Тайлер (часть 3)

Ветер меняет направление и беспощадно бьёт прямо ему в лицо, заставляя поморщиться, морозит щеки и растрёпывает его отросшие тёмные волосы со светлыми прядями, пробираясь под воротник его тёплой, траурной толстовки. Сколько таких дней уже было в прошлом? Сколько раз Тайлер прятался от родителей, а после закидывал в рот сразу несколько мятных конфет, чтобы перебить запах? Сейчас он не прячется, но и удовольствия от этого никакого не получает. Только чувствует уже знакомую усталость — тяжёлую, липкую и оседающую внутри словно пепел от его сигарет. Но он не обманывается, как только настанет ночь, как только он ляжет в постель — усталость, как и сон, тут же исчезнет, как и всегда, оставив его одного с пустотой и страхами прошлого внутри.

— Знаешь, курение может вызвать импотенцию у мужчин, поскольку оно повреждает кровеносные сосуды, которые снабжают кровью половые органы.

Низкий, хрипловатый голос раздаётся совсем рядом, и Тайлер чуть опускает голову. Темнокожий парень, стоящий перед ним, выглядит так, будто вообще не подозревал, что на улице уже январь. Высокий, с широкими плечами и крепким телосложением, он стоит перед Тайлером, засунув руки в карманы мешковатых джинсов, которые несмотря на его внушительную комплекцию кажется ему великоватыми. Его футболка, обычная тёмно-синяя футболка без логотипов и рисунков, тонкая настолько, что от одного взгляда на неё становится холодно. Как будто он просто вышел на пару минут и совершенно не чувствовал мороза, пробирающегося под одежду. Но больше всего Тайлеру не нравятся его глаза: неестественно яркие, голубые, совсем несочетающиеся с темным цветом кожи и слишком бросающиеся в глаза — но при этом в них проглядывается тёплый карий оттенок, когда свет падает под определённым углом. Линзы. Незнакомец напротив — очередной лжец. Кто вообще носит линзы в таком месте? Для кого он пытается казаться тем, кем не является? И почему, чёрт возьми, он решил подойти именно к нему?

— Это также влияет на качество семенной жидкости, уменьшает количество сперматозоидов, что приводит к бесплодию. Ну просто, чтобы ты понимал, что делаешь, вдыхая этот яд.

— Отъебись.

Раздражённо выдыхает Тайлер, снова устремляя взгляд обратно в небо, стараясь всем своим видом показать, что на этом их разговор окончен.

— Я тебя кажется здесь раньше не видел. Ты новенький? — задумчиво его разглядывая, спрашивает парень, чуть приподняв бровь и сделав вид, что не услышал, как Тайлер только что его послал.

— Нет, просто мимо проходил. Погулять вот решил, свежим воздухом подышать, — фыркает Тайлер, надеясь, что его оставят в покое.

Но, кажется, парень в ближайшее время не собирается никуда уходить. Тайлер раздраженно закатывает глаза, лёгким движением кисти стряхивая пепел с сигареты на землю. Конечно, именно сегодня ему попался тот, кто не понимает намёков.

— Хорошее ты место выбрал для прогулки, однако, — с ноткой насмешки произносит он, чуть наклоняя голову, словно изучая Тайлера. — Я присяду?

Незнакомец даже не дожидается ответа или хотя бы согласного кивка, просто бесцеремонно опускается рядом, явно чувствуя себя вполне комфортно, будто они давние приятели, а не два незнакомца, столкнувшихся совершенно случайно. Тайлер едва сдерживается, чтобы не цокнуть языком, поджимая губы от досады. Неужели этот придурок не видит, что ему здесь не рады?

Но парень не обращает на него внимания. Ни на его тон, ни на выражение лица, ни на то, как Тайлер демонстративно отстраняется, будто давая понять, что между ними должно быть как минимум несколько футов расстояния. Тайлер скашивает на него взгляд, испытывая лёгкое беспокойство. Обычно люди либо сразу злились на него за грубость, начиная лезть в драку, либо, наоборот, уходили, не желая связываться, но этот даже бровью не повёл. Он остаётся чересчур спокойным и невозмутимым, как будто слова Тайлера вообще его не задели. Чёрт, а что, если он... странный? Ну, конечно, он странный, они же находятся в психушке. Но насколько странный?

Тайлер невольно напрягся, скользя взглядом по его сильным рукам, широкой груди и лицу, половину которого скрывали дреды. Опасным или психованным он вроде бы не выглядит. Хотя, кто знает? Но парень прикрывает глаза, словно подтверждая, что ему абсолютно плевать на отношение Тайлера, и делает вид, будто просто наслаждается свежим воздухом. Холодный ветер налетает на них резким порывом, заставляя Тайлера поёжиться и съёжиться, пытаясь спасти остатки тепла, а вот его незнакомый спутник даже не дёргается.

— Я Джастин, кстати.

Парень представляется неожиданно легко, будто этот разговор для него — что-то совершенно обычное, как ничего не значащая болтовня в очереди за кофе. Он протягивает вперёд руку, всю увешанную металлическими кольцами — явно не сочетающимися между собой. Тайлер не может не заметить: кольца дешёвые, какие-то уже поцарапаны, у одного даже слегка облезло покрытие, но почему-то при этом каким-то образом они смотрятся на нём хорошо, естественно дополняя образ. Тайлер бросает на них беглый взгляд, замечая, как металл поблёскивает под редкими лучами солнца. Он не отвечает на рукопожатие, просто делает очередную затяжку и продолжает смотреть в небо. Джастин, похоже, даже не замечает его молчание — он опускает руку обратно, словно ничего и не было, и тут же склоняет голову, как будто только что вспомнил нечто важное.

— Знаешь, у меня есть один талант. Я сразу могу сказать, что не так с человеком.

В его голосе слышится лёгкая хрипотца, будто он много говорил или недавно смеялся. Тайлер медленно выдыхает, на этот раз он играет с дымом, наблюдая, как тот извивается. Затейливые фигуры появляются и тут же исчезают, растекаясь и тая в воздухе. Тяжёлый ни с чем не сравнимый сигаретный запах впитывается в пальцы и в одежду, но Тайлеру плевать.

— Чёрная одежда, пустой взгляд и мешки под глазами, будто ты давно не спал, а ещё эти синяки… — Джастин начинает загибать пальцы, словно составляя список. — Я бы поставил на депрессию или траур. Дай-ка угадаю, ты кого-то недавно потерял? Я прав или я прав?

Он говорит это так легко, будто обсуждает прогноз погоды и даже не догадывается, что только что ткнул в болезненно открытую рану. Тайлеру хватает всего одной секунды, чтобы почувствовать, как внутри всё сжимается от ярости. Он резко выдыхает и поворачивается к Джастину, сжимая сигарету в пальцах так сильно, что это просто чудо, что она не развалилась тут же, осыпавшись пеплом у его ног.

— Не твоё дело, придурок.

Отрезает Тайлер, смотря прямо в фальшиво-голубые глаза напротив. Джастин на секунду замирает, явно не ожидая такой бурной реакции на свои слова. Он открывает рот, будто собирается что-то сказать, может даже оправдаться, но Тайлер не даёт ему такой возможности. Он и так сдерживался слишком долго, не хотел ругаться с родителями в дороге и оказаться запертым в ловушке косых взглядов и неуютного молчания до конца их поездки сюда.

— У тебя своей жизни что ли нет? Или она настолько скучная, что новенький в этой дыре будоражит тебя похлеще второй банки энергетика, которую ты, небось, выпил втайне от своей мамочки? — его голос полон раздражения. — Или, может, ты просто физически не способен пройти мимо, не втягивая людей в свои тупые разговоры?

Элисон постоянно шутит на ним, говоря, что куда лучше быть с ним на одной стороне, чем против него. В смысле шутила, раньше.

Тайлер срывается, слова льются безостановочным потоком, злость, накопившаяся за весь день, выплёскивается наружу. Он уже не может остановиться, открыв свой рот. Джастин просто попал под горячую руку, и плевать, заслужил он это или нет. Он сам напросился — не стоит подсаживаться к незнакомцам, прячущимся в тени на территории психиатрической клиники, вполне вероятно они хотят побыть одни.

— Тем не менее, это не означает, что я обязан тебя выслушивать. Так что займи себя чем-то и оставь меня наконец в покое.

Тайлер уверен, что после такого монолога Джастин, наконец, уйдёт. Или что он хотя бы немного разозлиться. Но вместо этого тот продолжает сидеть рядом, оправдывая своё нахождение здесь, слегка приподняв бровь, и смотря на него с выражением живого интереса на лице.

— Моя мать умерла вообще-то.

Тайлер стискивает зубы. Чёрт. Он тяжело дышит, чувствуя, как что-то тоскливо сжимается внутри. Может быть, это лёгкое сожаление. Может быть, раздражение от того, что он ляпнул лишнего. Но Джастин, кажется, даже не думает обижаться. Он смотрит прямо на него, выдерживает паузу, потом вдруг запрокидывает голову и громко смеётся. Этот смех звучит неожиданно — глубокий, хрипловатый и раскатистый, будто исходит из самой груди и заполняет воздух вокруг. Тайлер не помнит, когда в последний раз слышал такой искренний смех. Он открытый и настоящий, совсем не похожий на те короткие натянутые смешки, к которым Тайлер привык за последнее время.

— Расслабься, друг. Это было давно.

Тайлер хмурится, отворачиваясь в другую сторону, чтобы скрыть лицо. Он не знает, что раздражает его больше в этой ситуации — его собственная реакция или то, с какой лёгкостью Джастин перевёл всё в шутку.

— Ну и выражение лица у тебя было конечно! — Джастин выдыхает сквозь остатки смеха, проводя рукой по волосам.

Тайлер хмурится и сжимает челюсти, ощущая, как раздражение накатывает на него новой волной.

— И что, блядь, было не так с моим лицом?

— Будто мы в пятом классе, и я только что ударил тебя по голове учебником по биологии.

Джастин снова усмехается, его глаза весело блестят за ненастоящей голубизной линз. Тайлер хмурится сильнее, но не может заставить себя отвлечься от этой чёртовой самоуверенной ухмылки.

— Ладно, не буду больше портить твоё меланхоличное одиночество своими тупыми разговорами.

Джастин вдруг делает вид, что достаёт из кармана воображаемый ключ, подносит его к своим губам и крутит им, как будто закрывает их на замок. А потом с преувеличенной небрежностью выбрасывает этот воображаемый ключ себе за спину. Но Тайлер даже не успевает вздохнуть с облегчением, его нового знакомого на долго не хватает.

— Ты какой-то слишком тихий. Знаешь, это даже немного пугает.

Джастин комментирует это буднично, словно констатирует очевидный факт, не требующий обсуждения. Он играет с кольцами на своих пальцах, крутя их, перебирая и перекатывая между костяшками, иногда снимая и надевая обратно на другие пальцы.

— А ты слишком громкий. Это раздражает и не немного.

Передразнивает его Тайлер, хмыкая. Он подносит сигарету к губам и делает ещё одну длинную затяжку. Огонёк почти подбирается к фильтру, тлеющий кончик осыпается крошечными искрами, которые тут же уносит ветер. Тайлер намеренно выпускает густой, насыщенный дым в сторону нового знакомого, наблюдая за его реакцией. Джастин морщится, отводит голову в сторону, старясь избежать дыма, и, кажется, даже ненадолго задерживает дыхание, но всё ещё не уходит.

Тайлер с сожалением смотрит на сигарету, выкидывает окурок себе под ноги и неторопливо тушит его носком ботинка, слегка притоптывая его и пряча под листьями, чтобы не вызывать ненужных вопросов. Джастин следит за этим движением, потом внезапно радостно хлопает в ладоши и вскакивает на ноги.

— Значит, готов?

— К чему?

Тайлер настороженно поглядывает на него, хмурясь, но встаёт со скамейки, отряхивая ладонью штаны. Поднявшись, он с раздражением отмечает, что Джастин оказывается немного выше. Не то чтобы Тайлер был низким, но с его ростом он редко сталкивался с необходимостью смотреть на кого-то снизу вверх. Но этот парень… этот парень явно мог собой гордиться. И вот теперь Тайлеру приходится слегка запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

— К экскурсии, конечно же! Пойдём, будет весело!

Джастин радостно улыбается ему и протягивает руку, видимо, собираясь по-дружески хлопнуть Тайлера по плечу. В этом нет ничего плохого — обычный жест, но Тайлер едва успевает отступить в сторону, уворачиваясь с резкостью, которая могла бы показаться преувеличенной, если бы не охватившая его в этот момент паника.

— Не трогай меня.

Это не просьба и даже не объяснение — скорее суровое предупреждение. В его голосе слышится напряжения, а дыхание сбивается, пока Тайлер пытается взять себя в руки. Мышцы плеч дрожат от накатившего ужаса, а сердце бешено колотится в груди. Разум кричит, что никакой опасности нет, что сейчас не будет боли, но тело всё ещё реагирует иначе, не слушая доводы разума. Джастин замирает с поднятой рукой, на секунду он выглядит по-настоящему растерянным, но тут же опускает ладонь и кивает, будто признавая его границы.

— Понял, не дурак.

Он изучает Тайлера внимательнее, будто только что заметил что-то важное, что не подметил в первые секунды их знакомства. Потом кивает в сторону главного входа в клинику.

— Так ты идёшь?

Тайлер кивает. Не то чтобы у него вообще был выбор. Конечно, формально он уже совершеннолетний, и никто не может заставить его лечь в клинику принудительно, но… Боже, его родители просто взбесились, когда нашли у него в сумке несколько косяков с травкой. Сам Тайлер не считал это чем-то настолько ужасным — по крайней мере это было ничем не хуже, чем те же сигареты или алкоголь, который он прятал в своей комнате. Но родители явно думали иначе. Хоть и не сразу, но они смогли смириться с его драками, постоянными побегами из дома посреди ночи, пирсингом и крашеными волосами, но не с этим. И вот он здесь, в Вудхейвене — райском месте посреди леса, где ему обязательно должно стать лучше, совершенно уверенный, что это пустая трата как его времени, так и родительских денег.

Внутри клиники, к великому счастью, Тайлера, восхитительно пахнет кофе. Они задержались в дороге, и он пропустил местный завтрак, так что остаётся только надеяться, что этот божественный аромат исходит не из комнаты для персонала, а из столовой. Тайлер уже мысленно накидывает этому месту пару баллов за возможность выпить с утра чёрный кофе.

За стойкой регистрации у входа сидит приятная на вид медсестра. Она выглядит не сильно старше самого Тайлера, он бы не дал ей больше двадцати трёх и то с натяжкой. Светло-голубая медицинская форма подчёркивает её тонкую талию, а улыбка — искренняя и доброжелательная, без намёка на жалость сразу располагает к себе. Тайлер поправляет сумку на плече, выпрямляется и делает неуверенный шаг вперёд. Вот и всё — обратного пути нет.

— Привет, ты — Тайлер, правильно? — уточняет она, сверяясь с документами, и поднимает на него тёплый взгляд карих глаз.

После его кивка медсестра поднимается со стула, демонстрируя свой совсем не внушительный рост, особенно по сравнению с ним или Джастином.

— Добро пожаловать в Вудхейвен, — говорит она слишком уж жизнерадостно для формального приветствия. — Меня зовут Сара. Я одна из медсестёр, и я покажу тебе клинику.

— Тебе понравится, Тайлер, — вставляет Джастин, лениво облокотившись о стойку регистрации и нарочито растягивая гласные в его имени, будто радуясь, что узнал его. — Люди тут почти нормальные, персонал не кусается. В целом жить можно.

— Рад это слышать, — бормочет Тайлер, сунув руки в карманы.

Он всё ещё не уверен, стоит ли ему вообще реагировать на присутствие этого парня или проще просто игнорировать. Сара, будто впервые его заметив, поворачивается к Джастину, вопросительно приподнимая брови.

— А ты почему ещё здесь? Разве сегодня утром у тебя нет терапии с доктором Штрауд?

Она уже тянется к компьютеру, видимо собираясь проверить расписание, но Джастин беззаботно пожимает плечами и отвечает тоном человека, для которого вся жизнь — один большой импровизированный спектакль одного актёра в главной роли.

— Одри это было нужнее, так что мы поменялись.

Тайлер не спрашивает, о чём он говорит и кто такая Одри. В конце концов, его это не касается. Но Джастин явно выглядит довольным собой, как будто только что провернул хитрую махинацию, которая сделала его день лучше. Сара, кажется, удовлетворена его ответом, и прекращает свой небольшой допрос, поворачиваясь обратно к Тайлеру.

— Тебе придётся кое-что подписать, а ещё мне нужно осмотреть твою сумку на предмет запрещённых вещей.

Тайлер прищуривается, скрещивая руки на груди.

— Дайте угадаю. Сигареты входят в этот список?

— Десять очков Гриффиндору, — бормочет Джастин рядом, но Тайлер просто игнорирует его, даже не удостоив взглядом.

Сара улыбается, но разводит руками в притворном жесте сожалении.

— Боюсь, что так. Зажигалку, если она у тебя есть тоже придётся сдать.

Она достаёт прозрачный пластиковый пакет на застёжке, берёт в руки чёрный маркер со стола и размашисто пишет на нём чёткими ровными буквами "Тайлер Риверс".

— Лучше сдай всё сейчас. Если найдут потом — выкинут, а тебя поставят на учёт.

Тайлер с сожалением достаёт из кармана почти полную пачку сигарет и зажигалку, которую сжимал в руке, надеясь, что ему удастся её оставить. Сара молча забирает вещи, бросая их в пакет, и поднимает на него вопросительный взгляд.

— Всё?

Она скользит глазами по его лицу, словно ожидая, что он вдруг вспомнит про ещё один тайник, но Тайлер лишь пожимает плечами.

— Никакого алкоголя, лекарств или острых предметов?

— Нет.

Не то чтобы он не знал, куда едет, чтобы по глупости прихватить с собой бритву. Он не собирался ничего делать с собой, но и не хотел случайно оказаться причиной чьего-то последнего дня на земле. Сара всё равно присаживается на корточки перед его сумкой и ловко расстёгивает молнию, распахивая её и проводя стандартную, но всё же тщательную проверку.

Тайлер со стороны наблюдает, как она аккуратно перебирает его вещи, явно привыкшая к этой процедуре. Джастин, которому, судя по всему, вообще нечем больше заняться, делает шаг ближе и, совершенно не стесняясь, заглядывает через его плечо внутрь.

Внутри нет ничего необычного, он взял с собой несколько чёрных футболок, пару худи, джинсы, носки и нижнее бельё. Всё аккуратно сложено, но явно собрано без особой тщательности. Среди одежды лежат стандартные ванные принадлежности. Но вот что сразу бросается в глаза так это книги. Тайлер не стал брать с собой много вещей, но книги заняли почти треть его сумки. Толстый сборник стихов, несколько любимых романов и парочка уже ни раз перечитанных и слегка потрёпанных детективов с загнутыми страницами и торчащими закладками.

— О, так ты любишь читать?! — восклицает Джастин, одобрительно кивая и хватая одну из книг прежде, чем Тайлер успевает среагировать на такую откровенную наглость. — Детектив? Неожиданно. Я думал, ты читаешь что-то мрачное, типа философских размышлений о бессмысленности нашего бытия или фэнтезийное порно на крайний случай.

Джастин играет бровями.

— Ну знаешь, драконы, кентавры и остальные крылатые и хвостатые из той же серии.

— А может, я просто люблю хорошие истории про убийства.

Тайлер раздражённо цокает языком, выхватывая книгу у него из рук и на этот раз запихивая её в самый низ сумки, под одежду, чтобы Джастин больше не лез.

— И вообще это не твоё дело.

— Как-то не интересно звучит.

Пожимает плечами Джастин, пытаясь прочитать название другой книги. Тайлер делает шаг вперёд, перекрывая ему обзор.

— Хватит пялиться.

— Всё в порядке, — прерывает их спор Сара с лёгкой улыбкой и тут же спохватывается, внезапно вспомнив об ещё одной маленькой детали, и с долей сожаления смотрит на Тайлера. — Ах да, телефон тоже придётся сдать.

— Не бойся, они выдают их нам дважды в день, — тут же говорит Джастин, видимо пытаясь его утешить.

Тайлер закатывает глаза, но без споров вытаскивает телефон из кармана и протягивает его медсестре.

— Всё равно мне не с кем общаться, — бормочет он себе под нос, даже не осознавая, что сказал это вслух.

— Депрессивненько, — тут же комментирует Джастин. — Добро пожаловать в клуб.

Сара фыркает, покачивая головой, и забирает телефон. Прикрепив к нему бирку, она аккуратно убирает его в прозрачный контейнер с другими сданными телефонами, прежде чем снова переключить своё внимание на Тайлера.

— И тебе придётся снять пирсинг. Ну и любые другие украшения, конечно же.

Сара указывает на его штангу в ухе, и Тайлер, сам того не осознавая, медленно касается металла пальцами. Украшение всё ещё прохладное после улицы, знакомое и привычное.

— Снять? — он хмурится, недовольно прищуриваясь.

— Да, — Сара кивает, и в её голосе даже слышится лёгкое сочувствие. — Все вещи, которые могут хоть как-то навредить тебе или другим, придётся оставить здесь.

Тайлер скептически косится на Джастина, а потом медленно переводит взгляд на его пирсинг в носу.

— А он что, особенный?

Джастин, до этого бездумно перебирающий кольца на пальцах, с интересом приподнимает брови, а затем ухмыляется.

— Эй, я вообще-то тут уже два месяца и заработал какое никакое доверие, — он театрально отводит дреды назад, будто демонстрируя своё "безупречное" поведение.

— Ни одной попытки причинить себе вред, — подтверждает Сара.

— Верно, — Джастин довольно кивает. — Мы все тут очень гордимся мной, между прочим.

Тайлер фыркает, едва заметно качая головой. Ну конечно, гордятся. Он скользит пальцами по металлическому кресту в ухе, задерживая дыхание на несколько секунд, а затем раздражённо выдыхает. Джастин пожимает плечами, достает из кармана небольшой плеер и длинные проводные наушники, вставляя один в ухо.

— Ты лучше не тени и начинай снимать, Тай-Тай.

И вот тут всё меняется. Тайлер замирает на месте, будто кто-то вылил на него ведро ледяной воды. На секунду воздух вокруг будто бы сжимается, становясь тяжёлым и неподъёмным, а внутри что-то вспыхивает обжигающим жаром. Его тело ещё помнит это прозвище, его сознание ещё помнит этот голос — звонкий и полный доброй насмешки.

«Тай-Тай!»

Она постоянно так его называла. Когда дразнила, когда звала его на ужин, когда отвлекала от чтения, когда...

Перед глазами вспыхивает её образ, такой знакомый. Веснушки, чуть растрёпанные светлые волосы, хитро прищуренные глаза и лукавая улыбка, которая почти всегда предвещала проблемы им обоим. Тайлер с силой сжимает кулаки, ногти впиваются в ладонь, а в груди разгорается ярость. Он медленно разворачивается к Джастину, и тот, кажется, понимает, что что-то не так. Насмешливая ухмылка исчезает, сменяясь лёгким замешательством.

— Назови меня так ещё раз, и клянусь, я тебя ударю.

Голос у него ровный и холодный, но в нём отчётливо чувствуется угроза. Тайлеру хочется ударить его, хочется заставить его замолчать, хочется кулаком стереть это прозвище с его губ, которое в чужом исполнении звучит слишком неправильно. Сара мгновенно вскидывает голову, её строгий, недовольный взгляд останавливается на Тайлере.

— В Вудхейвене мы не поощряем драки или решение конфликтов насилием, — твёрдо говорит она.

Тайлер сжимает кулаки, чтобы не ответить ей как именно он решает конфликты. Джастин молчит, какое-то время просто изучая его, а потом медленно поднимает руки в примирительном жесте.

— Всё в порядке, Сара. Это моя вина. Не всегда знаю, когда стоит остановиться.

Джастин улыбается, но на этот раз мягче, без привычного вызова в глазах. Сара всё ещё выглядит недовольной их ссорой, но, похоже, решает не раздувать конфликт ещё больше и просто поторапливает Тайлера с пирсингом. Тайлер тяжело дышит, пальцы всё ещё дрожат от злости, а спина покрывается тонким слоем пота. Он резко отворачивается, борясь с желанием свернуть этому болтливому парню челюсть и молча вынимает штангу и серьгу в виде креста, кладя их в прозрачный пакет, в котором уже лежат его сигареты.

— И браслет, — добавляет Сара, кивая на его правое запястье.

Тайлер замирает, его пальцы рефлекторно находят на запястье тонкий металлический браслет, и он судорожно сжимает его, словно тот может раствориться в воздухе. Браслет невесомый, почти незаметный — цепочка из серебристого металла, тонкая, но прочная, украшенная крошечными бусинами и подвесками в форме звёздочек. Он совсем простенький, но для Тайлера этот браслет невероятно ценен. Элисон никогда его не снимала, даже когда она ела хлопья на завтрак, лениво перелистывая страницы книги, даже когда закручивала волосы в пучок перед сном, даже когда пыталась вытереть слёзы рукавом худи после особенно дерьмового дня.

Никогда.

А теперь он у него. И если его отнять — не останется больше ничего.

— Нет, — его голос звучит резко, даже для него самого.

Сара прослеживает взглядом его жест и мягко вздыхает, будто привыкла к проблемным пациентам.

— Тайлер, правила есть правила.

— Сказал же, нет.

Он проводит кончиком пальцев по небольшому металлическому кулону в форме звезды, чуть шершавому на ощупь, с мелкими вмятинами и царапинами, появившимися со временем. Этот браслет — не просто украшение.

— Нам важна безопасность, я понимаю, что...

— Обещаю, я ничего с собой не сделаю, — выдавливает из себя Тайлер.

Сара колеблется, замечая, как дрожит его голос. Она уже явно догадалась в чём проблема, но Тайлер всё равно добавляет едва слышно, надеясь, что после этого его оставят в покое.

— Это браслет моей сестры.

Сара немного опускает плечи, а во взгляде появляется понимание. Она, как и весь здешний персонал, наверняка уже читала его карту и знает, почему он здесь. Тайлеру хочется закричать, но он просто ждёт, стиснув зубы.

— Хорошо, — наконец говорит Сара.

Тайлер не отвечает. Просто смотрит на неё несколько долгих секунд, а потом отводит взгляд, чувствуя, как медленно отступает накатившая волна паники. Его пальцы всё ещё машинально перебирают бусины браслета, но он уже не сжимает их так крепко. Джастин, стоя сзади, молчит, впервые с их встречи ничего не комментируя.

Сара выдерживает короткую паузу, будто давая ему возможность прийти в себя, прежде чем кивнуть в сторону коридора за своей спиной.

— Давай я покажу тебе, где тут что.

Джастин лениво потягивается и, как и раньше, не дожидаясь приглашения, следует за ними.

— Начнём с самого важного, — продолжает Сара, двигаясь по длинному светлому коридору и указывая на разные двери. — Ванные комнаты, как и туалеты у нас общие, и не запираются.

Тайлер морщится, его шаг на мгновение сбивается. Отлично. Просто замечательно. Он уже заранее ненавидит каждое утро, каждый вечер, каждую попытку помыться в одиночестве, когда кто-то может в любую секунду зайти внутрь. Сара замечает его выражение лица, слегка вздыхает и добавляет:

— Я знаю, это неудобно. Но поверь, так лучше, чем… Впрочем, это неважно.

Она быстро меняет тему и указывает на коридор, откуда доносится громкий смех.

— Там столовая и комната отдыха. Кабинеты врачей в другой стороне — скукотища, разберёшься потом сам.

Тайлер не успевает ничего ответить — из-за угла выбегает девушка, спотыкаясь о собственные ноги и чуть не врезаясь в стену. Она невысокая, едва ли достаёт ему до плеча, с изящной, подтянутой фигурой. На ней широкие чёрные джинсы с парой искусственных разрезов на коленях и полупрозрачная чёрная кофта с длинными рукавами. Ткань настолько тонкая, что под ней угадываются очертания её тела — линия ключиц, тонкая талия, лёгкий изгиб рёбер. Её глаза расширены, на лице смесь ужаса и едва сдерживаемого веселья.

— Сейчас описаюсь, — шепчет она, оглядываясь через плечо. — Боже, я сейчас точно описаюсь.

Она бежит, не глядя по сторонам, и едва не врезается в Тайлера. Он машинально делает шаг назад, поправляя съехавшие на нос очки и рассматривая её. Темноволосая, с короткой, небрежно уложенной стрижкой, она чем-то напоминает ему пантеру — изящную, но явно опасную. Глаза тёмные, подчёркнутые красными тенями и резкими чёрными стрелками, взгляд дерзкий и будто бы с насмешкой. Кожа с тепловатым, немного оливковым оттенком, но на руках и шее светлые пятна — витилиго. Тайлера задерживает на них взгляд, чтобы рассмотреть внимательнее. Он никогда не видел подобного вживую, и это почему-то завораживает. Она красивая. Очень красивая. Тайлер замечает, как, замедлившись, она нервно одёргивает рукава вниз, закрывая запястья, но он всё равно успевает заметить светлую линию шрама.

— Привет, Джастин! Привет, Сара! — бодро говорит оно, прежде чем её взгляд останавливается на Тайлере.

Она осматривает его с головы до ног — открыто, с интересом, даже не пытаясь скрыть этого. Затем медленно улыбается, игриво машет кончиками пальцев.

— Ну привет и тебе, красавчик.

Тайлер даже не успевает придумать остроумный ответ — игриво подмигнув, она с грацией кошки разворачивается и скрывается за одной из дверей, ведущих в ванную. Тайлер смотрит ей вслед и, когда она поворачивается, его взгляд падает на татуировку. На её спине, почти на всей пояснице, Тайлер успевает заметить великолепного дракона, окружённого цветами, кажется пионами. Огромный, детализированный до мельчайших линий, он словно живой извивается среди цветочных узоров. Его чешуя тщательно прорисована, а линии плавные и изящные, словно одним своим видом доказывающие мастерство художника. Тайлер сам не понимает, почему его это так зацепило. Он видел много татуировок, но эта… В ней было что-то особенное. Интересно, кто же её сделал?

— Даже не думай.

Уже знакомый голос раздаётся прямо у его уха, и Тайлер невольно вздрагивает. Он оборачивается, видя Джастина, который стоит рядом, насмешливо склонив голову набок.

— Что?

— Не заглядывайся на Майю, — Джастин качает головой, будто давая ему дружеский совет. — Она лесбиянка.

— Я даже не…

— Конечно, конечно, — протягивает Джастин, драматично вздыхая. — Все всегда так и говорят.

Тайлер чувствует, как жар касается щёк, он не собирается оправдываться за интерес и идёт дальше, оставляя Джастина позади.

— Давайте дальше, — бодро продолжает Сара, ведя их по коридору. — Вон там у нас проходит групповая терапия, чуть дальше кабинет для арт-терапии, а наверху бассейн. Вроде ничего не забыла…

Она на мгновение задумывается, морща лоб, а затем щёлкает пальцами:

— Точно, ещё библиотека.

— Библиотека? — Тайлер поднимает брови, чуть удивлённый. Он не ожидал, что в подобном месте вообще могут быть книги, да ещё и в свободном доступе.

— Ага, — Сара улыбается, явно радуясь тому, что смогла его заинтересовать. — Она небольшая, но книги можно брать в любое время. Только, пожалуйста, не носи их в бассейн.

— Не думал, что в таких местах людям есть дело до книг, — удивленно говорит Тайлер.

— Ну, не все тут полные идиоты, — вставляет Джастин, напоминая о своём присутствии. — Некоторые очень даже ничего.

— Только некоторые? — с лёгкой усмешкой уточняет Сара, бросая на него косой взгляд.

— Только некоторые, — невозмутимо подтверждает Джастин, даже не моргнув и глазом.

Сара лишь качает головой, но не спорит. Она ведёт их дальше по коридору, поднимаясь на второй этаж, и вскоре открывает одну из дверей.

— Вот мы и пришли — твоя комната: просторная и уютная.

Тайлер заходит внутрь и осматривается. Комната действительно просторная, но в ней нет ничего, что делало бы её уютной. Пастельные стены, две кровати, две тумбочки, небольшой стол у окна. Всё аккуратно, идеально, как и должно быть в больничных палатах. Слишком идеально. Но это только на первый взгляд. Потому что одна из кроватей завалена одеждой, фантиками и прочим хламом, а на стене за ней — целая коллекция постеров, значков, наклеек и фотографий. В этот момент Тайлеру в голову приходит неприятная догадка. Он медленно поворачивается к Саре:

— У меня есть сосед?

— И тебе очень повезло с ним! — радостно объявляет Джастин.

Тайлер не успевает даже толком осознать его слова, как тот с лёгкостью обходит его и плюхается на заваленную мусором кровать, закидывая руки за голову.

— Нравится? — довольно тянет он. — Мягкие удобные кровати, которые почти не скрипят, выключатель прямо под рукой, а самое главное — огромное окно с видом на лес!

Тайлеру совершенно плевать и на кровати, и на выключатель, и на окно стандартного размера. Он слушает Джастина с обречённым выражением лица, словно тот зачитывает ему смертный приговор.

— Ну, если подумать, то тут везде лес, — продолжает тот, — но нам с тобой реально повезло. Видишь то дерево рядом с другим таким же деревом? На нём всё время появляются белки, и оно досталось нам. Ну скажи, если это не удача, то что тогда?

Тайлер даже не знает, как это назвать, но удача была бы последним словом, которое он бы использовал. Несправедливость, божественная карма, мучения — вот что это такое. Никакая это не удача, а очередное испытание. Тайлер не знает, за что его так наказали, но перспектива провести полгода в одной комнате с этим болтуном кажется ему чуть ли не худшей частью всего предстоящего лечения. Он бросает взгляд на окно: всего лишь второй этаж. Если прыгнуть, в худшем случает сломает только пару костей. Интересно, а окна здесь вообще открываются?

— В общем идеальное место для восстановления душевного равновесия, — ухмыляется Джастин, устраиваясь поудобнее.

Тайлеру кажется, что, если у него и была хоть капля этого самого равновесия, она испарилось в тот самый момент, когда Джастин впервые заговорил с ним. Сара указывает на пустую кровать:

— Это твоя. Устраивайся. И если Джастин будет тебя доставать — просто кинь в него подушкой.

Сара произносит это с такой лёгкостью, будто даёт самый обычный совет.

— Эй! — возмущается Джастин, хватаясь за грудь, будто его смертельно оскорбили. — Как ты можешь так обо мне говорить — я настоящий ангел!

— Я думал, драки здесь запрещены, — как бы невзначай напоминает Тайлер, проходя к своей кровати и ставя на пол сумку.

— Ну, не на подушках же, — хмыкает Джастин, словно это очевидно. — Да брось, какой вред ими можно нанести?

И, будто доказывая свои слова, он со всей силы бьёт кулаком по подушке. Джастин многозначительно поднимает брови, словно говоря: ну, а я что говорил? Тайлер напечатлённо пожимает плечами.

— Ею можно задушить себя, — замечает он. — Хотя это, конечно, и не особо реалистично — тело рефлекторно начнёт бороться за кислород, и ты в конце концов сдашься. А вот другого человека убить будет намного проще.

Джастин театрально распахивает глаза и с преувеличенной осторожностью отодвигается назад, будто бы отстраняясь от потенциальной угрозы.

— Может, я ошибся, и ты здесь потому, что ты серийный маньяк социопат?

Он медленно поворачивается к Саре с преувеличенно испуганным выражением лица.

— Сара, мне страшно. Мне кажется или он только что дал мне урок по удушению подушкой? Это вообще нормально?

Сара сначала напрягается, переводя взгляд с Джастина на Тайлера, будто оценивая всю серьёзность ситуации и долю правды в этой конкретной шутке. Видимо, решив оставить этот разговор на потом, она расслабляется.

— Поговори об этом потом на групповой терапии с доктором Дэвисом.

— И я обязательно это сделаю, — театрально вздыхает Джастин.

Тайлер ухмыляется, берёт подушку в руки и задумчиво подбрасывает её в воздухе, бросая мимолётный взгляд на Джастина.

— Если хочешь, мы можем проверить мою теорию прямо сейчас.

Джастин тут же хватает свою подушку, прижимая её к груди, словно щит.

— Эй-эй, полегче! Никаких практических экспериментов!

Сара тяжело вздыхает, глядя на них, и Тайлер догадывается, что это далеко не самый странный разговор, который она слышала за эту неделю.

— У тебя назначена ознакомительная встреча с доктором Штрауд после обеда, — напоминает Сара, глядя на Тайлера. — Она поговорит с тобой и определит в группу.

Тайлер хмурится, не до конца понимая, зачем ему это вообще нужно.

— Зачем?

— Для занятий тебе нужна группа, — терпеливо объясняет Сара, не обращая внимания на его недовольство. — Ты будешь ходить с ними на групповую терапию, в бассейн и на арт-терапию.

— Отлично.

Тайлер фальшиво улыбается, понимая, что от него здесь ничего не зависит.

— Пока можешь просто тусить с нами, — вставляет Джастин, широко ухмыляясь, будто его предложение — величайшая честь.

— Нет, спасибо.

Тайлер чувствует, как у него начинает нервно дергаться правый глаз от одной только мысли, что ему придётся "тусить" с кем-то здесь. Он тяжело вздыхает, потирая переносицу. Честно говоря, единственное, чего ему сейчас хочется, — это немного побыть одному, осмотреться и привыкнуть к тому, что ближайшие полгода его дом — это психиатрическая клиника.

— Ладно, оставлю тебя обустраиваться. Я зайду позже, чтобы проводить тебя на обед, а потом — к доктору Штрауд.

Сара прощается с ними, но, прежде чем она уходит, её останавливает Джастин, вскидывая руку вверх, словно они всё ещё в школе.

— Я могу его проводить. Мы же всё-таки соседи.

Сара переводит взгляд на Тайлера.

— Ты не против?

Тайлер безразлично пожимает плечами. Всё равно, кто. Он и так уже понял, что от Джастина так просто не отделаться.

— Тогда решено, — заключает Сара и, бросив на Джастина предупреждающий взгляд, уходит.

Джастин провожает её взглядом, дожидаясь пока закроется дверь, а затем снова поворачивается к Тайлеру.

— Знаешь, Сара — хороший человек. Иногда она слишком заботливая, но это не притворство.

Тайлер хмыкает в ответ, не особо вникая в его слова.

— Её старший брат покончил с собой, когда ей было пятнадцать.

Тайлер резко выдыхает. Теперь всё встало на свои места и этот слишком добрый взгляд, и это беспокойство о пациентах и тот момент, когда Сара посмотрела на него после его слов о браслете его сестры. Это было не просто сочувствие постороннего человека, увидевшего трагедию. Не просто вежливое «я понимаю, как тебе сейчас тяжело и бла-бла-бла». В её взгляде было что-то более личное, что-то, что он не уловил тогда, но сейчас всё встаёт на свои места. Она действительно его понимала.

— Она реально пытается помочь нам, — добавляет Джастин. — Так что не обижай её.

— Я и не собирался.

Джастин кивает, будто этого ответа ему вполне достаточно.

— Хорошо.

Он встаёт с постели, чуть потягиваясь, и направляется к двери, бросая на Тайлера хитрый взгляд через плечо.

— Думаю, пойду прогуляюсь немного.

Тайлер удивлённо смотрит на него. Почему именно сейчас? Не то чтобы Тайлер против, но всё же.

— А?

— Да просто…

Джастин прищуривается, будто оценивает ситуацию, а потом ухмыляется, постукивая себя по нижней губе, как бы намекая на след после чужого кулака, оставшийся на лице Тайлера.

— Ты выглядишь так, будто вот-вот взорвёшься, а мне реально не хочется попасть под горячую руку. Снова. Я, конечно, люблю острые ощущения, но не до такой степени.

Он делает пару шагов к двери, берётся за ручку, но перед тем, как выйти, чуть поворачивается, бросая через плечо:

— О, и добро пожаловать в Вудхейвен.

Подмигивает он ему. Тайлер раздражённо закатывает глаза, но в глубине души он благодарен — Джастин на удивление чутко уловил его состояние. Тот и не ждёт ответа, просто выходит из комнаты, оставляя его одного. Как только дверь за ним закрывается, Тайлер тяжело выдыхает и валится на кровать, потирая уставшие глаза и сдвигая очки практически на лоб. Он переводит взгляд на пустой потолок, немного расслабляясь.

Наконец-то тишина.