Глава 56
— Лиза, иди сюда, нам просто нужно тебя одеть.
— Не-е-ет, я не хочу одеваться.
Я держала перед собой маленькое жёлтое платье из тонкого материала и не видела в нём ничего плохого. Вздохнув, я попыталась снова: — Девочки не ходят в одних трусах.
Лиза что-то тихонько пропищала себе под нос, потом побежала в противоположную от меня сторону и довольно резко уселась на пол. На ней был только подгузник. Она металась по комнате, отказываясь одеваться.
Я не хотела злиться — я хотела быть милой. Но как я надену на неё это платье, если она отказывается это делать? Интересно, как отреагирует Илья, если его дочь будет ходить по дому в одном подгузнике... будет ли он возражать?
— Я помогу тебе надеть платье. — Предложила я, подавшись вперед на диване, в надежде, что она уступит. И конечно, это не сработало.
По словам Ильи, Лизу недавно приучили к горшку, но она по-прежнему ходила в подгузнике, на случай непредвиденной ситуации. Когда Лизе нужно было в туалет, она смотрела в мою сторону и спрашивала, а я брала её за руку и провожала в ванную. Боже, если честно, я понятия не имела, что забота о ребенке так выматывает. Я чувствовала себя намного старше, ухаживая за ней. Мы провели вместе уже несколько часов.
Все, за исключением Дани и меня, ушли. У Ильи сегодня был выходной, так что он захотел куда-нибудь сходить, но Лиза была очень сердита этим утром, когда мы пытались заставить её поесть. Мы решили, что малышка должна остаться дома, чтобы избежать истерики на людях. Я, конечно же, вызвалась присмотреть за ней — Даня отсутствовал с самого утра, так как рано ушёл по делам.
Конечно, я понимала, что он встречается с кем-то, кто связан с Эдуардом. Мне это не нравилось — я знала, что он не должен даже думать о том, чтобы связываться с ними. Я определенно собиралась сказать ему об этом, но позже. А сейчас...
Лиза вполголоса напевала какую-то детскую песенку. Она удобно расположилась на полу, выбрасывая кубики с буквами из розовой коробки, которую держала в руках.
Я смирилась, положив платье рядом с собой, и откинулась на спинку дивана. Я очень хотела есть, но было бы странно уйти и оставить малышку без присмотра. Казалось, она никогда не сидит на месте, и это заставляло меня нервничать.
— Лиза, — сказала я наконец, — если ты не позволишь мне одеть тебя, то я заберу у тебя игрушки.
Девочка мгновенно поднялась с пола, подбежала ко мне и послушно подняла руки. Я победно улыбнулась, поднимая платье и натягивая его через её голову.
— Ты почистила зубы? — спросила я, схватив её за запястье, прежде чем она снова убежала.
Она кивнула.
— Ты голодна? Тебе нужно в туалет?
Она покачала головой.
Я подняла бровь: — Уверена?
Она обернулась через плечо, чтобы посмотреть на меня, и снова кивнула. Я отпустила её руку, и она вернулась к кубикам на полу. В этот момент я увидела Даню, спускающегося по лестнице. Он натягивал футболку через голову, когда увидел меня, а потом посмотрел Лизу.
— Где все? — спросил он.
— Ушли. — Спокойно ответила я. — Мы присматриваем за Лизой. — Я снова посмотрела на девочку, потирая виски. Тихое жужжание превратилось в монотонное гудение. Даня пошёл на кухню, чтобы перекусить.
Я всё ещё зла на него, хотя и стараюсь не показывать этого при Лизе. Я чувствовала, что он чего-то не договаривает — как будто мое мнение не имело значения. Да, он сказал мне, что подумывает о вступлении в организацию. Однако, когда я сказала ему, что думаю, он только и делал, что спорил со мной. Тогда какой смысл вообще меня спрашивать?
— Вот, поешь, — сказал Даня, садясь рядом со мной и протягивая мне кусок пирога. Он жевал вторую половину, держа в руке стеклянную чашку. Я с радостью взяла пирог, и не поблагодарив его, начала есть, автоматически переводя взгляд на Лизу, чтобы посмотреть, на месте ли она.
Волосы Дани были зачесаны на бок, он выглядел бодро. Я не заметила, когда он вернулся, но очевидно, что он уже успел немного вздремнуть.
Как я уже сказала, с Лизой было трудно справиться. Или это только мне.
Я не привыкла за кем-то присматривать.
— Когда все вернутся? — спросил Даня.
Я пожала плечами, молча взяла стакан из его руки и сделала глоток. Это было молоко.
Даня, бывший лидер опасной банды, пил молоко.
— Твой образ тускнеет, — сухо пробормотала я, не в силах сдержать усмешку.
— Какой образ?
— Образ плохого парня.
— Что ты имеешь в виду?
Я усмехнулась про себя, качая головой: — Ничего.
— Эй, я должен с тобой поговорить. — Начал Даня, доедая пирог, и смахнув крошки со штанов. — Это очень серьезно, и мне нужно, чтобы ты выслушала меня.
Он говорил медленнее, чем обычно, подчеркивая, как внимательно мне нужно слушать.
— Я слышал, в Екатеринбурге формируется банда, — сказал Даня приглушенным голосом. — Это серьёзно, Юля. Организация Эдуарда прочёсывет город… вчера на складе был убит человек. Его тело было подвешено над мостом в качестве предупреждения.
Мое лицо побледнело.
Банда… формирующаяся в Екатеринбурге?
— Они знают лидера? — тихо спросила я.
Даня покачал головой: — Это то, что они пытаются выяснить. Никто не знает, кто основал эту банду; никто не знает, где они собираются. Но, по-видимому, все шестерки из банды Лукаса и моей, формируются в новую здесь. И так как они больше не могут править в Москве, их следующая цель — Екатеринбург.
— О Боже, — в ужасе прошептала я. — Полиция знает?
— Полицейские первые обнаружили тело, но, как я уже говорил, все, что они могут сделать, — собрать как можно больше улик. Без веских доказательств они ничего не смогут сделать. Кроме тела, у них ничего нет. Организация идёт на всё, чтобы убрать этих людей до того, как сформируется банда. Им не нужны вещественные доказательства, чтобы искать и допрашивать людей.
— Значит с ними ты встречался сегодня утром?
Даня утвердительно кивнул: — Эдуард сказал мне, что организации нужен кто-то, кто сможет всем руководить. — Он посмотрел на меня. — Я нужен им, Юля.
— Это несправедливо, Даня. — Я вздохнул. — Ты же знаешь, я не хочу, чтобы ты делал это. — Меня тошнило от одной мысли об этом. Мысль о том, что Даня может быть в опасности, заставляла меня переживать.
— Это необходимо, чтобы защитить тебя. — Твердо настаивал Даня. — Чтобы защитить всех, включая моего брата и племянницу. Если эта банда начнёт деятельность, Юля, Екатеринбург может превратиться в Москву. Ты хочешь, чтобы это произошло?
— Нет. — Пробормотала я. Москва была ужасна: людей похищали с улиц, полиция была куплена, полное отсутствие закона, порядка и безопасности. Все было под контролем банд. Это был настоящий кошмар — всё, что было в Москве, не было в Екатеринбурге. Екатеринбург был в безопасности; люди присматривали друг за другом, и не относились с недоверием к каждому встречному. Было бы очень жаль, если бы Екатеринбург постепенно стал Москвой.
— Они не могут найти другого лидера? — спросила я.
— Никто не хочет занимать эту должность. — Ответил Даня.
— Что насчёт парней?
Я снова взглянул на Лизу, и вмиг замерла. Когда она ушла? Все, что я увидела — гора кубиков.
— Чёрт, — пробормотала я, оглядывая комнату. Лизы нигде не было. — Чёрт, — я встала с дивана, лихорадочно проводя рукой по волосам.
— Куда она делась? — спросил Даня, сообразив, в чём дело.
— Лиза! — громко крикнула я, и поспешила на кухню. Даня пошёл в противоположном направлении, быстро поднимаясь по лестнице. Я осмотрела весь дом, заглянула в ванную, ожидая увидеть девочку, сидящую на унитазе.
Но её нигде не было.
О Господи…
Я чувствовала, как в груди нарастает паника; возможно, я переборщила с эмоциями, но после того, как я услышала, что здесь формируется новая банда, стало в десять раз хуже. Я была на грани, моё сердце болезненно забилось в груди, когда я увидела Даню, спешащего вниз, качающего головой, сообщая, что он не нашел её.
Я рванула на задний двор, снова выкрикивая её имя, но никого не обнаружила.
— Лиза! — закричала я, прикрывая рот руками. Я едва могла дышать, моя грудь вздымалась от страха, адреналин бушевал в крови. Я поспешила обратно внутрь, не потрудившись закрыть заднюю дверь.
Где же она?
Даня пошёл проверить подвал, но вернулся ни с чем.
Первым моим страхом было, что она убежит на улицу.
Боже мой.
Пожалуйста, нет.
Затаив дыхание, я вглянула в окно и увидела как подпрыгивают светлые кудряшки, когда маленькая девочка бежала по тротуару, вытянув руки перед собой.
— Даня, — прошептала я, — она там. — Увидев её, я испытала огромное облегчение, радуясь, что она никуда не пропала. И как я не заметила, что входная дверь приоткрыта?
Даня стиснул зубы и вышел наружу, чтобы схватить её. Я могла сказать, что он был напуган, как и я, хотя его тело выглядело разъяренным. На лице Лизы отразилась паника, когда он вдруг схватил её за запястье и потащил в дом, как тряпичную куклу.
— Даня, — пробормотала я, злясь на неё за то, что она убежала, но вспомнила, что она ещё ребёнок, — не будь таким грубым.
Он проигнорировал меня.
Даня с грохотом захлопнул входную дверь, Лиза вскрикнула, и он трижды резко шлёпнул её по попе. Малышка заплакала, и мне стало не по себе, потому что она выглядела испуганной. Лицо Дани было жутко разъяренным, его глаза потемнели, а рот сжался.
Он схватил её за хрупкие плечи, заставляя смотреть на него, когда присел. — Лиза, — тихо сказал Даня, — никогда больше так не убегай. Ты меня поняла?
Я хотела открыть рот и что-то сказать, но он мягко, но достаточно сильно потряс её за плечи, чтобы снова привлечь внимание малышки. Она немного успокоилась, глядя ему прямо в глаза.
— Ты слышала, что я сказал, — тихо произнес Даня. — Ты не можешь так сбегать, ясно? — теперь его голос звучал мягко, хотя в нем всё ещё слышалась суровость.
— П-прости, я просто хотела выйти на улицу. — Прошептала Лиза, легонько касаясь своей попы маленькой ручкой. Теперь она нервно покусывала палец, выглядя робкой под властным взглядом Дани.
— В следующий раз спроси нас. — Твердо ответил Даня, тихо вздохнув. Он выпрямился, отпустив её маленькие плечи. Я встретилась с ним взглядом, зная, что он всегда делает что-то, не подумав как следует.
— Теперь я могу пойти поиграть? — тихо спросила Лиза.
Даня молча кивнул, и девочка поспешила прочь.
— Ты напугал её. — Тихо сказала я, подходя к Дане так, чтобы видеть малышку.
— Хорошо. — Заявил он.
— Тебе не кажется, что это было слишком — отшлепать её?
— Нет. Это сработало, не так ли? — я чувствовала на себе его взгляд.
Я никогда не видела, чтобы Илья поднимал на Лизу руку; может быть, поэтому Лиза всегда убегала. Может быть, ей нужна дисциплина, чтобы слушаться.
— Я так испугалась, что её похитили, — прошептала я, инстинктивно прижимаясь к Дане.
— Я знаю. — Его голос был тихим. Он обнял меня за талию и слегка потянул, так что я повернулась к нему.
Я слегка приподнялась, чтобы слегка поцеловать его в губы, и его другая рука обвилась вокруг моей талии, притягивая ближе. Я сразу же почувствовала, как таю в его руках; я знала, какой грубой силой он обладал, но касался меня осторожно, не так, как раньше, как будто хотел причинить мне вред. Теперь я чувствовала, что он оберегал меня, он был так осторожен, чтобы не напугать меня или не причинить мне боль. Это было полной противоположностью тому, как он прикасался ко мне раньше.
— Может быть, нам всем стоит сделать что-нибудь вместе, — тихо предложила я, когда отстранилась, мои руки обвились вокруг его шеи. Его голубые глаза смотрели в мои. — Ты, я и Лиза. Так будет проще присматривать за ней.
— Хорошо.
Мы отстранились друг от друга, я потянула Даню в гостиную, держа за руку, и мягко спросила Лизу: — Хэй, не хочешь услышать историю?
— Историю? — она оживилась, её заплаканные глаза снова стали нормальными, а щеки больше не пылали. — Ты имеешь в виду сказку?
— Именно, — сказала я, присаживаясь с Даней на диван.
— Обожаю истории! — она радостно воскликнула, чуть не подпрыгнув от счастья, и устремилась к нам. Конечно, я не удивилась, когда она забралась к Дане на колени, и его руки мгновенно обвились вокруг неё, чтобы она не упала. Она повернулась к нам лицом, ожидая, когда мы начнем рассказ.
— Давным-давно, — начала я, — жила-была прекрасная принцесса в волшебном, далеком королевстве. — Я посмотрела на Даню, ожидая продолжения.
Он растерянно взглянул на меня, явно не готовый что-то рассказать.
— Ей было очень грустно, — медленно произнес Даня, — потому что её родители умерли.
— Что? — спросила Лиза, широко раскрыв глаза. Я удивлённо посмотрела на него. — Её родители умерли? Как?
— Они сражались, — медленно произнёс Даня, пытаясь собраться с мыслями, — с драконом.
— Её родители сражались с драконом? — повторила Лиза. — И они умерли?
— Они сгорели заживо. — Ответил Даня.
Выражение лица Лизы заставило меня напрячься. Я подтолкнула Даню локтем, пытаясь заставить его заткнуться, и продолжила рассказ. Я знала, о чём думают маленькие девочки, ведь совсем недавно я сама была одной из них. Им нравились счастливые истории — не те, в которых родители погибали, сражаясь с драконами. Им нравились истории со счастливым концом, где добро всегда побеждало зло.
Всегда.
Лиза была очень внимательна. Её реакция на мои слова была бесценной, но вскоре она наклонилась к Дане, медленно закрывая глаза.
Я замолчала, заметив, что она спит.
— Посмотри на это, — Даня мягко улыбнулся, глядя на неё сверху вниз, — она заснула на мне.
Её голова покоилась на груди Дани. Он крепко держал её, и мое сердце наполнилось радостью, когда он наклонился, чтобы осторожно поцеловать её в макушку.
— Пойду, отнесу её в комнату. — Тихо сказал Даня, осторожно поднимаясь, чтобы унести её. Я мгновенно легла на диван, вытянув ноги. Боже, мысли о сне звучали потрясающе. Закрыв глаза, я опустила руки на живот, чувствуя себя совершенно измотанной.
Да, я не планировала заводить детей в ближайшее время. Такими темпами я наверняка сойду с ума через неделю.
— Устала? — прозвучал хриплый голос Дани, и я открыла глаза, чтобы увидеть, как он медленно склонился надо мной, опершись руками по обе стороны от меня. Он посмотрел на меня своими голубыми глазами.
— Очень устала, — тихо ответила я.
— Ты когда-нибудь хотела ребёнка? — прямо спросил Даня. Он никогда не ходил вокруг да около, всегда был грубоват и никогда не приукрашивал, но я почувствовала, что краснею от его вопроса.
— Конечно. — Тихо сказала я. — Только не сейчас. — Я слабо усмехнулась, подняв бровь. — А как насчёт тебя? Ты когда-нибудь хотел ребенка?
— Нет. — Сказал он мгновенно, не задумываясь. — Даже и в мыслях не было. — Я вспомнила о его опасной жизни. Сложно представить, чтобы у него был ребёнок, когда он был лидером опасной банды.
— И ты не хочешь детей? — медленно повторила я.
Он пожал плечами, покусывая щеку изнутри. — Думаю, когда-нибудь я бы не отказался. — Он снова посмотрел на меня, и не успела я опомниться, как он уткнулся лицом мне в шею, царапая зубами мою чувствительную кожу. Он разместился между моих ног, держа их раздвинутыми, чтобы освободить для себя место.
— Даня, — хихикнула я, — что ты делаешь?
— Устраиваюсь поудобнее. — Ответил он, наклоняясь так, чтобы каждый миллиметр наших тел был прижат друг к другу. Его лицо все ещё утыкалось в изгиб моей шеи, его светлые волосы касались моего подбородка. Я утопала в его запахе.
Я немного поёрзала под ним; мне было неудобно, если не считать того, что мои ноги были широко расставлены, так как Даня находился между ними.
— Не двигайся, — глухо простонал Даня. — Или мне придется полностью раздеть тебя и трахнуть.
Мои щёки мгновенно вспыхнули от его прекрасно подобранных слов, и я напряглась. Мои глаза настороженно уставились на его макушку.
— Даня, слезь с меня.
— Почему? Тебе неудобно?
— Нет. Ты меня раздавишь.
Даня отстранился от меня, и я зашевелилась, чтобы устроиться поудобнее, как он внезапно развернул нас так, что он оказался подо мной, а я сверху. Мои ноги теперь обвивали его талию, а тело склонилось над ним. Хитрая ухмылка тронула его губы, когда он посмотрел на меня.
— Теперь тебе удобно? — хрипло спросил он. — Я знаю, это твоя любимая поза, верно?
Его руки медленно поползли к моей заднице, крепко сжимая её. Мои щёки вспыхнули от его прикосновения; Даня был прав —это моя любимая поза. Но как он узнал об этом?
— Мне действительно нравится эта поза, — пробормотал Даня, его руки игриво приподняли мою футболку, а глаза жадно посмотрели вниз на мою оголенную кожу.
— Нет, Даня, — я смутилась и широко улыбнулась, в попытке оттолкнуть его руку. Я чуть приподнялась, но его хватка была очень сильной, и не позволяла полностью оторваться от него.
— Хах, — отчитал меня Даня, внезапно шлепнув по заднице, заставив прикусить губу и слегка вздрогнуть от внезапного движения. Его губы растянулись в ухмылке, когда он заметил мою реакцию. — Не слезай с меня, детка, или мне придётся тебя наказать. — Он немного приподнялся, его рука медленно потирала то место, где он шлепнул меня. Его губы наклонились к моему уху, я могла чувствовать его горячее дыхание, голос был низким и развязным: — Тебе нравится, когда я контролирую процесс. Когда я полностью доминирую? Хм? Тебе это не нравится? — его руки сжимали мою задницу, подталкивая меня все ближе и ближе, пока он продолжал шептать мне на ухо.
— Тебе нравится, как я могу заставить тебя подчиниться моей воле, — хрипло прошептал он. — Тебе это нравится, хотя я уверен, что ты никогда в этом не признаешься. Но ты как открытая книга, Юля. Твои щёки краснеют, когда я шлепаю твою непослушную задницу, а твоя гребаная киска промокает, когда я упираюсь в тебя. — Его глаза резко потемнели, а голос становился все грубее, когда он продолжал свой грязный монолог. Я могла сказать, что он возбуждался от идеи, которую рисовал в своём мозгу. Его ухмылка исчезала, а дыхание становилось тяжелее.
— Черт побери, — застонал Даня, когда я случайно прижалась к нему бедрами, нуждаясь во внезапном контакте. — Я так хочу трахнуть тебя прямо сейчас. — Он остановился, оглядевшись вокруг, чтобы убедиться, что мы одни.
И я хотела его, прямо сейчас, так же сильно, как и он меня. Я чувствовала, как мои трусики становятся влажными, от образов, которые всплывали в моей голове, это сводило меня с ума.
— Мы не будем трахаться на диване Ильи, Даня. — Сказала я наконец, осознав, что Даня на самом деле собирается это сделать.
Он вздохнул: — Хорошо, хорошо. — Он снова криво усмехнулся мне, когда его сильные руки внезапно подняли меня вверх. Он распрямился, в то время, как я все еще сидела на его талии. Я мгновенно обхватила руками его шею, чтобы не упасть, с губ сорвался сдавленный стон, когда я почувствовала его большие руки под своей задницей, удерживающие меня на нём.
— Может, я смогу взять тебя прямо здесь, — прошептал Даня, грубо прижимая меня к стене. Его влажные губы исследовали мою шею, облизывая и жадно посасывая. — У этой чертовой стены. Хм? Что ты об этом думаешь?
Его бедра упирались в меня; он был таким сильным и мощным, как какая-то машина. Что меня удивило, так это то, как легко он смог удержать меня одними руками, хотя теперь у него была стена для поддержки.
— Даня, пойдем в нашу комнату. — Сказала я, не в силах больше сдерживаться. Он отстранился, чтобы встретиться со мной взглядом, видя моё желание, прежде чем кивнуть в знак согласия. Сделав это, он снова поднял меня и отнес в нашу комнату, чтобы мы могли закончить начатое.