Глава 3

София Мартинес
Испания, Валенсия

Когда я проснулась на следующее утро, то сразу потянулась к телефону, чтобы посмотреть время. 7:20 - показывал экран. Я выдохнула от облегчения: значит, не проспала, ещё есть время собраться, не придётся нестись по квартире в панике, роняя всё на своём пути.

Встав, я пошла в душ. Тёплые струи воды медленно смывали остатки сна, и на несколько минут мне даже показалось, что всё будет хорошо - будто вчерашние тревоги просто растворились в мыльной пене. Через десять минут я вышла, завернулась в мягкий, уже немного потрёпанный халат - он был таким привычным, почти родным, и от этого становилось чуточку спокойнее.

Подойдя к своему старому туалетному столику, я взяла сумку и косметичку, села за стол, привычно скользнув взглядом по знакомым мелочам: по треснувшему зеркальцу, по флакону духов с почти испарившимся ароматом, по стопке старых открыток в углу. Всё было на своих местах, как будто время здесь застыло, пока я отсутствовала.

И вдруг на краю столика, там, где раньше лежала только забытая заколка, я заметила бархатную белую коробочку. Она выглядела до странности аккуратной среди этой лёгкой небрежности, будто кто-то специально поставил её так, чтобы я точно увидела. Сердце на секунду замерло, а потом забилось быстрее - слишком уж эта коробочка была мне знакома.

Я протянула руку, пальцы слегка дрожали, и, открыв её, пожалела об этом в ту же секунду. Внутри лежала цепочка - та самая.

Мой предательский мозг сразу потащил меня в пучину воспоминаний - почти пятилетней давности...

Четыре года назад.

Я проснулась раньше него. Сегодня он спал рядом, по пояс обнажённый. Когда я увидела его, сразу вспомнила прошлую ночь: тяжёлые толчки бёдер, прерывистое дыхание, громкие стоны и влажные поцелуи. Низ живота тут же напрягся, горячая волна воспоминаний прокатилась по телу, но я усилием воли отогнала эти мысли прочь и снова посмотрела на своего любимого.

Дрожащей рукой я провела пальцем от лба до подбородка, будто хотела убедиться, что это не сон, что он здесь, настоящий. Наклонившись, я осторожно коснулась губами его щеки - тёплой, чуть колючей от утренней щетины. Он что‑то пробормотал сквозь сон, невнятное, почти детское, и раскинул руки по обе стороны головы, словно младенец, ищущий защиты. В этой беззащитной позе было столько уязвимости, столько нежности, что у меня защемило сердце.

На секунду мне захотелось прижаться к нему, спрятаться в его объятиях и забыть обо всём, но я сдержалась. Вместо этого я тихо выдохнула, улыбнулась краешком губ и, стараясь не шуметь, встала с кровати. Окно было приоткрыто, и в комнату просачивался прохладный утренний воздух - он немного остужал разгорячённую кожу и помогал собраться с мыслями.

Я бросила ещё один взгляд на него, запоминая эту картину: расслабленное лицо, взъерошенные волосы, мерно вздымающуюся грудь.

Я подошла к панорамному окну, скрестив руки на груди, и замерла, любуясь открывающимся видом - город внизу только просыпался, улицы были тихими, а небо отливало нежно‑розовым. Через минуту послышались лёгкие шорохи, и я улыбнулась, догадываясь, что Масси уже проснулся.

Уже через секунду тёплые руки обняли мою талию и притянули к себе.

- Доброе утро, - сказал он хриплым ото сна голосом.

Я улыбнулась и повернулась к нему, закинув руки ему на плечи.

- Доброе, - прошептала я и чмокнула его в губы.

- У меня для тебя кое‑что есть, - сказал он и поспешил к двери, не дав мне ничего сказать.

- Закрой свои прекрасные глазки, - произнёс он, возвращаясь ко мне; его руки были спрятаны за спиной.

Я покорно закрыла глаза, чувствуя, как внутри всё трепещет от предвкушения. Он встал у меня за спиной, и в следующую секунду что‑то коснулось моей шеи - что‑то холодное и гладкое. Я снова улыбнулась, уже точно догадываясь, что это цепочка.

Масси тихо рассмеялся и наклонился к моему уху:

- Ну, можешь открывать.

Я открыла глаза и поспешила к зеркалу. Масси тихо рассмеялся, глядя на меня. Я встала перед зеркалом и замерла: на шее поблескивала золотая цепочка с красным сердечком посередине. Невольно улыбнулась, будто это сердечко хранило какой-то особенный секрет.

Повернувшись к Масси, я бросилась к нему и обняла так крепко, будто боялась, что он вдруг исчезнет. Обхватила его руками, прижалась всем телом.

- Я очень тебя люблю, - прошептала я, уткнувшись ему в плечо. - Спасибо, Масси.

- Не надо благодарностей, - он хитро прищурился, потянул меня за руку и повалил на кровать, но мягко, бережно, так, чтобы я точно знала: он ни за что не даст мне упасть. Мы оба рассмеялись, и этот смех был как утренний свет - тёплый и настоящий.

Он лёг рядом, приподнялся на локте и посмотрел на меня так, будто видел впервые. Протянул руку, осторожно коснулся цепочки, провёл пальцем по сердечку.

- Это чтобы ты всегда помнила, - тихо сказал он. - Что ты не одна. Что я рядом.

Я накрыла его ладонь своей, прижала к своей щеке. В комнате пахло свежестью и чем-то родным, а за окном уже вовсю занимался рассвет.

- Я люблю тебя, - повторил он, и в этих словах не было ни пафоса, ни спешки - только спокойная, твёрдая правда.

И в эту минуту мне казалось, что весь мир подождёт, потому что прямо сейчас у меня есть всё, что нужно.

Наше время

Я быстро стёрла слезу, скатившуюся по щеке, и начала краситься, чтобы не опоздать. Закончив с макияжем, я приступила к волосам: достала свой утюжок и накрутила локоны, оставив волосы распущенными. Напоследок побрызгала их спреем для блеска.

Затем подошла к чемодану и принялась перебирать вещи. Мой выбор остановился на белой футболке-поло и чёрных широких штанах. Надев кроссовки и солнцезащитные очки, я поспешила к выходу, на ходу ещё раз проверив, не забыла ли что нибудь.

На удивление, в университете всё прошло гладко. Я познакомилась с новым куратором, со своими одногруппниками и подписала нужные бумаги. Выходя из здания, меня догнали две мои одногруппницы и пригласили вместе с ними пойти в клуб. Я согласилась - потому что дома всё равно было скучно, а ещё потому, что внутри вдруг шевельнулось что-то вроде предвкушения: будто день не хотел заканчиваться на обычной дороге к подъезду, а звал куда-то дальше.

Идя домой, я набрала сообщение Вэл, и пальцы чуть подрагивали - то ли от этой внезапной перемены планов, то ли просто от того, что хотелось поделиться: «Представляешь, сегодня всё так ровно сложилось - ни нервов, ни беготни. А теперь иду в клуб с девчонками. Немного страшно, но в хорошем смысле, будто делаю что-то впервые. Ты как?».

Я нажала «отправить» и, сама не заметив, улыбнулась. Даже воздух казался сегодня другим - не тяжёлым, как бывает после долгих дней, а лёгким, будто заряженным чем-то новым.