Глава 71
Сюй Ченхао пристально посмотрел на Цзин Ичена, тщательно изучая выражение его лица:
- Ты что-то скрываешь от меня?
Цзин Ичен: "..."
Сюй Ченхао допытывался:
- Что ты скрываешь от меня? Почему ты говоришь, что ошибся? Что ты сделал не так?
Цзин Ичен: "…"
Мысли в голове Сюй Ченхао завертелись. Он сразу опустил голову и посмотрел на маленькую жёлтую уточку. Внимательно осмотрев ее в очередной раз, он наконец заметил, что было не так:
- Почему рассада перца примята?
Цзин Ичен:
- ... Бокалом с вином придавило.
Сюй Ченхао поднял голову и посмотрел на него:
- Каким образом придавило?
Увидев его взгляд, Цзин Ичен мог только честно все объяснить, подкрепляя свои слова жестами:
- Я вот так держал маленькую жёлтую уточку. А она держала в руках бокал с вином и вдруг упала. Вино выплеснулось на меня, а бокал выскользнул и упал прямо на рассаду перца... Я правда быстро поднял его, но удар при падении был достаточным, чтобы примять стебельки.
Сюй Ченхао осмотрел основание стебельков и убедился, что причененный ущерб был сущим пустяком. Едва он вздохнул с облегчением, как в комнате раздался отчетливый звук удара, как будто что-то постукивало.
Сюй Ченхао: "!!!"
Он оттолкнул Цзин Ичена и вошел в небольшую комнатку. Он глазам своим не мог поверить, увидев лежащую на полу Чжо Мэйсюэ. Еще недавно блестающая на банкете Чжо Мэйсюэ сейчас в жалком состоянии лежала на полу. В руках она крепко сжимала винную бутылку и стучала ей, а увидев его, пробормотала:
- Спаси меня...
Сюй Ченхао опомнился. Он быстро стянул с себя накинутый пиджак, присел и укрыл им Чжо Мэйсюэ. А поднявшись, сказал:
- Цзин Ичен, ты солгал мне!
Цзин Ичен молча стоял позади него, не говоря ни слова.
Сюй Ченхао:
- Ладно. Я не хочу сейчас об этом много говорить. Ты должен сначала отправить человека в больницу, чтобы ничего не случилось!
Цзин Ичен взглянул на помощника. Помощник, получив распоряжение, немедленно взял Чжо Мэйсюэ и заверил:
- Директор Сюй, не беспокойтесь, я немедленно отправлю ее в больницу.
Сюй Ченхао был немного обеспокоен и хотел пойти за ним, но Цзин Ичен протянул руку и преградил ему путь:
- Куда ты идешь?
Сюй Ченхао:
- Я иду проверить.
Цзин Ичен спокойно сазать:
- Ничего особенного, просто потеряла две ноги.
Сюй Ченхао неверяще посмотрел на него:
- У тебя хватает наглости говорить такое? Ты слышал, что я только что сказал?
Цзин Ичен:
- Ты злишься?
Сюй Ченхао задал встречный вопрос:
- А ты как думаешь?
Цзин Ичен:
- Ты из-за нее злишься на меня? Я тот, кто защищал маленькую жёлтую уточку, а она навредила ей! Разве ты не должен так к ней относиться?
Сюй Ченхао вздохнул и изо всех сил старался оставаться терпеливым:
- В маленькой жёлтой уточке всего лишь растение, оно не важнее человеческой жизни.
Цзин Ичен возразил:
- Да, раньше ты считал маленькую жёлтую уточку важнее жизни. Так разве жизнь не важнее ног?
К удивлению, Сюй Ченхао не мог возразить:
- Я...
Цзин Ичен серьёзно сказал:
- Сравнение ценности вещей всегда измеряется собственным сердцем. Только взгляни на это с другой стороны... И мы с тобой должны придавать больше значения маленькой жёлтой уточке!
Сюй Ченхао не мог опровергнуть ни одного слова. В итоге, он молча поднял цветочный горшок в виде маленькой жёлтой уточки, нашел сторону с пухлым клювом и ударил им Цзин Ичена по голове!
Цзин Ичен пришел в замешательство от этого удара. Он закрыл лоб и не веря в произошедшее, сказал:
- Ты ударил меня? Из-за того, что Чжо Мэйсюэ навредила маленькой жёлтой уточке ты ударил меня?
Указав на надутый клюв маленькой жёлтой уточки Сюй Ченхао с улыбкой сказал:
- Это был любовный поцелуй, а не удар.
Цзин Ичен с обидой сказал:
- Это не так!
Сюй Ченхао:
- Почему это не так? Разве я буду использовать маленькую жёлтую уточку, чтобы кого-нибудь ударить?
Цзин Ичен завис.
Сюй Ченхао использовал его же абсурдные рассуждения:
- Маленькая желтая уточка так важна для меня. Я никогда не буду использовать ее, чтобы ударить кого-нибудь. Так что это был поцелуй маленькой жёлтой уточки, принадлежащий исключительно тебе, разве нет?
Цзин Ичен: "…"
Слов нет.
Увидев обиженный вид Цзин Ичена, Сюй Ченхао наконец испытал чувство удовлетворения. Держа в руках цветочный горшок в виде маленькой жёлтой уточки, он обошёл его и направился к выходу.
Цзин Ичен последовал за ним:
- Если ты не будешь злиться, я отведу тебя к Чжо Мэйсюэ.
Не поворачивая головы Сюй Ченхао сказал:
- Размечтался.
Цзин Ичен опять вернулся к этой теме:
- Ты злишься на меня из-за нее, неужели ты считаешь ее самой важной?
Сюй Ченхао:
- Я просто злюсь на то, что ты поступил неправильно!
Цзин Ичен молча следовал за ним. Через некоторое время он тихо произнес:
- Я никогда не говорил, что я хороший человек.
Сюй Ченхао резко остановился.
Цзин Ичен посмотрел ему в спину и сказал:
- Ты считаешь, что я поступаю слишком агрессивно и жестоко, без всяких причин, словно сумасшедший и бесчеловечный извращенец? Да, я действительно сумасшедший и извращенец без какой-либо человечности. Но я никогда не начинаю первым провоцировать. Все мои действия - это ответ на провокацию других людей! Как поначалу ты мешал мне, как Жуань Ченьсюань противостоял мне, как Ань Жоуюй, которая дала мне эту конфету и сказала, что хочет сбежать из дома и никогда не возвращаться, как Чжо Мэйсюэ подсыпала наркотик и намеренно облила вином, навредив маленькой жёлтой уточке! Я просто сопротивляюсь, подчиненный чужой инициативе. Но я сильнее всех вас и мне нравится действовать решительно и бесповоротно!
Цзин Ичен уставился на Сюй Ченхао, который так ни разу и не обернулся, и спокойно сказал:
- Я прожил так предыдущие двадцать пять лет и не собираюсь менять это в будущем. Если ты из-за этого хочешь разорвать отношения со мной, я не буду возражать.
Сюй Ченхао повернулся и посмотрел на него. Он полагал, что с таким спокойным голосом тот был очень жестким, но встретившись с ним взглядом, заметил, что его глаза слегка покраснели. Он был немного потрясен и вновь проявил мягкосердечие, беспомощно сказав:
- Кто говорил, что я собираюсь разорвать с тобой отношения?
Цзин Ичен:
- Ты злишься на меня, ты сказал, что я размечтался и так быстро ушёл!
Сюй Ченхао был зол и в тоже время он хотел рассмеяться:
- Злость - это еще не разрыв отношений. В любых отношениях бывают конфликты, разве это не естественно? Кроме того, я злюсь на тебя из-за твоих неправильных действий, потому что я беспокоюсь, что с тобой что-нибудь случится и забочусь о тебе. А в результате ты говоришь о разрыве отношений. Ты этого хочешь?
Цзин Ичен быстро опроверг:
- Не хочу!
Сюй Ченхао:
- Тогда почему ты говоришь такие слова?
Цзин Ичен помолчал несколько секунд, а потом прошептал:
- Я боюсь.
Глаза Сюй Ченхао округлились. Он никак не ожидал, что Цзин Ичен на самом деле проявит свою слабость:
- Ты... А не я должен бояться тебя как черта?!
Цзин Ичен спросил:
- Тогда, ты боишься? Я обещаю, что никогда не причиню тебе вреда. Ты веришь мне?
Сюй Ченхао посмотрел ему в глаза и тихо сказал:
- Я не боюсь, и я верю тебе.
По сюжету злодей намного более безумный. Он знает злодея из романа, так как он может бояться этого злодея, который показывает при нем свою слабость. Поэтому он ответил искренне и без колебаний.
Цзин Ичен пытался совладать со своим выражением лица, но все таки не смог сдержать улыбку:
- Ты сказал это!
Сюй Ченхао кивнул:
- Да, я сказал это. Но объясни мне, чего ты боишься?
Цзин Ичен растерянно сказал:
- Я не знаю. Я просто боюсь тебя... - "Я боюсь, что ты уйдёшь от меня!" Глаза Цзин Ичена вдруг округлились, он испугался своих собственных истинных мыслей.
Увидев такую его реакцию, Сюй Ченхао чуть ли не ухмыляясь, спросил:
- Что это за реакция? Я такой же страшный как ты?
Сердце Цзин Ичена бешенно колотилось, отдаваясь пульсацией в ушах, он едва слышал, что говорил Сюй Ченхао и только повторил:
- Мне просто страшно!
- Помолчи! - Договорив, Сюй Ченхао развернулся и собрался уходить. Но сделав два шага, кое-что вспомнил. Он опять повернулся, подойдя к Цзин Ичену, крепко схватил того за запястье и потащил за собой.
Глаза Цзин Ичена сразу засветились, а уголки губ бесконтрольно приподнялись:
- Ты больше не злишься?
С раздражением Сюй Ченхао сказал:
- А ты очень хочешь, чтобы я злился?
Цзин Ичен быстро ответил:
- Нет!
Сюй Ченхао холодно фыркнул и сделал еще два шага, прежде чем сказать:
- Независимо от того, злюсь я или нет, я все же надеюсь, что в будущем ты будешь относиться к своим действиям более надлежащим образом.
Цзин Ичен:
- Но я на законных основаниях ношу оружие и использую его для защиты своей безопасности. Институт прямо оговаривает, что в целях защиты талантов нашего института в особых обстоятельствах можно использовать оружие в целях самообороны.
Сюй Ченхао:
- ...Но сейчас ты не в особой ситуации, верно?
Цзин Ичен:
- Она облила меня вином с каким-то наркотиком. А если он сильно ядовитый? Можно считать, что я сделал это, чтобы найти противоядие. Кроме того, я не сообщил о ней в отдел охраны, проявив к ней снисходительность.
Сюй Ченхао: "…"
Неудивительно, что Цзин Ичен не боялся говорить о своем импульсивном поведении. Он уже нашел выход, встав в безопасную зону, и делал то, что хотел.
Как и ожидалось от главного босса-злодея! Его подражание в последнее время дало обманчивое ощущение. Но он не наивный медвежонок, а злодей из романа! Все еще мрачный, параноидальный, жестокий и аморальный злодей!
Что касается Чжо Мэйсюэ, когда Сюй Ченхао и Цзин Ичен прибыли в больницу, ее только что выкатили из операционной. Она все еще находилась в бессознательном состоянии из-за анестезии. Ее лицо было бледным, а ноги загипсованы.
Сюй Ченхао стоял снаружи и, смотря через окно на находившегося в палате человека, тихо спросил:
- Как ты собираешься справиться с последствиями?
Цзин Ичен стоял позади Сюй Ченхао, однако не отрывал своего взгляда от его лица:
- Мне не надо с ними разбираться.
Сюй Ченхао:
- Как так?
Цзин Ичен:
- Вот так. Я же сказал, что это была законная самооборона. Если Чжо Мэйсюэ предъявит обвинения, то вмешается наш отдел и начнет выяснять, какой наркотик она подсыпала, с какой целью, кто был заказчиком, была ли это внутренняя измена и так далее.
Сюй Ченхао:
- ...Чжо Мэйсюэ действительно достаточно несчастна.
Цзин Ичен равнодушно сказал:
- Я так не считаю. Если бы она не была такой жадной, если бы не позволила Жуань Ченьсюаню использовать себя и если бы она была достаточно умна, чтобы не приходить и не провоцировать меня. Но она слишком амбициозна и к тому же у нее отсутствует проницательность. Поэтому теперь ей осталось только страдать в одиночестве.
Сюй Ченхао неожиданно повернулся и посмотрел на него:
- Кстати, Жуань Ченьсюань…
Цзин Ичен непроизвольно отвел взгляд и тихонько кашлянул:
- Он никогда не был хорошим человеком. На этот раз я отплачу ему.
Сюй Ченхао нахмурился:
- Ты должен сдерживать свои опасные идеи.
Цзин Ичен недовольно ответил:
- Я ничего не могу с этим поделать.
Сюй Ченхао мягко сказал:
- Ты же знаешь, что из-за расстройства социальных коммуникаций можно устать от мира, и я беспокоюсь, что это повлияет на тебя.
Цзин Ичен машинально потер большим пальцем подушечки пальцев и тихо сказал:
- Теперь я не устану от этого мира.
Сюй Ченхао удивился:
- Ты излечился?
Цзин Ичен:
- Нет.
Сюй Ченхао:
- Тогда почему?
Цзин Ичен открыл рот, но то, что он хотел сказать, неожиданно застряло у него в горле. Он снова отвел взгляд и только сказал:
- Не важно.
- Хорошо, - Сюй Ченхао понял, что он не хочет говорить об этом и решил больше не расспрашивать его. Он продолжил смотреть на лежащую в палате Чжо Мэйсюэ, пытаясь запомнить ее нынешний вид, созданный злодеем. Больше его не обманешь! Абсолютно невозможно обмануть!
После того, как Сюй Ченхао перестал расспрашивать его, Цзин Ичен снова начал расстраиваться. Глядя на его профиль, он становился все более подавленным. Очевидно, он мог пойти прямо к Ань Жоуюй и сказать все, что хотел. Так как он мог так нервничать и терять дар речи, стоит встретиться с взглядом Сюй Ченхао?!
Что он хотел сказать... Он хотел сказать, потому что в этом мире есть ты!?
Цзин Ичен стоял позади Сюй Ченхао чувствуя то сожаление, то досаду, не подозревая, что тот смотрел на его отражение в стекле, наблюдая за изменением выражения его лица.
Что происходит с этим ребёнком?...
Нет, он злодей! Не медвежонок! Не медвежонок! ! !