10 глава

Таисия.

На следующий день я приехала в зал пораньше. Каблуки — вот моё лучшее лекарство от любых мыслей.

Когда девчонки собрались, в зале сразу стало шумно. Десять девушек переобувались, затягивали ремешки на шпильках, перешептывались, делясь сплетнями. Но стоило мне выйти в центр паркета, как все разговоры мгновенно прекратились. Команда знала: когда я в зале, начинается чистая работа.

Сегодня у нас был класс по High Heels. На мне были те самые короткие облегающие шорты, топ и черные туфли на шпильке.

— Так, девочки, внимание! Встаем в шахматку, — громко скомандовала я, хлопая в ладоши. Голос звучал уверенно, по-боссовски. — Сегодня у нас новая связка. Вайб очень дорогой, пластичный, но с жесткими акцентами. Мне не нужна от вас дешевая пошлость. Мне нужно искусство. Держим ось, спины ровные, коленные чашечки натянуты. Каблук — это продолжение вашей ноги, а не враг. Приготовились!

Я включила качающий, тягучий бит. Зал наполнился плотным звуком.

— И раз, два — ленивый шаг с бедра, три, четыре — фиксация корпуса, — громко надиктовывала я счет, двигаясь впереди всех и ловя наши синхронные отражения в зеркальной стене. — На пять делаем глубокий прогиб в спине, раскрываем грудную клетку. Шесть — ломаный переход вниз. Падаем в партер плавно, как кошки, коленями пол не бьем! Семь, восемь — выталкиваем бедра вверх! Рабочая техника, девочки, чистим пальцы, кисти не висят!

Девчонки за моей спиной тяжело дышали, стараясь успевать за моим бешеным темпом и пугающей точностью движений.

Связка подходила к кульминации, где шел самый сложный технический трюк. Я пошла по диагонали, набрала скорость на шпильках, сделала резкий, красивый разворот и ушла в глубокий, контролируемый срыв в партер — прыжок на руках с вытяжкой ног в идеальный вертикальный шпагат прямо над полом. Это было эффектно, резко и требовало стопроцентной концентрации.

И именно в эту микросекунду, когда я находилась в воздухе на руках, до моих ушей сквозь плотный бит колонок донесся знакомый, тихий скрип тяжелой дубовой двери зала.

Я чисто на профессиональных рефлексах идеально докрутила трюк, мягко приземлилась на бедро в партере и собиралась уже скомандовать продолжение связки, но музыка вдруг перестала иметь значение. Наш пугающий синхрон поплыл. Все десять девушек за моей спиной резко замерли, полностью ломая рисунок танца, и как по команде повернули головы в сторону входа. По залу мгновенно пополз волнительный, шокированный шепот.

— Офигеть... Гриша? — выдохнула Аня, округлив глаза.

— Блин, Гриша... Смотри, это же Буда! — зашептали девчонки со всех сторон, мгновенно забыв про ось, натянутые коленки и мою жесткую дисциплину. — Гриша пришел... Тася, там Гриша!

Я медленно, лениво поднялась с прохладного паркета, ни разу не покачнувшись на каблуках. Сердце внутри сделало глухой, мощный кульбит, а к щекам моментально прилила знакомая волна жара. Поправляя высокий хвост, я медленно развернулась лицом к дверям.

В проеме, расслабленно прислонившись плечом к косяку, стоял Гриша. На его губах играла ленивая ухмылка парня, который прекрасно понимал, какой хаос он только что устроил своим появлением в моем королевстве. Но девчонки за моей спиной пищали не только от его присутствия.

В руках он держал неприлично огромный, колоссальный букет нежно-розовых кустовых роз. Столько мелких, пышных бутонов, бережно завернутых в плотную нежно-розовую матовую бумагу, я в своей жизни не видела. Букет был настолько гигантским и тяжелым, что почти полностью закрывал его широкую грудь, а тонкий, сладковатый аромат свежих роз мгновенно заполнил весь зал, начисто перебивая запах пота и канифоли.

Ляхов не сводил с меня взгляда, явно наслаждаясь тем, как его вчерашняя «котёна» пытается удержать маску строгого босса на глазах у всей своей команды, пока он стоит здесь с охапкой цветов.

— Ну привет, — хрипло, с легкой ухмылкой протянул Гриша, делая ленивый шаг внутрь зала, отчего девчонки позади меня синхронно затаили дыхание. — Не помешал? Я тут мимо проезжал, решил завезти за вчерашнее. Так сказать, комплимент твоему таланту.

Я замерла, скрестив руки на груди и изо всех сил стараясь, чтобы мои губы не дрогнули в ответной улыбке, хотя внутри всё просто кричало от дикого, сумасшедшего восторга.

Девчонки позади меня продолжали шумно перешептываться, и этот восторженный писк в моем собственном зале ломал всю мою выверенную годами дисциплину. Я сделала глубокий вдох, усмиряя бешено бьющееся сердце, и уверенно зашагала к Грише.

Я подошла к нему вплотную. Тонкий, невероятно сладкий аромат огромной охапки нежно-розовых кустовых роз тут же окутал меня, смешиваясь со шлейфом моих собственных пряных духов.

— Привет, — тихо, но чертовски твердо сказала я, глядя прямо в его хитрые глаза.

Я протянула руки и забрала этот огромный букет. Цветов было настолько много, а матовая розовая бумага оказалась такой тяжелой, что мне пришлось приложить усилия, чтобы удержать эту колоссальную охапку. Гриша лениво улыбнулся, выпуская стебли из рук, и его пальцы на долю секунды невесомо скользнули по моим запястьям, обдав их знакомым обжигающим теплом.

Я развернулась к замершей команде. Букет закрывал меня чуть ли не до подбородка, но мой голос прозвучал как щелчок кнута — ледяной, громкий и не терпящий возражений.

— Так, а ну тихо! — рявкнула я на весь зал, и девчонки мгновенно подобрались, прекращая всякий шепот. — Стоит какому-то рэперу зайти в зал, и у вас моментально летит к чертям вся рабочая техника, ось и синхрон?! Аня! Позиция в шахматке где?! Почему стопы расслаблены?!

Девочки испуганно переглянулись, вжав головы в плечи. Они прекрасно знали: злая Таисия — это гарантия того, что они не выйдут из зала до полуночи.

— Чтобы через тридцать секунд финал связки был вычищен до блеска! — продолжала жестко чеканить я, ставя гигантский букет роз на подоконник. — Включаю трек на повтор. Без меня. Зубы сводить должно от четкости, коленями пол не бить! Пока не увижу идеальный срыв в партер, никто из зала не уйдет. Работаем!

Я резко нажала на пульт, и зал снова взорвался плотным, качающим битом. Девчонки моментально, без единого лишнего звука, заняли свои исходные позиции и начали изнурительно вкалывать, боясь даже посмотреть в нашу сторону.

Повернувшись к Грише, я скрестила руки на груди. Он стоял, засунув руки в карманы объемных штанов, и из-под козырька бейсболки наблюдал за моей тирадой со своей фирменной, до безумия харизматичной и довольной ухмылкой. Мой строгий командирский тон его ни капли не напугал — наоборот, его глаза опасно блестели от дикого восторга. Ему явно нравилось на это смотреть.

— Идём за мной,  — коротко бросила я ему.

Развернувшись на каблуках, я решительно шагнула к выходу, открыла тяжелую дубовую дверь и буквально утащила Гришу в коридор, чтобы поговорить без лишних ушей.

Дверь за нами захлопнулась с глухим стуком, отрезая нас от громкого бита и танцующих девочек. В длинном, прохладном коридоре старого завода воцарился полумрак. Я резко развернулась к нему лицом, уперлась ладонями в свои бедра, обтянутые ультракороткими черными шортами, и сердито прищурилась, глядя на него снизу вверх.

— Ляхов, ты совсем? — высказала я ему, стараясь говорить приглушенно, но со всей накопившейся злостью. — Ты заваливаешься прямо посреди моей тренировки с букетом, который в дверь еле проходит? Ты зачем мне всю дисциплину ломаешь перед девчонками?!

Гриша лениво отлепился от стены, сделал один медленный шаг ко мне, полностью уничтожая ту самую рабочую дистанцию, и хрипло, тихо рассмеялся, глядя мне прямо в глаза:

— Ну тихо, тихо, — его бархатный утренний голос прозвучал так близко, что у меня по коже моментально побежали колючие мурашки. — Я же сказал — просто мимо проезжал. Захотел котёне приятное сделать. Чё ты опять своего генерала включила? Скажи честно, цветы-то понравились?

Дыхание всё еще было слегка сбитым после трюка в зале, а сердце внутри колотилось так, что, казалось, его стук эхом разносился по всему пустому коридору лофта. Я изо всех сил продолжала держать оборону, глядя на него своим самым строгим взглядом.

Гриша лениво перенес вес тела на одну ногу, засунул руки глубоко в карманы своих широких штанов и чуть прищурился. В этом его движении было столько этой его фирменной, до безумия харизматичной расслабленности. На его губах играла ленивая, ухмылка парня, который вообще никуда не спешит, полностью уверен в каждом своем слове и видит меня насквозь. Мой строгий тон его не то что не напугал — он его откровенно забавлял.

— Жесткая ты, конечно, — хрипло, с легким смешком протянул он, качнув головой в бейсболке. — Я сейчас стоял там и думал: бедные девчонки. Ты с ними реально как генерал в армии. Чуть что не так — сразу расстрел на месте. Но, если честно, выглядит это чертовски сексуально.

— Это называется профессионализм, Ляхов, — отрезала я, упрямо вздернув подбородок и стараясь проигнорировать то, как от его слов по коже побежали колючие мурашки. — За цветы спасибо, они красивые. А теперь тебе пора. У меня класс, девчонки вкалывают.

Гриша тихо, низко рассмеялся, оценив мою попытку снова выстроить между нами каменную стену. Он медленно вытащил руки из карманов и сделал один короткий, плавный шаг вперед. Вся его ленивая манера в секунду сменилась такой обжигающей, ошарашивающей нежностью, что у меня воздух в легких застрял.

Прежде чем я успела сделать хотя бы шаг назад, его большие, горячие ладони легли мне на лопатки. Гриша осторожно, но очень уверенно потянул меня на себя и мягко обнял, утыкаясь носом куда-то в район моего растрепанного высокого хвоста. От него шло такое сильное, магнетическое тепло, а его футболка так отчетливо пахла табаком и утренним кофе, что вся моя оборона внутри просто капитулировала. Я замерла в его руках, шумно выдохнув и на секунду позволив себе расслабиться в этих стальных, но таких бережных объятиях.

— Ладно, ухожу, ухожу, — тихо, почти шепотом провибрировал его хриплый голос прямо мне в макушку. Его пальцы аккуратно, успокаивающе погладили мою спину сквозь ткань топа. — Не буду срывать тебе тренировку.

Он чуть отстранился, но рук с моих плеч сразу не убрал.

Он наклонился к самому моему уху, обжигая кожу горячим дыханием, и тихо, с ленивой хрипотой прошептал:

— До встречи, котёна. Только шорты эти свои больше не надевай, ладно? А то я начну на твои тренировки каждый день вместо студии ходить. Помидоры завянут у моих пацанов без треков.

Он лениво подмигнул мне, резко развернулся и своей вальяжной, качающейся походкой направился к выходу из коридора, на ходу закидывая руки обратно в карманы.

Продолжение следует...
_________________________

Ставим звездочки, если нравится история!!🩶🩶