Глава 41 (часть 1)

Его рука полностью сжала моё горло и медленно, очень сильно, начала сдавливать мою нежную кожу. Из моего горла вырвался хрип, приглушённый тем, что мои дыхательные пути внезапно сжались от нарастающего давления. Я тут же начала дёргать его за руку, пытаясь оттолкнуть от себя. К моему сожалению, его хватка была сильной и безжалостной, глаза защипало, когда его пальцы напряглись, усиливая давление.

— Нет! – я слышала крик Кати. – Отпусти её! Отпусти её!

Я была бессильна, слёзы навернулись на глаза, когда я осознала, что не могу дышать. Мои ноздри раздувались, в попытке сделать глубокий вдох, я чувствовала жжение в горле.

На мгновение давление ослабло, когда я услышала, как Женя набросился на Катю. Её тело ударилось об стену, когда он с силой оттолкнул её. Мой рот был открыт в безмолвном ужасе, в глазах застыла паника.

Если он продолжит, я буду мертва.

Я могла чувствовать, как горят мои лёгкие от недостатка кислорода, а его голые руки вновь сдавливают мне горло. Я с трудом соображала, где нахожусь и кто я.

В момент смерти всё становится размытым.

Я смотрела вперёд, но больше не видела тела Полины, лежащего на кровати, или белых стен вокруг. Нет. Всё, что я могла видеть – неизбежную смерть, так что, возможно, это мои последние минуты на земле. Я чувствовала, как солёные слёзы текут по моим щекам, когда мои руки безвольно упали по бокам. Я больше не хрипела; моё тело обмякло, наваливаясь на Женю, его рука придерживала меня за талию, а вторая сжимала моё горло, как удав стягивает свою добычу.

Это всё. Это конец.

Я сразу подумала о родителях – вспомнила тот день, когда мама впервые привела меня в детский сад. Я была такой скромной, и больше всего на свете мне хотелось, чтобы она осталась рядом. Потом я вспомнила, как окончила начальную школу, отец принёс мне красную розу, чтобы поздравить с успехом и высокими оценками. Это было удивительно; несмотря на то, что я не разговаривала с родителями в течение долгого времени, они были последними, о ком я могла думать в эти минуты. Секунды казались мне часами – я чувствовала себя так, словно меня вытащили из тела и я наблюдала фрагменты своей жизни на большом экране телевизора.

Голова закружилась.

Подсознание помутнело, и последнее, что я вспомнила, было то, как я впервые приехала в Москву.

Я вспомнила, как была очарована ею. Я влюбилась в литературу, в исторические места города, это, определенно, была любовь с первого взгляда. Я вспомнила, как вышла из такси и улыбнулась, глядя прямо на Красную площадь.

Я знала, что моё место здесь. Я чувствовала это.

И вот, сейчас, я умираю в Екатеринбурге, совершенно другом городе.

Женя говорил со мной, я ощущала его дыхание, но не слышала его. Казалось, мир погрузился в полную тишину – единственным звуком, который я слышала, было моё прерывистое дыхание и биение моего сердца, отдававшееся эхом в моем затуманенном сознании.

Мои глаза закрылись, губы посинели, я произнесла что-то невнятное. Сейчас я не думала – я приветствовала обволакивающую темноту, приветствовала смерть, которая обязательно придет.

Даня.

Я беззвучно произнесла его имя, и моя голова откинулась назад, как раз в тот момент, когда я почувствовала, что мой мир перевернулся с ног на голову. На несколько мгновений я погрузилась в кромешную тьму, самую чёрную, что я когда-либо видела. Она была темнее, чем тогда, когда я впервые встретилась с Даней в том разрушенном здании – темнее, чем в запертом шкафу.

Как однажды сказал мне Даня, тьма – ничто. Пустота.

Вокруг было так тихо и спокойно.

Не было ни звука.

Не было криков.

Не было абсолютно ничего. Только пустота.

Тихая смерть.

Лёгкая смерть.

Я, чуть видимо, улыбнулась безмятежности, которая нахлынула на меня. Я провела в страхе столько дней и часов, чувствуя себя запуганной 24/7, и сейчас, было так приятно, почувствовать это спокойствие.

Возможно, смерть – это не так уж и плохо.

Вдруг яркий свет ослепил меня. Я открыла глаза и поняла, что лежу на полу. Моё горло горело, я сильно кашляла, а слюна стекала по подбородку. Мои глаза распахнулись в замешательстве, когда я схватилась за ковёр, чувства вернулись в считанные секунды.

Я была жива?

Я осторожно дотронулась до шеи и ощутила жар и пульсацию под моим прикосновением. Я услышала позади себя какие-то звуки и обернулась, увидев, как Артур прижимает Женю к стене, крепко держа его за воротник. Женя не выглядел испуганным или виноватым; он просто смотрел на Артура пустым отрешенным взглядом.

— Даня убьёт тебя, – прорычал Артур, – он убьёт тебя, чёрт возьми, ты понимаешь это?

— Мне плевать, – смело ответил Женя. – Эта сука должна умереть. Она всего лишь развлечение, игрушка. Я не понимаю, почему Даня так заинтересован в ней.

Я зарыдала, ощутив невыносимую боль. Мне казалось, будто слон наступил мне на горло, я громко плакала, не в силах справиться со страхом, прижимаясь спиной стене и обнимая свои колени. Я начала раскачиваться из стороны в сторону, волосы прилипли к моему заплаканному лицу.

Я почти умерла.

Я почти умерла.

Я всё ещё чувствовала его пальцы на своем горле. Я всё ещё слышала его резкий голос – кровь прилила к моим щекам.

И вдруг – мне не захотелось умирать. Я захотела жить, увидеть огромный мир, захотела купить кофе в ближайшем магазине, и снова почувствовать солнце на своей коже. Было так много всего, чего я никогда раньше не делала, но всё ещё хотела сделать – так много вещей, ради которых стоило жить.

Я не хотела умирать.

Я хотела жить.

Но, через несколько мгновений, все кончилось.

***

В комнате послышались шаги, первым вошёл Лёша. Его голубые глаза сразу же посмотрели на Полину, а затем на меня. Его лицо ничего не выражало, когда он повернулся и увидел, что Артур снова кричит на Женю, грубо встряхивая его, заставляя осознать, в каком дерьмовом положении он сейчас находится.

— Что, блять, здесь происходит? – раздался резкий голос Дани, и Лёша отошёл в сторону, пропуская его вперёд. Его голубые глаза мгновенно остановились на мне, изучая мой потрепанный вид и слёзы, его лицо исказилось от ярости. Я видела его таким раньше – я видела его таким, когда тот человек, в клубе, пытался похитить меня. Такое разъярённое лицо у него было только тогда, когда он был готов на убийство.

Даня присел передо мной на корточки, всего за несколько секунд, молча убирая мои волосы, чтобы осмотреть мою шею. Должно быть, он что-то увидел, потому что его глаза засверкали, он выпрямился и повернулся к Жене.

Артур отпустил его, отходя в сторону, а Женя холодно посмотрел Дане в глаза.

— Не знаю, что с тобой не так, – начал Женя, – но эта сука – всего лишь способ отвлечься. Она проблема, приятель.

Даня ничего не ответил. Теперь я видела, что Олег присоединился к Лёше с серьёзным выражением лица, наблюдая за происходящим. Я же, напротив, прижалась к стене, тихо всхлипывая. Я не могла остановиться.

Я впервые в жизни испытала такой страх.

— Напомни, что я сказал тебе в прошлый раз?

Голос Дани был тихим и спокойным, жутким и требовательным. От звука его голоса по рукам побежали мурашки, и в комнате воцарилась мёртвая тишина.

Женя пожал плечами, задумался.

— Ты сказал мне не прикасаться к ней.

Всё происходило так быстро, что мне пришлось приложить усилия, чтобы внимательно следить за происходящим. Даня внезапно прижал Женю к стене, его рука сдавила шею парня. Его хватка была крепкой, и я могла видеть, как Женя немного сопротивляется.

— Я отдал тебе грёбаный приказ, – громко выкрикнул Даня, отчего Олег медленно запер входную дверь.

— Я пытаюсь помочь нам, – громко ответил Женя, в его голосе чувствовалось напряжение. – Разве ты не видишь, что она делает с тобой? Она делает тебя слабым.

Он замолчал, когда Даня нанёс мощный удар прямо ему в живот; Даня отпустил его шею, и я была удивлена, что Женя даже не согнулся от удара. Он был сильнее этого. Однако Даня ударил Женю в лицо, и в этот момент его, будто, переклинило.

Он бил Женю по лицу снова и снова, его удары были быстрыми и мощными. Мой плач прекратился, когда я услышала это. Я увидела, как тело Жени отбросило к стене от неконтролируемой ярости Дани.

Я даже представить себе не могла, что кто-то может получить такой удар, особенно от Дани.

Даня не останавливался ни на секунду, и я была потрясена, что Женя просто принимает удары – он не поднял руки, чтобы защитить лицо, и не сопротивлялся. Думаю, всё произошло настолько быстро, а боль была невыносимой, что у Жени просто не было шанса дать отпор.

Всё дошло до того, что Женя упал на пол. Даня стоял над ним, и я физически ощущала, как грудь Дани слегка вздымается от напряжения. Женя неподвижно лежал на полу, его лицо было в крови, правый глаз распух и почернел, он кашлял кровью. Я подумала, что это конец.

Но это было только начало.