Глава 27. Часть вторая.

Часть вторая

5 лет спустя...

— Маэль! Маэль! Минуточку вашего внимания для нас! — крики вездесущих папарацци уже доносились и здесь.

Чёрный красивый Порше остановился около пятизвездочного отеля Grand Amrâth, являющегося самым дорогим и фешенебельным во всем Амстердаме. Выдохнув, Герт опустил тёмные очки на глаза и вышел из авто, закрывая лицо от вспышек фотокамер, рукой. Они буквально ослепляли молодого человека, не давая ему никакого прохода.

— Маэль! Расскажите о ваших планах на предстоящий чемпионат мира? Сколько вы готовились к этому событию? — кричали с разных сторон.

Личный водитель Маэля вытащил его чемоданы и быстро отнёс в отель, не желая опять наблюдать сцены от этих «поганых» журналистов.

— Я готовился к этому чемпионату всю свою жизнь. Какие у меня могут быть не него планы, кроме хорошо забитых голов и победы нашей сборной? Джентльмены, дайте мне дорогу. У нас не так много времени времени на все это, — заключил Герт и демонстративно, почти фальшиво улыбнулся на камеру, чтобы получились хорошие снимки.

Под очередной шквал вопросов и вспышек, молодой человек отправился в свой номер,грезя лишь только коснуться головой подушки. Перелеты, определённо, замучили его. По традиции, администратор попросила совместную фотографию и автограф, а после вежливо подала ключ-карту от люкса.

Открыв номер, Герт поблагодарил Эндрю за  доставленный багаж и протянул ему парочку гладких купюр. Раскинувшись на кровати, Маэль достал свой ноутбук из сумки и решил позвонить своей девушке по ФейсТайму.

— Приветик, красавчик. Хорошо добрался? — изображение красивой брюнетки появилось на экране. Она помахала ему своей наманикюренной ладонью.

— Привет, дорогая. Да, все в порядке. Здесь классная погода. Не жарко и не холодно, — откинувшись на подушку, сообщил Эль.

— Здорово. Котик, у меня сейчас будет фотосессия для Vogue Madrid, и я уже купила билет до Амстердама. Соскучилась по тебе, малыш. Прилечу сегодня. Готовишься к игре?

— Я тоже по тебе, Камила. Готовлюсь, скоро тренировка.

— Поедешь к родителям? У тебя, должно быть, много друзей здесь? Завтра поедешь?

Маэль улыбнулся, но Камила точно прочитала в этой улыбке легкую печаль. Герт не приезжал в Амстердам целых пять лет. При посадке самолета, парень почувствовал себя взбудораженно, увидев родные домики и мосты. Конечно, ему приходилось скучать, но бесконечные тренировки просто уводили его от дурацких мыслей, приводя его в мир красивой жизни. Мальчик, которому едва хватало на аренду квартиры в Мюнхене постепенно обзавелся несколькими квартирами в Германии, виллой в Испании, резиденцией в Майами и еще парочкой уютных домиков в Лос-Анджелесе и Арабских Эмиратов. Он становился "лицом" шикарных спортивных брендов, тусовался на яхтах и ночных клубах с лучшими футболистами, проводил время с самыми красивыми и известными моделями и не отказывал себе ни в чем. Любое желание тут же исполнялось. Работа окупалась.

Маэль не желал общаться со своей семьей. Кто-то поговаривал, что парень "зазнался" и у него теперь другая семья, состоящая из всех этих богатеньких ребят, но только сам Герт мог ответить на этот вопрос честно. Он не хотел общаться с ними, потому что они оставили его одного в самый страшный период жизни. На все праздники и по настроению, он пополнял счета родителей, оставляя свое имя неизвестным. Когда Джейд окончила школу, она долго не могла выбрать себе направление для учебы, но определившись, девушка быстро обратилась к брату за помощью. Маэль оплатил ей все четыре года обучения в Гарварде. Джейд стала искусствоведом. Изредка молодые люди переписывались в социальных сетях, но Герт не собирался приезжать к сестре. "Еще не время", - думал он.

— Я растерял в этом городе всех, кого можно только. Сейчас главное – матч.

Девушка многозначительно посмотрела на своего парня. Маэль сводил ее с ума. Его темные волосы лежали в легком беспорядке, кожа слегка подзагорела после отдыха на Майорке, мускулистые руки с несколькими татуировками и привлекательные, острые скулы.

Его и Камилу Фрайд называли одной из самых красивых пар современности. Успешная модель «Ангел» Виктории Сикрет и футболист с большой буквы "Ф" всегда появлялись вместе на всех светских мероприятиях, публиковали милые снимки в Инстаграме и стали предметом зависти для многих звезд. Идеальная парочка. Кажется, Маэль был счастлив. И сам запутался: ложь это или действительно, он чувствует к Камиле нечто большее?

— Тебе нужно провести всего две игры здесь. Не волнуйся, сладкий. Тренируйся. Я скоро буду, прилечу к матчу, — прощебетала девушка, — пока-пока!

— Давай, удачного дня, красотка! — попрощался Герт и выключил компьютер, — я пошёл.

Парень стянул с себя одежду и пошёл в душ. Тренировка начиналась через час, а вечером – игра. Игра, которую, Маэль, кажется, ждал всю жизнь. Как обычно, остановившись перед зеркалом, он заострил взгляд на татуировке, набитой когда-то Кристианом. Внутри все зажгло вновь, огонь воспоминаний. Помывшись, Маэль надел на на себя чёрную футбольную форму с номером 18 на спине и своей фамилией. Парень надел чёрные солнцезащитные очки и спустился вниз. Там его ждали парни – другие члены команды. Они, как обычно, переговаривались между собой и шутили.

— Чемпион уже здесь! Готов надрать задницу полякам? – рассмеявшись, спросил Арнольд, потрепав парня по волосам.

— Он всегда готов, — ответил Майк, держа в руках смартфон. Он снимал прямую трансляцию.

— Я готов сегодня взорвать, — уверенно сказал Маэль и ухмыльнулся. Самому себе.

Он – душа команды. И они обязательно будут первыми сегодня.

***

В нос врезается аромат дорогих ментоловых сигарет и сладких духов с цитрусовой кислинкой. Алерамо вдыхает его и расплывается в лёгкой улыбке.
Солнце светит ярким пламенем, и Кристиан надевает чёрные очки, чтобы защититься от теплоты Лондона, которая окутывала город только лишь внешне. Внутри, атмосфера черствела с каждой секундой, души покрывались льдом. И за этот год на свободе, Крис осознал важную вещь — тот образ, за которым он скрывался, сейчас принадлежал ему полностью и был главной характеристикой его состояния. Практически бесчувственный, холодный, не способный любить. Способный уничтожать всех морально, давить так, как следует.
Алерамо не досидел срок, его выпустили досрочно. Судьба смиловалась над беззащитным в душе мальчиком, не представляя, кем он станет на свободе. Купив один билет до Лондона, он с одной сумкой и кредитной карточкой, дрожал от ожидания. Кристиан хотел поскорее выбраться из Амстердама, забыться и быть незнакомцем для всех. Там, где каждый примет его, несмотря на прошлую жизнь.

Этим городом стал Лондон. Крис снял просторную квартиру в центре, рядом с Трафальгарской площадью. В элитном жилом комплексе он вёл себя развязно. Ночами здание сотрясалось от стонов самых разных девушек. Он водил проституток, иногда выпивал и врубал на всю мощь музыку. Биты раздавались так, что стены «вздрагивали.

— Это Burberry? Новая коллекция?— брюнетка сняла очки Криса и надела на себя.

Она энергично задвигалась, когда услышала звучащий рингтон из кармана парня. Кристиан потянулся за мобильником, взглянув на него пару секунд, сбросил вызов и продолжил наблюдать за свой хорошей знакомой.

– Забирай,— усмехнулся он.

Эффи за последнее время превратилась из незнакомки в самого близкого для Алерамо человека. Он никогда не забудет, как она спасла его чёртову жизнь.

— О, нет, ты забыл? Я сделаю лучше.

Та позитивная брюнетка, которая стояла перед ним в широкой куртке с принтом собственного дизайна — в ярких красках и белыми вставками, свободных джинсах с поясом и кедах, научила Кристина думать не эмоциями, а мозгами.

И даже сейчас, когда солнечная погода освещала Лондон, Кристиан вспоминал события той ночи.

Прошла неделя после того, как Алерамо поселился в своей квартире. К счастью, здание было высотным, и на самом верху располагалась открытая крыша, куда Кристиан выходил по ночам курить. Эта ночь не являлась исключением. Он в одних чёрных брюках с голым торсом, босиком, ощущал свежесть и холодный ветер каждой клеточкой своего тела.
На его руках не находилось ни одного живого места, чёрные татуировки покрывали кожу. Начиная с ладоней, линии шли, одна за другой, описывая его извилистый путь. На запястье красовалась маленькая птичка с крыльями, а поднимаясь выше, можно было наткнуться на домик. Домик его мечты — дом, в котором любимая мама рассказывает ему сказки на ночь, гладит по голове и целует в лоб перед сном.
Ребра Кристиана также отливали чёрным, словно металлом в кромешной тьме. Он превзошёл самого ангела. Он не попадёт в рай. Он дьявол. Дьявол, нуждающийся в ангеле, одном, не забытом, прекрасном, известном, талантливом.

Кристиан зажал губами сигарету и уставился вниз. В темноте ориентироваться помогали горящие фонари и свет в окнах некоторых жителей. Мысли не давали спокойно дышать, его грудка клетка содрогалась. Он готов был сделать шаг вперёд и отдаться полету.
Затянувшись, он прикрыл глаза. Ещё немного, и вся боль ускользнёт. Ещё чуть-чуть, и он навсегда забудет, кем является. Его разделяет один шаг от вымышленного спасения.

— Блядский Герт. Блядская жизнь.

Кристиан не пил в ту ночь, ни капли. Он трезво оценивал свои чувства. Над ним взяли верх эмоции. Эмоциональное истощение, осознание никчемности. Что ждёт его дальше, если уже сейчас он задумывается о суициде?

Его ладони вспотели. И он сделал небольшой шаг, встав на грани между бетоном и кровью.

— Такого сексуального суицидника я ещё не встречала,— раздался голос позади.

Кристиан осторожно повернулся на голос, но его покачнуло вниз, и если бы не ее рука, которая повалила его на себя, то он бы простился со всеми.

Алерамо свалился на незнакомку, тяжело дыша. Он ещё не отошёл от испытанного. Ее глаза действовали успокаивающе.

— Не надо, дружок. Суицид не докажет никому ничего, даже тебе самому.

Кристиан закрыл руками лицо, а потом переместил их на голову. Он не мог поверить, что попытался совершить самоубийство. Это казалось немыслимым.

— На, выпей,— незнакомка протянула Крису бутылку мартини.

Он нахмурил брови, но охотно принял бутылку и открыв, залпом сделал пару глотков.

— Я — Эффи.

— Кристиан.

— Считай, что задолжал мне татуировку,— она облизала губы и засмеялась, продолжая разглядывать его татуированное тело.

— Вернись на землю, Алерамо! О чем думаешь?— Эффи произнесла это звонко, и Кристиан перестал пялиться в одну точку.

Кристиан ухмыльнулся своей задумчивостью. Он нежно потрепал волосы Эффи, выражая так благодарность за ее заботу. Они стали настоящими друзьями за столь короткое время, что, казалось, это подарок судьбы.

— Пойдём я поиграю на твоей коже,— его глаза загорелись, и он получил ответный взгляд девушки.

— Я готова ко всему, Кристиан, кроме черепов.

— Я набью тебе вишенки на ягодицы и обведу твои соски. Согласна?

— Идиот.

Они засмеялись, и это было искренне. Первый искренний смех за четыре года. Быть может, Алерамо идёт на поправку?