Поздно

making the bed - olivia rodrigo

Дом встретил Леру привычной тишиной.

За последние годы она успела привыкнуть к тому, что этот дом никогда не был шумным. Здесь не хлопали дверьми, не повышали голос за ужином и не выясняли отношения через весь коридор. Если кто-то сердился, то скорее уходил в свой кабинет или молча продолжал заниматься делами. Иногда Лере казалось, что этот дом боится громких звуков так же сильно, как она сама.

Она сняла кеды, поставила рюкзак возле лестницы и поднялась в комнату.

За окном медленно темнело. Осень только начиналась, но вечера становились короче с каждым днем.

Лера переоделась в широкие домашние штаны и большую светлую футболку, доходившую почти до колен. Волосы она привычно собрала крабом, умылась прохладной водой и несколько секунд смотрела на свое отражение в зеркале.

Иногда ей казалось, что она почти научилась жить заново.

Почти.

Телефон завибрировал.

Она машинально взглянула на экран.

Алексей Шпак
Новое сообщение

Палец уже потянулся открыть чат, но снизу послышался голос Натальи:

— Лера, спускайся, ужин готов.

Она быстро убрала телефон в карман и вышла из комнаты.

За столом уже сидели Андрей и Наталья.

Одно место оставалось пустым.

Андрей взглянул на часы.

— Дима писал?

Наталья покачала головой.

— Пока нет.

Лера села напротив.

Несколько минут они ели почти молча. Разговор касался работы Андрея, нового судебного дела и каких-то бытовых мелочей, которые Лера слушала вполуха.

Когда тарелки почти опустели, Андрей вдруг поднял голову.

— Кстати, Дима сегодня сказал, что после уроков пойдет гулять с тобой.

Лера медленно перестала жевать. В горле встал ком.

— Со мной?

— Да. Утром, перед школой. Сказал, что вы хотите зайти в книжный после занятий.

На несколько секунд за столом повисла тишина.

Наталья удивленно посмотрела сначала на мужа, потом на Леру.

— Разве нет?

Лера осторожно положила вилку на край тарелки.

— Нет.

Она произнесла это совсем спокойно.

Без раздражения.

Но внутри что-то неприятно сжалось. Все внутри забило тревогу.

Андрей нахмурился.

— Странно. Тогда зачем он сказал, что будет с тобой?

Лера медленно покачала головой.

— Не знаю.

Она действительно не знала.

И именно это пугало сильнее всего.

⸻

После ужина Андрей ушел в кабинет работать. Наталья осталась на кухне, складывая посуду в посудомоечную машину.

Лера привычно помогла убрать со стола.

Несколько тарелок тихо звякнули друг о друга.

— Спасибо, — негромко сказала Наталья.

Лера лишь кивнула.

Когда последняя чашка оказалась на полке, Наталья неожиданно заговорила снова.

— Он всегда был очень честным мальчиком.

Лера подняла глаза.

— Дима?

— Да.

В голосе Натальи не было обвинения.

Только тревога.

— Может быть, мы зря волнуемся.

— Может быть.

Но почему-то ни одна из них в это не поверила.
У них обеих ощущался материнский инстинкт, как бы это странно не звучало.
⸻

Вечер тянулся непривычно медленно.

Лера поднялась к себе, открыла учебник физики и попыталась сосредоточиться на задачах. За окном уже совсем стемнело. Фонарь во дворе отбрасывал на стену длинные тени ветвей, а настольная лампа освещала только тетрадь и кружку с давно остывшим чаем.

Она несколько раз перечитывала одно и то же условие.

Буквы расплывались. Мысли все равно возвращались к брату.

«Почему он сказал, что будет со мной?»
«А если он сейчас в беде? Может ему нужна моя помощь, а меня нет рядом?»

Телефон тихо завибрировал. Кое-кто будто чувствует каждый тревожный звоночек в моей голове.

Алексей Шпак
«Как успехи у лучшей ученицы по физике?»

Лера невольно улыбнулась.

— Не преувеличивай

Ответ пришел почти сразу.

— Ладно. У второй после меня)

Она тихо усмехнулась.

— Самоуверенно. В твоем стиле

— Зато честно

Она уже собиралась ответить, когда услышала, как внизу открылась входная дверь.

Часы показывали без четверти двенадцать.

Лера быстро отложила телефон и пулей вылетела из комнаты.

Из прихожей доносились тихие шаги.

Дима осторожно снимал кроссовки, стараясь не шуметь.

Когда он поднял голову и увидел сестру, на лице мгновенно появилась привычная улыбка.

— Не спишь?

— Ждала тебя.

Он виновато потер затылок.

— Прости. Засиделись.

Лера медленно спустилась на несколько ступенек.

— Где?

— Да у ребят.

— У каких?

Он отвел взгляд. Совсем ненадолго. Но этого хватило, чтобы понять

— Ты их не знаешь.

— Тогда почему утром сказал, что будешь со мной?

Улыбка исчезла.

Совсем.

Он тяжело выдохнул и прислонился спиной к стене.

— Потому что иначе меня бы не отпустили.

Эти слова прозвучали неожиданно просто.

Без оправданий.

Без попытки выкрутиться.

Лера почувствовала, как внутри становится холодно.

— Ты мог хотя бы предупредить меня.

— Я собирался.

— Когда?

Он молчал.

Ответа не было.

Она спустилась еще на одну ступеньку.

— Дим, если ты хочешь гулять с друзьями — гуляй. Я не стану запрещать. Но не используй меня, чтобы соврать родителям.

Он наконец поднял глаза.

В них мелькнуло что-то похожее на сожаление.

— Я не хотел тебя подставлять.

— Но подставил.

Повисла долгая тишина. Потом он тихо произнес:

— Извини.

Это прозвучало искренне.

И именно поэтому Лера не смогла сердиться. Ведь перед ней, несмотря ни на что, все еще стоял ее маленький братишка, который боялся спать один, боялся темноты и громких звуков.

Она лишь устало кивнула.

— В следующий раз просто скажи правду.

Он слабо улыбнулся.

— Постараюсь.

Она хотела ответить, но вдруг почувствовала едва уловимый запах незнакомого мужского парфюма. Не резкого, не дешевого — наоборот, слишком взрослого для компании школьников.

Лера невольно нахмурилась.

— Новые друзья?

Дима быстро кивнул.

— Да. Есть несколько ребят постарше.

— Насколько?

Он пожал плечами.

— На пару лет.

Слова прозвучали легко. Слишком легко.

Лера больше ничего не сказала.

Только пожелала спокойной ночи и медленно поднялась к себе.

Она поймала себя на мысли, что впервые не знает, верит ли брату.

И это ощущение оказалось страшнее любого ответа.

В комнате снова стало тихо.

Лера закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и на несколько секунд прикрыла глаза. День оказался длиннее, чем ей казалось утром. Разговор с Димой не выходил из головы. Он извинился, и она поверила, что ему действительно было стыдно. Но вместе с этим внутри поселилось неприятное чувство, будто между ними впервые появилась трещина, едва заметная, но уже существующая.

Она переоделась, распустила волосы и забралась под одеяло. На прикроватной тумбе тихо светилась лампа, а за окном ветер лениво перебирал ветви деревьев.

Телефон лежал рядом.

Экран загорелся, стоило ей взять его в руки.

Последним сообщением в переписке было:

— Спокойной ночи, мышка

Лера невольно улыбнулась.

Она открыла клавиатуру и быстро набрала:

«И тебе.»

Несколько секунд смотрела на две короткие строчки, а затем, сама не понимая почему, стерла их.

Напечатала снова.

«Спокойной.» — Это тоже показалось ей неправильным.

Она тяжело выдохнула, снова нажала на кнопку удаления и только с третьей попытки отправила самое простое сообщение из всех возможных:

«Спокойной ночи.»

Ответ пришел почти мгновенно, будто Лёша все это время держал телефон в руках.

— Получается, я сегодня заслужил целых два слова?

Лера тихо закатила глаза.

— Придурок... — едва слышно пробормотала она, хотя уголки губ предательски дрогнули в улыбке.

Она уже собиралась убрать телефон, но вдруг поймала себя на мысли, что сегодняшний день заканчивается совсем не так, как начался. Утром ей казалось, что она опять будет думать только о Диме, о его странном поведении, о лжи, о тревоге, которая все сильнее пускала корни где-то глубоко внутри.

Но сейчас эти мысли ненадолго отступили. Не исчезли. Просто рядом с ними появилось что-то еще. Что-то удивительно спокойное.

Лера выключила экран, положила телефон под подушку и натянула одеяло.

За окном все так же шумел ветер, дом давно погрузился в сон, и лишь где-то далеко тихо тикали настенные часы.

Она закрыла глаза.

И впервые за долгое время уснула без назойливых мыслей.