11.

Шарлотта сидела за столиком уютного кафе напротив Ландо Норриса. За окном мелькали прохожие, спешащие по своим делам, а в воздухе витал аромат свежесваренного кофе и выпечки, смешиваясь с тонким запахом жасмина от букета цветов на столе. Мягкое освещение создавало атмосферу спокойствия, но Шарлотта не могла расслабиться — её мысли витали далеко отсюда.

Ландо увлечённо рассказывал о новой трассе в Монреале, анализировал повороты, делился мыслями о стратегии — спокойно, без пафоса, жестикулируя рукой с чашкой капучино. Его голос звучал ровно и уверенно, а в глазах читалась искренняя увлечённость темой.

— Ты слушаешь так внимательно, — улыбнулся он, заметив, как Шарлотта ловит каждое его слово. — Большинство журналистов ждут сенсаций, а не деталей.

— Мне важны детали, — ответила она, отхлёбывая кофе и стараясь сосредоточиться на его словах. — Они раскрывают суть.

Ландо кивнул, но в его глазах мелькнуло что‑то ещё — будто он понимал, что она не здесь, не с ним.

Мысли Шарлотты унеслись назад, к вечеринке на яхте. Она вспомнила, как заметила того самого мужчину в сером костюме — он следил за ней, прячась за спинами гостей, словно тень, скользящая по залу. «Это точно он, — подумала она, чувствуя, как внутри нарастает тревога. — Тот, кого подослал Марко. Значит, мои догадки верны и статья тоже его рук дело. Но зачем? Что он хочет доказать?»

А потом перед глазами всплыл Шарль — его резкий тон, холодный взгляд, когда он обвинил её в предательстве. «Он даже не попытался разобраться, — с горечью подумала Шарлотта, сжимая чашку чуть сильнее, чем нужно. — Просто поверил в худшее. И теперь проводит время с кем попало, будто назло мне... или себе».

— Шарлотта? — голос Ландо вернул её в реальность. — Ты в порядке? Ты какая‑то отстранённая.

— Да, всё хорошо, — она улыбнулась, стараясь, чтобы улыбка не выглядела натянутой. — Просто задумалась о вчерашнем вечере.

— О, вечеринка была что надо, — Ландо отпил кофе. — Хотя кое‑кто вёл себя немного странно.

— Ты про Шарля? — её сердце невольно ёкнуло.

— Да. Он будто сам не свой. И эта девушка рядом... — Ландо покачал головой. — Не похоже на него. Обычно он более собранный.

Шарлотта невольно сравнила их: Ландо — собран, рационален, говорит по делу. Шарль — взрывной, непредсказуемый, вечно поддевает, но... в его взгляде всегда было что‑то горячее, живое. Она поймала себя на мысли, что он смотрел на неё так, будто видел насквозь. А Ландо... он видит только то, что она показывает.

— Завтра начинается гоночный уик‑энд, — продолжил Ландо. — А он ведёт себя так, будто ему всё равно. Это не чемпионское поведение.

— Да, — тихо согласилась Шарлотта, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Совсем не чемпионское.

Она допила кофе и встала:

— Извини, мне пора. Нужно ещё подготовить материал к завтрашним тестам.

— Понял, — Ландо тоже поднялся. — Удачи с текстом.

— Спасибо, — она благодарно улыбнулась и направилась к выходу, — И тебе удачи на гонках.

Ландо ушёл в противоположную сторону, а Шарлотта замерла у двери кафе, глядя ему вслед. В груди клубилось странное чувство — благодарность за его участие, и... пустота.

«Он хороший человек, — подумала она, медленно поворачиваясь к выходу. — Но я не могу перестать думать о Шарле. Почему? Ну почему именно он?!»

Она вздохнула, сделала шаг вперёд — и тут же отпрянула. Прямо перед ней стоял Марко. Его улыбка была холодной, а взгляд цепким, словно он уже знал все её мысли.

— Присаживайся, Шарлотта, — он указал на стул, и она, помедлив, села. — Вижу, ты уже успела пообщаться с Норрисом.

— Мы просто обсуждали гонки, — холодно ответила Шарлотта, чувствуя, как напряжение сковывает плечи, а пальцы невольно сжимаются в кулаки.

— Конечно, — Марко откинулся на спинку стула, изучая её с нескрываемым любопытством. — Кстати, о вчерашнем вечере... Тот мужчина в сером — это был мой человек. Я попросил его присмотреть за вами. Но, думаю, ты и сама уже догадалась об этом.

— Зачем вам это? — она вскинула голову, стараясь не выдать волнения, но сердце забилось чаще.

— Чтобы убедиться, что мои инвестиции не пропадут даром, — он усмехнулся, и в этой усмешке было что‑то змеиное. — Артур продался мне. Я его подкупил, поэтому статья вышла под твоим именем. Цель была проста — рассорить тебя с Шарлем. Но вы и сами неплохо справились: он появляется на вечеринках с разными девицами, а ты... весело проводишь время с другим гонщиком. Похвально. Вы друг друга стоите.

— Мне наплевать на Шарля, — резко бросила Шарлотта, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — И на тебя тоже.

— Именно поэтому ты здесь, — Марко рассмеялся, и звук его смеха резанул по нервам. — Но ладно, оставим игры. Я хочу, чтобы ты была осторожна с Леклером.

— Почему? — она нахмурилась, чувствуя, как в груди нарастает смесь тревоги и раздражения.
— Ты же был его менеджером. Зачем ты хочешь ему навредить?

Марко на мгновение стал серьёзным. Его голос понизился, в нём зазвучала неприкрытая горечь, почти боль:

— Потому что однажды он использовал мою племянницу. Обещал ей будущее, а потом бросил. После этого она, моя несчастная девочка, покончила с собой. Вот почему я хочу ему отомстить. Будь осторожна, Шарлотта. Он тот ещё подлец.

Шарлотта замерла. Слова Марко ударили, словно пощёчина. В груди всё сжалось, а в голове не укладывались услышанные слова.

Она представила девушку — юную, доверчивую, влюблённую в харизматичного гонщика. Представила её отчаяние, боль, безысходность, когда он бросил её. И перед глазами встал Шарль — тот, которого она знала: импульсивный, резкий, но не жестокий.

«Нет, — мысленно возразила она себе. — Он не мог так поступить. Или мог?»

— Ты хочешь сказать, что портишь его репутацию из‑за мести? — тихо спросила она, стараясь унять дрожь в голосе.

— Он сам портит свою репутацию своими выходками, — холодно ответил Марко. — Я лишь хочу возмездия за племянницу. Ты можешь не верить мне, но скоро сама все поймешь.

Он встал, бросил на Шарлотту мимолетный взгляд и направился к выходу. Шарлотта осталась сидеть, пытаясь осмыслить услышанное. В голове крутились вопросы, а сердце будто окаменело.

Что делать?

Если это правда, тогда она не может быть рядом с ним. Но если это ложь... тогда Марко — настоящий монстр.

___

Вечер опустился на город, зажигая огни уличных фонарей и витрин. Шарлотта сидела на подоконнике, глядя, как сумерки окутывают улицы, окрашивая их в фиолетовые и синие тона. В воздухе витала прохлада, а тишина комнаты лишь подчёркивала хаос в её мыслях. Слова Марко эхом отдавались в голове, не давая покоя.

Вдруг раздался звонок. На экране высветился неизвестный номер. Шарлотта насторожилась, но все же после недолгой паузы взяла трубку. Раздался мужской голос:

— Мисс Эвердин, — незнакомый голос звучал напряжённо, почти устало. — Вас беспокоит менеджер Шарля Леклера, меня зовут Даниэль. И у меня к вам просьба. Завтра тесты, и, как вы знаете, начинается гоночный уик‑энд, а Шарль опять пропадает в клубе! Он, вместо того, чтобы готовиться к гонке, пьёт и пропускает тренировки. Если так пойдёт дальше — он либо сойдёт с трассы, либо вообще убьётся. Я пытался с ним поговорить, но он меня не слушает...

Шарлотта закрыла глаза. Перед ней предстал образ Шарля — его улыбка, его глаза, когда он был рядом. А потом — его лицо на вечеринке, искажённое злостью и болью.

«Он сам виноват, — твердил внутренний голос. — Он выбрал этот путь».

Но тут же всплыли и другие воспоминания: как он держал её за руку, как шептал что‑то смешное, как смотрел на неё так, будто она — единственное, что имеет значение.

— И что вы хотите от меня? — тихо спросила Шарлотта, чувствуя, как в груди что‑то сжимается.

— Помоги ему, — просто ответил Даниэль. — Я хоть и новый человек в команде, но слышал, что вы общались. Может, хотя бы ты сможешь на него повлиять.

В трубке повисла тишина. Шарлотта терзалась сомнениями, а в душе боролись противоречивые чувства. Даниэль молчал, словно специально давая ей время для размышлений. Но Шарлотта не знала, как ей поступить. Она не хотела снова ошибиться, но и бросать Шарля в трудной ситуации тоже не могла..

«Если я поеду, — думала она, сжимая телефон в руке, — Значит, снова пойду у него на поводу. Он поймет, что может мною манипулировать. Если не поеду... он разрушит всё, что построил. И карьеру, и себя. Я не могу этого допустить.»

— Где он? — наконец спросила она твёрдо, сжимая телефон в руке.

— В клубе «Феникс», — ответил Даниэль. — Я пришлю адрес.

— Хорошо, — выдохнула Шарлотта. — Я приеду. И.. попробую с ним поговорить.

— Спасибо! Просто.. спасибо..

Она нажала отбой и замерла, глядя в окно. Огни города мерцали вдалеке, словно далёкие звёзды, а в душе всё ещё бушевала буря противоречивых чувств.

«Я не могу его бросить, — осознала она. — Даже если он причинил мне боль. Даже если Марко прав. Я должна попытаться его спасти».

___

Клуб «Феникс» гудел, как улей: музыка гремела, басы отдавались в груди, огни мигали, создавая хаотичные узоры на стенах и лицах людей. Воздух был пропитан алкоголем и запахом сигарет. Шарлотта пробралась сквозь толпу, чувствуя, как её толкают со всех сторон, как чьи‑то руки задевают плечи, а яркие вспышки стробоскопов режут глаза.

Она нашла Шарля у дальней стены, возле барной стойки. Он сидел, ссутулившись, с бокалом в руке. Рядом крутились две девушки, что‑то щебетали, пытались привлечь его внимание, но он словно не замечал их — смотрел куда‑то в пустоту, и в его стеклянных глазах читалась такая глубокая усталость, что у Шарлотты защемило сердце.

Она подошла ближе, и остановилась рядом. Музыка гремела так, что приходилось почти кричать:

— Шарль!

Он медленно повернул голову. На мгновение в его взгляде мелькнуло удивление, потом — какая‑то горькая усмешка.

— Шарлотта? — его голос прозвучал хрипло. — Что ты здесь делаешь?

— Пришла забрать тебя, — она склонилась ближе, чтобы он услышал. — Завтра тесты. Ты нужен команде!

— Команде лучше без меня, — он сделал глоток виски, не отрывая от неё глаз. — Что изменится, если я провалюсь?

Шарлотта почувствовала, как внутри неё что-то перевернулось. Она вспомнила его таким же — на вечеринке, когда он обвинил её в предательстве. Но сейчас в его голосе не было злости, только какая‑то безнадёжность.

— Изменится всё, — она положила руку ему на плечо, слегка сжала. — Ты же часть команды! Ты пилот Формулы, а не какой-то уличный гонщик. И ты заслуживаешь большего, чем этот дурацкий клуб!

Он замер, удивленно глядя на неё. В его глазах читалась смесь злости, боли и... надежды.

— Почему ты это делаешь? — прошептал он. — Почему помогаешь мне?

— Потому что если завтра ты разобьёшься, я буду винить в этом себя, — она взяла его за руку. — Ты действительно достоин большего, Шарль. Пойдем.

Шарль посмотрел на неё долгим взглядом, затем медленно кивнул.

— Ладно, — выдохнул он. — Идём.

Шарлотта достала свою карту, чтобы расплатиться за Шарля, но он жестом остановил её, вытаскивая из кармана джинс несколько купюр. Девицы, что крутились вокруг Леклера, кажется, слегка расстроились, что он больше не стал обращать на них внимания, но тут же переключились на другого мужчину — их новую жертву.

Шарлотта позволила Леклеру облокотиться на её плечо и, пробираясь через толпу пьяных танцующих тел, они вышли на улицу. Ночной воздух был прохладным, освежающим, и Шарль слегка покачнулся, опершись на Шарлотту. Она подхватила его под руку, чувствуя, как он дрожит — то ли от выпитого, то ли от чего‑то ещё.

— Куда едем? — спросила она, ведя его к машине.

— Ко мне, — пробормотал он. — Только... не бросай меня, ладно?

Шарлотта молча кивнула. В таком состоянии он не мог вести машину, поэтому ей пришлось вызвать такси. К счастью, ждать долго не пришлось, и через несколько минут подъехал нужный автомобиль. Шарлотта одной рукой открыла дверцу, а другой всё ещё придерживала слегка покачивающегося Шарля, затем помогла ему сесть сзади.

В машине он откинулся на сиденье, и закрыл глаза. Шарлотта невольно задержала на нём взгляд — его лицо в свете уличных фонарей казалось бледным, почти измождённым, а тени под глазами выдавали бессонные ночи.

— Ты в порядке? — тихо спросила она.

— Нет, — он усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. — Но если ты будешь рядом, мне кажется, я буду в порядке.

Шарлотта уже хотела закрыть дверцу, чтобы сесть вперед, рядом с водителем, но Шарль схватил её за руку, молчаливым взглядом прося о том, чтобы она села рядом. Поколебавшись, она села с Леклером.

Он назвал водителю адрес, и машина тронулась с места. По дороге Шарль начал говорить — сбивчиво, путано, но слова лились потоком, словно ему хотелось выговориться. Его голос звучал глухо, но в нём чувствовалась искренность, которую она раньше не замечала.

— Шарлотта, — вдруг сказал Шарль, повернувшись к ней. Его взгляд был мутным, но в нём светилось что‑то глубокое, настоящее. — Я, кажется... влюблён в тебя. По‑настоящему.

Её сердце пропустило удар. Она взглянула на него — пьяного, но такого искреннего. На парня, который в полумраке автомобиля казался ей обычным, и привлекательным одновременно. На мгновение она поверила ему или хотела в это верить — всей душой, и всем сердцем. Слова признания уже готовы были сорваться с губ.

Признание, которое она так долго держала в себе. Ведь в этот момент Шарль был таким уязвимым, и ужасно пьяным, что наверняка на следующее утро не вспомнил бы этого разговора.

Но тут в голове всплыла история Марко.

«Он использовал мою племянницу. Обещал ей будущее, а потом бросил. После этого она, моя несчастная девочка, покончила с собой.»

Холодная волна сомнений накрыла её с головой, ведь она до сих пор так и не узнала, была ли та история настоящей — или всего лишь очередной выдумкой лживого Марко. Но Шарль ведь не способен на такое?..

Тот Шарль, который только что буквально признался ей в чувствах. Такой уязвимый и беззащитный. Мог ли он причинить вред той несчастной девушке? Мог ли он стать настоящей причиной её гибели?

— Шарль... — она сглотнула, стараясь унять дрожь в голосе. — Ты сейчас пьян. Давай поговорим об этом завтра, хорошо?

Шарлотта не решилась признаться ему в ответ. И, тем более, завести разговор о племяннице Марко. Она обещала Даниэлю помочь, и она помогла. Большего от нее не требовалось.

— Но я говорю правду, — он попытался сесть ровнее, его взгляд стал чуть более сосредоточенным. — У меня есть к тебе чувства.

— Завтра поговорим, — твёрдо повторила она. — Когда ты будешь в ясном уме.

— Я и сейчас в ясном уме, — возразил Шарль, — Я не надеялся, что ты приедешь, после того, что я наговорил на той вечеринке. Но я.. приревновал тебя тогда. Поэтому нагрубил.

— Ревновал меня? К кому? К Норрису? — фыркнула Шарлотта. — Мы с ним не настолько близки, и к тому же, не твое дело, с кем я общаюсь. Мы никто друг для друга. А приехала я только потому что твой менеджер попросил меня помочь.

Мимо проплывали огни дорогих вывесок лучших заведений Монте-Карло, и та самая набережная, где несколько дней назад была вечеринка на яхте. Между ними повисла оглашающая тишина, несмотря на то, что в салоне играла тихая музыка, а за открытым окном машины раздавались звуки ночного города.

— У тебя есть ко мне хоть какие-то чувства? — прямо спросил Шарль, прерывая тишину. — Скажи честно. Что ты ко мне чувствуешь, Лотти?

Шарлотта закатила глаза.

— Не называй меня Лотти.

Даже его «журналисточка» слышать было куда приятнее, чем это нелепое сокращение её имени.

— Ты не ответила.

Она не знала, что ответить. Или просто не хотела признавать очевидное.

— Напомни вопрос.

Шарль усмехнулся.

— Шарлотта, мне плевать на статью, понимаешь? — выдохнул Шарль. — Мне было неприятно, я не спорю. Но признайся честно: у тебя есть чувства? Просто скажи «да» или «нет». И мы раз и навсегда покончим со всем этим.

— Я.. — слова застыли в горле, впрочем, Шарлотта до сих пор не решила, что она на самом деле чувствует.

Шарль исподлобья наблюдал за смятением на лице Шарлотты, ждал её признания, но она не ответила. Не успела.

— Приехали, Месье.

Водитель прервал их молчаливую перепалку. Они подъехали к дому Шарля. Каждый думал о своём.

___

Квартира Шарля была в беспорядке: пустые бутылки, разбросанные вещи, не выветрившийся запах алкоголя. Шарлотта помогла ему сесть на диван, и принесла стакан воды.

— Нужно выбросить бутылки, — сказала она. — А ты должен принять душ. После этого  поговорим.

Шарлотта сознательно не продолжала разговор, который начался еще в машине. Нужно было привести Шарля в порядок. Он должен был прийти в себя перед завтрашними тестами. Остальное — потом.

— Как скажешь.

Он кивнул, и медленно поднялся. В его движениях не было сопротивления — только усталость и, может быть, следы недавно выпитого алкоголя.

— Я приберусь тут, пока ты примешь душ.

— Ты не обязана это делать, — пробормотал он, покорно направляясь в ванную.

— Не обязана, но сделаю, — ответила она. — Не отнимай время, Леклер.

Он лишь молча кивнул и скрылся за дверьми ванной комнаты. Через несколько минут послышался звук льющейся воды и Шарлотта принялась за уборку. Она убрала многочисленные бутылки из-под виски, выбросила прочий мусор, протерла стол, включила чайник, чтобы заварить кофе. Но мысли её метались. Она все время думала о том, солгал ли ей Марко тогда или сказал правду? И если его слова все же окажутся правдивыми, как ей быть рядом с человеком, который способен на такое?..

Через полчаса Шарль вышел из ванной, в чистой одежде, с мокрыми чуть растрепанными волосами, и выглядел он более трезвым. Он сел на диван, и взял чашку кофе, которую Шарлотта протянула ему.

— Спасибо, — тихо сказал он.

— Не за что, — она села напротив. — Завтра тесты. Тебе нужно выспаться.

— Да, — он посмотрел на неё. — Ты думаешь, я на утро забуду, что сказал тебе в такси. Но нет. Я скажу тебе завтра то же самое. Что я влюблён.

Шарлотта замерла. В его глазах была только искренность, а слова не выглядели лживыми. Он уже второй раз за вечер признался ей в чувствах. Он был влюблен в неё. Но тень сомнений, брошенная словами Марко, всё ещё висела между ними. И Шарлотта предпочла промолчать еще раз.

— Спи, — она встала. — Поговорим.. позже.

Он устало кивнул, и откинулся на спинку дивана, закрывая глаза. Шарлотта выключила свет, оставив гореть только ночник. За окном уже брезжил рассвет — серый, холодный, но всё же обещающий новый день.

День, когда ей придётся сделать выбор.