Глава 74
Поскольку он сам преклонился перед могуществом денег, Сюй Ченхао было неловко об этом говорить. Он мог только молча повернуться и улыбнуться Чень Луну, а потом ненавязчиво отвлечь его внимание:
- Я действительно вам очень благодарен. Если бы вы не собрали урожай перца чили, то в этот раз я напросно потратил бы силы.
Чень Лун ответил:
- Не стоит благодарности, господин Сюй. Мы получаем за это деньги, и это наша работа.
Сюй Ченхао:
- И все-таки, я должен вас поблагодарить. Эти перцы чили очень важны для меня.
Чень Лун смущенно улыбнулся, не зная, что сказать.
Сюй Ченхао заметил, что Чень Лун и Чжао Цзюнь весьма исполнительные люди, но при этом косноязычные. После этого случая Сюй Ченхао совсем перестал беспокоиться по отношению к ним и окончательно захотел передать теплицу под их охрану.
И конечно, он хотел поблагодарить Цзин Ичена за то, что он помог нанять их. Ведь если бы их не было, никто не помог бы собрать ему урожай. А так он смог получить свои перцы чили.
Повысив зарплату этим двум охранникам, по дороге домой Сюй Ченхао купил подарок в награду Цзин Ичену. Это был пудинг в форме маленькой желтой уточки. Всего в красивую небольшую подарочную коробку было упаковано шесть штук. Эти милые DuangDuang[1] уточки были выложены в небольшую стаю.
[1] DuangDuang - китайский мем, не имеющий определенного значения; за его появление можно сказать спасибо Джеки Чану))) мем используют и как обозначение мультяшного звукоподражания, и как усиление значения слова, и как "добавление специальных эффектов" (В интернете про это можно почитать); исходя из последнего значения можно перевести "Эти уточки были упакованы с дополнительным эффектом в виде стаи", что-то в этом роде, или, что они мультяшные...
Глаза Цзин Ичена загорелись. Он внимательно рассматривал их через прозрачную часть подарочной упаковки, а уголки его губ поднялись вверх:
- Спасибо.
Сюй Ченхао:
- Так и думал, что тебе понравится... Не забудь их съесть на десерт.
Цзин Ичен:
- Съесть?
Сюй Ченхао:
- А ты что, собираешься их коллекционировать?
Цзин Ичен:
- А разве нельзя?
Сюй Ченхао: "…"
У него просто слов не было:
- Видимо, ты по настоящему любишь маленькую жёлтую уточку. Но пудинг - это только десерт, а не предмет коллекционирования. Он испортиться, если его не съесть!
Цзин Ичен нахмурился, явно немного недовольный.
Сюй Ченхао сказал мягко, будто уговаривая ребёнка:
- Пока ты все делаешь правильно, у тебя будет много наград.
Воспользовавшись удобным моментом, Цзин Ичен спросил:
- Сделаешь ли ты это в следующий раз?
Сюй Ченхао мгновенно рассердился:
- Размечтался! Давай, выходи из машины!
Цзин Ичен: "..."
Они вышли из машины и пошли домой. Стоило им выйти с парковки и направиться к зданию, они увидели длинноволосую женщину в яркой одежде и с подарочной коробкой в руке. Заметив Сюй Ченхао, она с притворным удивлением радостно воскликнула:
- Директор Сюй!
Сюй Ченхао остолбенел. Он долго смотрел на нее, но так и не мог узнать:
- Кто Вы?
Чжен Сяосяо уже давно ждала и, подавляя свое волнение, смущённо сказала:
- Я... Я двоюродная сестра Чжен Юньюнь. Мы встречались вчера вечером.
Сюй Ченхао вдруг вспомнил, что Чжен Юньюнь рассказыва о том, как у нее увели раннюю любовь и спокойно сказал:
- О, так это госпожа Чжен. Но я не понимаю, что госпожа Чжен здесь делает?
Чжен Сяосяо подняла подарок в руке и сказала:
- Разве это не пустяковый поступок, после событий на вчерашнем банкете? Все члены семьи чувствуют себя виноватыми, поэтому они захотели, чтобы я навестила директора Сюй и прояснила ситуацию.
Сюй Ченхао словно невзначай спросил:
- О, почему, в таком случае, Юньюнь не пришла?
По сравнению с Чжен Сяосяо, реакция Цзин Ичена была более сильной. Он резко повернулся и посмотрел на него.
Сюй Ченхао поспешно наклонился к его уху и прошептал:
- Не создавай проблем. Если хочешь что-то сказать, подожди, пока она уйдёт!
Цзин Ичен прдавил свой гнев и посмотрел в глаза Чжен Сяосяо, которые стали не такими дружелюбными. Он хотел высказать ей все, что думает и прогнать ее.
Обеспокоенная Чжен Сяосяо торопливо нашла причину:
- В конце концов это произошло на моем банкете, поэтому я пришла.
- Вот как, - холодно сказал Сюй Ченхао в ответ на выжидающий взгляд собеседницы. - Вчера я с твоей двоюродной сестрой рано ушел с банкета и не знаю, что там произошло. Так что, тебе незачем было приходить ко мне. На улице сегодня холодно и уже скоро стемнеет, тебе лучше пораньше вернуться домой.
Улыбка сползла с лица Чжен Сяосяо. Она никак не думала, что после того, как она так долго прождала внизу, другая сторона не позовет ее войти. И особенно ее возмутило, что другая сторона заговорила о ее двоюродной сестре Юньюнь.
Она подняла руку, в которой держала подарочную коробку и беспомощно произнесла:
- Директор Сюй, прошу Вас принять подарок, который я принесла, и тогда можно считать, что я выполнила поручение.
Сюй Ченхао:
- Все-таки лучше, если я его не приму.
Чжен Сяосяо занервничала и хотела еще что-нибудь сказать, как рядом с ней остановилась машина и из нее, с пакетом в руках, вышла Чжен Юньюнь, удивлённо спросив:
- Сяосяо, почему ты здесь?
Чжен Сяосяо замерла на секунду, а потом широко улыбнулась и с легким вызовом сказала:
- Я пришла к директору Сюй поговорить о событии на вчерашнем банкете.
Чжен Юньюнь также ответила с улыбкой:
- Для этого имениннице не обязательно самой прибегать, достаточно будет меня. К тому же, тебе должно быть очень холодно в такой легкой одежде в такую-то погоду. Лучше возвращайся и отдохни как следует.
Чжен Сяосяо сжала подарочную коробку, которую держала:
- Зачем же беспокоить старшую сестру?
Чжен Юньюнь показала бумажный пакет:
- Ох, ничего страшного. В любом случае, в этот раз я здесь также по делу.
Чжен Сяосяо уставилась на пакет. Глаза Цзин Ичена также проследили за ним и, хотя он заговорил тихо, но в его голосе слышался холод:
- Надеюсь, позже ты мне объяснишь это.
Сюй Ченхао: "..."
Как-то эта сцена кажется слишком знакомой. Разве вчера вечером Жуань Ченьсюань был не в таком же положении? Действительно, тридцать лет на востоке от реки, тридцать лет - на западе[2]. Он больше не будет насмехаться над тем, кто оказался на поле асуров! Это его возмездие!
[2] обр. все течет; все меняется; жизнь полна подъёмов и падений; превратности жизни
Выкопавший самому себе яму, Сюй Ченхао был опустошен в душе. Его вниманее переключилось, и он полностью игнорировал перепалку двух женщин.
Чжен Сяосяо не могла ничего ответить Чжен Юньюнь. Она взглянула на Сюй Ченхао, но тот вообще никак не реагировал. Ей было нечего сказать, и она только проговорила сквозь зубы:
- Спасибо, сестра, что вместо меня взяла на себя эту обязанность. Тогда, я пойду!
Договорив, она поставила подарочную коробку там, где стояла, в негодовании развернулась и ушла.
Чжен Юньюнь проводила ее взглядом, а потом повернулась и сказала:
- Извини. Я никак не ожидала, что она придет донимать тебя.
Сюй Ченхао покачал головой:
- Ты здесь ни причём.
Чжен Юньюнь:
- Все же, я связанна с этим. Если бы я не впутала тебя, у нее не возникло бы такой идеи.
Сюй Ченхао немного свел брови:
- Вы двое...
Чжен Юньюнь спокойно сказала:
- Ее мать часто говорила, что мы дети из разных семей, поэтому она с детства любит соревноваться со мной. Она всего лишь ребенок, и я только надеюсь, что она не доставила тебе хлопот.
- Уже добавила! - недовольно вставил Цзин Ичен, пытаясь показать свою значимость.
Сюй Ченхао вытащил деформированный перец и засунул его Цзин Ичену в рот:
- Болтай меньше!
Цзин Ичен: "…"
Он не мог не посмотреть на Чжен Юньюнь.
Чжен Юньюнь быстро моргнула и передала бумажный пакет:
- Мне очень жаль. Я позабочусь о Чжен Сяосяо. Я сегодня пришла только чтобы вернуть пиджак. Спасибо, господин Сюй, за Вашу заботу обо мне. Так как других дел нет, вам лучше быстрее подняться, на улице очень холодно.
Глаза Цзин Ичена уже начали извергать огонь. Сюй Ченхао оттеснил его за спину:
- Госпожа Чжен очень вежлива.
Чжен Юньюнь понимающе улыбнулась. Как только Сюй Ченхао взял пакет, она быстро ушла, избегая задерживаться под кок-чьим убийственным взглядом.
В одной руке Сюй Ченхао держал маленькую жёлтую уточку, а в другой мешок с перцем чили и бумажный пакет. Он нахмурился, глядя на подарочную коробку, стоящую на земле, и думал, как это все унести.
Цзин Ичен взял коробку с желтыми уточками в одну руку, а освободившейся поднял с земли оставленную подарочную коробку и молча зашел в подъезд.
Чуть позже Сюй Ченхао догнал его и помог вызвать лифт.
Они молча зашли домой и не разговаривали, пока тетушка не забрала подарочную коробку. Цзин Ичен ждал объяснений, но не дождавшись их, уведел, что Сюй Ченхао уже вернулся в свою комнату с бумажным пакетом, так ничего и не сказав. Не получив разъяснений он был готов взорваться на месте.
Он не объяснит? Он даже слова в объяснение не сказал!!
Сначала Цзин Ичен только дулся, но теперь он вспыхнул от гнева и, держа в руках коробочку с уточками, ворвался в комнату Сюй Ченхао.
Сюй Ченхао перестал расстегивать пуговицы и ошеломленно спросил:
- Что ты делаешь?
Цзин Ичен:
- ... Ничего, ничего не делаю!
Сюй Ченхао удивлённо посмотрел на него, затем бросил снятую рубашку на кровать и надел свою домашнюю кофту.
Спиной Цзин Ичен прижался к двери и рассматривал маленьких желтых утят в подарочной коробке. Пока он усиленно боролся между мыслями выйти или остаться, Сюй Ченхао уже переоделся в домашнее и, встав перед ним и смерив взглядом, сказал:
- Ты сам себя наказал?
Видя полностью одетого человека, Цзин Ичен мгновенно вернул свою уверенность:
- Ты пообещал, что как только они уйдут, ты всё мне объяснишь!
Сюй Ченхао жестом показал ему посторониться, открыл дверь и вышел из комнаты:
- Кто тебе такое говорил? Я ясно сказал, что нужно подождать, пока они уйдут.
Цзин Ичен последовал за ним:
- Тогда, ты действительно не планируешь ничего говорить?
Сюй Ченхао:
- Что ты хочешь знать?
Цзин Ичен:
- Какие у тебя отношения с Чжен Юньюнь?
Сюй Ченхао зашел на кухню, чтобы найти тарелку и ложку:
- Мы друзья.
Цзин Ичен:
- Какого друга будут называть с удвоением [3]?
[3] удвоенный, чаще первый или последний слог имени, китайцы так называют близких людей, это можно считать еще ласковым прозвищем, напр. Сюй Ченхао - Хаохао.
Сюй Ченхао:
- Это имя дано родителями, поэтому ее зовут Чжен Юньюнь.
Цзин Ичен кисло проворчал:
- Меня ты не зовёшь Ичен! Чжен Юньюнь ты называешь с удвоением! Ли Няня ты зовешь брат Нянь! А меня называешь Цзин Ичен!
Сюй Ченхао:
- ... Брат Чен? Брат Чен подойдет? Брат Чен доволен?
Цзин Ичен был недоволен. Ему нравилось удвоение, но его имя так не назвали. Ему пришлось сдержаться и довольствоваться тем, что было, и он продолжил допрашивать:
- Тогда как насчёт твоей одежды? Почему она оказалась у нее? И что она имела ввиду, когда благодарила тебя за заботу о ней?
Сюй Ченхао взял подарочную коробку из рук Цзин Ичена, которую тот так и не выпустил из рук, и открыл ее:
- Это потому что вчера вечером было очень холодно. Девушка дрожала от холодного ветра, а я, в конце концов, был ее спутником, поэтому накинул на нее свой пиджак.
Лицо Цзин Ичена почернело:
- Неудивительно, что вчера вечером ты был без него!
Сюй Ченхао подольстил ему:
- Разве позже ты сделал не тоже самое? В таком случае, я очень благодарен господину Цзин за то, что он позаботился обо мне. Иди есть!
Цзин Ичен посмотрел на пододвинутых к нему маленьких пуддинговых жёлтых утят. Только тогда он осознал, что пока его мастерски заговаривали, Сюй Ченхао уже открыл подарочную коробку и выложил маленьких желтых утят на десертную тарелку, приготовив ложки!
Сюй Ченхао поднял свою ложечку в виде цветка вишни*, быстро подцепил ей голову маленького пуддингового утенка и съел. Когда он повернулся, то увидел, что Цзин Ичен смотрит на него с потрясением, осуждающе сказав:
- Ты убил маленького желтого утенка!
Сюй Ченхао: "…"
Он улыбнулся, взял еще не использованную ложку Цзин Ичена и, хлоп-хлоп-хлоп, отрубил головы оставшимся пяти маленьким желтым утятам. А потом вернул ложку Цзин Ичену:
- Теперь ты согласен их съесть?
Цзин Ичен: "???"
Автору есть что сказать:
Какое потрясение! В день Святого Валентина самый влиятельный человек, управляющий семейной корпорацией Сюй безжалостно уничтожил желанных маленьких желтых утят медвежонка. Это потеря морали или искажение человеческой природы!?
- Также это может быть обидой одинокого автора, хха-ха-ха-ха-ха
*