

— Освобождаю от церемоний, — Сэ Юаньцзя перевёл взгляд с ипподрома на мужчину средних лет и спросил: — Ты здесь главный?

— Слуга является императорским берейтором [20], меня зовут Ли Шуандэ, — почтительно откликнулся мужчина. — Ваше Величество внезапно соизволили посетить ипподром, поэтому слуга немедленно прибежал к вам. Молю Ваше Величество о прощении за неготовность.

— Я пришёл лишь по спонтанному порыву, просто посмотреть, — Сэ Юаньцзя взмахнул рукой, окинул взглядом поле и снова уставился на Ли Шуандэ: — А почему на ипподроме нет ни одной лошади?

— Отвечая на вопрос Вашего Величества: все императорские кони находятся в стойлах. Если Вашему Величеству угодно, слуга может проводить вас туда.

Услышав, что можно посмотреть на множество лошадей, Сэ Юаньцзя загорелся этой идеей. Он уже собирался шагнуть вслед за берейтором, как вдруг сзади раздался звонкий чистый голос:

— Ваше Величество?

Сэ Юаньцзя обернулся. Позади него стоял Цзи Шаоянь [21], облачённый в чёрный облегающий боевой костюм [22], и с удивлением смотрел на него.

— Драгоценный чиновник Цзи [23]? — Сэ Юаньцзя жестом отменил его поклоны. — Как ты здесь оказался?

Цзи Шаоянь погладил кнут на поясе и откровенно ответил:

— Боевой конь вашего слуги также содержится в императорской конюшне. Сегодня мне дома от безделья кости ломило, вот я и пришёл на ипподром объезжать коня. Не думал, что встречу здесь Ваше Величество. Какая приятная случайность!

— И впрямь случайность, — Сэ Юаньцзя на некоторое время задержал взгляд на иссиня-чёрном плетеном кнуте [24] на поясе Цзи Шаояня, чувствуя в душе лёгкую зависть. Именно таким он и представлял себе мужчину древности: мужественным, сильным, статным и лихим.

Цзи Шаоянь был на целую голову выше Сэ Юаньцзя. Прикинув про себя, он подумал, что этого малюсенького императора можно легко поднять одной рукой, а его собственное бицепс, пожалуй, будет пошире хилой бедерной кости государя.

— Ваше Величество тоже пришли выбрать коня?

— Нет, — Сэ Юаньцзя качнул головой. — Я не умею ездить верхом, просто пришёл посмотреть.

— Не умеете? — Цзи Шаоянь искренне изумился. — Все сыновья покойного императора обучались верховой езде и стрельбе из лука [25]. Неужели Ваше Величество этому не учились?

Цзи Шаоянь годами отсутствовал в столице, поэтому не знал, в каких условиях раньше жил Сэ Юаньцзя. Тот слегка смутился и неловко ответил:

— Раньше я жил вместе с няней и не посещал занятия.

— Надо же такое! — Цзи Шаоянь был прямым человеком и случайно ляпнул то, о чём подумал, но тут же поспешил поправиться: — Впрочем, не беда! Если Ваше Величество захочет научиться, вы можете сделать это в любой момент.

— Я правда могу научиться? — глаза Сэ Юаньцзя мгновенно вспыхнули.

Глядя на его выражение лица, напоминающее деревенщину, впервые увидавшего свет, Цзи Шаоянь с трудом сдержал смех и добродушно произнес:

— Ну разумеется! Весь ипподром принадлежит вам. Разве вы не можете учиться, когда захотите? Или... Князь [26] Фу запрещает вам?

— Кажется, он не запрещал, — Сэ Юаньцзя ненадолго задумался. Фу Цзинхун лишь требовал, чтобы он прилежно учился читать и писать с Чуньюй Я, но ничего не говорил о том, можно ли ему ездить верхом.

Впрочем, верховая езда не должна помешать важным делам, так что... наверное, можно?

Цзи Шаоянь с откровенным сочувствием посмотрел на маленького императора. Ему казалось, что этот ребёнок невероятно жалок: чтобы просто покататься на лошади, ему нужно спрашивать разрешения у этого парня Фу Цзинхуна! И какой вообще смысл быть императором при таком раскладе?

— Кстати, я слышал, что Ваше Величество собиралось посмотреть на коней. Не возражаете, если я составлю вам компанию? — Цзи Шаоянь от всей души хотел похвастаться перед Сэ Юаньцзя своим самым любимым боевым конём.

Сэ Юаньцзя, конечно же, согласился и вместе с Цяньби отправился к стойлам.

В конюшне дежурило лишь несколько юных конюхов. Внутри всё было разделено на множество небольших отсеков, в каждом из которых содержалось по коню. Обстановка была чистой и ухоженной, намного лучше, чем представлял себе Сэ Юаньцзя. Стротные лошади были сытыми, мускулистыми и красивыми. Сэ Юаньцзя буквально не мог оторвать глаз.

— Ваше Величество, поглядите! Вот она — боевая кобыла вашего слуги, Снежная Дева [27]! — Цзи Шаоянь с гордостью указал на белоснежную лошадь в последнем отсеке.

Сэ Юаньцзя поднял глаза: в стойле грациозно стояла чисто белая лошадь без единого тёмного пятнышка. У неё была тонкая талия, длинные ноги и удивительно длинные ресницы. Заметив пристальный взгляд Сэ Юаньцзя, белая кобыла недовольно оскалила зубы, поскребла землю своими четырьмя такими же белоснежными копытами и демонстративно закатила глаза на императора.

— Ох ты, тварь эдакая! Как ты смеешь так вести себя с императором? — Цзи Шаоянь громко расхохотался, и в его голосе слышалось искреннее удовлетворение.

Сэ Юаньцзя: «...»

«И хозяин, и слуга — оба просто ужасны».

❀══════༺♡༻══════❀

✦ Записки переводчика ✦

[1] Фу Цзинхун (傅景鸿 / Fù Jǐnghóng) — влиятельный регент и регент-князь (Шэнван), фактически удерживающий реальную власть в стране при малолетнем/марионеточном императоре.

[2] Сэ Юаньцзя (谢元嘉 / Xiè Yuánjiā) — главный герой, переродившийся в теле слабого и не имеющего реальной власти императора.

[3] Писать большие иероглифы (写大字 / xiě dàzì) — традиционный метод обучения китайской каллиграфии для детей и начинающих, заключающийся в копировании крупноформатных иероглифов по сетке. Это требует высокой концентрации и физического напряжения кисти.

[4] Ваше Величество (皇上 / Huángshang) — традиционное обращение к царствующему императору Поднебесной.

[5] Чуньюй Я (淳于雅 / Chúnyú Yǎ) — наставник императора, высокопоставленный ученый-чиновник при дворе, отвечающий за его образование.

[6] Цяньби (倩碧 / Qiànbì) — личный слуга-евнух императора. Примечание: на китайском языке это имя также является транскрипцией известного косметического бренда «Clinique».

[7] Успокаивающие благовония (安神香 / Ānshénxiāng) — традиционные китайские благовония на основе трав и смол (таких как сандал, агарвуд и янтарь), применяемые в медицине для снятия тревожности и нормализации сна.

[8] Ланькоу (蓝蔻 / Lánkòu) — старшая дворцовая служанка (дворцовая дама), приставленная к императору. Примечание: на китайском языке это имя также совпадает с транскрипцией бренда «Lancôme».

[9] Бамбуковый футляр (竹筒 / zhútǒng) — миниатюрный контейнер из бамбукового колена, привязывавшийся к лапке почтового голубя для скрытной передачи секретных донесений.

[10] Четвёртый месяц (四月 / sìyuè) — четвёртый месяц лунного календаря (примерно май по Григорианскому календарю), самый разгар весны в Китае.

[11] Весенняя прогулка (踏春 / tàchūn) — древнекитайская традиция весенних вылазок на природу (тацин), выпадающая на период цветения деревьев.

[12] Императорский сад (御花园 / Yùhuāyuán) — парковый комплекс внутри Запретного города, предназначенный для отдыха и прогулок членов императорской семьи.

[13] Императорский ипподром (御马场 / Yùmǎchǎng) — специальный комплекс на территории дворца для содержания, тренировки императорских коней и обучения членов правящей династии искусству верховой езды.

[14] Покойный император (先帝 / Xiāndì) — предыдущий правитель государства, отец нынешнего императора.

[15] Холодный дворец (冷宫 / Lěnggōng) — заброшенные или отдалённые помещения во дворце, куда ссылали неугодных наложниц и впавших в немилость членов императорской семьи.

[16] Раба (奴婢 / núbì) — самоуничижительное местоимение, которое использую дворцовые служанки и дворцовые женщины при обращении к правителю.

[17] Паланкин (软轿 / ruǎnjiào) — крытые крышей легкие носилки на шестах, переносимые слугами, используемые для передвижения знати по дворцовому комплексу.

[18] Малый полчас (小半个时辰 / xiǎo bàn gè shíchen) — традиционная китайская мера времени. Один шичэнь равен 2 современным часам. Соответственно, «малый полчас» составляет примерно 20–30 минут.

[19] Микрослуга / Ваш слуга (微臣 / wēichén) — самоуничижительное обращение чиновников и военных к императору, подчеркивающее их ничтожность перед престолом.

[20] Императорский берейтор (御马师 / Yùmǎshī) — должностное лицо, отвечающее за дрессировку, выездку, объезд и здоровье лошадей из императорской конюшни.

[21] Цзи Шаоянь (季少炎 / Jì Shàoyán) — молодой и статный генералы/военачальник, командующий войсками.

[22] Костюм джинпэн / Чёрный короткий костюм (短打劲装 / duǎndǎ jìngzhuāng) — узкая, облегающая традиционная одежда китайских воинов и мастеров боевых искусств без длинных подол, удобная для езды верхом и боя.

[23] Цзи Айцин (季爱卿 / Jì Àiqīng) — «Любимый чиновник Цзи» / «Драгоценный чиновник Цзи». Оборот Айцин — стандартное теплое обращение императора к своим верным подданным и вассалам.

[24] Уцзинь мапянь (乌金马鞭 / wūjīn mǎbiān) — плётка или кнут из «чёрного железа/темного золота» (высококачественного сплава), показатель высокого статуса воина.

[25] Верховая езда и стрельба из лука (骑马射术 / qǐmǎ shèshù) — два из Шести Искусств (六艺), которыми должен был владеть каждый благородный муж и принц в древнем Китае.

[26] Князь (王爷 / Wángye) — высший дворянский титул (Ван/Регент), относящийся в данном контексте к Фу Цзинхуну.

[27] Снежная Дева (雪姬 / Xuějī) — кличка лошади, дословно переводится как «Снежная принцесса / Снежная дева».

[28] Китайские пословицы и идиомы главы:

«Если не молчишь — никто не примет тебя за немого» (你不说话，没人当你是一句话 / Nǐ bù shuōhuà, méirén dāng nǐ shì yǎba) — распространенное бытовое выражение (аналог русской поговорки «Молчи — за умного сойдешь»).

«Зелень растёт, летают иволги, благоухают цветы» (草长莺飞鸟语花香 / cǎo zhǎng yīng fēi niǎo yǔ huā xiāng) — классический китайский чэнъюй, описывающий пышное и расцветающее буйство природы в середине весны.