Анонс 47 главы «Сомнения»

Продолжение читайте
эксклюзивно только на ЛитНет.

Название книги «Раздень меня»

Ссылка: https://litnet.com/ru/book/razden-menya-papochka-b564293?_lnref=QJ6vslbL

Джузеппе положил на стол свернутую карту Тосканы так, как солдат иногда бросает на стол план операции — тяжело, решительно, без лишних слов. Точки на бумаге помечены красным: вилла у Ольяточчо, просёлочная дорога, выезд на шоссе. Вальтеро смотрел на карту дольше минуты, как будто ожидал, что линии вдруг изменят направление и семья вернётся в привычное русло.

— Они в Тоскане... — произнёс Джузеппе ровно, и его голос заполнил кабинет. — Смотри.

Вальтеро прикоснулся пальцем к отметке. Его взгляд стал отвлечённым, как у человека, который считает чужие шаги в уме — и уже считает, сколько фигур ему нужно выставить, чтобы прикрыть шах.

— И именно в Тоскане был разрушен наш цех, — пробормотал он, словно пытаясь будет установить связь между прошлым ударом и нынешней операцией. — Мне кажется, или за нами охотятся люди из Тосканы?

— Враги у тебя везде, — ответил Джузеппе, не отводя глаз от бумаги. — Но сейчас логика подсказывает: связь есть. Кто-то давит на твои земли — берет у тебя то, что кормит. Кто-то копает там, где тебе больнее всего. И вероятно, это старые враги, которых мы хорошо знаем...

Вальтеро оставил руку на карте и сжал ее края. Его мысли перескакивали от ярости к холодному подсчету: кто дал информацию, кто просчитал маршруты, откуда знали, где они могут быть слабее всего.

— Прошло уже больше двух часов... — сказал Джузеппе. — Но от них нет звонка.

— Значит ждем сюрприз, — мрачно ответил Вальтеро.

***

Тоскана. Вилла стояла на холме, как памятник спокойной жизни, и невыразимая тёплая красота окрестностей делала происходящее тем более неестественным. Здесь, в простых, но крепких стенах, была организована и другая жизнь — жизнь, которая играла на пределе.

От лица Джованни:

Мы почти не общались с Энзо. Он вел переговоры сам и держал связь с моим отцом на расстоянии, будто режиссёр, который не хочет, чтобы актёры знали весь сценарий. Это заставляло меня чувствовать себя чужим в своей же игре. Я был исполнителем, а не режиссёром — и в это было трудно примириться. У меня появились сомнения о том деле, которое мы с ним затеяли.

Когда в комнату наконец ворвался сам Энзо и прокричал, я почувствовал, как что-то в груди холоднеет.

— Этот подонок отказался от сделки! — слово «подонок» влетело в комнату шипящим ножом. — Никогда не думал, что твой отец такой бездушный!

«Что значит отказался?» — я выдавил из себя, хотя понимал суть вопроса: либо он платит — и мы уходили, либо он не платит — и игра шла дальше, но уже по иным правилам.

— Он сказал, что у него есть второй сын и ему плевать, что с тобой случится, — продолжил он. — Всё пошло не по плану!

Я почувствовал, как земля уходит из под ног. Слова  Энзо несколько медленно доходили: «он сказал, что у него есть второй сын». Это была не просто фраза — это приговор. В нём сквозило и отторжение, и расчёт. Вдруг всё, ради чего я рискнул, оказалось пустым местом на карте отцовского сердца.

— Такого не может быть! — ответил я себе голосом, которым ещё умел притворяться сильным. — Это не может быть правдой.

— Может, — отрезал Энзо. — Ты думал, что отец тебя любит? Он рад, что ты ушёл из его дома! Ты был для него обузой, он не знал как найти повод, чтобы избавится от тебя...