Нарастающая тревога

Закрыв за собой калитку, Лера еще несколько секунд стояла во дворе.

За спиной послышались удаляющиеся шаги Лёхи. Она не обернулась. Почему-то казалось, что если она сейчас посмотрит ему вслед, то он это почувствует.
И все же, когда шаги окончательно стихли, она украдкой бросила взгляд через плечо.

Улица уже почти опустела.

Его не было.

Она сама не поняла, почему уголки губ снова дрогнули в улыбке.

Лера быстро отвела взгляд и поднялась на крыльцо.
Из кухни пробивался теплый свет. Она открыла дверь, стараясь не шуметь.

— Я дома.

— Мы здесь, — сразу же отозвался Андрей.

Она сняла кроссовки и прошла на кухню.

Наталья сидела за столом с кружкой давно остывшего чая и что-то читала в планшете. Андрей убирал со стола, складывая тарелки в посудомоечную машину.

Оба одновременно подняли головы.

— Ну наконец-то, — с легкой улыбкой сказал Андрей. — Мы уже начали думать, что ты решила переехать.

Лера виновато посмотрела на часы над плитой.

— Простите... Я не заметила, сколько времени прошло.

— Это хороший знак, — спокойно ответил он. — Значит, день действительно удался.

Она едва заметно кивнула.

— Да...

Наталья внимательно посмотрела на дочь.

— Гуляла одна?

На долю секунды Лера замешкалась. Совсем незаметно.

— Нет.

Андрей вопросительно поднял брови.

— С одноклассником.

— С тем самым? — спросил он с едва заметной улыбкой.

Лера сразу поняла, о ком речь.

— Да.

— Алексей?

Она удивилась.

— Ты запомнил?

— Конечно.

Ты ведь не так часто приходишь домой и рассказываешь, что кто-то проводил тебя до дома.

Лера почувствовала, как щеки начали теплеть.

— Я не рассказывала...

— Не рассказывала, — согласился Андрей. — Но в прошлый раз он тоже тебя проводил. Такие вещи обычно запоминаются.

Она опустила взгляд.

— Мы просто случайно встретились.

— И случайно прогуляли почти весь день? — с улыбкой уточнил Андрей.

— Андрей, — тихо сказала Наталья.

— Всё-всё. Не допрашиваю. Он поднял руки, словно сдаваясь.

Лера неожиданно улыбнулась.

— Правда случайно.

— Верю.

И почему-то по его голосу действительно было понятно, что верит. Не потому, что считал ее маленькой. А потому, что видел: если бы произошло что-то важное, она бы сама еще не смогла подобрать для этого слова.

Андрей поставил перед ней тарелку с еще теплой запеканкой.

— Поешь.

— Я не очень голодная...

Он посмотрел на нее тем самым взглядом, который она уже успела узнать. Спокойным. Но не терпящим возражений.

— Хотя бы немного.

Лера улыбнулась.

— Хорошо.

Она села за стол.

Дом снова наполнился привычными звуками: тихим гулом посудомоечной машины, стуком вилки о тарелку, негромким разговором Андрея и Натальи о каких-то бытовых мелочах.

Несколько минут она почти не участвовала в разговоре, только слушала.

И вдруг поняла, что ей уютно. Не идеально. Не так, будто исчезли все сомнения. Но достаточно, чтобы впервые за долгое время не чувствовать себя чужой.

Она уже собиралась подняться наверх, когда машинально спросила:

— А Дима?

Андрей посмотрел на часы.

— Еще не вернулся.

Лера сразу нахмурилась.

— Разве он не говорил, что ненадолго?

— Говорил.

— Уже почти двенадцать.

— Вернется.

Андрей произнес это спокойно, но Лера заметила, что и он украдкой посмотрел на телефон, лежавший рядом.

Наталья тоже это заметила.

— Напиши ему.

— Сейчас.

Андрей быстро открыл переписку. Несколько секунд что-то нервно печатал.

Сообщение отправилось.

Прошла минута. Потом вторая. Ответа не было.

— Может, телефон на беззвучке , — негромко сказала Наталья.

— Может быть.

Но почему-то в кухне стало заметно тише.

Лера почувствовала, как внутри снова появляется знакомое неприятное ощущение. То самое.

Которое в последнее время возникало каждый раз, когда речь заходила о брате. Тревога нарастала

Она сама не понимала, почему так переживает.

Ведь Дима действительно взрослел. У него появлялись друзья. Свои дела. Своя жизнь. Все, как она и хотела. Хоть и у нее не было шанса на нормальную жизнь, без ощущения тревоги, которая преследует ее даже во сне, то брат должен был двигаться дальше.

Разве это не нормально?

Тогда почему ей так отчаянно хотелось, чтобы прямо сейчас хлопнула входная дверь, а он, как раньше, с улыбкой крикнул из прихожей:

— «Мам, пап, я дома!»

Она подняла взгляд на темное окно.
Почему-то именно сегодня тишина казалась слишком громкой.