Глава 5.

Он проснулся от того, что кто-то плакал.

Не рядом — внутри. В голове. Лоран Бертран сел на кровати, провёл рукой по лицу — мокрое. Но слёзы были не его. Он нащупал на шее след от укуса — кожа там стала тёплой, блестящей, как шрам после ожога. И сквозь этот шрам в него текло чужое горе.

Тёмная комната. Запах дешёвых сигарет. Женщина кашляет за стеной. «Мама, я принесла лекарства». Тишина. А потом — голос Всевышнего: «Ты должна выйти сегодня ночью. Или лекарств не будет».

Хранитель зажмурился, пытаясь отгородиться, но образы лезли сами. Он видел её — без маски. Молодая девушка, лет двадцать с небольшим, тёмные волосы, зелёные глаза, запёкшаяся кровь на губах. Она сидела на краю кровати в майке с дырами и сжимала в руке талисман — божью коровку, но чёрную, с красными пятнами. Не такой, как у него. Живой. Пульсирующей.

— Ты здесь, — прошептал он вслух. — В моей голове.

«А ты — в моей», — пришёл ответ. Голос Токси Баг, но без насмешки. Усталый. Почти безжизненный. «Это не я сделала. Это ты. Ты сказал Всевышнему, что я тебя укусила. Он активировал связь. Через талисманы. Теперь мы... связаны».

— Зачем?

«Чтобы ты видел. Чтобы ты понял, кого на самом деле защищаешь. А теперь заткнись — у меня мигрень».

Хранитель встал, подошёл к окну. Париж спал. Где-то в этом городе, в одной из тысяч одинаковых квартир, спала девушка, которая по ночам превращалась в кошмар. И она боялась не его — она боялась человека, который дал ей силу.

Следующие три дня были адом.

Хранитель пытался выполнять свою работу — отбивал окумов (обычных, мелких, созданных из отчаявшихся людей, которым Всевышний обещал исполнение желаний), тушил пожары, успокаивал толпы. Но каждую свободную секунду он слышал её.

Супер Коготь пришёл ко мне. Он злой. Нет, не на меня. На Всевышнего. Он говорит, что мы должны убить Хранителя, если тот не перейдёт на нашу сторону. А я не хочу. Он хороший. У него кот. И жена.

Потом:

Она пришла в себя после приступа. Мать. Сказала: «Ты не моя дочь. Ты монстр». Я не плакала. Я не плачу уже три года.

И ещё:

Сегодня мы идём в музей. Супер Коготь хочет показать что-то. Там, под зданием, архив Всевышнего. Документы. Список всех, кому он дал талисманы. Я не хочу знать правду. Но выбора нет.

На четвёртую ночь Хранитель не выдержал. Активировал талисман, нашёл её по связи — маленькая студия в 19-м округе, над пекарней. Он стоял на крыше напротив, не решаясь войти. Сквозь щель в шторах видел её силуэт.

«Не входи, — сказала она мысленно. — Пожалуйста. Я в пижаме с единорогами. Это разрушит мою репутацию».

Он усмехнулся. Впервые за месяц.

— Я не буду нападать, — прошептал он достаточно громко, чтобы она услышала сквозь стекло. — Я просто хочу понять.

«Тогда иди в архив полиции. Дело номер 447-К. Пропавшая девушка, 19 лет, студентка художественного училища. Три года назад. Найди, кто её искал. И кто перестал искать, когда Всевышний предложил сделку».

Она задернула шторы. Связь приглушилась, но не исчезла.

На следующее утро Хранитель — без формы, в гражданском — сидел в подвале полицейского архива и листал пыльное дело. Маринетт Дюпен-Чен. 19 лет. Бесследно исчезла по дороге из мастерской. Родители — пекари. Последняя запись в деле: «Свидетелей нет. Расследование приостановлено. Подпись: инспектор Лоран Бертран».

Его подпись.

Он не помнил этого дела. Вообще. Но почерк был его.

— Что ты со мной сделал, Всевышний? — прошептал он, сжимая листы.

Из груди вырвался чужой крик — Токси Баг почувствовала его ужас и ответила тем же. Их талисманы пульсировали в унисон.

Общий враг был ближе, чем он думал.

---