Дом. Милый дом.

*Дима — младший брат леры

Дом встретил их привычной тишиной.

Андрей заглушил двигатель и несколько секунд сидел неподвижно, словно не хотел торопить этот день. В зеркале заднего вида отражались дети: Дима уже нетерпеливо расстегивал ремень безопасности, а Лера смотрела в окно. Она наблюдала за соседскими домами, за аккуратно подстриженными кустами и ровными дорожками так внимательно, будто все еще пыталась убедить себя, что живет здесь на самом деле.

— Ну что, первооткрыватели, — с улыбкой произнес Андрей, выходя из машины. — Первый день пережили.

— Если завтра не зададут столько же, сколько сегодня, то переживу и второй, — тут же ответил Дима, хватая рюкзак. — У нас учитель истории вообще какой-то ненормальный. Сказал, что "учебник создан не для красоты". Представляешь?

Андрей рассмеялся.

— Даже спорить не буду. Звучит как человек, который любит свой предмет.

— Нет, звучит как человек, который хочет испортить детям жизнь.

— Дима.

— Ну что?

— Ты драматизируешь.

— Совсем чуть-чуть.

Лера невольно слушала их разговор. Она ничего не сказала, но уголки губ едва заметно дрогнули.

— Лер, а ты как? — Андрей придержал для нее калитку. — Первый день оказался таким страшным, как ты ожидала?

Она на секунду задумалась.

— Нет.

— Уже хорошо.

— Просто... шумно. Много людей. Все пялятся на меня, словно мы в зоопарке. *От одной мысли, что каждый день придется переживать в такой атмосфере, заставило Валерию нервно вздрогнуть*

— Это пройдет, — спокойно ответил он. — Ко всему привыкаешь.

Лера ничего не ответила.

Она не была уверена, что ко всему действительно можно привыкнуть. По крайней мере, уж точно не ей.

⸻

Из кухни доносился запах запеченного мяса и свежего хлеба.

Наталья, услышав хлопок входной двери, выглянула в прихожую. На ней был темно-зеленый фартук, а волосы, как обычно, были собраны в небрежный пучок.

— Руки мыть. Оба.

— Я уже почти взрослый, — буркнул Дима, снимая кроссовки.

— Именно поэтому напоминаю.

Он театрально закатил глаза.

— Когда-нибудь ты перестанешь считать меня ребенком.

— Когда перестанешь бросать носки посреди комнаты.

— Это было один раз.

— Сегодня утром.

Дима виновато улыбнулся.

— Ладно, два.

Андрей тихо рассмеялся и прошел в кухню.

Лера сняла обувь, аккуратно поставила ее возле стены и молча поднялась в свою комнату, чтобы переодеться. Она спустилась через несколько минут, когда все уже сидели за столом.

Наталья поставила перед ней тарелку.

— Осторожно. Горячее.

— Спасибо.

Это было единственное слово, которое Лера произнесла за последние пятнадцать минут.

Во время ужина говорил в основном Дима.

Он рассказывал про лицей, про огромный спортивный зал, про учителя физики, который умудрился запомнить половину класса за одно занятие, и про мальчишку, который умудрился перепутать кабинет и весь урок просидел у одиннадцатиклассников, пока кто-то не заметил ошибку.

— Представляешь? — смеялся он. — Он еще весь урок делал вид, что понимает, о чем речь.

— Может, действительно понимал, — заметил Андрей.

— Пап... — Дима осекся и тут же поправился: — Андрей, ну ты серьезно?

Андрей только улыбнулся. Эта оговорка давно перестала его удивлять.

Лера опустила взгляд в тарелку.
Она тоже заметила это. И, как всегда, почувствовала неприятный укол где-то внутри.

— Лера, — неожиданно обратилась к ней Наталья, — а у тебя как прошел день?

Девушка спокойно подняла глаза.

— Нормально.

— Уже успела познакомиться с кем-нибудь?

— Нет.

— Совсем ни с кем?

— Не было необходимости.

Наталья на мгновение замолчала.

— Лера, я понимаю, что тебе тяжело. Новый лицей, новая страна, новые люди... Но нельзя постоянно закрываться. Иногда достаточно просто позволить кому-то подойти ближе.

Лера аккуратно положила вилку на край тарелки.

— А если я не хочу?

Вопрос прозвучал тихо.

Без вызова.

Скорее как попытка понять.

Наталья тоже не повысила голос.

— Потому что человеку нужен человек.

— Не всегда.

— Всегда.

Лера покачала головой.

— Нет.

За столом повисла короткая тишина.

Андрей, до этого молча наблюдавший за разговором, наконец вмешался.

— Наташ, сегодня был только первый день.

— Я не прошу невозможного, Андрей. Я просто хочу, чтобы она перестала жить так, будто весь мир собирается сделать ей больно.

Лера подняла взгляд.
А что, разве это не так ? Разве она сможет найти в себе силы, чтобы жить дальше? Забыть весь кошмар. Забыть ту ночь. Забыть свою старую жизнь и своих родителей.

— Иногда он это делает. Хотелось кричать от количества мыслей в голове. Но легче выдавить одно слово, сделать вид, что я холодная и неблагодарная сука.

Эти слова прозвучали так спокойно, что от них стало тяжелее, чем если бы она закричала.

Наталья опустила глаза.

Она не нашлась, что ответить.

Потому что понимала: Лера права.

Просто очень хотелось, чтобы однажды эта девочка перестала ждать удара.

— Спасибо за ужин, — тихо сказала Лера, поднимаясь из-за стола. — Можно я пойду к себе?

Андрей кивнул.

— Конечно.

Она забрала тарелку, поставила ее в посудомоечную машину и медленно поднялась наверх.

Когда шаги стихли, Дима негромко посмотрел на родителей.

— Вы ведь не злитесь на нее?

Наталья устало потерла переносицу.

— Нет.

— Тогда почему вы постоянно разговариваете так, будто спорите?

Она долго молчала.

— Потому что я никак не могу понять, как до нее достучаться.

Андрей накрыл ее ладонь своей.

— Не нужно стучать.

Наталья вопросительно посмотрела на мужа.

— Представь, что человек тонет. Ты ведь не будешь кричать ему, чтобы он быстрее выплыл. Ты просто останешься рядом.

— А если она так и не подплывет?

Он улыбнулся очень грустно.

— Значит, будем ждать столько, сколько понадобится.

⸻

Лера закрыла дверь комнаты и впервые за день позволила себе выдохнуть.

Она сняла часы, положила их на прикроватную тумбу и подошла к окну. Во дворе уже зажглись фонари. Где-то неподалеку лаяла собака, а ветер едва заметно шевелил ветви деревьев.

Телефон коротко завибрировал.

Она не сразу посмотрела на экран.

— Алексей Шпак отправил вам запрос в друзья.

Лера удивленно нахмурилась.

«Как он вообще меня нашел?..»

Она открыла профиль. Несколько общих друзей из класса.

Логично.

Несколько секунд палец зависал над экраном.

Потом она все-таки нажала «Принять».

Не прошло и минуты, как пришло сообщение.

«Тебя было тяжелее найти, чем кабинет литературы в этом лицее.»

Она невольно улыбнулась. Совсем чуть-чуть.

Пальцы сами легли на клавиатуру.

— «Зато теперь не потеряешься.»

Ответ пришел почти мгновенно.

— «Не обещаю. У меня с ориентацией проблемы ;) »

— «Это многое объясняет.»

— «Например?»

— «Почему ты весь день донимал меня на уроках.»

Алексей отправил смеющийся смайлик.

Потом написал:

— «Вообще-то я пытался быть дружелюбным. Цени епт.»

— «Получалось сомнительно.»

— «А ты всегда такая честная?»

Лера задумалась.

— «Не всегда. Только когда спрашивают.»

После этого разговор неожиданно стал легким. Они перескакивали с темы на тему: обсуждали строгих учителей, огромный лицей, любимую музыку, спорили, можно ли считать блогерство настоящей работой, и смеялись над совершенно бессмысленными вещами. Ни один из них не рассказывал о чем-то слишком личном, но оба почему-то чувствовали себя так, словно знали друг друга гораздо дольше одного дня.

Когда Лера случайно посмотрела на часы, было уже далеко за полночь.

Она удивленно моргнула.

Неужели прошло столько времени?

«Тебе завтра не вставать?» — написала она.

— «Вставать. Но разговор того стоил.»

Она долго смотрела на эти четыре слова.

Потом ответила короткое:

— «Спокойной ночи.»

— «Спокойной, Лер.»

Телефон погас.

Она еще несколько минут сидела неподвижно, глядя в темное окно.

Почему-то на душе было... легко.

Так легко, что стало страшно.

⸻

Утром Лера открыла глаза раньше будильника.
Первым делом она ухватилась за телефон. Скорее, чтобы проверить - «это сон или за вправду?»

Диалог с Шпаком все еще был открыт.

Она медленно перечитала несколько последних сообщений.

Улыбка появилась сама собой.

И почти сразу исчезла.

В памяти всплыли слова, которые она столько лет повторяла самой себе.

«Не привязывайся.»

«Не подпускай слишком близко.»

«Так будет легче.»

Лера заблокировала телефон и положила его экраном вниз.

Сегодня она снова станет той самой молчаливой девочкой с последней парты.

Потому что держать человека на расстоянии намного безопаснее, чем однажды снова потерять его.