Глава 2. Снова семнадцать. Какая отвратительная шутка

***

В конечном итоге Стайлз был категоричен насчет врача, так что Ноа напоил сына сладким чаем, заставил немного поесть, после чего дал таблетку от простуды и ушел на работу. Напоследок сказав, что будет звонить, и Стайлзу лучше отвечать, иначе он все же позвонит Мелиссе МакКолл.

Оставшись наедине с собой, в доме таком знакомом и столь же чужом, Стайлз совершенно не знал, что ему делать. Все казалось сном, но он уже успел убедиться в реальности происходящего. Три раза пересчитал пальцы на обеих руках, несколько раз ущипнул себя за предплечье, а потом просто уставился в потолок, пытаясь хоть как-то осознать случившееся. В голове все еще продолжал звучать мягкий голос отца. Он все еще чувствовал тепло его рук, его заботу, такую привычную когда-то и настолько забытую теперь, что от одного воспоминания внутри все болезненно сжималось.

В какой-то момент тишина начала давить слишком сильно. Стайлза накрыло, и он просто начал плакать и выть в подушку, которая хоть как-то заглушала его истерику. Столько чувств, переполняющих эмоций, а еще невероятный океан боли, который он слишком долго держал внутри. Ему бы хотелось верить, что все уйдет вместе со слезами, что достаточно просто выплакаться, чтобы хотя бы немного стало легче, но спустя пару часов легче не стало. Он лишь стал чувствовать себя еще более пустым и надломленным, а голова начала болеть только сильнее.

В результате, когда слезы высохли, Стайлз все же заставил себя встать и сходить в душ. Горячая вода смывала пот, но не налипшую грязь и кровь, которые продолжали стекать с его худого, бледного тела, на котором теперь не осталось ни единого шрама, словно вязкая смола.

Стайлз запрокинул голову прикрыв глаза, позволяя упругим каплям воды бить по лицу. Что ему делать? Пойти к стаи и рассказать тем всю правду? Поверят ли они в его бред. Ах, нет, может, он должен стать Бэтмэном и нести бремя священной мести? Что-то вроде того, как найти каждого из Арджентов и вспороть им брюхо, чтобы потом подвесить каждого на собственных кишках. Близко, но тоже пока не то.

На губах заиграла почти мечтательная улыбка, но любой, кто увидел бы ее в этот момент, скорее всего, содрогнулся бы от ужаса — настолько темной и порочной она была.

Что делать? Что, черт возьми, ему делать?

Глупый вопрос, на который у Стайлза пока не было ответа. Спустя долгих два часа он все же вышел из душа, переоделся в мягкую домашнюю одежду, пахнущую стиральным порошком. Он сел за свой старый письменный стол и принялся составлять небольшую таблицу событий в хронологическом порядке. Возможно, именно она поможет ему понять, что делать дальше.

Стайлз несколько долгих минут просто смотрел на чистый лист, наскоро вырванный из первой попавшейся тетради, пытаясь собрать мысли в кучу. Наконец он все же взял ручку и крупно вывел в самом верху:

«Хронология 2012».

Почерк вышел немного кривым — рука все еще дрожала, а голова продолжала нещадно болеть, — но останавливаться он не собирался. Если уж судьба решила подарить ему второй шанс, Стайлз собирался хотя бы попытаться не просрать его в первые же сутки.

Он снова задумался, постукивая ручкой по столу. Увы, события тех лет парень помнил довольно смутно. Некоторые стерлись за прошедшие годы, другие перемешались между собой, а третьи он предпочел бы забыть вовсе. Но основные вещи... основные вещи он вроде бы помнил.

Итак, в городе уже появилась стая альф во главе со стариной Дюком? А близнецы — как их там звали? — ведь только в сентябре должны пойти в школу? А где сейчас каждый из Арджентов? Что они затевают? Делают ли попытки начать движение, которое позже превратится в настоящую истребление всего живого.

Ах, сейчас вроде еще были ритуальные убийства. С ними было сложнее. Стайлз прекрасно помнил Дженнифер Блейк, но не мог с уверенностью сказать, на каком именно этапе событий она сейчас находилась. Дарак уже стала учительницей? Или еще только собиралась ею стать? Когда именно начались первые жертвоприношения? Он нахмурился, а затем аккуратно вывел в отдельном столбике имя будущей смертницы — Дженнифер Блейк уверенно возглавила рейтинг тех, кого стоило убрать с доски как можно раньше.

Сила темного дарака ему не помешала бы. Стайлз чувствовал холод там, где еще совсем недавно ярко горела его магия — согревая. Он знал, что та была где-то внутри, запертая и будто спящая, ожидающая, когда Стайлз наконец сможет до нее добраться. Напитать. Восстановить. Вернуть себе хотя бы часть того, кем он был. И если для этого придется использовать тех, кого не жалко, он не станет долго мучиться угрызениями совести. По той же причине в столбик отправилось имя Ногицуне.

Что ж, похоже, после двадцати лет, проведенных среди чудовищ, убийств, магии и бесконечных попыток выжить, память уже не была той надежной вещью, на которую он мог опираться. Ему нужна была информация. И желательно быстро.

Стайлз еще несколько минут смотрел на исписанный лист, после чего тяжело вздохнул и поднялся из-за стола. Твердо он был уверен в одном: встречаться с друзьями он не собирался. Смысла в этом не было. Те люди, которых он когда-то называл своей стаей, давно лежали в земле, а Стайлз уже успел похоронить каждого из них в своей памяти, пусть они иногда и всплывали. Были исключения, как отец, но не Скотт и его маленькая команда. Он не собирался снова привязываться к ним, не собирался смотреть на молодые лица, видеть наивность и непонимание в глазах этих глупых детей. У него просто не было на это времени. Да и сил тоже. Если бы он встретил их сейчас, ему пришлось бы слишком много лгать, слишком много объяснять и, что было хуже всего, снова позволить себе привыкнуть к их присутствию.

Он не хотел этого.

Не сейчас.

Сначала информация.

Поэтому Стайлз направился в кабинет отца. Ноа наверняка оставил ноутбук на столе, а если нет — у самого Стайлза тоже имелся компьютер, где можно было найти хотя бы что-то полезное. Парень включил сначала отцовский ноутбук и принялся методично просматривать последние записи, сводки, полицейские отчеты и новости города, попутно открывая собственный компьютер и сравнивая даты. Он не искал ничего конкретного, просто проверял все, что могло иметь отношение к событиям, которые помнил из прошлого. Работа оказалась скучной и монотонной, но именно сейчас она была необходима.

Через несколько часов у него уже была более-менее четкая картина.

С учетом трупов погибших в результате нападения диких животных стая альф уже в Бейкон-Хиллз. Значит, с этим он не ошибся. Девкалион действительно находился в городе, а вместе с ним появились и остальные. Однако никаких официальных упоминаний о ритуальных убийствах пока не было. Ни одного тела с вырезанными органами, ни одной жертвы, которую полиция могла бы связать с чем-то сверхъестественным. Ничего, что могло бы заинтересовать Ноа Стилински именно как полицейского. Значит дарак пока действует максимально незаметно. Несколько небольших сводок о пропавших людях тому подтверждение.

Пока их никто не связывал между собой. Для обычного человека — очередные исчезновения, которых в любом городе могло быть достаточно. Для Стайлза — первые кусочки будущих событий.

Он сохранил несколько файлов себе, сделал пометки и снова вернулся к календарю. До того момента, когда все начнет разваливаться окончательно, времени еще было достаточно, но медлить было нельзя.

Стайлз устало потер глаза. Он слишком хорошо помнил Дженнифер. Знал, где она окажется, знал, что будет делать и чем все закончится. Но проблема заключалась в другом — его собственное тело. Он мог сколько угодно помнить заклинания, ритуалы и способы убийства, которыми пользовался последние двадцать лет, но семнадцатилетнее тело пока не обладало ни прежней силой, ни выносливостью, ни тем огромным запасом магии, который когда-то позволял ему сражаться с демонами практически на равных. Нужно вернуться в форму.

Охотиться на Дженнифер прямо сейчас было самоубийством. А Стайлз уже однажды умер и повторять этот опыт в ближайшее время совершенно не желал. Он будет только наблюдать, и как паук медленно оплетет своих жертв паутиной. Бросаться в бой с тем, что сейчас едва тлело в его груди на месте некогда бушевавшего магического пламени, было бы идиотизмом.

А это значит, придется ждать. Восстанавливать силы. Проверять информацию. Следить за событиями издалека и не вмешиваться раньше времени. Но играть снова семнадцатилетнего он не хотел — потому что того Стайлза Стилински, громкого, болтливого и нервного подростка, который шутит не к месту и носился за Скоттом, как верная собачка, больше нет и не будет. Ему давно не семнадцать. Ему, черт возьми, тридцать семь.

Стайлз посмотрел на свое отражение в темном экране ноутбука — такое юное, что даже противно — и тяжело вздохнул. Придется уйти в полный игнор. Потому что взрослый Стайлз Стилински, последние двадцать лет живший только войной и выживанием, имел слишком маленький запас терпения и привык решать свои проблемы пулей в голову или ножом в печень. А сейчас за это его еще и посадить могут. Не хотелось бы подкидывать отцу лишнюю работу, вырезая свидетелей собственной несдержанности. Значит, придется побыть паинькой. А еще создать какой-нибудь защитный амулет, чтобы эта конченая сука не потянула свои коготки к его отцу.