Глава 23. Начало

Двери лифта медленно закрылись.
Металл жалобно заскрипел.
Кабина дрогнула.
Вместо привычного движения вниз возникло странное ощущение.
Будто лифт не ехал.
Будто сама больница менялась вокруг них.
На панели горела только одна кнопка.
–2
Николай Сергеевич стоял неподвижно.
— За двадцать лет я поклялся больше никогда сюда не возвращаться...
Анна посмотрела на него.
— Но ты возвращался.
Каждый раз.
Ради нее.
Лифт остановился.
Раздался долгий сигнал.
Двери открылись.
Перед ними простирался длинный бетонный коридор.
Без окон.
Без палат.
По обе стороны стояли массивные металлические двери.
На каждой — табличка с именем.
Не номером.
Именем.
Алина подошла ближе.
Иван Петров.
Следующая дверь.
Мария Волкова.
Еще одна.
Артем Соколов.
Она резко остановилась.
— Артем...
Он молча кивнул.
— Это моя дверь.
— Что за ней?
— Мои воспоминания.
Девушка нахмурилась.
— Как это?
Анна медленно ответила:
— Когда эксперимент вышел из-под контроля, мы поняли, что память нельзя уничтожить.
Ее можно только отделить от человека.
— Поэтому здесь двери?
— Да.
За каждой дверью хранится то, что человек не смог вынести.
Боль.
Страх.
Вина.
Потери.
Каждая дверь была чьей-то жизнью.
Чьей-то трагедией.
Алина почувствовала холод.
Она посмотрела в самый конец коридора.
Там была еще одна дверь.
Старая.
Почерневшая от огня.
Без имени.
Только большая металлическая цифра.
7
По коже пробежали мурашки.
— Это она...
Николай Сергеевич закрыл глаза.
— Никогда не открывай ее.
Анна посмотрела на Алину совсем иначе.
Словно принимала решение.
— Нет.
Теперь она должна увидеть.
— Там находится...
Анна едва слышно произнесла:
— Первая память, которую мы попытались запереть.
Не Артема.
Не мою.
Не твою.
Чью-то гораздо более древнюю.
Алина сделала шаг вперед.
В этот момент обгоревший дневник в ее руках раскрылся сам.
На первой странице проступила дата.
14 октября 1984 года.
Ниже появилась запись, написанная незнакомым почерком.
«Сегодня мы открыли дверь, которой не было на плане больницы. Лучше бы мы ее никогда не находили.»
В самом низу страницы появилась подпись.
Алина почувствовала, как сердце замерло.
Автором дневника был не Артем.
Не она.
Не Анна.
Подпись гласила:
«Главный врач. Николай Сергеевич.»
Николай Сергеевич побледнел.
Он смотрел на собственный почерк так, словно видел его впервые.
— Нет...
— Этого дневника не должно существовать...