Глава двенадцатая: Цена ошибки.

Камера висела над входом в хозяйственный магазин на Восемьдесят третьей улице - старая, с пожелтевшим корпусом, из тех что вешают один раз и забывают менять лет десять. Хозяин магазина Пак Чон Су обновил её два месяца назад - не потому что старая сломалась, а потому что племянник убедил что новая пишет чётче и ему стало спокойнее за товар.

Племянник был прав.

В среду в шесть двадцать девять утра камера зафиксировала мужчину выходящего из подъезда дома напротив. Он поднял воротник куртки — движение привычное, автоматическое, защита от утреннего холода. В этот момент он смотрел прямо в объектив. Секунда, может полторы. Этого хватило.

Техник позвонил Оуэну в восемь утра - он как раз заходил в отдел с кофе, который успел остыть за дорогу. Детектив ещё не успел снять пальто, он видел свой стол на расстоянии.

-Есть лицо, - сказал техник. Без предисловий, даже не поздоровался.

Оуэн остановился в коридоре. От новости, чуть не выронил свой кофе.

-Чёткое?

-Достаточное. Камера новая, качество хорошее. Прогоняю по базе - совпадение семьдесят восемь процентов. Томас Грир. Только что, проверил ещё раз...

-Адрес?

-Дом напротив магазина. Четырёхэтажный кирпичный, Восемьдесят третья улица. Там есть нежилая квартира на втором этаже - хозяин говорит пустует полгода. Сейчас отправлю по СМС.

-Никого туда не посылай. Только наблюдение снаружи, тихо. Я еду.

Он позвонил Кэтрин на ходу. Чуть ли не выбегая, он миновал ещё спящих детективов, полицейских с ночной смены.

Они стояли у машины напротив дома и смотрели на фасад. Серое утро, улица почти пустая. Окна второго этажа с левой стороны - занавески задёрнуты, но не плотно, между ними узкая тёмная полоска. Детективы старались не смотреть конкретно в окно, имитировали диалог, что либо обсуждая. Показывали что-то в телефоне, со стороны обычный диалог, на деле обмен данными, которые пришли очень быстро и ещё не были вовремя впитаны.

-Он там? - спросила Кэтрин.

-Наблюдение говорит в шесть двадцать он вышел, камера его засекла. После не выходил. Либо ушёл скрытно, либо остался дома.

-Ордер?

-Подаю прямо сейчас. - Оуэн уже набирал на телефоне. - Час, может меньше. Они не работаю так рано, как мы...

Кэтрин смотрела на окно второго этажа.

-Оуэн, если он там и почувствует, что мы снаружи - уйдёт через пожарный выход.

-Пожарный выход во двор закрыт снаружи на засов - я проверил с улицы. Карниз есть, но узкий, рискованно. Скорее всего парадная.

-Тогда ждём ордер и входим быстро.

Они ждали в машине. Кэтрин пила, остывший кофе из термоса и смотрела на дверь подъезда. Оуэн молчал - он умел ждать так чтобы это не было тяжело, просто сидел и наблюдал. В голове прогонял сценарии задержания, надеялся без фокусов.

В восемь пятьдесят три дверь подъезда открылась. Мужчина вышел с небольшой сумкой - шёл к улице, не торопясь, воротник поднят. Глазами он бегал по улице. Шёл ускоренно – торопился.

-Это он, - сказал Оуэн тихо. Он быстро показал фото в телефоне. Кэтрин уже открывала дверь машины.

Они вышли одновременно. Двое патрульных из машины за углом тоже двинулись - Оуэн дал сигнал по рации раньше, чем Грир успел дойти до тротуара.

-Томас Грир. - Оуэн говорил ровно, не громко - так чтобы слышал только он. - Полиция. Стойте на месте, руки в стороны, и плавно вверх! Сумку на землю!

Грир остановился. Секунда - Кэтрин считала её потом, вспоминая. Одна секунда, когда было непонятно что он сделает. Побежит, закричит, бросится. Он не сделал ничего. Медленно поднял руки. Сумка осталась висеть на плече. Он повернулся - и Кэтрин впервые увидела его лицо не на фотографии из базы данных, а живым. Это было обычное лицо. Усталые глаза. Никакого страха - просто усталость. Может он и сам хотел, чтобы его нашли?

-Камера у магазина, - утверждающе пробормотал он. - Я её не заметил сразу. Потом заметил - но уже поздно было. Ошибка ценой во всю историю... -Бормотал он.

Оуэн подошёл сзади и защёлкнул наручники.

-Вы имеете право хранить молчание. Всё что вы скажете может быть использовано против вас в суде...

Грир слушал стандартную Миранду с закрытыми глазами - как человек который слушает что-то давно знакомое. Он не сопротивлялся, не бежал, не делал ничего такого, что бы выдало в нём серийного убийцу.

В комнате для допросов он сидел тихо. Руки на столе, взгляд в стол. Кэтрин вошла одна - Оуэн за стеклом. Она поставила два стакана кофе. Он посмотрел на свой, но не взял.

-Томас, - начала она. - Мы нашли квартиру на втором этаже. Вы там жили.

-Да.

-Сколько?

-Три недели. Может чуть больше.

Она записала. Его глаза бегали за её ручкой, словно он видел, от лица ручки. Она немного неприятно издавала странный звук, то ли поскрипывание, то ли какое-то царапанье.

-Вы знаете зачем мы вас ищем.

-Да. - Он наконец взял стакан - держал обеими руками, не пил. - Я не делал того, что вы думаете.

Кэтрин подняла взгляд.

-Расскажите, что вы делали. В таком случае... -Её взгляд плавно ушёл от планшета с бумаги, прямо в его глаза.

Грир посмотрел на неё - первый раз за разговор поднял взгляд. Глаза тёмные, усталые, с той особой глубиной которая бывает у людей, которые давно ни с кем не говорили по-настоящему.

-В две тысячи восьмом - делал. Тогда делал. - Голос тихий, ровный. - Я не буду отрицать то что было тогда. Но то что происходит сейчас - не я. Не моих рук дело.

-Томас, следы обуви...

-Я знаю про следы. - Он слегка качнул головой. - Но я вам говорю - это не я. Можете не верить. Ваше право. В городе много людей с такой обувью. Я бы не узнал, если бы не журналисты... Всегда удивляло, как они так всё вынюхивают... -Небольшой протест перерос в бормотание под нос.

Кэтрин смотрела на него. Что-то в его голосе было - не то что бывает у людей, которые врут. Скорее усталость человека, который знает, что ему не поверят и говорит правду именно поэтому - потому что уже всё равно.

-Расскажите про две тысячи восьмой, - сказала она.

Долгая пауза. Он отпил горячий кофе, быстрым и коротким движением, облизал губы.

-Зачем? - спросил он.

-Потому что я хочу понять вас.

Он смотрел на стакан. Потом заговорил - медленно, как человек, который достаёт что-то тяжёлое из очень глубокого места. Он пытался похоронить это и жить новой жизнью, но скелеты прошлого не давали ему покоя.

-Отец умер, когда мне было двадцать три. Один в квартире, нашли через три дня. Я хоронил сам, денег не было. - Пауза. - После этого я долго думал о том, что мир устроен нечестно. Что есть люди, которые делают плохое и им ничего за это не бывает. А есть люди, которые работают и стараются, и получают в итоге - ничего. Или хуже. –Он увёл взгляд в пол.

-И вы решили восстановить справедливость? –Это был вопрос от Кэт, но звучал он, как утверждение.

-Я не думал об этом такими словами. - Он покачал головой. - Я просто думал, что механик, который обсчитывает людей - он должен за это ответить. И муж, который бьёт жену - должен. А больше некому. Я старался заговорить с ними, на чистоту, но меня не слышали.

-Системе не доверяли.

-Системе? - В его голосе что-то мелькнуло - не злость, скорее горькое узнавание. - Я звонил в полицию, когда сосед бил жену. Три раза. Три раза она забирала заявление. Система - это вы, детектив.

Кэтрин не ответила. Записала.

-А потом, - сказала она. - Потом это изменилось?

-Да. - Он поставил стакан. - Потом я не мог остановиться.

-Восемь лет вы не убивали.

Он помолчал долго.

-Была женщина, - сказал он наконец. Очень тихо. - Она жила рядом. Не знала кто я. Мы иногда говорили - просто так, о погоде, о разном. Рядом с ней я чувствовал себя обычным человеком. - Пауза. - Восемь лет.

-Она уехала.

-Три года назад. Дочь забрала в другой штат.

Тишина в комнате. Такая же тишина, как и в его жизни. Удушающая и сводящая с ума.

-И вы снова начали.

-Нет, - сказал он. - Я говорю - то что происходит сейчас не я. Проверьте. Запросите экспертизы. Я три года почти не выходил из комнаты, работал удалённо, еду заказывал. У меня есть алиби на большинство дат, которые вы назовёте.

Кэтрин смотрела на него.

-Томас, нам придётся это проверить. Всё что вы говорите - проверим.

-Я знаю. - Он снова опустил взгляд. - Вы всё равно, не поверите. Но это правда.

Кэт посмотрела на него оценивающе. Взвешивала то, что вытянула за диалог.

В коридоре Оуэн ждал её у стены.

-Что думаешь? - спросил он тихо.

Кэтрин помолчала.

-Думаю, что он говорит правду про текущие дела. - Она говорила медленно, проверяя каждое слово. - Следы обуви, методы - всё немного другое. Грир работал аккуратно и тихо. То что, происходит сейчас - более хаотично, более рискованно. Другой человек. Это сложно описать, но ты должен меня понять...

-Понимаю о чём ты, и я об этом думал... Но за две тысячи восьмой он сядет.

-Сядет. Четыре убийства, достаточно доказательств. - Она пошла по коридору. - Запрашиваем полную экспертизу по текущим делам. Проверяем его алиби по каждой дате. Если он говорит правду - это подтвердится.

-А если текущие убийства не его, - сказал Оуэн за её спиной, - то кто-то ещё ходит по этому городу.

Кэтрин остановилась. Обернулась. Именно этого предложения она боялась от него услышать.

-Ходит, - сказала она. –Но ему не долго останется, мы его найдём.

Стив сидел в кресле у Форда и смотрел на полку с книгами. Форд записывал- скрип ручки, привычный уже звук.

-Стив, сны стали чётче?

-Немного. - Стив смотрел в окно за спиной врача - крыши соседних домов, серое небо. - В последний раз я почти мог разглядеть что делают руки. Почти. –В голове снова рваная картинка.

-Почти - значит не смогли. Но всё же, что они примерно делают или делаете вы?

-Проснулся раньше. - Он перевёл взгляд на Форда. - Было ощущение что что-то важное было рядом, и я не успел.

-Тревога нарастает?

-Да. - Стив ответил быстрее, чем планировал. - Рука дёргается чаще. На совещании было - при людях. Я убрал руку под стол.

-То есть скрываете.

-Да. Люди начнут говорить разное, мне от этого легче не станет...

Форд отложил ручку. Посмотрел на него. Его глаза зафиксировались на руке, та легонько дёрнулась, но сразу затихла. Глаза плавно прошлись по телу и застыли на лице. Уставшее, хорошего сна ему не видать даже с таблетками – Форд это понимал, но не прекращал пытаться помочь.

-Стив, я хочу направить вас к коллеге. Психиатр, специализируется именно на том что вы описываете. Таблетки - это одна часть работы. Проработка того что происходит внутри - другая. Вам нужны обе части. Ранее мы кажется обсуждали, и тот человек, которого мы ждали к сожалению не смог и не сможет нам помочь, он ушёл на пенсию, но есть ещё один хороший вариант...

-Когда он примет?

Форд открыл компьютер. Пауза. Клики мышки были роднее Стиву, чем его же имя. Кажется оно немного успокаивало, но лишь немного.

-Ближайшая запись через четыре недели. Он востребованный специалист, к сожалению.

Стив смотрел на него. Переваривая такой срок - четыре недели. Большой срок, но он будет держаться.

-Хорошо, - сказал он.

-До тех пор - продолжаем препарат, я скорректирую дозировку. И Стив — если станет хуже, звоните раньше, чем через месяц. Не ждите записи. Договорились? Ваш случай... -Форд взял паузу. –Я просто хочу вам помочь, не как специалист, а как человек – человеку...

-Договорились. –Стив смотрел на доктора долго, а после встал и медленно направился к выходу.

Он вышел из клиники и постоял у входа - холодный воздух, мокрый асфальт. Люди шли мимо по своим делам. Закурил и медленно пошёл по улице, обдумывая всё.

-Четыре недели... -Пробормотал Стив. Он сунул руки в карманы и пошёл к метро. Правая рука лежала в кармане спокойно. Ничего не чувствовал - просто рука в кармане.

Вечером он зашёл в ванную. Включил свет. Лампочка зажглась - и сразу начала мигать. Долго, неровно, с разными паузами. Дольше чем когда-либо раньше. Потом загорелась - тускло, заметно тусклее чем месяц назад. Стив стоял и смотрел на неё. Потом посмотрел на своё отражение. Бледный. Тени под глазами. Лицо человека, который давно не отдыхает. Выйдя из ванной, он открыл ящик стола в прихожей - там лежала новая лампочка. Купил три дня назад, положил и забыл. Он взял её, подержал в руках. Положил обратно.

Вернулся в гостиную и лёг на диван. Смотрел в потолок.

-Завтра поменяю...

За окном шёл дождь - тихий, ровный, осенний. Город под ним жил своей жизнью. Кэтрин в отделе раскладывала папки и думала о человеке, которого ещё не нашла. Оуэн ехал домой и думал о нервном тике в правой руке. Его тайные расследования Кэт не нравились, но детектив работает лучше, если ему не мешать, и она не мешала.

Стив смотрел в потолок и думал о четырёх неделях.

Лампочка в ванной горела тускло - за закрытой дверью, одна. Тусклый свет выползал из-под дверей, тёплым светом устилаясь, как коврик.