Часть 3. Я вижу сквозь тьму. Глава 5. Эрфиан (5)

Женщина вошла в озеро, осторожно ступая по камням. Когда вода достигла ее колен, она остановилась и поднесла руки к волосам, заплетая их в косу. Создательница Луны выглядела не так, как во сне своей дочери - там она казалась юной, а сейчас Эрфиан видел женщину, которая была так красива, что это казалось волшебством. Она походила на ночную богиню - кожа мерцала в лунном свете, пряди серебряных волос рассыпались по плечам и спине. Высокая и изящная, воплощение природной грации - все ее движения были наполнены уверенностью и силой. Эрфиан подумал о том, что впервые встретил настоящего вампира - не просто красавицу, как Нави, а древнее и мудрое существо, высшего хищника, живущего с осознанием собственного достоинства и превосходства. Он замер в нерешительности, не торопясь выходить из-за ствола большого дерева и не смея нарушить ее уединение.

Вампирша опустила руки, наклонилась, провела ладонями по воде, выпрямилась, подняла голову к луне и... запела высоким, сильным и чистым голосом. Эрфиан не знал этого языка, но что-то внутри подсказало ему, что ее слова очень печальны, полны боли, одиночества и тоски. Он поднес руку к лицу, прикоснулся к щеке и понял, что плачет. Как назло, именно в это мгновение вампирша повернулась к нему. Она замолчала, но не удивилась, не разозлилась и не испугалась - только тепло улыбнулась.

- Юный эльф. Вот уж не думала, что кто-то будет подсматривать за мной посреди ночи.

- Прости. Я пришел, и...

- Я не разгневалась. Прошу, подай мне мою одежду.

Эрфиан поспешно вытер слезы и помог вышедшей из озера вампирше завернуться в легкую нежно-розовую ткань.

- Тебе понравилась моя песня? Иногда я пою в одиночестве. Для луны. Такие песни самые искренние.

- Очень понравилась.

- Мой создатель нарек меня Миритией. А как зовут тебя?

- Эрфиан.

Мирития кивнула.

- Чем я могу помочь тебе?

- Мне помощь не нужна. Я пришел сказать, что знаю, где искать твое создание.

Губы вампирши тронула нежная улыбка. Она поднесла руки к плечам, закрепляя ткань платья маленькими пряжками.

- Луна. Она снова ушла, моя девочка. Такая непослушная.

- Она тоскует по тебе. Думаю, будет лучше, если ты ее позовешь.

- Нет, Эрфиан. Если я буду звать ее, она не станет самостоятельной. Она должна меня найти.

Заметив, что он хочет что-то сказать, Мирития положила ладонь ему на щеку.

- Знаю, это сложно понять, но в молодых вампирах нужно воспитывать ответственность за свободу, которую они выбирают.

- В прошлый раз ее чуть не убили Следопыты. Если бы не я, она бы погибла.

- Спасибо тебе, Эрфиан. Для Луны это стало уроком. Теперь она более осторожна. Не переживай, она вернется.

- Тебе следует знать, что она путешествует не одна, к ней присоединился человек с печатью Лилит. Это мой друг.

Мирития подняла брови.

- Она обратила его?

- Может быть...

- Моя девочка. - Вампирша прижала ладони к груди. - Он хороший человек? Он заслуживает того, чтобы ему подарили бессмертие?

Эрфиан ответил не сразу. Мирития посмотрела на него испытующе.

- Да. Думаю, да.

- Как я могу отблагодарить тебя, Эрфиан? Ты не только спас Луне жизнь, но и познакомил ее с хорошим мужчиной. Тебе нужны деньги, еда или кров? Не нужна ли тебе защита?

- Ты можешь... спеть мне?

Мирития погладила его по волосам.

- Поспи, а я буду охранять твой сон до рассвета и спою тебе. Это красивая и добрая колыбельная, я часто пела ее Луне - молодые вампиры в первые дни после обращения боятся многих вещей и не могут уснуть.

Вампирша села на берегу, опустив ноги в воду, и замерла, глядя куда-то вдаль, на череду темнеющих деревьев. Эрфиан прилег под деревом, положив голову на сумку. Колыбельная Миритии, как и прошлая, печальная песня, была на незнакомом ему наречии, и он не разобрал ни слова, но почувствовал, как невидимые теплые руки обнимают за плечи и легко покачивают. Так мать баюкала его в раннем детстве, тогда, когда он не умел ни ходить, ни говорить.

Эрфиан закрыл глаза и уснул так крепко, как не спал уже много лет. Во сне отец держал его, еще совсем кроху, за руку, и они шли по лесной тропинке. Солнце опускалось за горизонт, и первый воин Хаддат говорил сыну, что в чаще есть озеро, в котором купается прекрасная женщина с серебряными волосами. Она говорит с луной и поет ей песни на древнем наречии. И, какой бы долгой ни была песня, властительница ночи не уступит место солнцу до тех пор, пока не стихнет последний звук.