Ч II

В пещере воцарилась оглушительная тишина. И дело было вовсе не в том, что бойцы Фатуи поддались внезапному испугу. Напротив, абсолютно все застыли на месте. Даже массивные механические буры, до этого скрежетавшие и вгрызавшиеся в вековой камень прямо над корнями Ирминсуля, замерли на пол-оборота, словно застигнутые врасплох.

Мия неподвижно стояла на светящихся сплетениях Древа, судорожно сжимая рукоять кинжала, и отчётливо чувствовала, как от колоссального напряжения у неё начинают неметь пальцы. Внизу, кольцом окружая её, застыли вражеские солдаты – их было слишком много, целая армия. На далёком скальном уступе за спиной остались Тигнари, Коллеи и Дилюк, который так и не пришёл в сознание. А прямо перед ней, на каменном возвышении у пробитого свода, возвышался Дотторе.

Белоснежный плащ, маска с длинным птичьим клювом, плотные перчатки до самых локтей. И абсолютное, совершенно нечеловеческое, спокойствие. Предвестник едва заметно наклонил голову набок.

– Любопытно, – произнёс он. – Безусловно, я ожидал встретить здесь сопротивление. Однако не в таком виде.

Его голос доносился из-под маски с характерным металлическим скрежетом.

– Я тоже рассчитывала увидеть от вас нечто более оригинальное, – ничуть не уступая ему, отозвалась Мия. – А вы в итоге просто бездумно сверлите дерево.

– Не дерево. Память этого мира. Разница весьма существенна.

– Для меня её нет.

Девушка сама внезапно удивилась тому, насколько хладнокровно и уверенно прозвучал её собственный голос. Внутри неё всё буквально содрогалось от адреналина, но дикий страх словно отступил куда-то на задний план, окончательно уступив место упрямству.

Доктор медленно развёл руки в стороны.

– Удивительное создание. Ещё совсем недавно ты была лишь нелепой случайностью, системной ошибкой. Обыкновенной девчонкой, которую выдернули из её реальности и забросили в чужую. А теперь ты с такой уверенностью стоишь передо мной и называешь это место своим домом.

– Потому что это и есть мой дом.

– Спустя каких-то два-три месяца?

– Мне этого вполне хватило.

Дотторе сдержанно рассмеялся. Этот смех казался пугающе пустым: в нём не было ни капли человеческого тепла или искреннего веселья.

– Значит, Великое Древо действительно вписало тебя в свою структуру. Причём, куда более полно, чем я изначально рассчитывал.

Мия крепче стиснула рукоять кинжала.

– Вы не сделаете к корням ни шагу.

– И как же ты собираешься меня остановить?

Предвестник даже не пошевелился. Он просто стоял на своём возвышении, пока вокруг него агенты Фатуи дружно поднимали оружие. Копья, мушкеты, катализаторы – на лицах всех солдат застыло одно и то же покорное ожидание финальной команды.

Мия бросила быстрый взгляд наверх. Тигнари уже натянул тетиву лука. Рядом застыла Коллеи, удерживая копьё обеими руками – бледная, но совершенно непреклонная. Дилюк по-прежнему лежал на холодном камне, оставаясь полностью неподвижным. Сердце девушки кольнуло так сильно, что у неё перехватило дыхание.

«Только очнись. Пожалуйста. Только не сейчас. Не здесь».

– Ты смотришь совершенно не туда, – хладнокровно заметил Дотторе.

Мия резко перевела взгляд обратно на учёного.

– Можешь не волноваться. Твой раненый защитник в данный момент мне абсолютно неинтересен. Он и без того уже дал мне гораздо больше, чем сам был способен осознать. Особенно его кровь.

Она почувствовала, как в груди стремительной волной поднимается удушливая ярость.

– Вы его не тронете.

– Я его уже тронул.

Он небрежно поднял руку в белоснежной перчатке и едва заметно шевельнул пальцами. В ту же секунду один из тяжёлых буров вновь натужно загудел. Вслед за ним зарокотал второй, затем третий. И механизмы окончательно ожили.

Великие корни Ирминсуля под ногами Мии дрогнули. Чистый золотой свет внутри древесных артерий мгновенно замутился, словно в прозрачную воду плеснули едких фиолетовых чернил.

– Остановите его! – отчаянно крикнула Коллеи сверху.

Заряженные стрелы Тигнари сорвались с лука одна за другой. Стремительные изумрудные росчерки со вспышками Дендро-энергии на наконечниках обрушились на врагов. Две стрелы без промаха вонзились в плечи ближних солдат Фатуи. Третья с силой ударила прямо в металлический корпус бура: механизм заискрил и угрожающе зашатался, но так и не остановился.

– Активировать щиты, – коротко скомандовал Дотторе.

Двое Анемо-борцов с тяжёлыми ростовыми щитами синхронно выскочили вперёд, надёжно прикрывая работающие буровые установки от последующих атак с уступа.

Мия рванулась с места.

Ноги несли её сами, а узловатые корни под ступнями мягко пружинили, направляя и ускоряя каждое движение. Первый солдат Фатуи попытался перехватить её за плечо, но прямо из каменного пола выстрелил тонкий зелёно-золотой росток, намертво обвил его запястье и резко дёрнул вниз. Мужчина вскрикнул от неожиданности и рухнул на колени.

Мия стремительно проскочила мимо.

Второй пехотинец успел замахнуться тяжёлым копьём. Нырнув в сторону, она почти упала, но вовремя перекатилась по острым камням и точным движением ударила кинжалом снизу вверх – по кожаному ремню на его нагруднике. Металлическая застёжка с треском лопнула, броня сместилась в сторону, и противник мгновенно потерял равновесие.

– Ты на удивление быстро учишься, – донёсся с высоты голос Дотторе.

Она ничего не ответила. До ближайшего работающего бура оставалось каких-то шесть метров. Один из стрелков на скальном возвышении хладнокровно вскинул мушкет. Заметив это мимолётное движение, Мия инстинктивно упала на одно колено. Свинцовая пуля со свистом прошла прямо над её головой и с силой ударила в массивный корень позади. Золотистый свет в месте попадания болезненно вспыхнул и тут же погас.

Мия мгновенно вскочила обратно. Корни вокруг неё непрерывно дрожали. Они чутко слышали её и беспрекословно отвечали на мысленный зов, но этот ресурс вовсе не был безграничным. Девушка отчётливо ощущала: если она попытается вытянуть из Древа ещё больше энергии, её собственное тело просто разорвёт изнутри от колоссального перенапряжения.

Первый бур находился совсем близко. Громоздкий, металлический, с огромным накопительным кристаллом в самом центре, который горел ядовитым грязно-фиолетовым светом. Из острого наконечника установки уже вовсю сочилась тёмная жидкость – густая, живая и жадная Скверна.

Замахнувшись, Мия со всего размаху вонзила кинжал прямо в пульсирующий кристалл. Раздался пронзительный металлический визг, от которого мгновенно свело зубы. Кристалл покрылся сетью глубоких трещин, фиолетовый свет внутри него судорожно дёрнулся, и тяжёлый бур, качнувшись, окончательно встал.

– Первый уничтожен! – крикнула она вверх, сама толком не понимая зачем.

– Слева! Берегись! – крикнул Тигнари.

Слишком поздно. Что-то невероятно тяжёлое с размаху ударило её в бок. Это был не удар кулака и не стальное лезвие, а мощная волна воздуха, спрессованная до плотности гранита. Плотный Анемо-импульс швырнул Мию далеко в сторону. От сильного столкновения весь воздух мгновенно выбило из лёгких.

Перед глазами предательски потемнело.

Сквозь плотный гул в ушах она ещё слышала, как Коллеи отчаянно выкрикивает её имя, как где-то высоко над головой с грохотом осыпаются каменные обломки, и как оставшиеся буры Фатуи продолжают монотонно и беспощадно гудеть.

Мия заставила себя вдохнуть. Раз. Ещё раз. Каждое мимолётное движение отзывалось острой простреливающей болью в рёбрах.

Над ней грозно нависла фигура в маске – один из уцелевших Анемо-борцов. На его громоздких механических перчатках уже яростно вращались изумрудные ветряные лезвия.

– Лежать, – приказал он.

– Сам лежи.

Она резко выбросила руку в сторону и судорожно зачерпнула горсть сухой пыли с камней. Тактика была далеко не самой благородной, но иного выбора у неё попросту не оставалось. Мия наотмашь швырнула дорожный сор, куски мха и мелкий щебень прямо в прорези вражеской маски.

Солдат инстинктивно отпрянул, защищая лицо, и этой секундной заминки оказалось вполне достаточно. Массивный корень рядом с девушкой болезненно вздрогнул. Мия толкнула его всем своим существом, вложив в этот ментальный призыв всё отчаяние и накатившую панику. Древесный отросток с громким треском рванул вверх, сокрушительным ударом пришёлся Фатуи прямо в грудь и отбросил его на несколько метров.

Мия с трудом перекатилась на живот и на четвереньках поползла к следующей буровой установке.

– Её контакт с Древом куда прямее, – донёсся сверху комментарий Дотторе.

На сей раз в его интонациях не было прежней отстранённости – в металлическом голосе Предвестника отчётливо проступила одержимость учёного, граничащая с искренним восхищением.

– Господин, пробить защитную кору никак не удаётся! – в панике закричал один из техников у пультов управления. – Первый энергетический контур критически нестабилен!

– Усильте гидравлическое давление. И прекратите тратить драгоценное время на излишнюю осторожность.

– Но это же неизбежно приведёт к полному обрушению всей скальной камеры!

– В таком случае просто работайте быстрее.

Мия повернула голову и впервые по-настоящему осознала весь масштаб катастрофы. Над главным узловым сплетением Ирминсуля зловеще покачивалась огромная металлическая конструкция, напоминающая перевёрнутую птичью клетку. От неё к основанию Древа тянулись десятки тонких полых трубок, длинных игл и стальных распределительных лепестков. Вся эта махина медленно, но верно опускалась к самому толстому, золотому корню в центре зала, по поверхности которого непрерывно пробегали мягкие световые волны памяти.

Стоило этим иглам вонзиться в живую кору – и концентрированная Скверна хлынет прямиком в артерии Тейвата.

Всё внутри Мии в ужасе сжалось. Она физически не успевала перебить все буровые установки по отдельности. Выход оставался один – сокрушить сам координационный центр. Вот только этот центр находился под непосредственной защитой Дотторе. Одна против целой армии.

– Тигнари! – отчаянно закричала она, перекрывая гул механизмов. – Центральная конструкция! Сбивай только её!

– Вижу!

Очередная стрела с ярким изумрудным шлейфом со свистом ударила в металлический каркас. Тот дрогнул, но в то же мгновение вокруг него на долю секунды вспыхнул полупрозрачный фиолетовый купол, гася всю силу удара. Технологическая защита.

– Энергетический щит, – сквозь плотно сжатые зубы выдохнула Коллеи. – У этой махины автономный щит!

Дотторе неторопливо повернул голову в сторону далёкого скального уступа.

– Лесной смотритель. Отчётливо помню ваши тезисы о критической нестабильности корневой коры в этом секторе. Признаться, вы сильно недооценили масштаб моего интереса к данной теме.

– А вы явно переоценили собственные шансы уйти отсюда живым, – жёстко отрезал Тигнари, наводя новую стрелу.

– Живым? – Второй Предвестник едва заметно наклонил голову набок. – О, я и не планировал наносить сюда личный визит.

У Мии внутри всё разом оборвалось. Страшная догадка осенила её на мгновение раньше, чем он успел договорить.

– Это сегмент, – произнесла она упавшим голосом.

Дотторе мгновенно перевёл свой скрытый маской взгляд на неё.

– Умница.

Ну, конечно. Перед ними стоял вовсе не настоящий Предвестник Фатуи. Это был лишь один из его многочисленных искусственных двойников. Очередная копия, созданная в разный возраст его жизни. Сегмент. Даже если им чудом удастся сокрушить его здесь и сейчас, подлинный Дотторе останется где-то бесконечно далеко, в абсолютной безопасности, владея всеми результатами и выводами этого чудовищного эксперимента.

– Вы обыкновенный трус, – с ненавистью процедила Мия.

– Я учёный. Трусость и рациональность слишком часто путают те, кому суждено умереть молодыми.

Её тело затрясло от удушливой, праведной ярости.

– Вы не получите контроль над этим местом.

– Я уже его получаю.

Тяжёлая металлическая клетка прямо над главным золотым корнем опустилась ещё на несколько дециметров ниже. Тонкие распределительные иглы уже практически касались беззащитной коры.

Мия решительно вскочила на ноги. В ту же секунду всё окружающее пространство будто погрузилось в густой кисель, замедляя свой ход. Хаотичный шум, крики солдат Фатуи, пульсирующий свет, ноющая боль в рёбрах и навязчивый звон в ушах – всё отошло на задний план. Она отчётливо увидела свой единственный путь.

Едва заметная, тонкая неоновая линия переплетённых корней тянулась от её ступней прямиком к центральному узлу Ирминсуля, коварно ныряя под безжизненные тела, нагромождения валунов и работающие механизмы. Если следовать строго по ней, можно на полной скорости добраться до самого основания буровой конструкции.

Вот только там её ждало абсолютно открытое, простреливаемое пространство. И Дотторе сразу всё поймёт.

«И пускай».

Сжав зубы, она сорвалась с места и бросилась вперёд.

Слева раздался выстрел: пуля со стуком вонзилась в золотистую кору прямо у её колена. Справа раздался истошный крик – на мгновение Мие почудился голос Кэйи, но это было невозможно, ведь они с Тигнари и Коллеи добирались сюда без него. Значит, сорвался кто-то из напуганных техников.

Корни великого Древа преданно помогали девушке: подталкивали в спину, ложились под ступни удобными ступенями и ускоряли бег. Мия на пределе возможностей неслась прямиком под нависающую металлическую конструкцию.

Дотторе среагировал слишком поздно.

– Остановить её, – резко скомандовал он, однако в металлическом голосе Предвестника впервые послышалось раздражение.

Двое Фатуи синхронно метнулись наперерез, но живая древесина мгновенно оплела им ноги. Первый солдат с размаху полетел лицом вниз на камни, а второй рухнул на колени и истошно завыл, когда толстая золотая лоза мёртвой хваткой сжала его лодыжку.

Мия одним махом подскочила к центральному распределительному механизму и сразу обнаружила уязвимое место, где сходились абсолютно все полые трубки. Сердце зловещей установки представляло собой крупный, пульсирующий антрацитово-чёрный кристалл, заключённый в массивное стальное кольцо.

Она уже замахнулась кинжалом для финального удара, когда Дотторе материализовался прямо перед ней. Он двигался невероятно быстро, с неестественной для человека грацией. Белоснежная перчатка Предвестника стальным капканом сомкнулась на её запястье. Жгучая боль мгновенно прострелила всю руку до самого плеча. Это было вовсе не физическое увечье – в тело проникла чужеродная холодная энергия. Скверна, но куда более тонкая, умная и пугающе ласковая.

– Вот ты и попалась, – тихо произнёс он.

Из-под причудливой маски были видны лишь его глаза. Пронзительно-красные, мёртвые и пугающе бездонные. Мия отчаянно дёрнулась, однако чудовищная хватка учёного даже не ослабла.

– Отпустите меня...

– Зачем же? Твоя персона интересует меня гораздо сильнее, чем это увядающее дерево.

Вторая рука Дотторе медленно поднялась. Между его пальцами хищно блеснула тонкая стеклянная ампула, длинная игла на конце которой уже была заполнена прозрачным химическим составом.

Вся кровь вмиг отхлынула от лица Мии.

– Нет!

– Не стоит бояться. Это почти безболезненно.

Доктор говорил мягко и вкрадчиво, будто вежливо утешал маленького ребёнка перед плановым медицинским уколом. Собрав остатки сил, Мия наотмашь ударила его коленом снизу вверх – сильно, вслепую, наугад. И попала. Удар пришёлся чуть ниже живота.

Дотторе на долю секунды ослабил хватку от неожиданности. Этого короткого мгновения оказалось вполне достаточно. Мия резко рванула руку вниз, вывернулась из захвата, до крови содрав нежную кожу на запястье, и в ту же секунду прямо сверху на Предвестника обрушился яростный поток всепожирающего огня. Это была не просто мимолётная вспышка, а сплошная стена ревущего пламени.

Дилюк. Его здесь быть не могло. По всем законам природы он обязан был лежать без сознания на далёком скальном уступе под присмотром лесничего.

И всё же он стоял здесь. Почерневший от копоти, мертвенно-бледный, практически обезумевший от дикой боли и праведной ярости, Дилюк сжимал в руках свой двуручник. Окружавшее его пламя полыхало ярче и жарче, чем сам подземный воздух каверны. Он приземлился точно между Мией и Дотторе, надёжно оттесняя девушку себе за спину свободной рукой.

– Не смей трогать её.

Его голос прозвучал удивительно спокойно.

Дотторе плавно отступил на шаг назад, но зажатая в его пальцах тонкая игла даже не дрогнула.

– Любопытно. Физиологически ты уже не должен стоять на ногах, но всё ещё дышишь. Хотя, это ненадолго. Скверна в твоём теле уже успела перестроить под себя добрую половину энергетических каналов.

Предвестник мимолётно скосился на центральную конструкцию. Антрацитовый кристалл продолжал мерно пульсировать, а распределительные иглы уже практически вплотную приблизились к беззащитной золотой коре.

– Пока вы столь упоённо заняты друг другом, я, пожалуй, завершу начатую работу.

Он щёлкнул пальцами. Тотчас трое штурмовых агентов синхронно прыгнули вперёд, плотной стеной закрывая своего создателя. Дилюк встретил первого яростным ударом меча прямо в грудь. Второй застрельщик получил тяжёлым огненным лезвием по ногам и с воем рухнул на камни. Третий боец Фатуи всё же успел высоко занести копьё над головой Рагнвиндра.

Заметив это, Мия судорожно перехватила валявшийся под ногами острый металлический штырь от разбитого бура и со всего маху вонзила его противнику в незащищённый бок. Оружие вошло неглубоко, но этого вполне хватило, чтобы солдат истошно вскрикнул и отпрянул в сторону.

Дилюк резко обернулся на шум борьбы. На долю секунды в его горящих глазах мелькнуло что-то дикое, болезненное и пугающее.

– Назад! – яростно рявкнул он, пытаясь заслонить её.

– Нет!

– Мия, уходи!

– Нет!

Она уже на полной скорости неслась прямиком к главной буровой установке. В этот самый миг стальные иглы, наконец, коснулись живой коры Древа. Звук получился совсем тихим и почти нежным, напоминая случайную царапину ногтем по чистому стеклу. А затем узловой корень Ирминсуля вздрогнул.

Вместе с ним ощутимо содрогнулся и весь колоссальный подземный зал каверны. Живое золотое сияние внутри древесных артерий стремительно потемнело, и по коре во все стороны поползли уродливые, едкие фиолетовые жилы. Заражение продвигалось не слишком быстро, но этой скорости вполне хватало, чтобы Мия в ужасе осознала: необратимый процесс отравления памяти мира уже запущен.

– Нет... – обречённо выдохнула она.

Прямо сверху на механизмы Фатуи обрушился непрерывный изумрудный поток. Тигнари стрелял без остановки, и его заряженные Дендро-стрелы теперь не просто разбивались о технологические щиты, а прорастали буйными лозами прямо сквозь металл, безжалостно ломая внутренние крепления. Коллеи метала свои механические ловушки одну за другой, и частые точечные взрывы с корнем вырывали из конструкции целые куски внешней брони.

Однако само ядро установки по-прежнему оставалось невредимым. Дотторе неторопливо отступил к самому краю скальной площадки над центральным корнем. Учёный отчётливо видел, что реакция пошла успешно.

– Поздно, – заявил он с леденящим удовлетворением. – Слишком поздно.