Глава 15. Турнир Трёх Волшебников: Версия Правды
После того как Бонни и Энзо случайно изменили заклинание Ровены, нимбы перестали показывать постыдные тайны и начали транслировать только положительные мысли. Это привело к неожиданному эффекту: все стали невероятно вежливыми и дружелюбными. Ссоры прекратились, драки утихли, и в Хогвартсе воцарилась странная, почти пугающая атмосфера всеобщей любви и гармонии.
Гарри стоял посреди Большого зала и смотрел на свой нимб, который теперь показывал:
«Я СЧАСТЛИВ. Я ДЖИННИ. Я ЛЮБЛЮ СВОИХ ДРУЗЕЙ. ЖИЗНЬ ПРЕКРАСНА. Я ХОЧУ СКАЗАТЬ ВСЕМ, КАК Я ИХ ЛЮБЛЮ».
— Мерлин, — прошептал он. — Это даже хуже, чем раньше.
— Я знаю, — сказала Джинни, подходя к нему. — Мой нимб говорит, что я люблю тебя, и это приятно, но это уже начинает раздражать.
«ДЖИННИ: Я ЛЮБЛЮ ГАРРИ. ОН ПРЕКРАСНЫЙ. НО ЕГО ВОЛОСЫ ВЫГЛЯДЯТ ТАК, БУДТО ОН НЕ ПРИЧЁСЫВАЛСЯ НЕДЕЛЮ. И ЭТО НЕМНОГО РАЗДРАЖАЕТ. НО Я ВСЁ РАВНО ЕГО ЛЮБЛЮ».
Гарри посмотрел на неё с удивлением:
— Ты думаешь, что мои волосы выглядят ужасно?
— Я не говорила этого! — воскликнула Джинни, но её нимб уже подтвердил:
«ОН ПРАВ. Я ДУМАЮ, ЧТО ЕГО ВОЛОСЫ ВЫГЛЯДЯТ УЖАСНО. НО Я ЛЮБЛЮ ЕГО ЗА ЭТО ТОЖЕ. ЭТО ДЕЛАЕТ ЕГО УЮТНЫМ».
Гарри засмеялся:
— Ну, спасибо. Хотя бы ты считаешь меня уютным.
— Ты всегда был уютным, — улыбнулась Джинни.
В этот момент в зал вошла профессор МакГонагалл. Она выглядела озабоченной, но её нимб сиял:
«МНЕ НРАВИТСЯ, ЧТО ВСЕ ТАКИЕ ДОБРЫЕ. НО ЭТО СТРАННО. Я ПРИВЫКЛА К ХАОСУ. ТИШИНА МЕНЯ ПУГАЕТ. Я ХОЧУ, ЧТОБЫ ВСЁ ВЕРНУЛОСЬ В НОРМАЛЬНОЕ РУСЛО. МОЖЕТ БЫТЬ, СТОИТ ОРГАНИЗОВАТЬ КАКОЕ-НИБУДЬ МЕРОПРИЯТИЕ? ЧТО-ТО ВЕСЁЛОЕ. ЧТО-ТО, ЧТО ОТВЛЕЧЁТ ВСЕХ ОТ НИМБОВ».
— Внимание! — объявила она громко. — Я решила провести Турнир Трёх Волшебников!
В зале воцарилась тишина. Затем все зааплодировали. Даже Волдеморт, который сидел в углу и пил чай, одобрительно кивнул.
— Турнир? — спросил Рон. — Но мы уже проводили его.
— Это будет новый Турнир! — сказала МакГонагалл. — С новыми правилами! Первое задание: сказать комплимент своему врагу!
Все переглянулись. Это было необычное задание. Но с учётом того, что нимбы теперь показывали только положительные мысли, оно казалось вполне выполнимым.
Первым вызвался Драко. Он подошёл к Гарри и сказал:
— Гарри, у тебя неплохие волосы. Они выглядят... воздушно.
Его нимб засиял:
«Я НА САМОМ ДЕЛЕ ЗАВИДУЮ ЕГО ПРИЧЁСКЕ. ОНА ВЫГЛЯДИТ ТАК, БУДТО ОН ВООБЩЕ НЕ ПЫТАЕТСЯ УЛОЖИТЬ ИХ, НО ЭТО ВЫГЛЯДИТ КРУТО. У МЕНЯ ТАК НЕ ПОЛУЧАЕТСЯ. Я ТРАЧУ ЧАСЫ НА УЛОЖКУ, А ОН ПРОСТО ВСТАЁТ И ВЫГЛЯДИТ ИДЕАЛЬНО. ЭТО НЕЧЕСТНО».
Гарри удивлённо посмотрел на него:
— Ты правда завидуешь моим волосам?
— Я не говорил этого! — воскликнул Драко, но его нимб уже выдал всё.
— Твой нимб говорит, — улыбнулся Гарри.
Драко покраснел и отошёл в сторону.
Теперь настала очередь Гарри. Он подошёл к Драко и сказал:
— Ты хороший любовник. Я слышал, что ты умеешь... ну, ты понимаешь.
В зале воцарилась мёртвая тишина. Затем все начали смеяться. Драко покраснел до корней волос.
— Что ты сказал?! — закричал он.
— Я сказал, что ты хороший любовник! — повторил Гарри. — Мой нимб говорит, что это правда!
«ГАРРИ: Я НЕ ЗНАЛ, ЧТО ЭТО НАСТОЛЬКО НЕПРИЛИЧНО. Я ПРОСТО ХОТЕЛ СКАЗАТЬ КОМПЛИМЕНТ. НО ПОХОЖЕ, ЧТО ПЕРЕСТАРАЛСЯ. ЧЁРТ, ПОЧЕМУ МОЙ НИМБ ТАКОЙ ЧЕСТНЫЙ?»
Драко застонал и закрыл лицо руками.
— Это был самый странный комплимент в моей жизни, — сказал он. — Но спасибо.
— Всегда пожалуйста, — ответил Гарри с улыбкой.
МакГонагалл подошла к ним и сказала:
— Это было замечательное выступление! Оба получают по десять баллов!
Все зааплодировали. Драко и Гарри пожали друг другу руки.
Ровена смотрела на это из своего укрытия и улыбалась:
— Они становятся друзьями. Это прекрасно.
Она была права. Турнир продолжался, и все участники говорили друг другу комплименты. Даже Волдеморт сказал что-то приятное Гарри.
— Ты хорошо справляешься, Поттер, — сказал он. — Я горжусь тобой.
Гарри удивлённо посмотрел на него:
— Спасибо, Том.
— Не называй меня Том, — буркнул Волдеморт, но его нимб сиял:
«МНЕ НРАВИТСЯ, КОГДА ОН НАЗЫВАЕТ МЕНЯ ТОМ. ЭТО ЗВУЧИТ ПО-ДРУЖЕСКИ. Я РАД, ЧТО МЫ ПОМИРИЛИСЬ».
Турнир закончился, и все разошлись по своим делам. Но в воздухе витало ощущение, что что-то изменилось. И это ощущение было приятным.
Гарри стоял рядом с Джинни и смотрел на свой нимб. Он больше не светился постыдными тайнами. Он светился любовью.
— Я люблю тебя, Джинни, — сказал он.
— Я тоже люблю тебя, Гарри, — ответила она.
Они обнялись, и их нимбы засияли ярче. Ровена смотрела на них и улыбалась. Она знала, что всё закончится хорошо.