Глава 19.
Месяц спустя...
Дамир не спал. Он лежал на кровати в своих апартаментах и вслушивался в дыхание Снежаны. Тонкое, ровное, с лёгким свистом - она прижималась щекой к его плечу, пальцы вцепились в край его футболки, будто даже во сне боялась, что его заберут. За окном шумел город, где-то лаяли собаки, а лампа под потолком мерцала, как умирающий светлячок..
Он повернул голову, вдохнул запах её волос. Ромашка и яблочный шампунь... Простая, маленькая, светлая - русалка, которую он нашёл в проклятом клубе и которая теперь стала его единственной точкой опоры.
- Я знаю, что ты не спишь, - шепчет она, уткнувшись носом в его ключицу.
Его рука сжимается на ее талии. Пальцы - стальные... даже в расслабленном состоянии. Он поворачивает голову, и в темноте комнаты его глаза горят двумя углями, тлеющими в золе.
- Боишься? - голос хриплый, как наждак по дереву.
- За тебя - да.
- Зря. Я выиграю. - Он говорит это так, будто объявляет погоду на завтра. Сухо. Без пафоса.
Снежана приподнялась, оперлась на локоть. В темноте её глаза блестели, как вода в ночном озере - глубокие, испуганные, но с тем огоньком, который он полюбил с первого взгляда.
- Я боюсь, Дамир..
- Знаю. Не надо.
- Он большой. ..этот американец.. Я видела его фото в интернете. У него руки как брёвна..
Дамир усмехнулся, провёл ладонью по её щеке, большим пальцем по скуле - невесомо, будто боялся разбить.
- Ты не понял... - она подалась вперёд, губы почти касались его губ. - Я боюсь за тебя. Я боюсь за нас. Если ты проиграешь - он сделает больно тебе. Если выиграешь - он сделает больно мне. Но на себя мне плевать.. Удав сказал, что после боя... что он решит, что со мной делать..
Дамир замер. В груди что-то оборвалось, упало камнем в живот. Он притянул её к себе, вжал в грудь, чувствуя, как она дрожит - мелко, часто..
- Слушай меня, - его голос стал твёрже стали. - Завтра я выйду в клетку. Я выиграю этот бой. А потом - я заберу тебя. Что бы ни случилось..Моя..
- Но Удав...
- Удав - мёртвый узел, который мы разрубим. Я тебе обещаю.
Она подняла голову, посмотрела ему в глаза. Долго. Изучающе, как врач смотрит рентгеновский снимок. А потом поцеловала - не нежно, а жадно, отчаянно, вкладывая в этот поцелуй всю боль, страх, надежду..
И он ответил..нежно прижимая ее к себе...обнимая и целуя ее плечи..
- Дамир, - она проводит ладонью по его скуле, - если с тобой что-то случится...
- Ничего не случится. - Он перехватывает ее руку, целует ладонь. Губы сухие, горячие. - Я дал слово. Ты выйдешь отсюда. Мы выйдем вместе. Ложись, - говорит он, притягивая ее к себе. - Завтра будет долгий день.
Снежана утыкается лицом в его шею, вдыхает запах - мыло, цитрус и дым.. И засыпает под ритм его сердца, которое бьется ровно и глухо, как метроном смерти.
*****
Утро ворвалось в комнату серым светом, запахом кофе из кухни и голосами, которые уже гуляли по коридору. Дамир ввгел из душа - Снежана сидела на краю кровати, одетая в платье, которое ей принесли: тёмно-синее, облегающее, с глубоким вырезом. Волосы распущены, губы накрашены нежнвм розовым блеском.. Кукольная. Красивая до боли.
- Что ты смотришь? - она попыталась улыбнуться, но губы дрогнули.
- На тебя смотрю, - он сел, взял её за руку. - Ты как картинка.
Меня одели, - её голос дрогнул. - Сказали, что я должна сидеть в первом ряду. Рядом с ним.
Дамир стиснул зубы. Встал, натянул спортивный костюм. Не оборачиваясь, бросил:
- Ты справишься.
- А ты?
Он обернулся. В его глазах полыхнула та самая ярость, что гнала его бить мешок до кровавых мозолей.
- Я иду убивать..
*****
Пресс-конференция проходила в зале, забитом под завязку. Камеры, микрофоны, вспышки, гул голосов - всё сливалось в один сплошной шум. Дамир сидел за столом, напротив - Мустанг. Американец возвышался на добрых десять сантиметров, плечистый, с бычьей шеей и холодными глазами, в которых не было ни искры человеческого.
- Ты похож на голодного щенка, Тигр, - улыбнулся Мустанг, сверкнув идеальными зубами. - Я тебя порву в клетке.
Дамир не ответил. Он смотрел прямо перед собой, на объективы камер, но видел только одно - Снежану в первом ряду. Рядом с ней сидел Удав - с маслянистой улыбкой, в дорогом пиджаке. Его рука лежала на подлокотнике её кресла, почти касаясь её плеча. И Снежана сидела прямо, как струна, сжав кулаки на коленях.
Зал гудит. Лампы слепят, вспышки фотокамер режут глаза. За длинным столом - Дамир и его команда с тренером Ринатом, а американец и его команда справа.
Мустанг...
Прозвище говорит само за себя: он крупнее, выше, шире в кости. Челюсть квадратная, как кирпич, глаза - две льдинки, налитые презрением.
Дамир сидит расслабленно. Откинулся на спинку стула, руки скрещены на груди. Лицо - каменная маска. Ни единой эмоции.
Мустанг берет микрофон, усмехается. Его русский ломаный, с жестким акцентом:
- Ты Тигр, да? Я вижу Тигра. Ты большой кот. Но я - конь. Конь топчет копытами. Я трахал котов. Ты слышал, да?
В зале смешки. Журналисты заерзали. Кто-то обернулся на Удава - тот улыбается своей липкой улыбкой..
Дамир смотрит в глаза американцу. Не моргает. Медленно берет свой микрофон. Его голос - низкий, спокойный, режет воздух без напряжения:
- Коней забивают на мясо. Я видел твои бои, Мустанг. Ты дерешься, как баба на базаре - много шума, мало толку.. и я заставлю тебя жрать настил. Будешь искать зубами свои яйца, которые я тебе оторву.
Тишина взрывается аплодисментами. Журналисты защелкали камерами, операторы рванули ближе. Мустанг встал, заскрипел стулом. Даже не дернулся. Только хмыкнул.
- Стердаун! - объявил ведущий.
Дамир поднялся. Мустанг встал напротив. Они сошлись лицом к лицу - и американец попытался надавить взглядом, показать доминанту. Но Дамир не моргнул. Стоял, как скала, смотрел сквозь - в пустоту, где осталась только холодная решимость.
- Ты даже не моргаешь, - усмехнулся Мустанг, но в его голосе проскользнула тень неуверенности.
- Я считаю твои зубы, - ответил Дамир тихо, так, чтобы услышал только соперник. - После боя их будет на три меньше.
Мустанг дёрнулся, но сдержался. Камеры защелкали, зал взорвался аплодисментами.
Дамир развернулся, пошёл к выходу. На секунду задержал взгляд на Снежане - она смотрела на него, губы шептали: «Вернись». Он кивнул, одними ресницами, и вышел..
Снежа сидит в первом ряду. Ее нарядили в короткое платье, уложили волосы. Она чувствует себя куклой - вымытой, расчесанной, высаженной на витрину. Рядом - Удав. От его дыхания пахнет одеколоном и дорогим табаком. Он кладет ей руку на колено, сжимает. Она не дергается - только зубы сжимает до скрипа.
- Хороший мальчик? - говорит он, кивая на Дамира. - Смотри, как смотрит на тебя. Прямо пылает. Но ты не переживай, завтра он будет моим. И ты - моей..
*****
Бой.
Арена гудела. Десять тысяч зрителей, рев, свет, дым, музыка - всё сливалось в адскую какофонию. Дамир стоял в углу клетки, черные бинты на кулаках, слушал, как комментаторы разогревают толпу..
В красном углу - непобеждённый Мустанг Майкл Хьюз! Двадцать три победы, девятнадцать из них - нокаутом ! Американец, который не знает пощады!
Крик толпы. Рёв. Мустанг вышел в клетку, поднял руки, ударил себя в грудь - звук как выстрел.
В синем углу - Тигр Дамир Воронов! Девятнадцать побед, ни одного поражения! Местный герой, который никогда не сдаётся!
Дамир шагнул в клетку. Свет слепил глаза, но он нашёл её взглядом. Снежана сидела в первом ряду, Удав наклонился к её уху, что-то шептал. Она не отводила глаз от Дамира.
Гонг.
Мустанг рванул вперёд, как бык. Массивный, быстрый, с размашистыми ударами - он пытался задавить весом, завалить в углу, разбить корпус. Первые три минуты Дамир работал защитой, уходил в ноги, клинчевал, терпел. Каждый удар американца отдавался в рёбрах - даже сквозь блок пробивало дрожью.
Ты бегаешь, щенок! - рычал Мустанг, вколачивая лоу-кик в бедро Дамира.
Мустанг начинает уставать. Вдохи тяжелеют, удары теряют скорость. Он отшагивает, переводит дух, смотрит на Дамира с недоумением: почему этот русский еще стоит?
Дамир поднимает голову. В углу его рта - кровь. Капает на подбородок, на грудь. Он улыбается.
- Всё?! - голос прорывается сквозь шум зала. - А я только начал.
Второй раунд начался агрессивнее. Дамир включил скорость - двойка, заход сбоку, хук в корпус. Мустанг охнул, но не сломался. Ответил апперкотом, снёсшим голову Дамира назад. Кровь из рассечения на брови залила глаз.
Бей! - заорал кто-то из зала.
Дамир вытер рукой кровь, улыбнулся. Увидел, как Удав наклонился к Снежане, и она побледнела, сжалась. Что-то в Дамире переключилось. Зверь поднял голову...
Третий раунд.
Мустанг пошёл добивать. Серия ударов, Дамир ушёл в глухую защиту - но в какой-то момент американец открылся. На секунду. На мгновение.
Этого хватило.
Дамир взорвался. Апперкот в печень - Мустанг сложился. Колено в голову американец ушёл назад, но потерял равновесие. И Дамир накрыл его градом ударов. Правый, левый, правый - серия, от которой сотрясалась клетка.
И тут Мустанг ударил в больное плечо Дамира..то самое которое месяц назад он вывихнул... парень побледнел но виду не подал.
Третий раунд превратился в кровавую баню.
Дамир отшатнулся к сетке, правая рука безвольно повисла вдоль тела - плечо взорвалось адской болью, отдавая в шею, в затылок, в самый позвоночник. Он стиснул зубы так, что на коренных хрустнула эмаль. Кровь с рассечения заливала глаз - мир расплывался красной пеленой, сквозь которую он видел Мустанга, наступающего с победным оскалом.
- Сломался русский! - взревел американец, разводя руки перед залом. - Хромая собака!
Толпа взвыла. Десять тысяч глоток - кто-то свистел, кто-то орал поддержку, кто-то уже вставал с мест, понимая, что бой кончается. Комментатор в голос рвал связки:
- О, Боже! Удар в плечо - Тигр явно травмирован! Он прижимается к сетке, не поднимает правую руку! Возможно, перелом!
Снежана вскочила с кресла. Удав рванул её обратно за запястье, вжал в сиденье - пальцы впились в кожу, оставляя синяки.
- Сидеть, кукла, - прошипел он. - Твой мальчик сейчас сдохнет. Будешь рыдать на его похоронах - я разрешу.
Она не слышала. Смотрела только на него - на Дамира, который стоял, прислонившись к металлической сетке, тяжело дыша, с опущенной рукой. И в его глазах - в тех самых глазах, что горели углями ночью - она увидела не боль. Не страх. А что-то другое. Что-то, от чего у неё перехватило дыхание.
Дамир поднял левую руку. Поманил Мустанга пальцами.
- Иди сюда, конь.
Мустанг рванул с места. Серия - двоечка, хук, лоу-кик - Дамир ушёл корпусом, принял удар в блок левой, но плечо прострелило током до самых пальцев. И в этот миг Мустанг сделал то, чего не должен был делать - открылся, подходя для апперкота.
Дамир ударил левой. Не сильно, не хлёстко - просто ткнул кулаком в солнечное сплетение, чтобы сбить дыхание. И одновременно - нырнул вниз.
Толпа ахнула, когда он ушёл в ноги.
Мустанг провалился, потерял равновесие. Дамир вцепился в его ногу, рванул на себя - американец рухнул, как подкошенный дуб. Гул от удара тела о настил прокатился по арене. И тут же, не давая подняться, Дамир навалился сверху, зажал корпус, захлестнул шею предплечьем левой руки. Правая всё ещё висела плетью, но для удушающего нужна была только одна.
- Нет! - заорал Мустанг, пытаясь сбросить его.
Поздно.
Дамир затянул гильотину. Предплечье вжалось в горло, бицепс сдавил артерию. Мустанг захрипел, задёргался, забил локтями по корпусу Дамира - но тот не отпускал. Лежал на нём, прижавшись щекой к его затылку, и шептал:
- Спи, конь. Считай зубы!!!
Шесть секунд. Десять. Двенадцать.
Мустанг дёрнулся, глаза закатились, кулаки разжались. Рефери бросился между ними, схватил Дамира за плечо - но тот не слышал. Продолжал держать, сжимая пальцы до белизны, пока американец не обмяк окончательно.
- Он отключился! - взорвался комментатор. - Боже мой, Тигр отправил Мустанга спать гильотиной! С травмированной рукой!
Дамир отпустил. Откатился в сторону, тяжело дыша, упёрся здоровой рукой в настил. Встал. Пошатнулся. И поднял взгляд - туда, где сидела Снежана.
Она плакала.
Толпа ревела. Свет слепил. Рефери поднимал его руку, объявляя победителя.
В долю секунды...тренер полмигнул Дамиру.
И тут в зал влетел ОМОН во главе с майором Кольцовым!
Они уже крутили Удава.