Глава 10

Призрак

Когда я увидел, как Эмили замерла, её глаза расширились от осознания, я почувствовал, как в груди разгорается огонь. Она смотрела на меня, и в её взгляде было что-то большее, чем просто удивление — это было признание. Я всегда знал, что между нами есть связь, но сейчас она стала осязаемой, как воздух вокруг нас.

Я подошел ближе, и она не отступила. Напротив, она сжалась, словно искала защиты в моей близости. Я заметил, как её дыхание стало более частым, а губы слегка приоткрылись. Это было похоже на вызов — она знала, кто я, и всё равно не убегала. Это возбуждало меня до глубины души.

Я медленно протянул руку и коснулся её талии. Её тело отозвалось на моё прикосновение, как струна, натянутая до предела. Я накрыл ее губы своими и поднял её на руки, чувствуя, как её вес приятно давит на мои ладони. Она была такой лёгкой и в то же время такой невероятно мощной — хищник в теле жертвы.

Я перенес её к столу, где только что лежали пустые гильзы и оружие. Это место было пропитано адреналином и напряжением, и теперь оно стало свидетелем нашего столкновения. Я аккуратно посадил её на край стола, и она обняла меня ногами за талию, притягивая ближе. Я чувствовал, как её тепло проникает в меня, и это было одновременно нежно и дико.

Её взгляд был полон вопросов и желания. Она не спрашивала о моем прошлом — она уже знала всё, что ей нужно. И в этот момент я понял: это не просто страсть. Это была связь, которую невозможно разорвать. Мы оба были хищниками в этом мире, и теперь мы нашли друг друга.
— Эмили... — мой шепот коснулся ее губ. Её имя звучало как заклинание. Я хотел запомнить этот момент навсегда. Я хотел сделать её частью своего мира, даже если он был полон тьмы.

Она смотрела на меня с таким доверием, с таким трепетом, что я не мог удержаться. Я притянул её к себе и наши губы вновь слились в поцелуе, который был полон страсти и обещаний. В этот момент всё остальное исчезло — только мы вдвоём, только наше желание и понимание того, что мы нашли друг друга среди хаоса.

Держав одной рукой ее за бедро, второй я принялся расстегивать ширинку своих джинс.
Я хотел сделать все нежно, но посмотрев на переполненный желанием взгляд Эмили, не смог. Я быстро стянул с нее нижнее белье, и, притянув ее еще ближе, грубо и резко вошел. Эмили издала стон и обхватила руками мою шею. Она тянула меня к себе, и я входил в нее в снова и снова, пока она не запрокинула голову от удовольствия.

Когда мы разъединились, уставшие и счастливые, я почувствовал как ветер нежно касается нашей кожи. Я спустил Эмили со стола, быстро собрал все оружие и кинул обратно в багажник. Мы молча сели в машину и уехали. Я знал, что это лишь начало нашего пути вместе, и в этом знании скрывалось обещание новых приключений.

На следующий день я сидел в своем кресле, подбрасывая на ладони тяжелую золотую зажигалку «S.T. Dupont». Тот самый знаменитый щелчок — чистый, металлический «клинг», который ни с чем не перепутаешь. В нашем мире этот звук иногда означает последнюю затяжку перед прыжком в бездну, а иногда — начало пожара, который не потушить.

После того свидания в карьере карты были раскрыты. Она знала. Я видел это в её глазах, когда она смотрела на ту гильзу. Удивление, вспышка осознания и это дикое, порочное восхищение, от которого у меня самого перехватило дыхание. Произошедшее после этого осознания - это то, что не выходило из моей головы до этого момента. Она  узнала во мне «Призрака». А я... я наконец-то перестал играть в консультанта и начал играть по-крупному.

Цветы были для экономистки Эмили. Пришло время подарка для «Тишины».

Я открыл небольшую коробку из черного бархата. Внутри, на подушке, лежал предмет, который обычный человек счел бы просто дорогой безделушкой. Старинный хронометр «Patek Philippe» 1940-х годов. Потертый корпус, изящные стрелки. Но это была не просто антикварная вещь.

Этот конкретный экземпляр был «трофеем». Один легендарный заказ в Берлине в конце восьмидесятых. Говорили, что этот хронометр принадлежал человеку, которого невозможно было достать, пока его не нашел один очень талантливый мастер «тихой работы». Это была городская легенда.

Но я добавил кое-что от себя.

Я аккуратно вскрыл заднюю крышку часов. Там, внутри механизма, среди крошечных шестеренок, я спрятал одну-единственную деталь, сделанную на заказ — крошечный, выгравированный на платине силуэт призрака, который обнимает едва заметную тень. Увидеть это можно было только под десятикратным увеличением часовой лупы.

Я закрыл крышку и положил рядом записку. На этот раз никакой бумаги из офиса. Плотный черный картон и серебряные чернила.

«Эмили, говорят, время — это единственное, чего нам всегда не хватает. Либо чтобы нажать на курок, либо чтобы убежать.
Я подумал, что тебе пригодится этот прибор. Он прошел через руки лучших из нас и до сих пор идет секунда в секунду. Как и ты.
P.S. Если станет скучно на совещании — загляни внутрь. Там есть секрет, который оценят только те, кто привык видеть то, чего не существует.
P.S. И не вздумай разбирать их ножом для бумаги. Для этого у меня есть набор получше.
Твой Призрак».

Я улыбнулся, представляя, как она получит эту коробку. Как она, профессионально и осторожно, будет осматривать корпус, искать ловушки (инстинкт, никуда не деться), а потом увидит гравировку.

Это не был подарок влюбленного мужчины. Это был вызов. Признание. И самое интимное предложение, которое один наемник может сделать другому. Я дарил ей не просто часы, я дарил ей часть нашей общей истории, которую никто, кроме нас, не мог прочитать.

— Доставьте это ей, — сказал я, на этот раз, своему доверенному человеку , не оборачиваясь. — И убедитесь, что она будет одна, когда откроет коробку.

Игра вышла на новый уровень. И, черт возьми, мне никогда еще не было так весело.