36.

Трудный девятый месяц беременности отразился не только на Камилле, но и на Маэле. Он нервничал по пустякам и из-за малейших вздохов девушки. Если слышал тяжёлый стон или видел, как она хватается за живот, сразу побегал и интересовался, все ли в порядке с ее самочувствием. Они практически стали единым целом. Осознание того, что в их жизни появится ещё один человечек, маленький и требующий огромного внимания, пока не появилось, но ожидания в голове образовались далекие от реальности.
В целом, реальность Камиллы и Герта существенно преобразовалась в одно сплошное путешествие. С каждым днём они узнавали новое об их будущих обязанностях. Несколько раз посетили курсы будущих родительные, и с тех пор в них вселилось беспокойство. Они задавались вечным вопросом: Получится ли у них стать хорошими родителями?

И вот, они поняли это, когда у Камиллы начались схватки. Она позвала Маэля, и тот, казалось, побледнел до неузнаваемости, но вскоре взял себя в руки и как никто другой старался поддерживать Камиллу. В его душе главенствовал страх.

В ту секунду Герт вспомнил момент, произошедший относительно недавно. Как-то ночью Камилла прильнула к нему, сжала ладонь и нежно поцеловала в лоб. Маэль сразу понял, что здесь что-то не так. Она странно сморщила лоб, и в темноте он заметил её блестящие глаза.

— Камилла?— тихо спросил он, боясь нарушить тишину и причинить боль девушке.

Она присела и, одной рукой поглаживая животик, вгляделась во взгляд Герта. В ней читалось буйство эмоций, но больше всего отражалось смятение.

— Что тебя беспокоит?— Маэль совсем мягко разговаривал с Камиллой. Он прижал ее к себе и пытался подавить стресс.

— Мне кажется, что я самая счастливая на планете. Счастье — это ведь дар. И, Маэль, за такое драгоценное чувство нужно платить. Ты понимаешь, о чем я?

Сонливость Герта покинула его. Он отрезвел от ее слов. Это повторялось уже второй раз. Разговоры о плате, о бесценности моментов, о ее страхе потерять все и о случайностях. Нет, он даже не хотел слушать. Гормоны играют с ней в страшные игры.

— Ты пугаешь меня, Камилла. Эти беседы ни к чему не приведут. Все будет хорошо. Все будет отлично.

Маэль видел её слезы и ненароком испугался. Он боялся за неё. Переживал, как будто действительно стоило.

— Я хочу, чтобы ты был счастлив. Хочу, чтобы улыбка не спадала с твоего лица. Если... вдруг,— Камилла сомкнула губы, и слезы покатились по ее щекам, накаляя обстановку,— что-то случится, просто позволь счастью заполнить тебя.

— Ты слишком много думаешь,— произнёс Маэль и поцеловал Камиллу, действуя успокаивающе,— перестань.

— Маэль! Нужно ехать в больницу.

Камилла вырвала его из воспоминаний своим голосом. Он кивнул головой.

— Не уходи от меня там. Пожалуйста, побудь со мной.

Маэль так и сделал. Он не собирался никуда уходить. Он пробыл с ней до самых родов. И в ответственный момент держал за руку, поддерживая. Пот стекал по его коже, потому что впервые он боялся не только за свою жизнь, он волновался за троих.
Часы длились, и при каждой попытке успокоиться, ком в горле вновь не давал нормально дышать. Тяжесть в груди заставила его выйти на воздух и проветрить мысли.

Он долго не мог поверить, как его жизнь стремительно повернула на новую, совершенно незнакомую тропу.
Когда Маэль впервые увидел Тею Ирвин Герт, крошечную, милую, словно фарфоровую, куколку, в нем загорелось что-то новое, он почувствовал себя другим человеком.

Она походила на Камиллу носиком, но глаза были в точности как у него. Светлые волосы закручивались у концов, ее губы отливали вишневым оттенком. Тея Ирвин Герт. Их новая любовь. Их единое целое.

— Она — твоя копия, Маэль. Она прекрасна!— Постоянно твердила Камилла, глядя на малышку. Герту льстило это, но он также отчетливо видел в ней черты Камиллы.
Они полюбили малышку с первой минуты. И верили в любовь до конца. Они никогда не смогут ее разлюбить.

Жизнь приходила в норму. И спустя несколько недель после родов нормализовалась вовсе. Вот только самочувствие Камиллы ухудшалось, она молча терпела сильные головные боли. Она не хотела рассказывать Герту, потому что он бы отвёл ее к врачам, а это последнее, чего она желала бы избежать.

— Котик, посиди, пожалуйста, с малышкой. Я скоро вернусь.

Камилла подошла к Герту и поцеловала его в щеку. Она провела рукой по его волосам и шепнула на ушко, как сильно любит. Перед тем, как выйти из дома, она ещё раз тихими шагами добралась до детской кроватки и поцеловала ножку Теи. Она с безграничной нежностью и любовью дарила ей поцелуи.

— Люблю тебя всем своим сердцем.

Выйдя на свежий воздух, Камилла полной грудью вдохнула его. Ее мучало чувство нехватки кислорода, и перед глазами периодически темнело. Она медленно дошла до ближайшей лавочки и присела неё. В голове раздавался знакомый шум, отчего в груди учащалось сердцебиение. Камилла, пошатываясь, встала и решила возвращаться к Герту. Наверное, достаточно. Ей необходима помощь медиков.

Голова закружилась. Она стояла она во дворе их дома одна. Вокруг не было никого, кто мог бы помочь. Камилла испытывала страх, ведь в такой ситуации ей нужно как-то прийти в себя самой и добраться до квартиры.
Она слышала звуки проезжающих машин и шла вперёд, остерегаясь их. Она усилила шаг, чтобы только не потерять сознание на улице. Ей нужно к Герту, непременно.
Перед глазами ничего было. Никаких картинок. Словно она слепая. Ее тело качало из стороны в сторону.

В один момент Камилла отвлеклась на звонящий телефон. Все произошло слишком быстро. Она почувствовала сильный удар спереди. Ее тело отлетело далеко назад. Боль отдавала во все кости. Во все мышцы. Камилла не могла описать то, что чувствовала. Дыхание перекрыл ужас. А следом сильный удар головы о бетон полностью оглушил Камиллу. Ее тело бездыханно упало на землю.

Машина налетела на Камиллу, когда она выходила из-за угла. Водитель резко нажал на тормоза, но скорость была превышена. Он не видел её, а она не видела ничего вокруг.
Камилла угасала. Сердце переставало биться. Организм не боролся. Все случилось слишком скоротечно. Слишком безысходно.

Она даже не кричала. Она успела только сжать телефон, где, не переставая, звучала мелодия. Маэль звонил ей. Маэль пытался связаться с ней и спросить, все ли хорошо. Его предчувствие сработало позже, чем у Камиллы.

Той, чьё сердце не бьется. Той, что ушла из жизни Маэля и Теи тем днём.

***

Прошло девять месяцев с тех пор, как Алерамо вернулся к обычной жизни. Он стал чаще видеться со своими друзьями, загружать себя работой в тату-студии: бил татуировки сам, получал заказы от знаменитостей и тех, кто был ему интересен. По крайней мере, жизнь в таком темпе казалась лучше, он редко вспоминал о Герте и тем меньше – корил себя за ошибочный выбор в прошлом.  Кристиан частенько видел Маэля по телевизору, заставал интервью с Камилой – она гладила округлившийся животик руками, рассказывая о том, как она и ее мужчина готовятся к пышной свадьбе после родов. Крис никак не мог понять какие эмоции испытывает к этой паре. С одной стороны, он безмерно радовался за Герта, с другой стороны – боль пробиралась в сердце, зависть, печаль поселились в нем. В эти трудные минуты мужчина уходил в работу с головой.

Он разрешил себе принимать комплименты от других мужчин, знакомиться с ними, не испытывая угрызения совести. Алерамо знакомился с ними в ночных клубах, строил глазки, набивая татуировки, стоя в очереди, засыпая в пробке...Он перебрал тысячу мужчин, но все они ему не подходили. Кто-то выглядел, как ангел, но внутри – оказывались сущими чудовищами, другие – скучными собеседниками, третьи – нуждались только в случайном сексе. Проще говоря, достойных Крис так и не встречал. Ни в Лондоне, в котором он жил, ни на Ибице, но в Милане. Нигде. Иногда ему казалось, что он так и останется один до конца жизни. Возможно, он не рождён для того, чтобы создать семью.

Сидя на газоне, держа в руке бутылочку пива, Крис, скрывавший своё лицо за тёмными очками, наблюдал за людьми, гуляющими в парке. Близился его двадцать восьмой день рождения, который он, наверняка, не станет праздновать пышно. Здесь, в парке, были разные пары и семьи. Но больше всего внимание Алерамо притянули два симпатичных мужчины, целующих друг друга в щеки. Кристиан умилялся тому, какие нежные отношения строятся между ними. На указательных пальцах у мужчин блестели обручальные кольца. Ещё более Криса умилил маленький мальчик, подбежавший к одну из своих отцов. Аккуратный, красиво одетый, держащий в руках хорошую игрушку – он выглядел таким счастливым. Светловолосый мужчина взял ребёнка на руки и потрепал его по волосам. Крис уловил схожесть между мальчиком и его отцом. Второй мужчина – вынул из сумки бутылочку сока и протянул ребёнку. Эти трое улыбались, смеялись и радостно общались между собой. На секунду, Алерамо одернул себя, ведь он наблюдал за этой прекрасной семьей уже много времени.

«Я тоже так хочу», — подумал он, не сводя взгляда с ребёнка.

К его глазам подступили слезы. Вот бы только получить возможность обрести семью. За этими печальными размышлениями прошло некоторое время. Телефон Криса завибрировал. Новости обновились. Куча хлама о политике, опять где-то кто-то разбился, политики накидали санкций на друг друга – ничего особенного. И только одна новость заставила сердце Кристиана биться чаще.

«Футболист сборной Нидерландов Маэль Герт и «Ангел» «Виктории Сикрет» Камилла Фрайд стали родителями в первый раз. Здоровая малышка появилась на свет сегодняшним утром. Подробности не сообщаются, но Герт сообщил, что девочку назвали двойным именем – Тея Ирвин Герт. Мы следим за развитием событий!»

Крис устало потёр глаза и улыбнулся, как дурачок. Закрыв вкладку с новостью, он написал Маэлю сообщение с поздравлениями и поспешил в магазин, чтобы приобрести малышке подарки, а затем отправить их. В конце концов, Маэль – огромная часть жизни Алерамо и он будет только рад внести в эту жизнь чуточку приятного.