Часть 2. Тьма. Глава 3. Эрфиан (2)

К городу Эрфиан подошел незадолго до полудня. Еще прошлой весной такая вылазка измотала бы его, но путешествия по пустыне не прошли даром: теперь он преодолевать большие расстояния без особых усилий. Мысли о том, что он когда-то чуть не умер под одним из этих песчаных холмов, вызывали недоумение. Из врага пустыня превратилась в друга. Она радовала закатами и восходами, большой бледной луной, кочевыми племенами, которые приглашали путников разделить трапезу у костра или, если тот не голоден, отдохнуть и рассказать, куда он направляется.

Эрфиан полюбил пустыню всем сердцем. Теперь он понимал, почему воинам быстро становилось скучно в деревне, и они хотели отправиться в очередной поход. Здесь нет ни пиров, ни Жрецов, которым нужно кланяться. В пустыне никто никому не кланяется. Каждый сам себе и слуга, и господин.

Двое воинов, сидевших на песке, поднялись, заприметив незнакомца. Приблизившись, Эрфиан понял, что это не темные существа. Впрочем, не были они и людьми. Обычными людьми. Смертные с печатью Прародительницы.

- Мир вам, - заговорил Эрфиан.

- Темным эльфам здесь мира не сыскать, - ответил один из воинов, невысокий и худощавый, с темно-медными волосами и изумрудно-зелеными глазами, которые смотрелись странно на смуглом лице. - Уходи по-хорошему.

Сначала Эрфиан хотел притвориться обычным путником, коих в пустыне десятки, но людей с печатью провести непросто.

- Я живу в замке на горе. Я целитель. Если кто-то из людей, живущих в этом городе, болен, я окажу ему помощь.

- Слышал? - бросил воин своему приятелю. - Он говорит, что живет в замке. И всерьез думает, что я ему поверю.

- Может, госпожа решила завести себе прислугу? - хохотнул второй воин. - Необращенные могут подолгу не спать, а еще они выносливые.

- Намекаешь на то, что он греет ей кровать? - отозвался медноволосый.

- И не только греет. Обращенные да смертные - недолго помереть от скуки.

Эрфиан слушал, ожидая, когда воины позволят ему вставить хотя бы слово, но заговорить не успел. Чья-то рука легла на его плечо, и низкий женский голос спросил:

- Долго вы будете препираться, держа гостя под солнцем? Выясните, кто греет постель госпоже, самостоятельно. Идем, милый эльф.

Женщина с трудом доходила Эрфиану до плеча. У нее были короткие черные волосы и медового оттенка глаза, щедро опушенные ресницами. Одежда воина из светлой кожи шла незнакомке - она напоминала эльфиек из армии Жрицы Эдны.

- Меня зовут Амрис, и я тоже целитель, - сказала женщина. - Буду рада, если ты поделишься со мной своими секретами.

Не обращая внимания на воинов, которые возмущались на два голоса, Амрис взяла гостя под локоть и повела к шатрам. Эрфиан с любопытством оглядывал город. Он знал, что полуденную жару жители пустыни пережидают в тени, но здесь было чересчур тихо даже для такого времени суток. Ни детей, ни женщин, которые носят кувшины с водой, ни мужчин, которые беседуют возле шатров, прячась от солнца.

- Куда все подевались? - поинтересовался Эрфиан, следуя за Амрис.

- Что обычно делает хозяйка замка днем? - ответила она вопросом на вопрос.

- Отдыхает... спит. Ведь она вампир.

- Вот и здешние жители спят днем. По ночам у них есть дела.

Шатер Амрис оказался большим, но здесь нельзя было ступить и шагу без того, чтобы не наткнуться на ступки, плошки и мешки с травами. Эрфиан устроился на подушках. Целительница взяла глиняную кружку, подошла к большому кувшину и зачерпнула из него.

- Ты голоден? - спросила она.

- Нет, благодарю тебя.

Ответ Амрис не убедил. Она принесла скромный обед, состоявший из фруктов, сухих и свежих, орехов и целебных трав. Эрфиан знал, что по законам пустыни отказываться от предложенной пищи невежливо. Пришлось угоститься.

- Что привело тебя? - поинтересовалась целительница.

- Любопытство.

- Любопытство не доводит до добра. Впрочем, даже если бы тебя привело что-то другое, добра здесь и днем с огнем не сыскать. Нави предупреждала, что сюда соваться не надо.

- При воинах ты звала ее госпожой.

- Как нарек тебя отец, юный эльф?

- Эрфиан.

- Я не зову Нави госпожой, Эрфиан, потому что эта тварь мне не госпожа.

Губы Амрис превратились в тонкую линию, глаза потемнели.

- Я спросила, готов ли ты поделиться со мной секретами мастерства.

- Готов.

- Пойдем.

Целительница провела гостя в другую часть шатра, удостоверилась, что полог из плотной ткани не пропускает солнечных лучей, присела у кровати и осторожно убрала темное покрывало. Красивая вампирша с длинными серебряными волосами тихо застонала и подняла руку, заслоняя лицо.

- Тише, милая, - успокоила ее Амрис. - Я привела того, кто поможет тебе.

- Больно, - прошептала вампирша. - Почему так больно?..

Эрфиан присел возле кровати и осмотрел вампиршу. Она не сопротивлялась - лежала, прикрыв глаза, дышала часто и поверхностно. Почти все тело женщины покрывали порезы, мелкие и глубокие, часть которых кровоточила.

- Это серебро? - спросил Эрфиан, поднимая глаза на Амрис, хотя ответ уже знал. - Кто это сделал? Зачем?..

Целительница покачала головой. Вампирша снова застонала, попыталась пошевелиться. Эрфиан убрал с ее лица растрепавшиеся волосы, положил ладонь на лоб, горячий и влажный.

- Я вылечу тебя. Скоро боль уйдет.

- Пить... - попросила вампирша.

Пока Амрис поила женщину, Эрфиан копался в запасах трав. К счастью, все необходимое он нашел быстро, но драгоценные мгновения ушли на приготовление отваров. Вампирша впала в беспамятство, и разбудить ее было непросто.

- Мне нужно остаться с ней наедине, - обратился Эрфиан к Амрис.

Целительница кивнула и вышла. Эрфиан обработал раны вампирши одним из отваров и успел дважды сменить смоченную в нем тряпицу на чистую до того, как почувствовал первые признаки усталости. Нави часто повторяла, что с магией лучше не шутить, и использовать ее следует только в тех случаях, когда не помогают обычные травы, иначе расплачиваться придется головной болью и кошмарами. Но выбора не было - женщина умирала. Он снова положил ладонь ей на лоб. Она спала и видела во сне своего создателя. Точнее, создательницу, женщину с серебряными волосами, как две капли воды похожую на нее. Они держались за руки, танцевали на залитом солнцем лугу и звонко смеялись.

- Ты должна проснуться, - сказал вампирше Эрфиан. - Тебе нужно выпить отвар. Иначе ты не поправишься.

Веки женщины дрогнули, и она приоткрыла глаза - красивые и удивительно ясные, несмотря на боль, темно-синие глаза.

- Мама, - прошептала вампирша, прикасаясь к руке Эрфиана. - Прости меня... я больше никогда не убегу... ох.

Она поняла, что сон закончился, попыталась сесть и в очередной раз застонала от боли, опускаясь обратно на подушки.

- Возьми. Это лекарство.

- Сладкое, - улыбнулась вампирша, делая несколько глотков из кружки, которую Эрфиан держал у ее губ. Он вздохнул. Отвар был горьким, она путала вкусы. Плохой знак. - Кто ты такой? - Она попыталась принюхаться. - Темный эльф...

Синие глаза внимательно изучали его лицо. На первый взгляд вампирше стало лучше - раны затягивались.

- Меня мучит жажда, - пожаловалась она.

- Выпей еще отвара. А потом я дам тебе воды.

- Горький!.. - обиженно проворчала женщина, отводя кружку рукой. - Ты обманщик!

- Если он кажется горьким, значит, ты начинаешь выздоравливать.

Вампирша пожевала губами, продолжая пристально смотреть на Эрфиана.

- Кто сделал это с тобой? - спросил он.

Она нахмурилась. На лбу появилась тонкая морщинка.

- Не помню. Их было много... и пустота. Я очнулась здесь. Добрая женщина поила меня отварами из трав.

- Это были люди?

- Не помню, - повторила вампирша и вздохнула.

- Попробуй заснуть. Когда ты проснешься, Амрис даст тебе еще отвара.

Вампирша протянула руку и прикоснулась к его щеке.

- Темный эльф со светлыми волосами и серо-голубыми глазами. Какие боги посмеялись над тобой? Как тебя зовут?

- Эрфиан.

- Я - Луна. Моя создательница любит луну, и нарекла меня в ее честь. Я убежала, мне стыдно... но теперь я ее найду! Ты спас мне жизнь, Эрфиан. Чем я могу отплатить?

- Тем, что поправишься и найдешь создательницу.

Луна устроилась поудобнее на подушках и сложила руки на животе.

- Я голодна, - заявила она.

Эрфиан поколебался, не зная, насытит ли ее его кровь, но подставил шею.