Глава пятнадцатая/Сделка/

— Какая сделка?

Вопрос Рейвен прозвучал спокойно.

Слишком спокойно.

Я смотрел на неё и понимал: сейчас она уже не примет ни одной отговорки. Не после того, как узнала, что я прожил несколько столетий. Не после фотографий, архивов, Дамиана Вейра и записи, в которой её имя — пусть пока и не написанное напрямую — оказалось частью истории, начавшейся задолго до её рождения.

Я молчал.

Адриан стоял у двери и наблюдал за нами. В его взгляде не было привычной насмешки. Даже он понимал, что сейчас лучше не вмешиваться.

Рейвен снова посмотрела на лист.

— Люциан.

Я медленно забрал бумагу из её рук.

— Не здесь.

Она нахмурилась.

— Опять?

— Здесь слишком много ушей.

— Мы в архиве.

— Именно.

Она скрестила руки на груди.

— Тогда куда?

Я посмотрел на Адриана.

— Дом.

Он кивнул.

— Кристиан уже там.

— Хорошо.

Рейвен поднялась.

— Я иду с вами.

— Нет.

Она даже не моргнула.

— Да.

— Рейвен.

— Люциан.

Мы несколько секунд смотрели друг на друга.

Когда-то я мог заставить людей делать всё, что мне нужно, одним голосом. Убеждать, запугивать, очаровывать. Это было удобно.

Рейвен же просто смотрела на меня так, будто я был особенно упрямым идиотом.

— Я не останусь здесь одна, пока вы трое будете обсуждать мою жизнь, — сказала она.

— Это опасно.

— Всё, что связано с тобой, опасно.

— Ты могла бы хотя бы иногда выбирать безопасный вариант.

— Могла бы.

Она взяла со стола свою сумку.

— Но я не выбираю.

Я невольно усмехнулся.

— Невыносимая.

— Ты уже говорил.

— И продолжаю считать это комплиментом.

Мы вышли из архива.

---

Дождь усилился.

Мы шли к машине молча. Адриан впереди, Рейвен рядом со мной. Она несколько раз хотела что-то спросить, но каждый раз передумывала.

Я знал почему.

Она ждала, пока мы окажемся там, где я больше не смогу спрятаться за очередным «не знаю».

Когда мы подъехали к дому, было уже почти одиннадцать.

Кристиан встретил нас на пороге.

— Наконец-то.

— Что нашёл? — спросил я.

Он посмотрел на Рейвен.

— Она знает?

— Уже да.

— Хорошо.

— Что значит «хорошо»? — спросила Рейвен.

Кристиан пожал плечами.

— Значит, мне не придётся притворяться, что всё нормально.

Он отступил, пропуская нас внутрь.

Дом был погружён в полумрак. Только камин освещал гостиную. На столе лежали старые документы, несколько фотографий и большая чёрная книга.

Я сразу узнал её.

Она принадлежала моему отцу.

Я не видел её почти триста лет.

Я подошёл ближе.

Провёл пальцами по кожаной обложке.

На ней был тот же символ, который мы нашли в архиве.

Солнце с чёрным центром.

— Где вы это нашли?

— В подвале, — ответил Кристиан. — За каменной стеной.

— Как вы вообще её открыли?

— Не мы.

Я поднял глаза.

— Тогда кто?

Кристиан посмотрел на Рейвен.

В комнате стало тихо.

Рейвен медленно нахмурилась.

— Что?

Я перевёл взгляд на книгу.

Она лежала закрытой.

— Она открылась, когда Рейвен коснулась стены.

Я почувствовал холод.

— Покажите.

Кристиан подошёл к столу и открыл книгу на первой странице.

Я прочитал первые строки.

Почерк отца.

Без сомнений.

«Если эта книга открылась, значит, Кроу уже здесь».

Я перестал дышать.

Вернее, мне не требовалось дышать.

Но привычка иногда заставляла меня забывать об этом.

Рейвен подошла ближе.

— Что написано?

Я молчал.

— Люциан.

— Твой отец знал о тебе.

Она нахмурилась.

— В смысле?

— Он знал, что ты появишься.

— Но я родилась намного позже.

— Я знаю.

Она посмотрела на страницу.

— Тогда почему он написал это?

Я перевернул лист.

Следующая запись была ещё страшнее.

«Морвейн не должен привести её силой. Она должна прийти сама. Только тогда кровь Кроу откроет врата».

Рейвен прочитала.

Её лицо изменилось.

— Какие врата?

Я поднял глаза на Адриана.

Он покачал головой.

— Мы пока не знаем.

Кристиан молчал.

Я перевернул ещё страницу.

Там была карта.

Старая карта города.

Некоторые улицы исчезли десятки лет назад. Другие носили совсем другие названия. В центре стояла отметка.

Старинная церковь.

Под ней было написано:

«Первое место».

Рядом — дата.

1897.

Я почувствовал, как внутри поднимается что-то давно забытое.

Воспоминание.

Кровь.

Крик.

Огонь.

Я закрыл глаза.

На секунду передо мной возник старый зал.

Каменные стены.

Дюжина людей в чёрных одеждах.

Мой отец стоял напротив меня.

И рядом с ним — мужчина, которого я не видел много лет.

Дамиан.

Я резко открыл глаза.

Рейвен заметила.

— Ты что-то вспомнил?

— Да.

— Что?

Я провёл рукой по лицу.

— Церковь.

— Ты был там?

— Да.

— Когда?

— В 1897 году.

Рейвен посмотрела на карту.

— Тогда мы должны туда пойти.

— Нет.

— Почему?

— Потому что именно там всё началось.

— Что именно?

Я посмотрел на неё.

— Моё превращение.

Тишина стала почти физической.

Адриан медленно опустил глаза.

Кристиан выругался себе под нос.

Рейвен застыла.

— Что?

Я подошёл к окну.

За стеклом бушевал дождь.

— Я говорил тебе, что был создан.

Она кивнула.

— Да.

— Я ошибался.

Рейвен ничего не сказала.

Я продолжил:

— Меня не просто превратили. Это было частью сделки.

Она подошла ближе.

— Какой?

— Между моим отцом и Орденом Вечного Солнца.

У меня пересохло в горле, хотя физически это было невозможно.

— Я был молодым человеком. Мне было двадцать один. Мой отец заключил соглашение, чтобы сохранить нашу семью.

— И что он отдал взамен?

Я повернулся к ней.

— Меня.

Рейвен побледнела.

— Что?

— Он отдал им меня.

Она долго смотрела на меня.

Я впервые за несколько столетий позволил себе произнести это вслух.

— Они хотели создать вампира, который сможет находиться среди людей, не подчиняясь старым правилам крови. Мой отец считал, что это спасёт нашу семью. Он ошибся.

— Тебя превратили против твоей воли?

— Да.

Рейвен подошла ещё ближе.

— А твой отец потом...

— Исчез.

— Ты его убил?

Я закрыл глаза.

— Нет.

Она выдохнула.

— Тогда где он?

Я посмотрел на книгу.

— Я не знаю.

В комнате раздался тихий звук.

Телефон Рейвен.

Она достала его из кармана.

На экране было новое сообщение с неизвестного номера.

Всего несколько слов.

«Ты ищешь своего отца. А он всё это время искал тебя».

Рейвен застыла.

Я забрал телефон из её руки.

Второе сообщение пришло через несколько секунд.

«Спроси Морвейна, почему его отец не позволил ему узнать правду».

Я почувствовал, как внутри поднимается ярость.

— Чёрт.

— Люциан...

— Не отвечай.

Телефон снова завибрировал.

Третье сообщение.

На этот раз там была фотография.

Старая.

Чёрно-белая.

Я увидел церковь.

Увидел своего отца.

Увидел Дамиана.

Увидел себя.

А рядом с нами стояла женщина.

Молодая.

С длинными светлыми волосами.

Рейвен наклонилась ближе.

— Кто это?

Я не ответил.

Потому что я знал её.

Я помнил её лицо.

Помнил голос.

Помнил тот вечер.

И самое страшное — я помнил, как она держала меня за руку перед тем, как меня увели.

— Это моя мать, — сказал я.

Рейвен посмотрела на меня.

— Твоя мать?

Я кивнул.

— Но она умерла до твоего превращения?

— Так мне сказали.

— Кто?

Я посмотрел на фотографию.

— Мой отец.

Рейвен замолчала.

А потом тихо сказала:

— Значит, твоя семья лгала тебе.

— Похоже на то.

Я снова посмотрел на снимок.

И заметил кое-что ещё.

На обратной стороне фотографии была надпись.

Почерк моей матери.

Я перевернул фотографию.

И прочитал:

«Если он когда-нибудь встретит дочь Кроу, скажите ему, что я не умерла».

Я замер.

Мир словно исчез.

Не было дождя.

Не было дома.

Не было Адриана и Кристиана.

Осталась только одна мысль.

Моя мать жива.

Где-то.

Все эти годы.

Рейвен осторожно коснулась моей руки.

— Люциан?

Я посмотрел на неё.

Впервые за много столетий мне было действительно страшно.

Не за себя.

За неё.

Потому что теперь я понимал главное.

Если моя мать жива, если мой отец исчез, если Орден ждал рождения Рейвен больше ста лет...

то кто-то всё это время продолжал выполнять условия старой сделки.

И, возможно, последняя часть этой сделки была именно такой:

привести дочь Кроу к Морвейну.

Я сжал фотографию.

— Мы должны найти мою мать.

Рейвен кивнула.

— Вместе.

Я хотел возразить.

Хотел сказать, что она должна остаться в безопасности.

Но впервые понял, насколько бессмысленны эти слова.

Рейвен уже была частью этой истории.

И теперь, нравится мне это или нет, она была частью моей.

Я посмотрел на неё.

— Хорошо.

Она слегка улыбнулась.

— Хорошо.

А потом в глубине дома что-то упало.

Мы одновременно повернулись.

Адриан достал оружие.

Кристиан встал рядом.

Я заслонил Рейвен собой.

Из тёмного коридора донёсся тихий смех.

Знакомый.

Слишком знакомый.

— Вы всё-таки нашли книгу.

Я замер.

Дамиан Вейр вышел из тени.

На его лице была улыбка.

— Поздравляю, Люциан.

Он посмотрел на Рейвен.

— Теперь ты наконец знаешь, зачем она тебе была нужна.

Я шагнул вперёд.

— Что ты сделал с моим отцом?

Дамиан усмехнулся.

— Я?

Он медленно покачал головой.

— Ты всё ещё задаёшь неправильный вопрос.

— Тогда какой правильный?

Его взгляд стал серьёзным.

— Почему твой отец выбрал тебя?

И в этот момент я понял.

Мы искали не ответ.

Мы только что открыли дверь.

И за ней нас ждало то прошлое, от которого я бежал всю свою бессмертную жизнь.