Глава одиннадцатая: Имя

Его звали Томас Грир.

Кэтрин нашла это имя не через базу данных и не через официальные каналы - она нашла его через пенсионера с тетрадью. Роберт Хайнс позвонил ей сам, в среду утром, без предупреждения. Голос сухой, деловой, без лишних слов.

-Детектив Марш. Я нашёл кое-что в своих записях. Думаю, вам стоит приехать. Это разговор не телефонный.

Она приехала через сорок минут.

Роберт открыл дверь и сразу пошёл в комнату с картой - она уже знала туда дорогу. На столе лежала старая тетрадь, другая, не та которую она забирала. Потрёпанная, с загнутыми углами страниц. Старый и потёртый кожаный чехол говорил о дневнике больше, чем просто слова о том, что он старый.

-Это записи за два тысячи восьмой, - сказал он. - Я их перечитывал после вашего визита. Нашёл страницу, которую почти не помнил. Скажу честно – удивился. -Он открыл тетрадь на закладке из бумажного обрывка.

Кэтрин наклонилась. Почерк Роберта - аккуратный, мелкий. Дата в верхнем углу, адрес, имя свидетеля. И ниже, обведённое карандашом - «сказал, что видел соседа Грира уходящим ночью. Томас Грир, съехал через неделю после последнего убийства. Адрес уточнить». Следом свободное место, видимо для адреса. И судя по пустому полю, он не нашёл его.

-Вы проверяли это? - спросила Кэтрин.

-Пытался. Адреса нового у меня не было, по старому он уже не жил. Я пошёл в жилищное управление - там отказали, приватная информация. - Роберт закрыл тетрадь. - Я тогда уткнулся в стену и не двинулся дальше. Но у вас есть доступ к тому что у меня не было.

Кэтрин уже набирала номер Оуэна.

Томас Грир нашёлся в базе за двадцать минут.

Сорок шесть лет. Последний адрес регистрации - Квинс, две тысячи шестнадцатый год. До этого - несколько адресов за несколько лет, каждый раз другой район. До две тысячи восьмого - Бронкс, тот самый квартал. Он часто менял жильё, ещё чаще оставался без работы. Оуэн, пробил его по всем базам пока Кэтрин ехала в отдел.

-Судимостей нет, - сказал он, когда она вошла. - Вообще ничего - ни приводов, ни штрафов. Чистый.

-Работа?

-Разное. Охранник, подсобный рабочий, курьер. Нигде больше года. Последнее место работы - склад в Квинсе, уволился два года назад. После - ничего.

-Живёт на что?

-Неизвестно. Карты нет, счёта нет - или есть, но на другое имя.

Кэтрин смотрела на его фото из базы - стандартное, документальное. Обычное лицо. Именно такое, какое они и ищут. Правда Стив описал его, как более молодого. Кэт это смутило, но она списала это на ночное и тёмное время суток.

-Нынешний адрес? –Кэтрин повернулась в пол оборота к напарнику.

-Нет. Последняя регистрация двухлетней давности, квартира сдаётся другим людям уже полтора года.

-Он исчез.

-Или живёт так чтобы его не было видно. - Оуэн положил распечатку на стол. - Кэтрин, если это он - то с две тысячи восьмого по сейчас прошло шестнадцать лет. Он не убивал это время или убивал в других местах?

-Делано говорил, что убийства прекратились резко. - Она взяла распечатку. - Может что-то изменилось у него внутри. Может нашёл другой выход. Может просто затих. Скидывал хвосты.

-А потом снова начал.

-А потом снова начал. –Констатировал в след Оуэн. Оставшись с приторным привкусом этих словах на губах.

Она смотрела на фотографию Томаса Грира. Сорок шесть лет, обычное лицо, никакого следа в системе.

-Что его запустило в две тысячи восьмом, - сказала она медленно. - Это важно. Если понять что - поймём почему снова сейчас.

-Тогда нам нужна его история.

История Томаса Грира складывалась по кускам - из баз данных, из разговоров с бывшими соседями, из одного телефонного звонка с бывшим работодателем который помнил его смутно, но помнил.

Родился в Нью-Йорке. Мать умерла, когда ему было одиннадцать. Отец пил, работал редко, умер, когда Томасу было двадцать три - инфаркт, один в квартире, нашли через три дня. Томас хоронил его сам, денег почти не было, похоронили скромно. После этого - несколько лет которые нигде не отражались особо. Работал, снимал комнаты, жил тихо. Один из бывших соседей по коммуналке в Бронксе сказал Оуэну по телефону - «нормальный был мужик, тихий, никому не мешал. Злился иногда - ну так все злятся. На несправедливость особенно. Говорил, что мир устроен так чтобы давить таких как мы».

-Таких как мы - это каких? - спросил Оуэн.

-Ну, обычных. Которые работают, а толку нет. Которые всё делают правильно, а получают в итоге по голове.

Это было за год до две тысячи восьмого.

Кэтрин записала и думала об этом долго - о злости которая копится годами, о несправедливости которую человек носит в себе как камень, о том в какой момент камень становится слишком тяжёлым.

Первое убийство в две тысячи восьмом - механик с той же улицы. Оуэн поднял старые данные - механик имел репутацию человека, который обсчитывал клиентов, брал деньги, за работу которую не делал. Местные знали, жаловались, никто ничего не делал. Второе - мужчина который, по слухам того времени, избивал жену. Соседи вызывали полицию несколько раз, каждый раз жена забирала заявление. Третье и четвёртое - менее очевидны. Женщина, которая работала в социальных службах и по слухам брала взятки за ускорение документов. Ещё один мужчина, управляющий домом, выселявший людей незаконно.

-Он мстил, - сказала Кэтрин тихо.

Оуэн кивнул.

-Тем, кого считал виноватыми. Тем, кого система не наказывала.

-А потом это стало чем-то другим. - Кэтрин смотрела в стол. - Механик, женщина из социальных служб - там ещё была логика, пусть больная. А сейчас - механик без имени, консьерж, студентка, бездомные. Никакой логики. Просто привычка.

-Чудом вышел, ты говорила.

-Говорила. Что-то изменилось между две тысячи восьмым и нынешним временем. Что-то что его остановило тогда - и что-то что его запустило снова.

Это был вопрос, на который у неё пока не было ответа.

Новый адрес Томаса Грира они искали три дня. Социальные службы - ничего. Медицинские базы - ничего. Налоговая - последняя декларация две тысячи двадцатый год, после тишина. На четвёртый день Оуэн нашёл зацепку через домовладельца в Бронксе - тот сдавал комнату наличными, без договора, и помнил постояльца по имени Том который жил у него около года и съехал несколько месяцев назад.

-Куда съехал?

-Не сказал. Оставил ключ и ушёл утром. Даже не предупредил.

-Как выглядел?

Описание совпадало. Рост, возраст, тёмные волосы, начинающие седеть на висках. Тихий, вежливый, платил вовремя.

-Что-нибудь странное замечали?

Домовладелец подумал.

-Зеркало, - сказал он. - Он попросил убрать зеркало из комнаты. Говорил, что мешает спать. Я убрал - чего не убрать, человек платит. Но странно это. Зеркало и спать - при чём тут...

Оуэн записал и позвонил Кэтрин.

-Он убрал зеркало из комнаты, - сказал Оуэн. - А в заброшенном доме ставил своё на подоконник.

Кэтрин молчала секунду.

-Он контролирует, когда смотреть, - сказала она медленно. - Не хочет видеть себя случайно. Только когда сам решает.

-Что это значит?

-Не знаю ещё. Но это важно. У него есть проблемы с психикой... Это так же играет роль в его действиях.

Томас Грир снова сменил место. Где он сейчас - неизвестно. Но теперь у них было имя, история и лицо. Не размытый силуэт со стёртой подошвой - человек.

Парковка торгового центра на Лексингтон-авеню работала круглосуточно. Охранник - Дин Паркер, пятьдесят два года, работал здесь четыре года - заступил на ночную смену в десять вечера.

Это было три дня назад. Кэтрин работала по этому делу параллельно, Даниэль уже дал предварительные результаты через звонок ранее - ожоги от шокера, удары дубинкой, те же следы обуви.

Теперь она стояла на парковке и смотрела на место - угол между третьим и четвёртым уровнями, камеры там не было, мёртвая зона которую Дин Паркер обходил каждые два часа Кто-то знал расписание.

-Камеры на въезде дали его? - спросила она у техника.

-Частично. - Техник показал планшет - размытое изображение, фигура в тёмной куртке, спиной к камере. - Он знал где камеры. Шёл так чтобы не попасть в кадр лицом.

-Но попал.

-Спиной. На третьем уровне есть одна камера которую он не учёл или не знал о ней. Там он виден - силуэт, куртка, рост. Больше ничего.

Кэтрин смотрела на изображение.

Та же куртка что описывали свидетели. Тот же рост.

-Шокер, - сказала она. - Он принёс его с собой или взял у охранника?

-Шокер был на поясе у Паркера, - сказал техник. - Но Даниэль нашёл следы другого контакта на шее - характер ожогов говорит о более длительном воздействии чем от стандартного шокера охранника. Либо держал дольше, либо использовал своё, а потом взял чужое.

Кэтрин кивнула.

Он готовился. Знал расписание, знал мёртвые зоны камер. Это не случайная жертва в случайном месте - это выбранное место и выбранное время. Снова что-то менялось в его методе.

Оуэн ждал её в машине на улице.

-Томас Грир, - сказал он, когда она села. - Я думаю о его истории. О мести, которая стала рутиной. - Он смотрел в лобовое стекло. - У меня был такой случай на первом году службы. Мужчина убивал наркодилеров - только их, аккуратно, без следов. Почти год не могли поймать. Когда поймали - он сказал, что первый раз сделал это потому что дилер продал героин его сыну и тот умер. А потом... он говорил, что просто не мог остановиться. Что это стало единственным что давало ощущение что он что-то делает. Что он не просто живёт и терпит.

-Ты думаешь Грир такой же?

-Я думаю, что месть была для него смыслом, - сказал Оуэн. - А потом смысл ушёл, а действие осталось. И он нашёл как жить без смысла.

Кэтрин смотрела на него.

-Ты его почти жалеешь.

-Нет, - сказал Оуэн. - Просто понимаю. Это разные вещи. Понимаю, но не разделяю.

Они ехали обратно в отдел молча. За окнами шёл город - огни, люди, вечер, который переходил в ночь без особого объявления. Всё было, как всегда. В головах сказанные слова, описание, показания, фото и данные. Именно этим, часто забиты головы детективов и полицейских – делом.

Стив заснул рано - около десяти, что для него было редкостью в будний день. Работа последних дней вымотала, таблетка сделала своё дело быстро.

Сон пришёл почти сразу. Руки. Снова руки - он уже видел это, уже просыпался с этим. Но в этот раз было чуть иначе. Чуть чётче. Не просто движение сквозь запотевшее стекло - немного резче, немного ближе. Правая рука делала что-то - он почти мог разглядеть что. Почти. Изображение дрожало как плохой сигнал, то приближаясь, то отступая. Он пытался увидеть. Проснулся в начале третьего с ощущением что был в шаге от чего-то важного и не дошёл. Лежал в темноте. Сердце билось ровно - не испуганно, просто билось. За окном город шумел своим ночным шумом. Он поднял правую руку над собой - в темноте, просто силуэт. Смотрел на неё. Рука делала что-то во сне. Что - он не мог вспомнить. Только ощущение движения, только это. Он опустил руку и закрыл глаза. Долго лежал без сна. Потом всё-таки провалился - в темноту без картинок, без рук, без ничего.

Утром в ванной лампочка мигала - четыре раза, пауза, ещё два. Потом загорелась. Стив стоял и смотрел на неё с полотенцем в руках. Потом посмотрел на своё отражение в зеркале - бледный, невыспавшийся, с тёмными тенями под глазами, которые не проходили уже который день.

-Лампочку, - сказал он вслух. - Сегодня.

В третий раз.

Кэтрин пришла в отдел раньше всех и разложила на доске всё что было на Томаса Грира. Фотография из базы в центре. Вокруг - адреса, даты, имена свидетелей, маршруты.

Оуэн вошёл в восемь, посмотрел на доску, кивнул.

-Мы знаем кто, - сказал он. - Осталось найти где.

-Найдём, - сказала Кэтрин.

Она смотрела на фотографию Томаса Грира - на это обычное лицо, которое восемь лет назад убивало в Бронксе и потом исчезло. На человека, который просил убирать зеркала из своих комнат и ставил своё зеркало на подоконник в темноте. На человека, который снова убивает... Где-то в этом городе он был прямо сейчас. Мог прямо сейчас кого-то убивать, мог выжидать. Кэт не давало покоя то, что он ещё на свободе... Она открыла новую страницу в блокноте и начала писать - куда он мог пойти, где мог быть, что они ещё не проверили.

За окном начинался день. Серый, как всегда. Но с именем на доске.