4 Часть

Хван замер, будто от испуга, а сигарета продолжала тлеть между его изящных пальцев.

— Чо он приперся? — недовольно нахмурился Хан. — Что ему опять надо?

Хёнджин неопределённо мотнул головой, сделал ещё несколько затяжек и затушил сигарету кроссовкам.

Парни направились к машине. Хён остановился поодаль, а Джисон подошел совсем близко, наклоняясь к открытому окну. Не успел он сказать и слова, как Банчан уже перебил его.

— Залазьте в машину, я подвезу вас, — сказал он, окидывая оценивающим взглядом парней.

Владелец клуба никогда не терпел возражений, но Джисон хотел хотя бы попытаться.

— Мистер Бан, мы хотели ещё зайти поужинать в кафе. Мы сами доберемся...

— Я дважды повторять не собираюсь. Хотите есть — закажете доставку. Не испытывайте моё терпение.

Хан оглянула, на замявшегося Хвана и мотнул головой, якобы говоря, что с Чаном спорить бесполезно. Хенджин надрывно выдохнул, стараясь взять себя в руки.

Оба парня сели на заднее сиденье Лексуса. Рядом с водителем никто садиться не решался.

Пассажиры пристегнулись и тронулась с места. Хенджин буквально вжался в сиденье и отвернулся к окну, пытаясь скрыться от взгляда Бан Чана, который открыто пялился на него, через зеркало заднего вида.

— Хорошо провели время на тренировке? Как результаты анализов? — вопрос был адресован обоим парням, но мужчина смотрел лишь на Хвана.

Джисон беспокойно оглянулся на друга, который нервно обхватил себя руками.

— Всё хорошо, как и всегда, — натянуто улыбнулся Джисон, который всегда старался быть вежливым с Чаном, чтобы существовать в клубе в приемлемых условиях. — Только устали сильно и хотели поесть где-нибудь...

Хенджин вздрогнул, когда обратились к нему. Парень беспокойно взглянул на владельца борделя и сразу отвел свой, охваченный страхом, взгляд. Видя своего лучшего друга в таком состоянии, Хан Джисон просто не мог промолчать.

— Мистер Бан, Хенджина повредили на прошлом заказе... Ему нужно восстановиться и любое воздействие может сделать только хуже...

— Заткнись, Хан, и не лезь в чужие дела. Мы разберёмся без тебя. Тем более у Хенджина есть рот, он может сам сказать мне о своём недуге. А если не сможет сказать, то рот можно использовать не по назначению, — недовольно произнес мужчина тормозя на светофоре. — Оденься красиво, Джинни. Ко мне придут важные люди, а ты должен соответствовать. Подготовься, как полагается. Обговорим с тобой парочку рабочих моментов в моём кабинете, а потом пойдём в зал.

— А... – вновь хотел возразить Хан, но его прервал старший коллега, накрыв руку Джисона своей ледяной от страха ладонью.

— Я приду к девяти, Чан, — произнес Хён. Его голос едва ощутимо дрогнул.

— Не опаздывать.

Спустя пятнадцать минут, машина наконец оказалась на парковке клуба. Танцовщики буквально вылетели из машины, лишь успев поблагодарить Кристофера, что он довез их.

Джисону пришлось догонять, буквально бегущего ко входу Хёнджина. Как только они поднялись на этаж с их личными комнатами, Хенджин поспешно разблокировал дверь ключ–картой и зашел внутрь.

Хан замялся у двери своей обители. Он не хотел оставлять друга одного в таком состоянии. Он постучался в дверь Хёна и подождал когда, ему откроют, но за ней послушался лишь грохот, явно не предвещающий ничего хорошего.

В дверь прилетело, что-то тяжелое, заставив Хана вздрогнуть. Через пару минут, дверь все таки пикнула и отварилась. Хан без промедления зашёл внутрь обители старшего, закрывая за собой дверь.

Хенджин отвернулся от парня. По щекам Хвана бежали горькие слезы. От бессилия и усталости парень осел на пол, скрывая заплаканное лицо в коленях.

Джисон сел следом, обнимая старшего, пытаясь хоть немного успокоить его. Тело Хенджина содрогалась от рыданий. Сам парень надрывно дышал, пытаясь сдерживать стенания, которые вырывались из его груди.

— Я не хочу... Я не хочу больше ничего... — шептал Хён. – Я просто хочу уйти из жизни. Я не хочу больше ни минуту находиться в этом месте.

Хенджин постарался оттолкнуть Хана, но ничего не вышло. Парень разразился рыданиями ещё сильнее.

— Зачем ты тогда спас меня?! Зачем остановил?! — Хван со всей силой ударил младшего в грудь. — Я ненавижу свою жизнь! Лучше бы я умер!

Джисон со страхом вспоминал ту ночь, когда нашел Хёнджина с перерезанными венами в ванной, которая соединяла их комнаты. Это была ничего не предвещающая их смена в зале. Джисон ушел к столику, а Джинни остался соблазнительно крутиться у шеста. Когда Хан вернулся на сцену, старшего коллеги уже не было. Феликс, так же работающий в ту ночь, сказал, что Хвана вызвало к себе начальство.

На то время Джисон, как и Хенджин совсем недавно работали в борделе. Парни сильно не ладили между собой и часто ругались хоть и были соседями, которые делили ванную. Поэтому Хан был только рад провести, как можно больше времени без присутствия Хёна.

Смена закончилась и Джисон вернулся в свою комнату. Единственное чего сейчас хотелось парню, это снять с себя эту грязную одежду, сходить в душ и завалиться спать.

Ванная кажется была свободна и Хан без задней мысли включил свет и вошел в неё.

Картина, которую он увидел, кажется, отпечаталась на его веках. Хван Хенджин сидел на полу, одна его рука свисала в ванную, а вторая безвольно лежала на полу. Алая кровь заливала ванную и кафель. Джисон в ужасе упал на колени перед старшим, хлопая его по щекам, надеясь привести в себя.

Парень пытался пережать порезанные запястья, остановить льющуюся кровь, но ничего не получалось. Джисон в панике, затянул предплечья Хёна полотенцем и помчался за помощью. Телефона, чтобы позвонить в скорую, у него на тот момент не было.

Хенджину оказал помощь здешний медик. Инцидент замяли и практически никто о нём не узнал. Только Джисон ещё несколько дней не смог спокойно спать, вспоминая эту жуткую картину. Он помнил, как измазался в крови коллеги, пока пытался помочь ему. Только мысль о пережитом, бросала его в дрожь.

Позже, Джисон узнал от самого Хёна из-за чего он попытался покончить с собой. Бан Чан позвал его к себе и грубо взял прямо на столе. Хван просто не мог смериться со своей судьбой подстилки.

Совсем недавно, он был владельцем прекрасной картинной галереи. Он писал картины сам, покупал картины других авторов, помогал начинающим художникам стать известными. Хёнджин устраивал потрясающие выставки, но в один момент всё рухнуло. Партнеры кинули его и скрылись вместе с заработанными деньгами.

Хвану стало нечем выплачивать взятый кредит на открытие картинной галереи. Долгое время он скрывался от коллекторов, но в один момент они настигли его. Как оказалось, компанией, у которой Хён брал кредит, руководят очень серьёзные люди, мафия. Было опасно, дальше бегать от них.

Ему предложили место в стриптиз–клубе, чтобы отработать долг. Хенджин долго сомневался, но в итоге согласился. Обещали быстрый заработок и поначалу всё шло действительно хорошо.

Хван танцевал целыми днями для разных людей, но однажды всё скатилось до того, что Хенджина затащили в работники борделя. Вместе с этим пришли и новые долги за его содержание, проживание, медицинское обслуживание.

С каждым днем долг становился всё больше, а работа в клубе всё невыносимее. А в тот день Бан Чан заприметил красивого высокого ойрана. Как сказал владелец клуба: "он решил удостовериться в качестве предоставляемых услуг".

Хенджин не смел сопротивляться и просто ждал, когда всё закончится. После всего он оделся и вернулся в свою комнату. Перед глазами всё расплывалось от слез. Он не мог поверить в произошедшее. Было больно и противно. Грубые руки Кристофера до сих пор ощущались на теле ойрана. Хотелось отмыться, а лучше вовсе перестать что-то чувствовать и ощущать.

Так к парню и пришла мысль уйти и жизни. Он зашел в ванную, предварительно взяв лезвие и перерезал свои запястья в нескольких местах. На пол начала хлестать кровь и Хенджин сам не заметил как медленно осел на пол, теряя сознание.

— Хенджин, не надо! Не говори так! — несмотря на боль, которую причинил ему старший, Джисон прижал Хёна к своей груди ещё сильнее. – Я верю, что всё будет хорошо. Рано или поздно, но будет. Ты расплатишься с долгами и уйдешь отсюда.

Из глаз самого Хана покатились слезы. Он понимал, что выбраться из этой сферы должникам мафии было практически невозможно, но он не переставал надеяться на лучшее. Хенджин продолжал громко рыдать в его объятиях, цеплялся за одежду младшего, пытаясь найти в нем успокоение.

— Вчера мне оставили очень крупные чаевые. Я отдам их тебе, они перекроют хоть небольшую, но часть твоего долга.

Хён застыл.

— Нет, я не возьму. Тебе самому они нужны, — он отрицательно помотал головой. — Да ты и сам прекрасно знаешь, что если не будет меня, то это животное найдет себе новую жертву. Это никогда не закончится...

— Не думай об этом, пожалуйста. Ты возьмешь деньги, я не могу смотреть на то, как ты мучаешься. Я помогу тебе выбраться отсюда.

Джисон принял это решение, жалея Хенджина. Хван оказался тут во воле случая, а не как Джисон, по собственной глупости. Хён гораздо больше заслужил вновь стать свободным человеком и продолжить свою жизнь вне стен этого грязного места.

Хенджин долго не мог успокоиться, дрожал в объятиях Джисона, сидя на полу. Через некоторое время, Хан предложил наконец заказать доставку, поесть и успокоиться. Хён согласился и через время они уже ели блюда, которые заказали из китайского ресторана неподалёку.

Хенджин смог успокоиться, только через время. От слёз его голова болела, а руки продолжали трястись.

— Я могу пойти на встречу вместе с вами, я думаю Бан согласиться взять меня...

— Нет! Туда придут ужасные люди, я не хочу, чтобы они трогали и тебя. Лучше только меня, я уже привык...

— Я не отпущу тебя туда одного. Всё будет хорошо. Вдвоём будет не так плохо. Мне не сложно, – Хан улыбнулся старшему коллеге, стараясь его убедить в своих словах. Он взял палочками мясо и отправил его себе в рот, закусывая овощами на гриле.

Хёнджин кивнул и благодарно прижался к Джисону. С другом, действительно, было не так страшно.

Время до девяти часов вечера пробежало слишком быстро. Джисон был всё это время рядом с Хёном. Он ждал пока парень сходит в душ, накрасится и выберет наряд для сегодняшнего вечера.

Хенджин надел черный кружевной комплект белья, который состоял из стрингов и чёрных чулков с ремешками. Сверху он накинул полупрозрачный халат с золотой вышивкой, а на ногах оказались высокие черные каблуки.

Конечно, Хёнджин выглядел просто потрясающе. Образ был настолько сексуальным, что даже Джисон невольно заглядывался на друга.

Хан согласно кивнул и вышел из обители старшего вместе с ним. Путь до кабинета владельца клуба занял всего пару минут. Хенджин замявшись, постучался в дверь и уже через несколько секунд дверь открылась.

Бан Чан улыбнулся при виде Хвана и освободил для него путь.

— Проходи, – Кристофер уже собирался закрыть дверь, но увидел Джисона. — А тебе что нужно?

— А... Мистер Бан... Вы говорили, что у вас будет бизнес встреча. Я могу пойти на неё вместе с вами?

— Подзаработать хочешь? Хорошо, приходи сюда к десяти часам. Оденься и подготовься, как подобает.

Хан кивнул и дверь сразу закрылась. Парень успел лишь заметить загнанный взгляд Хвана, который стоял посреди кабинета владельца клуба.

Кристофер расплылся в улыбке, когда обернулся к парню.

— Сегодня ты выглядишь просто потрясающе, сладкий, — Банчан подошел ближе к младшему и положил свои руки на его обнаженную талию. Хенджин вздрогнул от обманчиво нежных прикосновений Чана.