Глава 6. «День основания»

Элис проснулась от того, что за окном гремела музыка. Город готовился к празднику — День основания Мистик-Фоллс.

Она села на кровати и посмотрела в окно. Всюду висели флаги, люди в костюмах XIX века прогуливались по главной улице, а вдалеке виднелись очертания строившихся платформ для фейерверка. Элис вздохнула и встала, потянувшись. Ночь выдалась бессонной — она снова думала о Деймоне, о его насмешках, о том, как он смотрел на неё, будто она была пустым местом. И она злилась на себя за то, что вообще о нём думает.

«Взаимная неприязнь. Только так», — напомнила она себе, завязывая волосы в высокий хвост.

Она надела простые джинсы, чёрную футболку и лёгкую куртку. Кулон с вербеной привычно нагрел кожу, когда она сжала его пальцами. В кармане лежал маленький кол, который Аларик дал ей на всякий случай. Элис не знала, пригодится ли он сегодня, но чувствовала — что-то будет.

Рейчел уже ушла, оставив на кухне пустую чашку и записку: «Не жди. Вернусь поздно». Элис даже не расстроилась. Она привыкла.

Город кипел жизнью. Элис встретилась с Еленой и Бонни у школы, где уже ждали Стефан и Джереми. Деймона не было, и Элис заметила, как Стефан то и дело поглядывает на телефон.

— Он не отвечает? — спросила она.

— Нет, — ответил Стефан, и лицо его было напряжённым. — Я не знаю, где он. Но я чувствую что-то неладное.

— У нас у всех что-то не так, — сказала Бонни, и в голосе её послышалась тревога. — Сегодня что-то случится. Я чувствую это.

Элис сжала кулон и посмотрела на небо. Оно было серым, но праздник продолжался.

Днём Элис бродила по улице вместе с Еленой и Кэролайн, наблюдая за парадом. Люди улыбались, дети бегали с флагами, в воздухе пахло попкорном и жареным мясом. Она пыталась расслабиться, но внутри нарастала тревога. Она не знала, что должно случиться, но чувствовала это кожей.

Когда начался фейерверк, она стояла на площади вместе с Еленой и Бонни. Небо взрывалось яркими огнями, и на мгновение Элис почти забыла о своих страхах.

Но потом что-то пошло не так.

Элис не услышала звона, но она увидела, как Стефан, стоящий в паре метров от них, вдруг закричал и рухнул на колени, схватившись за голову. Его лицо исказилось от боли, и он упал на землю, потеряв сознание.

— Стефан! — закричала Елена, бросаясь к нему. — Что с ним?

— Устройство Гилберта, — прошептала Бонни, и лицо её побелело. — Джон активировал его. Оно действует только на вампиров.

Элис смотрела на Стефана, лежащего без сознания, и чувствовала, как внутри всё холодеет. Она не слышала звука, но видела его последствия. Вокруг падали и другие вампиры, которых она не знала, и люди в панике разбегались.

Из толпы выбежал Аларик.

— Стефан, — сказал он, хватая его за плечи. — Ты должен идти со мной. Они собирают вампиров. Джон хочет их всех сжечь.

— Где Деймон? — спросила Элис, чувствуя, как внутри всё переворачивается.

— Его уже забрали, — ответил Аларик. — Они везут его в клинику Грейсона Гилберта. Я должен спасти Стефана, но я не смогу спасти их обоих.

Стефан пришёл в сознание и посмотрел на Аларика. Он был слаб, устройство всё ещё давило на него, но он нашёл в себе силы говорить.

— Спаси Деймона, — сказал он хрипло. — Пожалуйста.

— Нет, — сказал Аларик. — Ты важнее.

— Спаси его, — повторил Стефан, и в голосе его зазвучала мольба. — Он мой брат. Я не могу потерять его снова.

Элис смотрела на это и чувствовала, как внутри разрывается что-то. Она не любила Деймона. Она даже не уважала его. Но она видела боль в глазах Стефана и знала, что не сможет стоять в стороне.

— Я пойду за ним, — сказала она, и все обернулись к ней. — Я знаю, где клиника. Я найду Деймона и вытащу его.

— Элис, это опасно, — сказала Елена. — Ты не сможешь справиться с ними одна.

— Я не одна, — ответила она, глядя на Бонни. — Ты пойдёшь со мной?

Бонни колебалась. Она ненавидела Деймона. Но она посмотрела на Стефана, который умолял её взглядом, и кивнула.

— Хорошо, — сказала она. — Я пойду.

Они побежали через город к старой клинике. Элис чувствовала, как ветер бьёт в лицо, как сердце колотится в груди. Она не думала о том, что делает. Она просто бежала.

Когда они ворвались в здание, внутри было темно и пахло кровью и вербеной. Они услышали голоса — Джон и его люди готовились к сожжению. Элис затаилась за углом и увидела Деймона, лежащего на полу подвала, связанного и обколотого вербеной.

— Они собираются его поджечь, — прошептала Бонни.

— Мы не дадим им, — сказала Элис, сжимая кол.

Они ворвались в подвал, когда пламя уже начало подниматься. Элис бросилась к Деймону и начала разрезать его верёвки.

— Уиллоуби? — прошептал он, и в его глазах мелькнуло удивление. — Что ты здесь делаешь?

— Я спасаю тебя, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно. — Не надейся, что я делаю это ради тебя. Твой брат просил.

— Ты невыносима, — сказал он, но в его голосе послышалась странная благодарность.

Бонни подбежала к ним и помогла освободить его от верёвок. Вместе они вытащили Деймона из огня, когда здание уже начало рушиться. Элис чувствовала, как жар обжигает лицо, но не останавливалась.

Когда они выбрались на улицу, Элис упала на землю, пытаясь отдышаться. Деймон стоял рядом, опираясь на стену. Его лицо было бледным, но в глазах горел странный огонь.

— Ты спасла меня, — сказал он, и это не было вопросом.

— Не надейся на повторение, — ответила она, поднимаясь на ноги. — Это был единственный раз.

Он усмехнулся, но в его глазах мелькнуло что-то новое — уважение.

— Ты необычная, Уиллоуби.

— Иди к чёрту, Сальваторе, — ответила она, но в голосе её не было злости.

Когда всё закончилось, Элис вернулась к дому Гилбертов. Она чувствовала усталость, но внутри разливалось странное удовлетворение — она сделала то, что должна была.

Но когда она открыла дверь, она замерла.

На кухне стояла Елена — но она была бледной и дрожала. Рядом с ней лежал Джон Гилберт, истекающий кровью. Его пальцы были отрезаны, кольцо исчезло, а в животе зияла глубокая рана от ножа.

— Что здесь произошло? — спросила Элис, застыв в дверях.

— Это была Кэтрин, — прошептала Елена. — Она притворялась мной. Она сделала это.

Элис смотрела на Джона, на его руки, на кровь, и внутри всё перевернулось. Кэтрин была здесь. Она играла с ними, и они даже не заметили.

— Она вернулась, — сказала Элис, и в голосе её прозвучал холод. — И она только начала.

Она сжала кулон и посмотрела в темноту за окном. Где-то там бродила Кэтрин Пирс, и Элис знала: это только начало.