Глава 4 «У тебя паранойя!»

   В прокуренной квартире было весело и шумно. Большинство народа сосредоточилось в гостиной: кто распластался на диване, основательно его уже залив спиртным; кто сидел на полу, ловя волны эйфории, а кто-то улетал в себя, растворяясь в одиночном танце. На балконе под сигареты шли какие-то пьяные споры и «караул» постоянно сменялся. Заходя в комнату с друзьями, Кирилл объявил:
   – Ребятки, у нас пополнение! Смотрите кого привёл!
   – О! Марк! – парня оживлённо приветствовали.
   – А это... напомни, как тебя зовут, – Кирилл обнял Адриана за плечо, а затем обратился к своей компании, ― у него просто такое имя экзотическое...
   – Адриан. ― тихо ответил Лебедев, борясь с желанием бежать отсюда что есть мочи.
   –Адриан! ― Кирилл заулыбался, уже почти опираясь на парня, чтобы устоять на ногах. ― Новый дружбан Марка. Адрюх... О! Можно я тебя буду Андрюхой называть? Ну я просто не выговорю твоё имя, прости...
   – Можно...
   – Ты ж мой хороший, ― Кирилл вновь расплылся в пьяной лыбе. – Так вот, Андрюх, ты это... расслабься. Будь как дома. Тут все такие охуённые ребята, я тебе отвечаю.
   – Я верю...
   – Ну вот и отлично. Отдыхай, дружище. – Кирилл хлопнул Адриана по плечу. – Марк, братиш, одну тему нужно с тобой перетереть. Пойдём покурим?
   Марк кивнул и ребята удалились на балкон. Адриан присел на край дивана, растерянно глядя по сторонам. По комнате разливался неоновый свет дискошара, а за ноутбуком сидел упитанный короткостриженный паренёк, создавая настроение вечеринки. Подвыпившие парни наваливались на своих девчонок под медляк Мари Краймбрери, а кто-то в одиночестве с бокалом вина качал головой в такт песне. Одна из таких девушек, заметив слегка потерянного Адриана, подсела к нему.
   – Какая-то мутная вечеринка, да? ― скучающе спросила гостья, будучи уже уже под хорошим градусом.
   – Ну так, на любителя, ― Адриан сначала даже не смотрел на незнакомку, а когда взглянул, в глаза ему сразу бросились волосы кислотного цвета, внушительная серьга на нижней губе и правая рука, изукрашенная татуировками.
   – А ты кто, ты что? ― безразлично спросила девушка, тоже особо не смотря на Адриана.
   – Я Адриан.
   – Как ты сказал? – неформалка оживилась. ― Адриан? Ох не хера себе имя. Это кто тебя так?
   – Ну кто... Мама.
   – Мама... В честь Адриано Челентано? Ох, он охренительный конечно. Был когда-то...
   – Ну только он Адриано, а я Адриан, – Адриана стал раздражать этот разговор.
   – Тогда... как Адриан Броуди, ― девушка не унималась.
   – Он Эдриан. – Адриан взглянул на девушку.
   – Да что ж такое, – неформалка почти искренне огорчилась. – Всё мимо. А чё ты не пьёшь ничего?
   – Да как-то не знаю... А что у вас тут пьют?
   – Всё! – девушка многозначительно кивнула головой и встала с дивана. Вернулась уже со стаканом виски. – Ты ж мужик, а мужики что пьют? Правильно. Виски. Мужик, он и сам как виски. С годами становится только лучше, – девушка протянула Адриану напиток.
   – Спасибо, – Лебедев, обычно предпочитающий вино, признался себе, что сейчас именно тот момент, когда надо выпить что-нибудь покрепче.
   – За знакомство? – девушка ударила своим стаканом о стакан Адриана.
   – За знакомство. – Адриан уже думал, как свернуть напрягающий разговор, но на ум ничего не приходило.
   – А ты чем по жизни занимаешься?
   – Веду раздел культуры в СМИ.
   – Вау! – пьяные глаза неформалки загорелись. – Это ты типа в шоу-бизнесе крутишься, с певцами всякими тусишь, актёрами?
   – Нет, я с ними общаюсь исключительно по работе.
   – А чего так? – девушка резко погрустнела, но в следующую секунду вновь оживилась. – А с кем общался? С Земфирой общался?
   – Общался.
   – Да ладно! Она охуенная, конечно, скажи?
   – Очень талантливая и самобытная, это да.
   – Кося! – неформалка позвала диджея сегодняшнего вечера, но он не отзывался. – Кося! Да Косинов, блин! Ты оглох?
   – Чего тебе? – парень снял наушники.
   – Поставь Земфиру, «Мы разбиваемся».
   – Ща.
   В колонках зазвучал голос Земфиры. Девушка, закрыв глаза и делая глоток из бокала, медленно замотала головой в такт мелодии. Вставая, она потянула Адриана за собой. Повиснув на Лебедеве, понимающем, что сопротивление уже бесполезно, неформалка рассматривала его полусонными глазами. По её лицу расплывалась умиротворённая улыбка.
   – Ты какой-то напряжённый, – протянула она.
   – Тебе так кажется – произнёс Адриан, пытаясь быть на её волне, хотя ему это давалось с большим трудом.
   – Запомни... Мне никогда ничего не кажется... Я вижу всё-всё-всё...
   – Да неужели? И что же ты видишь?
   – Я вижу... Что ты сейчас один. У тебя нет девушки. И это плохо. Это просто ужасно...
   – Почему?...
   – О! – глаза неформалки на миг округлились. – Так ты не отрицаешь, что у тебя сейчас нет девушки?
   – Не отрицаю, – Адриан чувствовал, что этот диалог начинает его откровенно раздражать.
   – Я могу это исправить, – хмельная улыбка расползлась по лицу девушки. – Пойдём со мной. – неформалка потянула Адриана за собой. – Ты такой милый, симпатичный мальчик, я тоже не уродка. Не уродка же? – её глаза многозначительно сверкнули.
   – Вовсе нет. Ты... очень интересная.
   – Интересная..., – девушка вдруг задумалась. – Такой странный комплимент, скажи?
   – Слушай, я отойду на секунду, хорошо? – Лебедев понял, что тянуть эту резину невозможно и слегка отстранил от себя девушку.
   Адриан пошёл покурить на балкон, а неформалка на какое-то время зависла в ступоре, а потом потребовала сменить песню:
   – Кося, поставь Земфиру, «Я ухожу»!
   Адриан вышел на свежий воздух с ощущением, будто в провонявшем общественном туалете заклинило ручку и пришлось прикладывать немалые усилия, чтобы выбраться наружу. Марк с Кириллом что-то активно обсуждал, но заметив Лебедева, он подошёл к нему и спросил с участием.
   – Ну, ты как? Всё нормально?
   – Да вроде. Тут пристало одно чудо в татуировках и кольцах. Еле отделался.
   – Каринка что ли? Да это ещё та ебанашка. Не, ну вообще, девчонка норм, но когда нажрётся, башню сносит капитально.
   – Ладно, ребят, вы тут общайтесь, а я пойду посмотрю, как там Карина. Надеюсь, ещё в адеквате, – потушив окурок, Кирилл вышел в комнату.
   – Ну как тебе вечеруха? – Марк подкурил Адриану.
   – Ну... Как-то непривычно, если честно...
   – Да, я понимаю, – Марк слегка улыбнулся. – Ты же наверное привык к другому обществу.
   – Скажу тебе честно, с этим «другим обществом» я общаюсь по долгу службы. Это большая яма со змеями. Там вечно приходиться включать суку, чтобы остаться наплаву. Иногда это просто капитально выматывает. А здесь я впервые за долгое время как-то... расслабился.
   – Да я заметил, – Адриан впервые услышал, как Марк смеётся – очень заразительно. – Влетел сюда как ошпаренный.
   – Не, ну это Карина просто у вас отдельный кадр, а так, смотрю, тут ребята нормальные, простые. Не знаю, может я произвожу впечатление такого избалованного мальчика из богатой семьи, брезгающего простыми смертными, но, серьёзно, я... Истосковался по чему-то простому, человеческому... Ещё в студенческие годы меня судьба свела с обычными ребятами, добрыми, без апломба. Игорь, Мишка и Артур. Мы с ними классно время проводили. До сих пор вспоминаю наши тусовки. Но тут родители вмешались, когда узнали, что я зависаю в их компании. Они посчитали, что это общение меня испортит и что вообще не камильфо парню из приличной семьи общаться с... ну... такими ребятами.
   Марк немного напрягся.
   – А у тебя что, языка нет? Не мог отстоять то, чем дорожил? Ты же дорожил этим общением?
   – Ты мою мать не знаешь. Тогда вообще хватило одного её взгляда. Она так посмотрела на Мишу и Игоря, притащивших меня пьяного домой, что у тех сработал инстинкт самосохранения. Да и я совсем зелёный был. Слово боялся поперёк сказать.
   ― Понятно, – Марк чуть оттаял. – Просто на будущее... Если ты понимаешь, что человек тебе дорог и это прям твоё, борись за него до последнего.
   – Теперь буду, однозначно.
   – Обещаешь? – Марк серьёзно посмотрел на Адриана, будто брал с него клятву в вечной дружбе и преданности.
   – Обещаю. – такая реакция Марка слегка удивила Адриана, но удивила приятно.
   На балкон вошёл Кося.
   – Ребят, чего зависли? Идёмте, сейчас Кирилл нам чего-нибудь исполнит.
   – О! – Марк оживился. – Адри, это надо слышать. Блин, поёт как Бог. И сам пишет песни. Ты, как культурный человек, должен оценить.
   – Интересно, – Лебедев вышел вслед за Марком.
   Вся компания уже расположилась на диване. Кто-то сидел на полу. Кирилл поставил по центру стул и начал настраивать гитару. Он уже был хорошо выпившим. Попытки вспомнить что-то из нового ни к чему не приводили.
   – Кирюх, давай любую, не обязательно из нового! – поддерживали его.
   – Да подождите, вообще всё из головы повылетало. – Кирилл был явно не в форме.
   Ещё несколько минут он пытался вспомнить слова и аккорды, но безуспешно.
   – Марк, братиш, давай сегодня ты. Я никакой.
   – Не, не, Кирюх, я уже сто лет не брал гитару в руки. Вообще не вариант.
   – Марк, ну пожалуйста, – Кирилл протянул другу гитару. – Я уже выпил до фига, не осилю. Ну ты же очень круто поёшь, ребята подтвердят.
   – Да, Марк, мы смотрели твои видосики в ВК, красавчик, – сказал кто-то из девчонок.
   – Марк, народ просит, – глаза Кирилла уже фактически требовали взять инициативу на себя.
   – Марк, Марк, Марк!! – заголосила толпа.
   – Ну, хорошо, хорошо, – парень сдался.
   Сменив Кирилла, Марк быстро настроил гитару и посмотрел на друзей.
   – Ну, что вам спеть?
   – Свою самую любимую! – подала голос Карина.
   – Любимую... Ну хорошо. Не так давно я увидел в Сети очень крутые строки одного поэта. Списался с ним, попросил разрешения написать музыку на его стихи и исполнить. Он дал добро, ну и в общем, вышла вот такая песня... Надеюсь, вам понравится. Пою впервые.
   – Ребят, поддержим! – заголосил Кирилл. –Звезда московских квартирников, Марк Левицкий!
   Зазвучали аплодисменты. Как только жилистая рука Марка коснулась струн гитары, он как будто весь преобразился. Глаза загорелись тем же огнём, который Адриан увидел при их первой встрече в «Москва-Сити». И вот пространство комнаты пронзил бархатный насыщенный голос, ставший теперь ещё красивее. Пока Марк настраивал гитару, Адриан немного заскучал, но по-новому зазвучавший тембр выдернул Лебедева из своих мыслей, и он уже не мог оторвать глаз от своего нового знакомого.
   – Сердце тук-тук, сердце тик-так
   Вместо будильника в 4 утра, – запел Марк, –
   В прожжённый потолок смотрят глаза,
   Вчера была пятница, сегодня – среда.
   Туманное утро сочится сквозь щель,
   Скрипучее соло исполнит мне дверь,
   Электрическим током ударит постель.
   В голове чей-то голос: «Не жди и не верь».

   Разошлось небо по швам и кипела вода,
   Просто на дно моей души бросали якоря,
   Ох, как же всё это было зря,
   Ты обознался чужак, это моя земля,
   Потоплю твой корабль на закате дня,
   Но будет сниться твой предсмертный крик: «У тебя паранойя!»

   ― Красивый парень, играющий на гитаре – это так сексуально, скажи? – уже вконец охмелевшая Карина обратила свой взор на Адриана.
   Тот лишь угукнул в ответ.

   Щелчок зажигалки, затяжка, кольцо,
   Я этому обществу плюнул в лицо,
   Ведь так порою смердит дермецо
   От якобы светлых моральных борцов.
   В этой вечной войне я привык быть один,
   За спиной часто слышу «Психованный, блин»,
   По венам несутся мартини и джин,
   Не ходите по мне, я – поле из мин.

   Разошлось небо по швам и кипела вода,
   Просто на дно моей души бросали якоря,
   Ох, как же всё это было зря,
   Ты обознался чужак, это моя земля,
   Потоплю твой корабль на закате дня,
   Но будет сниться твой предсмертный крик: «У тебя паранойя!»

   ― А вот когда такой парень так охуенно поёт под гитару, сразу возникает шальная мысль, – не унималась Карина, – а каков в постели этот красавчик? Блин, так бы и трахнула его.
   – Карин, дай послушать. – отстранённо произнёс Адриан, даже не глядя на неформалку.
   – Что, тоже попал под магию этого очаровашки? – Карина захихикала, глотая шампанское. – Понимаю, понимаю...

   Моей души не переступайте порог,
   Там словно кистью прошёлся поздний Ван Гог,
   Мой когда-то надрывный большой монолог
   Теперь умещается в несколько строк:
   «Пусть со страхами своими остаюсь визави,
   И пусть за 120 ударов в груди,
   Но я в состоянии произнести:
   «Не дай тебе Бог встать у меня на пути».

   Казалось, с каждым новым куплетом Марк распаляется подобно углям в дымящемся костре. Хотя, для Адриана это не было открытием – с первой секунды он понял, что этот парень словно спящий вулкан. На самом дне томится немыслимое количество эмоций – дай только выход этой «магме». «Он же может стадионы собирать», – мелькнула у Лебедева мысль.

   Разошлось небо по швам и кипела вода,
   Просто на дно моей души бросали якоря,
   Ох, как же всё это было зря,
   Ты обознался чужак, это моя земля,
   Потоплю твой корабль на закате дня,
   Но будет сниться твой предсмертный крик: «У тебя паранойя!»

   Марк закончил. Раздался шквал аплодисментов. Левицкий начал смущенно отмахиваться.
   – Брат, ну ты просто зверь! – Кирилл был под большим впечатлением.
   – Да перестань. Жаль, сегодня тебя не услышали. Ты же тоже рвёшь и мечешь.
   – Есть такое дело. Но не сегодня.
   – Кирюх, есть чего-нибудь выпить? Желательно покрепче.
   – Братиш, для тебя всё, что угодно. На кухне есть бутылка вискаря. На полке рядом с плитой. Увидишь.
   – Понял.
   Марк удалился на кухню. Карина с бокалом пошла за ним.
   Кирилл уселся рядом с Адрианом.
   – Ну как тебе Марк? – с пьяной улыбкой он обратился к Лебедеву.
   – У него талант, – Адриан ещё не отошёл от впечатления. – Ему надо как-то себя раскручивать.
   – Да я ему сто раз об этом говорил, – вздохнул Кирилл. – А он всё одно – не хочу в этот гейский шоубиз идти, я так, для друзей в компании.
   – Я уже это слышал сегодня, – улыбнулся Адриан.
   – Так он тебе уже что-то исполнял?
   – Нет. Он мне жаловался, что работу не может найти. Я ему предложил пойти в модельный бизнес. Природа такие данные дала.
   – Это да. Девчонки на концертах закидывали бы влажными трусами, – Кирилл заржал.
   Вдруг из кухни послышался голос Марка:
   – Да я ж тебе сказал, отвали ты от меня!
   В следующую секунду раздался звук разбивающегося стекла.
   – Ты чё руки распускаешь?! – донёсся голос Карины. – Охуел что ли?!
   Кирилл с Адрианом тревожно переглянулись и рванули на кухню. За ними подтянулись все остальные.
   Марк стоял, вжавшись в стол, страшным взглядом испепеляя Карину. Та в не менее возбуждённом состоянии сверлила его глазами. В них наворачивались слёзы.
   – Я такая страшная, да?! – чуть не плакала она. – Ну да, понимаю, тебе с твоими запросами только длинноногих моделей подавай!
   – Да ты просто себя как шлюха ведёшь, – прорычал Марк, – терпеть таких не могу. Достоинства вообще по нулям?
   – А х ты ж мразь! – Карина с кулаками кинулась на Марка.
   – Да, блять, успокойся ты! – он пытался её угомонить и, не рассчитав силы, толкнул прямо в холодильник.
   – Марк, да хорош, ты чего! – Кирилл кинулся к другу.
   – Слушай, а может ты педик, а?! – у Карины началась истерика.
   – Что ты сказала?! – Марк окончательно взорвался и кинулся к Карине, но Кирилл его удержал.
   – Марк, да харе уже!! Остынь! – хозяину квартиры стоило больших усилий сдерживать разгорячённого друга. – Карина, иди в комнату!
   – И друг, которого ты с собой привёл, видимо такой же! – Карину несло. – А... Я кажется поняла... Я поняла, – девушка расплылась в нервной ухмылке. – Вы типа любовники... Да? – Карину начал раздирать смех.
   – Что, блять?! – с округлёнными безумными глазами Марк попытался врываться из рук Кирилла. – Пасть свою закрой, сука!!
   – Марк!! – Кирилл уже был не на шутку напуган.
   – Да горите вы оба в аду! – показав Марку средний палец, Карина скрылась в гостиной.
   – Марк, всё! – Кирилл уже кричал. – Успокойся!
   Тяжело дыша, Марк представлял сейчас собой дикого зверя, который только что закончил битву за территорию. Глаза, налитые кровью, готовы были сжечь каждого, кто попадал в их поле зрения.
   – Адри, мы уходим! – прогремел Марк.
   – Марк..., – Кирилл смотрел на друга перепуганными глазами.
   – Кирюх, не сейчас. Завтра созвонимся.
   Схватив с вешалки куртку, Марк вышел из квартиры. Вконец ошарашенный Адриан пошёл за ним.
   Они стояли на улице, курили. Лебедев наконец решился что-то произнести, но Марк его осёк.
   – Только ничего сейчас не говори, хорошо?
   У Адриана зазвонил телефон. На экране высветилось «Мама». Лебедева обдало холодной волной. 18:50. В 19:00 у матери премьера. Он уже не успеет, никак. В эту секунду Адриан себя ненавидел.
   – Да, мам? – сердце Лебедева упало в пятки.
   – Адриан, ты уже в театре? – раздался гробовой голос Марины.
   – Нет, мамуль, прости... Ради Бога, прости... Я не успеваю.
   – Я поняла. Я в общем не поэтому звоню, – голос женщины дрожал. – Только что звонила Наташа, тётя Стаса. Он со своей девушкой разбился насмерть... На твоей машине.