12.

Август 2011 года, Берлин

Следующее утро началось с тишины. Тёплое солнце просачивалось сквозь тонкие шторы, оставляя на полу золотые разводы. За окном щебетали птицы, и где-то вдали слышался шум проезжающих машин - Берлин просыпался, не зная о том, что в одной маленькой квартире трое людей пытались забыть вчерашнюю ночь.

Том вышел из своей комнаты первым. Он не спал - почти не сомкнул глаз, прокручивая в голове вчерашнее: свой кулак, врезающийся в лицо татуированного, хруст костей, кровь. Он не жалел о том, что сделал. Он жалел о том, что Хильда это видела. Он жалел о том, что Хильда слышала те слова. Она и так пережила достаточно, чтобы ещё и смотреть, как он превращается в зверя.

- Доброе утро, - сказал он, проходя на кухню, где Хильда уже сидела за столом с чашкой чая.

- Доброе, - ответила она, но её голос был сдержанным.

Он налил себе кофе и сел напротив неё. Между ними повисла лёгкая неловкость - как будто оба не знали, о чём говорить после всего, что случилось. Но тишина была не тяжелой, а скорее уставшей.

Из коридора послышались шаги. Билл появился в дверях, сонный, взлохмаченный, с синяком на скуле и пластырем на виске. Он зевнул и потянулся.

- Доброе утро, - сказал он хрипло. - Сегодня выходной, да?

- Да, - ответил Том. - И у меня, и у тебя.

- Тогда может, погуляем? - предложил Билл, садясь за стол. - Развеемся. Сходим в кафе, как раньше.

Хильда подняла голову, и на её лице появилась тёплая улыбка.

- Я бы хотела.

- Тогда решено, - сказал Билл. - Собираемся, и через час выходим.

Через час они уже шли по утреннему городу. Солнце было тёплым, но не жарким, ветерок шевелил листья деревьев. Берлин казался спокойным, мирным - городом, который не помнил вчерашней драки.

Они зашли в уютное кафе на углу, которое всегда хотели посетить, с деревянными столиками, мягкими креслами и приятным запахом свежей выпечки. Хильда заказала горячий шоколад и круассан, Том - чёрный кофе, Билл - капучино и сэндвич.

- У меня есть идея для нового проекта, - сказал Билл, оживившись, когда принесли заказ. - Я думаю запустить кампанию для одного молодого исполнителя через социальные сети. Представьте: короткие видео, нестандартная подача, вызовы, чтобы привлечь аудиторию. Это будет вирусный контент, я уверен.

Он говорил быстро, увлечённо, жестикулируя. Хильда слушала с интересом, иногда вставляя комментарии, иногда задавая вопросы. Том молчал, потягивая кофе.

- Ты что думаешь? - спросил Билл, повернувшись к брату.

- Я думаю, это звучит неплохо, - ответил Том, но голос его был безжизненным.

- Неплохо? - удивился Билл. - Это гениально! Такое могут придумать только единицы.

- Да, да, гениально, - усмехнулся Том, но улыбка не коснулась его глаз.

Билл нахмурился. Он видел, что брат был не в своей тарелке, но решил не давить. Может быть, он просто устал. Они все устали.

А потом Том резко напрягся.

Его взгляд метнулся к окну, за которым виднелась небольшая зелёная зона - кусты и деревья, отделявшие кафе от дороги. Там, за кустами, он заметил движение. Тени. Чьи-то силуэты, прятавшиеся в зелени. Они не приближались, но и не уходили - просто стояли и смотрели.

- Уходим, - сказал Том коротко, вставая из-за стола.

- Что? - удивился Билл. - Мы только пришли!

- Я сказал: уходим, - Том бросил на стол несколько купюр и взял Хильду за руку. - Быстро.

- Том, что происходит? - спросила Хильда, но он не ответил.

Он вывел их из кафе быстрым шагом, почти бегом. Билл пытался протестовать, но Том не слушал. Только когда они оказались на оживлённой улице, среди толпы и машин, он остановился.

- Там были парни, - сказал он, переводя дыхание. - За кустами. Я видел их.

- Какие парни? - спросил Билл. - Те, что вчера?

- Нет, - сказал Том. - Другие. Я не знаю. Но они следили за нами.

- Может быть, тебе показалось? - предположила Хильда. - Ты просто перенервничал.

- Мне не показалось, - отрезал Том. - Я знаю, что видел.

Он вытащил телефон, чтобы проверить что-то, и увидел уведомление - сообщение от неизвестного номера. Одно. Два. Видеофайла.

Том открыл первое.

На экране была запись с камеры наблюдения или телефона - он не понял. Но он сразу узнал место: парк, где они были вчера. Себя. Свои руки, сжимающие кулаки, свои удары, которые он наносил татуированному. Сцена была жестокой, и он смотрел на неё с отвращением. Но когда он открыл второе видео, сердце его остановилось.

Это был подвал. Грязный, тёмный подвал с серыми стенами. На грязном диване лежала Хильда - маленькая, сломленная, в чужой футболке. Над ней склонилась фигура мужчины, и его руки делали то, что Том не мог видеть.

- Том, что там? - спросил Билл, заметив, как побелело лицо брата.

Том сжал телефон так сильно, что экран треснул.

- Что случилось? - настаивал Билл. - Том, кто тебе пишет?

- Не твоё дело, - сказал Том, убирая телефон в карман.

- Не моё дело?! - воскликнул Билл. - Мы же семья! Всё, что касается тебя, касается меня!

- Я сказал, не твоё дело! - Том повысил голос, и прохожие начали оборачиваться.

- Том, мы пережили столько дерьма вместе, - сказал Билл, и его голос дрогнул. - Ты не имеешь права отгораживаться от меня!

- Имею! - крикнул Том. - Потому что если ты знаешь, то будешь переживать и полезешь не в своё дело, и я снова буду должен тебя защищать!

- Что ты несёшь? - Билл сжал кулаки. - Я не ребёнок!

- Ты слабый, Билл! - выплеснул Том, и слова его были острыми, как ножи. - Ты тонкий, хрупкий, тебя легко повалить! Ты не можешь защитить себя сам, не то что Хильду! Я должен постоянно быть на чеку, постоянно следить, чтобы тебя не убили, чтобы её не тронули! Без меня вы бы не выжили! И вы это знаете!

Билл замер. На его лице отразилась боль - глубокая, настоящая.

- Ты считаешь меня слабым? - спросил он тихо, и в его голосе слышалась дрожь. - Ты правда так думаешь?

- Я знаю это, - сказал Том, и его глаза горели сталью. - Я всегда знал. Я всегда был тем, кто вытаскивает тебя из дерьма. Я защищал нас, когда мы были детьми. Я защищал Хильду. Я защищал тебя. А ты просто сидел и смотрел.

- Я не сидел и не смотрел! - крикнул Билл, и его голос сорвался на истерику. - Я устал видеть тебя с кровью на руках, Том! Устал смотреть, как ты превращаешься в зверя при любой угрозе! Ты думаешь, что все должны подчиняться тебе, что только ты знаешь, что делать! Но это не так! Ты бы не продержался и дня без меня!

- Что? - усмехнулся Том. - Без тебя? Я знаю, что ты приносишь деньги, Билл. Но кто заботится о том, чтобы ты был здоров? Кто держит тебя в форме? Я! А ты сидишь в своём уютном офисе и думаешь, что победил!

- Ты просто завидуешь! - крикнул Билл. - Потому что у меня получается! А ты всё ещё продаёшь гитары и даёшь уроки!

- Хватит! - вмешалась Хильда. Она стояла между ними, маленькая, но с горящими глазами. - Прекратите оба!

Но Том и Билл не смотрели на неё. Они смотрели друг на друга, как на врагов.

- Думаешь, я не знаю, что ты чувствуешь? - сказал Билл, и слёзы стояли в его глазах. - Думаешь, я не вижу, как ты каждый раз срываешься, когда кто-то угрожает нам? Я пытался быть сильным ради тебя! Ради нас!

- Ты не сильный, - сказал Том, но в его голосе уже не было злобы, только усталость. - Ты просто пытаешься казаться. Но я знаю правду. Я знаю, что мне придётся защищать тебя до конца своих дней.

- Мне не нужна твоя защита! - крикнул Билл. - Мне нужен брат! Не телохранитель!

- А мне нужна уверенность, что ты не умрёшь завтра, потому что не смог дать сдачи! - заорал Том в ответ.

- Хватит! - закричала Хильда, и её голос прорвался сквозь их ярость. - Вы ведёте себя как дети! Я не хочу больше этого слушать!

Она смотрела на них, и её глаза были полны слёз.

- Я потеряла надежду в вас, - сказала она, и голос её дрогнул. - Я иногда боюсь вас. Я боюсь, что вы снова начнёте драться, что вы убьёте друг друга или кого-то ещё. Я не хочу жить в постоянном страхе! Я не хочу бояться даже тех, кто должен быть моей семьёй!

Она замолчала, и тишина между ними была громче криков.

Том смотрел на неё, на её заплаканное лицо, на Билла с разбитым вчерашним синяком. И внезапно что-то внутри него треснуло.

- Я боюсь потерять вас! - вырвалось у него. - Мы уже потеряли маму и Гордона! Я не выживу, если потеряю вас! Я не могу больше никого терять!

Слова повисли в воздухе, горькие и честные. Том смотрел на них, и его глаза блестели от слёз, которые он сдерживал так долго.

Билл молчал. Он опустил голову, чувствуя, как внутри него тоже всё рушится. Они были правы. Все трое. Том готов был убить ради них. Билл готов был умереть ради них. Хильда готова была врать и учиться выживать ради них. Но никто не признавался в этом. Никто не хотел быть уязвимым.

- Я тоже боюсь, - сказал Билл тихо. - Но я не знаю, как быть другим.

- Я тоже, - сказала Хильда. - Я не хочу вас терять.

Они стояли на улице, три человека, которые прошли через ад и выжили. Но теперь они были разделены - не стеной, а словами, которые ранили больше, чем кулаки.

Никто не знал, что сказать дальше. Никто не хотел просить прощения. Никто не хотел уступать.

Том развернулся и пошёл в сторону дома. Быстро, не оборачиваясь.

Билл смотрел ему в спину, сжав кулаки, и чувствовал, как внутри закипает злость и боль.

Хильда стояла между ними, маленькая и потерянная, и не знала, за кем идти.

Она пошла за ними. Молча.

Дом встретил их тишиной. Том сразу же ушёл на кухню, громко хлопнув дверью. Билл прошёл в свою комнату и тоже хлопнул дверью - с силой, так, что задребезжали стёкла.

Хильда стояла в коридоре одна. Она смотрела на закрытые двери, на эти стены, которые разделяли их, и чувствовала, как внутри разрастается холод.

Она пожала плечами - едва заметное движение, полное бессилия, и тихо прошла в свою комнату. Закрыла дверь без звука.

Трое. Три комнаты. Три человека, которые любили друг друга, но не могли сейчас быть рядом. Потому что слова ранили сильнее, чем когда-либо.

Тишина наполнила квартиру. Тишина, в которой каждый из них думал о том, что сказал, и о том, что не смог сказать. И никто не знал, как сделать первый шаг к примирению.