Гроза за стеклом

​Звук грома еще перекатывался где-то над крышей небоскреба, а в кабинете повисла такая тишина, что я слышала собственное прерывистое дыхание. Лиам не отстранился.

Напротив, его пальцы, запутавшиеся в моих распущенных волосах, слегка сжались, заставляя меня поднять голову еще выше.

​— Ты ведь понимаешь, Эмма, что никакой отчет не стоит того, чтобы сидеть здесь в одиннадцать вечера? — его голос понизился до едва различимого шепота. — Ты осталась, потому что тебе тоже не хватило субботы. Тебе не хватило того, как я смотрел на тебя.

​— Вы слишком самоуверенны, — выдохнула я, хотя мое тело предательски подалось вперед, навстречу его теплу. — Это просто... обстоятельства.

​— Обстоятельства — это гроза. А то, что я сейчас чувствую твой пульс под своими пальцами — это химия. И ты не можешь её отрицать, как бы сильно ни застегивала свою блузку.

​Лиам медленно, словно давая мне последний шанс оттолкнуть его, склонился к моему лицу. Я видела каждую золотистую искорку в его темных глазах. Расстояние сократилось до невозможного. Когда его губы коснулись моих, это не было похоже на атаку. Это был глубокий, властный и до боли правильный поцелуй, от которого у меня окончательно выбило почву из-под ног.

​Я ответила. Ненавидя себя за слабость, ненавидя его за то, что он был прав, я запустила руки в его волосы, притягивая ближе. Все мои барьеры, которые я так старательно выстраивала в течение дня, рухнули, как карточный домик.

​Лиам глухо зарычал, перехватывая меня за талию и одним рывком усаживая на край своего дубового стола. Стопка бумаг с тем самым злосчастным отчетом с шорохом полетела на пол, но никому из нас не было до этого дела. Его руки — горячие, уверенные — скользили по моей спине, сминая ткань дорогого пиджака.

​— Значит, «адреналин»? — прошептал он в мои губы, на секунду отстранившись. Его глаза сияли первобытным триумфом. — Скажи мне это еще раз, Эмма. Скажи, что ты меня ненавидишь.

​— Ненавижу, — выдохнула я, снова притягивая его за галстук. — Ненавижу за то, что ты делаешь со мной.

​— Хорошо, — он снова накрыл мои губы своими. — Продолжай меня ненавидеть. У нас впереди целая ночь и пустой офис.

​Гроза снаружи бушевала с новой силой, молнии разрезали ночное небо, на мгновение освещая кабинет и двух людей, которые окончательно стерли грань между враждой и страстью. В этот момент я поняла: завтрашнее утро будет еще более сложным, чем сегодняшний понедельник. Но сейчас, в полумраке его кабинета, существовал только он и тот пожар, который он во мне зажег.