Глава шестая: Тени прошлого

Утро в отделе началось с кофе и плохих новостей -в том порядке, в котором они обычно и приходят. И эту магическую цепочку, ничто не могло разовать.
Фотографии со смартфона Стива лежали на столе Кэтрин, распечатанные и разложенные по порядку. Восемь снимков -смазанных, тёмных, сделанных на бегу дрожащей рукой. На большинстве -асфальт, край тротуара, размытые огни. Но на двух последних угадывался силуэт машины. Тёмный седан, угол съёмки плохой, задняя часть. Номерной знак - частично. Но даже это было огромной зацепкой относительно опроса людей и показаний Стива.

Техники работали с этими двумя снимками с шести утра.
-Что говорят? - спросил Оуэн, заходя в кабинет с папкой под мышкой.
-Три буквы из шести, - сказала Кэтрин, не отрываясь от снимков. - Пробивают по базе. Марка предположительно Honda, тёмно-синяя или чёрная, не старше десяти лет. Выборка большая.
-Сузим.
-Сужают.
Оуэн положил папку на стол, сел напротив.
-Я поднял архив за последние пятнадцать лет. Хаотичные убийства, разные методы, разные жертвы, без явного мотива. Нашёл двоих. - Он открыл папку. - Первый -Маркус Грин, сорок семь лет. В две тысячи четырнадцатом убил троих в течение месяца. Механик, пенсионер, школьница. Никакой связи между жертвами. Орудия разные -нож, удар тупым предметом, руки. Его взяли через шесть недель, нашли по отпечаткам. Осуждён, двадцать пять лет.
-Живой?
-Запросил данные из тюрьмы. Жду ответа.
Кэтрин кивнула и потянулась к своей части архива.
-У меня другое. - Она раскрыла папку- тонкую, потрёпанную, с пометкой «нераскрытое» на обложке. -Две тысячи восьмой год. Четыре убийства за три месяца, один квартал в Бронксе. Разные места- подвал жилого дома, парковка, прачечная, пустырь. Разные методы -удушение, тупой предмет, нож, верёвка. Жертвы- трое мужчин и одна женщина, возраст от двадцати двух до шестидесяти одного. Нет общего ни в чём кроме района.
-Дело закрыли?
-Нет. Следователь вышел на пенсию в две тысячи двенадцатом. Дело передали, потом оно осело в архиве. - Кэтрин перевернула страницу. - Убийства прекратились так же резко, как начались. Никаких задержанных, никаких подозреваемых с именем. Есть описание со слов одного свидетеля -мужчина, средний возраст, обычной внешности, видел его уходящим с места одного из убийств.
Оуэн медленно поставил кружку на стол.
-Средний возраст. Обычная внешность.
-Да.
-Восемь лет назад он мог быть на десять лет моложе.
-Мог. - Кэтрин закрыла папку. - Мне нужно найти того следователя.

Стив сидел за новым столом у окна и смотрел в монитор.
На экране была таблица с квартальными отчётами- цифры, формулы, сводки. Он смотрел на них и не видел. Курсор мигал в одном месте уже минут двадцать.
В голове прокручивался один и тот же короткий фрагмент- как на испорченной плёнке, снова и снова. Тело в промежутке между домами, летящее вниз. Забор внизу. Звук. Он каждый раз пытался остановить это на середине и каждый раз не успевал- плёнка доматывалась до конца сама.
Марли заглянул в кабинет в половине одиннадцатого.
-Стив, ты ел сегодня?
-Да, - сказал Стив.
-Неправда, - сказал Марли. - Ты пришёл с пустыми руками и кофе себе не наливал. Я слежу.
-Марли.
-Что?
-Иди работай. Я занят работой и ты пожалуйста займись ей. Давить я не буду, и как та тварь над душой стоять не буду. Но если ты свою работу не сделаешь – сам понимаешь, мне нужно будет повлиять на это... -Стив не оторвался от экрана. Он не хотел быть таким же уродом, но старался напоминать о том, что на работе – работают.
Марли ещё секунду постоял в дверях с видом человека, которому есть что сказать, потом ушёл тихо, что для него было редкостью. Обычно, он сказал бы хоть что-то, но сегодня – ничего...
Стив повернулся к окну. Внизу шёл обычный день -люди, машины, кто-то выгуливал собаку у газона. Всё, как всегда. Он подумал, что вот этот человек с собакой не знает, что ночью в трёх кварталах отсюда кто-то упал с крыши на забор. Идёт себе и не знает. И правильно делает. И в этом был шарм обычной жизни, не ввязанной в ужасы смертей.
Он вернулся к таблице.
Курсор всё ещё мигал на том же месте.

Ответ из тюрьмы пришёл к обеду.
Оуэн прочитал его дважды, потом зашёл к Кэтрин.
-Маркус Грин скончался позапрошлой ночью, - сказал он. - Сердечная недостаточность. Официально.
Кэтрин посмотрела на него.
-Позапрошлой.
-Да.
-Пока мы работали по делу об убийстве на крыше.
-Да.
Они помолчали. Это могло быть совпадением -люди умирают в тюрьмах, сердечная недостаточность не редкость. Но совпадений Кэтрин не любила, и Оуэн это знал.

-Запроси подробности смерти, - сказала она. - Официальные и неофициальные. Я помню, ты сказал официально. Но ты сам знаешь, что их нужно немного прижать, и тогда дадут больше, чем нужно... -Кэт уставилась на экран включённого компьютера. –И Оуэн, проверь лично, может он сбежал таким способом?
-Уже отправил. Кэт, под моим контролем. –Он улыбнулся и отдал честь.
Она кивнула и взяла телефон- нашла номер, который пришлось искать через трёх человек. Бывший следователь по нераскрытому делу две тысячи восьмого года жил в Квинсе и на звонки с незнакомых номеров обычно не отвечал. Она оставила сообщение. Коротко, по делу. Изложила чётко, в своей манере. Не забыв подчеркнуть, что дело не раскрыто, и если всё сойдётся, то она сможет закрыть то дело и он, как бывший полицейский, служащий на стороне людей и для людей – сможет спать спокойной.

Техники прислали результат в три часа дня.
Машина нашлась быстро, как только сузили выборку -тёмно-синяя Honda Civic, две тысячи восемнадцатого года. Владелец -Дэниэл Форрест, тридцать четыре года, менеджер, живёт в Бруклине. Оуэн позвонил ему лично.
Форрест ответил сразу и говорил быстро, немного сбивчиво –за машину он хватился только утром, когда вышел на работу. Собирался подать заявление сегодня в обед, просто не успел.
-Когда последний раз видели машину? - спросил Оуэн.
-Вечером, около девяти. Припарковал у дома, поднялся, больше не выходил.
-Ключи?
-На месте. Дома. Я не понимаю, как вообще... Даже сигнализация на сработала...
Машину нашли в двух кварталах от дома на Двадцать третьей- брошенную у тротуара, двери не заперты. Криминалисты работали с ней три часа и нашли то, что нашли.
Оуэн положил на стол Кэтрин листок с результатами. Отчёт она сначала считала с его лица и улыбки.
Она прочитала и подняла взгляд.
-Отпечатки, - сказала она.
-Чистые, полнейшие. Руль, дверная ручка изнутри, рычаг переключения передач. Она не думала о перчатках или думала, но торопилась.
-Или считала что машину не найдут так быстро...
-Или это. - Оуэн сел. - Пробиваем по базе. Если она в системе -найдём.

Нашли к вечеру.
Её звали Рейчел Коул, тридцать один год, медсестра в частной клинике на Манхэттене. Никаких приводов, никаких нарушений. Чистая биография- насколько биография бывает чистой, пока не начнёшь смотреть внимательнее. И тогда найдутся не чёрные кляксы, но серые, подтёртые кем-то кляксочки.
Дома её не было. Соседи сказали, что видели её утром с сумкой- большой, дорожной. На работе сказали, что она позвонила и взяла отгул -голос ровный, никакой спешки. Подруга, с которой она иногда общалась в мессенджере, получила сообщение в час дня -«уезжаю на несколько дней, не ищи». Подруга решила, что это про отдых. В целом, это сообщение было похоже на её поведение.
-Она уходит, - сказал Оуэн.
-Перекрыть выезды, - сказала Кэтрин. - Все трассы, автобусные станции, аэропорт. Фото есть. Разошлите!
Фото было- из базы клиники, рабочее удостоверение. Обычное лицо. Тёмные волосы, собранные назад, нейтральное выражение. Ничего примечательного.
Кэтрин смотрела на снимок дольше чем нужно для того чтобы просто запомнить лицо.

Взяли её на заправке в Нью-Джерси в десять вечера.
Она стояла у колонки и заправляла арендованный автомобиль -спокойно, без спешки, в наушниках. Двое патрульных подошли с двух сторон. Она не побежала. Посмотрела на них, потом на удостоверения, потом сняла наушники. И тогда поняла больше...
-Рейчел Коул? - сказал один из патрульных.
-Да, - сказала она.
В машине нашли дорожную сумку, в сумке -смену одежды, документы, деньги наличными и тёмную куртку с капюшоном в отдельном пакете. Там же и остальные элементы одежды, включая новую обувь со свежим протектором.

Допрос занял три часа.
Кэтрин вела его сама. Рейчел сидела на стуле ровно -спина прямая, руки на столе, голос ровный. Адвоката потребовала сразу, адвокат приехал через сорок минут. Всё по правилам. Она делала вид, что понимает, что всё нормально, так и должно быть.
На вопрос о том, зачем она это сделала, Рейчел долго молчала. Потом сказала просто, без особой интонации.
-Захотела. –Просто ответила девушка. Словно действительно, ничего не произошло.
Кэтрин смотрела на неё.
-Вы знали Патрика Уэллса?
-Нет.
-Тогда почему он?
-Он стоял у края. - Рейчел чуть пожала плечами. - Я поднялась на крышу подышать. Он там стоял. Мне захотелось посмотреть, что будет.
Тишина в комнате была такой, что было слышно, как за стеной кто-то переставляет стул.
-Вы понимаете, что вы сделали, - сказала Кэтрин. Не вопрос. Прямое утверждение, даже адвокат пожимал плечами.
-Да, - сказала Рейчел.
Психиатрическая экспертиза дала заключение через двое суток. Рейчел Коул была вменяема -не полностью здорова, с рядом выраженных нарушений, но достаточно вменяема для того чтобы отвечать за свои действия. Этого хватало для суда и не хватало для больницы. Кэтрин в таких случаях любила поступать не до конца правильно и честно. Она немного приукрашала, чтобы не удавалось смягчить, чтобы преступник железно сел. В таких случаях она считала, что гуманность, выраженная к похожим людям, с таким синдромами и в целом, с странным поведением, слишком гуманна. Они просидят пару лет в психиатрией, а потом выйдут и убьют нового. Или убив группу людей, они просто сидят на трёхразовом питании, на таблетках, могут намеренно прикидываться больными. Но если дело попадало в её руки, то прикидываться не получалось. Всё летело с треском, хитрее Кэт в её среде не было людей.

Дело передали прокурору.

Кэтрин возвращалась домой поздно- город в это время суток был другим, тише и более открытым. Она сидела в такси и смотрела в окно, и думала о том, что Рейчел Коул -это не то. Не тот след, не та история. Она убила одного человека, одним способом, один раз. Механик, консьерж, студентка, Патрик Уэллс -это четыре разных убийства четырьмя разными методами. Рейчел к ним отношения не имела. Патрик был случайностью, как и Рейч. Кэтрин это понимала, понимала, но довольствовалась тем, что, хотя бы небольшой узел из узлов из узлов, минуя такую глупую тавтологию – был распутан. Но это значило что где-то ходил ещё кто-то, кто продолжит убивать...Со стёртой подошвой сорок второго размера. Оставляя только этот мало полезный след.

Телефон завибрировал. Оуэн.
-Следователь по делу две тысячи восьмого вышел на связь, - сказал он. - Согласен встретиться. Завтра утром, Квинс. Адрес кину в сообщении.
-Буду, - сказала Кэтрин.
Она убрала телефон и посмотрела в окно. Мимо проплывали фонари- один за другим, равномерно, как удары сердца. Улицы были достаточно пустыми, в некоторых открытых витринах кафе, она замечала людей. Жизнь продолжала кипеть, даже в такое время, даже с учётом того, что в этом большом, но в то же время тесном городе живёт маньяк. А три папки дома на столе стали четырьмя.

Стив ушёл из офиса в восемь вечера.
Есть хотелось -по-настоящему, впервые за день. Он нашёл небольшое кафе в квартале от работы, которое видел раньше, но никогда не заходил. Внутри было тихо, столики в основном свободные, музыка негромкая -что-то джазовое, ненавязчивое. Он сел у стены, заказал пасту и кофе, достал ноутбук. Бежевый и нежный интерьер, не давил на него, а расслаблял. Под вкусный кофе работалось удивительно хорошо -видимо условная тишина помогала, или просто голод наконец отпустил голову. Он разобрал две сводки, ответил на письма, набросал структуру отчёта на следующую неделю. Кофе кончился, он заказал ещё. Следом ещё. Время шло незаметно.
Официантка принесла счёт около десяти, он не торопился. Просто сидел, смотрел на экран, слушал джаз. Думал о том, что сегодня спокойный вечер. Что ничего не случилось. Что город снаружи шумит как обычно и никто не падает с крыши. Никого не забивают, газеты кричат о смертях, но те, кто их не читают, и понятия не имеют, что происходит в городе. Потом подумал, что это странная мысль для обычного вечера. Собрал ноутбук, оставил чаевые и вышел. На выходе обернулась, проверил свой столик, ни оставил ли он ничего, но всё было в порядке и он вышел.

Бар назывался «Синяя линия» и стоял на углу Сорок первой и Девятой- место, куда ходят после игры, после тренировки, после победы. Рядом были разные спортивные клубы, спортзалы. Странное место для бара, но он стоял там, как родной. Сегодня победу отмечал Коннор Шей, двадцать три года, хоккеист, нападающий в любительской лиге. Его команда выиграла турнир и Коннор забил все голы сам - пять штук, в трёх периодах, один красивее другого. После матча ему вручили трофейную клюшку с гравировкой - его имя, дата, счёт финала. Толпа ликовала, команда на полном кураже. Это был его вечер.
Он пришёл в бар с командой в девять вечера с клюшкой под мышкой -смеялся, пил пиво, показывал всем гравировку, фотографировался. Команда разошлась около полуночи - у кого жена, у кого работа с утра. Коннор задержался ещё на полчаса. Допил свой бокал, поболтал с барменом, потом вышел. Ярко и шумно появился, но тихо, под звон намывающихся бокалов барменом, ушёл.

Тот, кто его ждал снаружи, стоял у стены за углом - в темноте, где фонарь не добивал. Коннор вышел из бара, свернул в переулок к парковке - короткий путь, он всегда так ходил. И всегда ни с кем не пересекался, хотя однажды встретился с каким-то бездомным. Но тот лишь взял пару долларов на еду и под всякие благословения, скрылся за углом.
Первый удар пришёл сзади. Просто кулаком в затылок, достаточно сильно чтобы Коннор потерял ориентацию и упал на одно колено. Он был выпивший, и уставший после игры. Клюшка выскользнула из рук и зазвенела об асфальт. Битое мусорное стекло впилось в руки. Коннор попытался обернуться, но не успел. Нападающий поднял её раньше. Коннор обернулся и успел увидеть поднятую клюшку, открыл рот, но звук не раздался.
Первый удар пришёлся по плечу - он закрылся рукой, рука хрустнула. Второй - по рёбрам справа, звук был такой, что бармен за закрытой дверью бара ничего не услышал, да и не услышал бы, играла шумно музыка. Коннор упал на бок, попытался встать - не вышло. Рука не держала, в боку что-то горело и не давало дышать. Удар ногой присёк на корню попытки встать. Кровь стекала на асфальт, рядом валялся осколок зуба. Удары шли один за другим - методично, без спешки, без слов. Клюшка была тяжёлой, трофейной, из хорошего дерева. Она выдержала долго - дольше, чем должна была. К восьмому удару Коннор перестал двигаться. Лишь иногда, судорожно подёргивался. Но удары пока не прекращались, снова и снова. С тяжкой отдышкой он остановился. Переулок был тихим. Где-то далеко проехала машина, ветер шевельнул мусорный пакет у стены.

Клюшку сломали, поставив между стен резким прыжком на неё, одним движением. Одну половину - ту с гравировкой, он воткнул в грудь. Не глубоко, не как нож - именно воткнули, с усилием, как метку. Обломок пробил лёгкую куртку, часть наполнения вошла с осколком. Вторую половину кинули к стене - она ударилась о кирпич и замерла. Это не было сделано с целью спрятать, просто это уже не нужно, использованный материал.

Обернувшись на свою работу, убийца ушёл. Шаги удалялись, под похрустывающее стекло, под шелестящий мусор от ветра.

Коннора нашли в четыре утра - уборщик, выходивший с мусором через заднюю дверь соседнего заведения. От увиденного, мусор из его рук выпал, одинокая банка выкатилась из пакета, шелестя, она сбежала с места преступления. А уборщик не смог. Это был старик Уил, он работал тут долгие годы, и впервые видел такое... Драки с кровью, разбитые носы, челюсти, рассечённый брови и губы, но такое...

Утренние новости вышли в семь. Как и всегда, когда жители пытались настроиться на хороший день, рабочий или учебный. Но новости редко бывают хорошими.
Ведущий говорил ровно, с той самой интонацией которая означает - серьёзно, но не паника. Держим руку на пульсе, но продолжаем жить.

«Полиция Нью-Йорка подтверждает, что в городе за последние три недели произошло пять убийств, которые следствие рассматривает как потенциально связанные. По имеющимся данным, жертвы не были знакомы между собой и не имеют очевидных точек соприкосновения. Один подозреваемый уже задержан, однако следствие продолжается. Полиция призывает жителей соблюдать осторожность в вечернее и ночное время, не находиться в одиночестве в малолюдных местах и сообщать о подозрительных лицах по номеру...»

Стив слушал это стоя у кофеварки в пижаме. Кофе перелился через край - он не заметил. Воспоминания минувших дней стали главной картинкой перед глазами.