Три года спустя.
Четвертый год. Если считать от первого дня, когда Эвелин Холл вошла в башню Старка с планшетом, блокнотом и желанием делать свою работу хорошо. Три года если считать от боя с Кроссом, от падения с девяносто седьмого этажа, от брони, которая прилетела сквозь небо и спасла ей жизнь. С тех пор мир менялся. Мстители менялись. Башня менялась. Эвелин менялась тоже.
За три года было девять крупных боёв. Не считая мелких ограблений, аварий, погонь, которые Питер разруливал сам, звоня Эвелин после каждого, не потому что должен, а потому что не мог не звонить. Девять боёв, в каждом из которых башня получала новые трещины, а ремонтные бригады получали новые сверхурочные. Холл знала каждого рабочего по имени, Хосе, Рик, Маркус, маленький Пабло, который носил кофе всем и говорил, что «мисс Холл единственный человек в этой башне, который не кричит».
Первый год был посвящён зачистке. «Серпент-47» был закрыт, но хвосты тянулись: поставки, посредники, подставные компании. Тони собрал команду, пять инженеров, два аналитика, юрист и Эвелин. Два месяца они просиживали в переговорной, разбирая каждый файл, каждый маршрут, каждый перенаправленный груз. Девушка вела протокол. Каждый день, каждую встречу, каждый звонок. Она знала имена, даты, суммы. Она знала, кто врал, кто молчал, кто сотрудничал.
Тони доверял ей настолько, что перестал проверять. Просто спрашивал: «Холл, что думаешь?» И она отвечала. Прямо. Без «может быть» и «возможно».
- Этот ненадёжен. Этот надёжный. Этого уволить.
- Холл, Рэндалл работает со мной десять лет.
- Рэндалл передавал данные Фрая третьим лицам. Вот отчёт. Страница сорок семь, пункт три.
- Откуда ты...
- Я проверяю всех, Тони. Всех.
Он посмотрел на неё, на отчёт, на неё и смирился.
_
Фрай сидел в тюрьме. Кросс был мёртв. Но цепочка поставок тянулась через шесть стран, четырнадцать компаний и тридцать два банковских перевода. Эвелин распутала её за четыре месяца. Старк помогал когда выходил из мастерской, когда не чинил броню, когда не летал на вызовы. Но основную работу теперь делала она.
Бумаги были подписаны в феврале. Тони собственноручно, чёрной ручкой, на бланке Старк Индастриз, в присутствии юриста и Пятницы, которая зафиксировала каждый росчерк.
- «Настоящим удостоверяю, что Эвелин Холл назначается генеральным директором Старк Индастриз с полномочиями...» - Пятница читала вслух, пока Тони подписывал.
- Холл, ты понимаешь, что это значит? - сказал он, протягивая ей копию. - Ты теперь мой начальник. Формально.
- Формально ты акционер с контрольным пакетом. Фактически да, я буду принимать решения.
- И я буду... подчиняться?
- Ты будешь слушать. Подчинение это твоё слово. Я предпочитаю «сотрудничество».
- «Сотрудничество», - повторил он с ухмылкой. - Ты говоришь «сотрудничество», а имеешь в виду «делай, как я сказала».
- Иногда. Но ты всегда можешь высказать своё мнение.
- Моё мнение, что я не хочу подчиняться.
- Записала. Мнение учтено. Решение остаётся за мной.
Он посмотрел на неё, и его лицо было смесью удивления, восхищения и чего-то третьего, что он прятал за ухмылкой.
- Ты изменилась.
- Потому что на моих плечах теперь компания. Твоя компания. Которую ты доверил мне. И я не собираюсь подвести.
- Я знаю. Поэтому и подписал.
С этого дня Эвелин стала генеральным директором Старк Индастриз. Не по названию, по сути. Она приходила в офис на Манхэттене три раза в неделю, вела встречи, подписывала контракты, утверждала бюджеты, увольняла и нанимала. Тони приходил реже, но когда приходил садился в кресло, закидывал ноги на стол и говорил:
- Холл, я тут подумал...
- Ноги со стола.
- Я вроде босс?
- Ноги со стола. Так что ты там хотел?
Он убирал. Каждый раз. Не потому что боялся. Потому что ему, если честно, нравилось, что кто-то рядом не боится сказать ему «нет».
_
Частный самолёт Тони Старка был тем, что Питер называл «летающей квартирой». Кожаные кресла, бар, две спальни, душ, спутниковая связь, и на борту еда, которую девушка заказывала заранее, потому что Тони забывал.
- Холл, мы летим в Лос-Анджелес. Зачем?
- Совет директоров Западного побережья. Ты должен присутствовать.
- Я должен? Разве ты не...
- Я ген.директор, но ты лицо компании. Они хотят видеть тебя. Не меня.
- Они увидят меня и разочаруются.
- Они увидят тебя и подпишут контракт. Потому что ты Тони Старк, и ты умеешь очаровывать, когда хочешь.
- «Очаровывать»? Это теперь в моих обязанностях?
- Да. Под пунктом «не позорь компанию».
- Да ебать..
- Тони.
Самолёт взлетал, и они сидели друг напротив друга Эвелин с ноутбуком и папкой, Тони с бокалом чего-то безалкогольного и планшетом, на котором он чертил схемы новых костюмов.
В Лос-Анджелесе у Тони был особняк в Малибу стеклянный, открытый, с видом на океан, который Холл видела только из окна машины, потому что встречи были в офисе на Уилшир-бульваре, а не на пляже. В офисе Старк садился в кресло, расстёгивал верхнюю пуговицу рубашки и начинал говорить. И Эвелин каждый раз поражалась: он мог не читать отчёт, не знать цифр, не помнить имён, но когда он говорил все слушали. Потому что он говорил то, что никто другой не мог сказать: просто, ясно, с той интонацией, которая заставляла поверить, что всё возможно.
- Леди и джентльмены, - говорил он, и его голос был голосом человека, который знает, что мир можно изменить, и собирается это сделать. - Я не буду вам врать. Наши показатели за квартал не идеальные. Но знаете, что идеально? Наши технологии. И люди, которые их делают. Инвестируйте в них, а не в графики. И через год графики догонят.
_
После встречи, в машине его ждала Холл и Хэппи.
Тони хмыкнул. Потом посмотрел в окно, на океан, на пальмы, на город, который мелькал за стеклом:
- Холл, ты... рада, что согласилась?
- На что?
- На всё. На работу. На башню. На меня.
Эвелин посмотрела на него. На его усталое лицо, на расстёгнутую рубашку, на руки, которые лежали на коленях, и подумала: «Четыре года. И он всё ещё спрашивает, рада ли я.»
- Да, - сказала она. - Рада.
- Хорошо. Потому что без тебя эта компания развалилась бы за полгода.
- За три месяца. Я уже исправляла бюджет.
- Вот именно.
В Вашингтон летали дважды: на встречи с Пентагоном по вопросам оборонных контрактов. В Чикаго однажды, на открытие нового исследовательского центра. В Сан-Франциско трижды, потому что там была лаборатория, которую Тони считал своей любимой. В каждом городе был особняк, офис, гараж с машинами, которые он не водил, и кухня, на которой Эвелин готовила ужин.
- Холл, в Сан-Франциско лучший рыбный ресторан на побережье. Зачем паста?
- Потому что после пасты ты работаешь. После ресторана спишь.
- Это... объективно.
- Это проверено. Три года назад ты поел в ресторане в Чикаго и уснул на совещании. Я была свидетелем.
- Я не уснул. Я... закрыл глаза для размышлений.
- Ты храпел. Пятница записала.
- Пятница записывает всё?!
- Всё. По моей инструкции.
- Ты... ты организовала слежку за мной?
- Я организовала мониторинг вашего состояния. Для безопасности.
_
Офис Тони Старка на Манхэттене, на сорок втором этаже башни, был тем местом, где Эвелин проводила больше времени, чем где-либо. Не мастерская, не кухня, не балкон, а офис большой, светлый, с окном во всю стену, с столом из тёмного дерева, с тремя мониторами, с кожаным креслом, которое Старк называл «троном», и с фотографией на стене, Тони, лет десять назад, с бородой и в рубашке с цветами. Всё как обычно.
Она сидела в этом кресле. Не он. Она. Потому что генеральный директор должен сидеть в кресле генерального директора, а Тони в мастерской, где ему было место. Но иногда он приходил. И тогда начиналось.
- Холл, я тут подумал...
- Ноги со стола.
- Я ещё даже не положил.
- Ты собираешься. Я вижу по лицу. У тебя 30 секунд. - посмотрела она на наручные часы на своем запястье и продолжила. - Уже 29.
Тони сел в кресло напротив, откинулся, положил ногу на колено. Не на стол. Но близко.
- Я пришел сказать, что хочу сделать новый костюм. Для Паркера.
- Так ты не извиняться пришел?
- Слушай, это без слов ясно. Я думал это сделать. Прежде я был не до конца...честен с тобой, но я хочу всё исправить. Я подвину это? - указал он на магнитный маятник напротив себя, что крутился без остановки. - Это страшно бесит, я пытаюсь что-то сказать а..
- Нет. - перебила его девушка.
- Нет. - повторил он ее ответ убедившись в сказаном и смирился подвинув свой стул подальше от маятника.
- Кхм. Ведь жизнь коротка, верно? И если я до сих пор ни разу не выразил..хотя впрочем это для меня самого откровение, но не важно. Э..то есть важно! Я был бы рад, но я не жду что ты ну... Слушай, я хочу сказать, я просто скажу, что я.. - тараторил Тони, но его перебили вновь.
- Я тебя прерву на секунду? Ладно? - сказала она, а он кивнул в ответ и тут же та продолжила. - Потому что если ты скажешь «Я» хотя бы ещё раз..
- «Я» много, я понял. - бурчал он себе под нос.
- Я запущу тебе в голову что-то тяжёлое. Ясно? Я пытаюсь управлять этой компанией, ты хоть понимаешь как сейчас это трудно делать?
- Да.
- Люди надеятся на железного человека, а ты взял и исчез в моменте и теперь мне приходится принимать все удары на себя. - все это время мужчина складывал из бумаги бумажный самолётик и запустил в лицо девушке, та поймал и смяла в руке оригами. - Я пытаюсь делать ту работу которую ты должен делать. - Тони смотрел исподлобья и замялся.
- Ты принес мне шоколадные конфеты? - спокойно спросила она. - Ты в курсе, что это единственное в мире, на что у меня аллергия?
- Аллергия на шоколад, угу. - пауза. - Это шаг вперёд ,Холл, я сейчас вспомнил почему ты неравнодушна к нему. - показал рукой на коробку шоколадных конфет, которую сам же принес.
- Я так хочу... - начала Эвелин.
- Я тоже хочу..
- Чтобы ты ушел. Живо. - закончила она и увидела на себя удивленный взгляд Тони, который замер от такого диалога.
В дверь постучали и вошла высокая блондинка с папкой в руках, цокая каблуками. Она прошла мимо Старка к Эвелин, а у дверного проёма стоял Хэппи с чемоданом.
- Мисс Холл, ваш вылет через 20 минут. - проговорила она протягивая бумаги.
- Спасибо.
- Что нибудь нужно босс? - спросил Хэппи обращаясь к девушке.
- Нет, Хэп.. - только хотел продолжить Старк, ведь подумал, что спросили у него, но брюнетка перебила кинув взгляд на него
- Я спущусь через пару минут. - подписывала она бумаги от блондинки.
- Я лишился обоих детей после развода. Хах. - развел он руками смеясь, но тут же замолк, это было не смешно. - Кхм, как вы успешно внедрились Пеппер. Вписались в Старк Индастриз так сказать. Вы же Пеппер, да? Мне казалось вы не очень ладите. - указал мужчина на девушек перед собой.
- Это не так. - ответила Эвелин.
- Подружились против меня. Я понял.
- Раз уж ты приехал, может вы с Пеппер решите как вывезти твои личные вещи. - встала директор.
- Непременно. - согласилась секретарша.
Холл обошла мужчину и вышла из кабинета вместе с Хэппи. Старк лишь провожал не взглядом, не понимая где облажался.
- Умеешь ты рот на замке держать. - проговорила Пеппер собирая бумаги со стола.
- А ты чудо! - резко развернулся он к ней на кресле. - Ты умопомрачительно двулична, как тебе удаётся? Ты не двойной агент, ты тройная дрянь, я в жизни таких не видел, в тебе есть хоть что-то настоящее? Говоришь на латыни? - снова тараторил он жестикулируя.
- Aut te ipsum domum veneris, aut securitatem vocabo. - произнесла девушка собираясь уходить.
- Что это? Постой, что? Что ты сказала? - повернулся Тони к ней.
- Или ты сам пойдешь домой, либо я вызову охрану. - и ушла.
- Ты чудо! - бросил он ей в след.
Старк лишь пребывал в шоке от такого отношения к себе, а ведь недавно Холл была его спокойной секретаршей, а Пеппер удаленным ассистентом. А то, что произошло сейчас, лишь последствия недавней ссоры, в которой мужчина был неправ, но обидел он Эвелин знатно. Посидев немного, размышляя обо всем, он встал взяв в руки коробку конфет и выбросил их в ближайшее мусорное ведро перед тем как выйти из кабинета, который по всей видимости больше не принадлежит ему.
_
Питер за три года вырос. Голос сломался и стал глубже. Лицо вытянулось, скулы обозначились, и Эвелин иногда ловила себя на мысли, что мальчик, которого она когда-то учила печь кексы, превращался в молодого мужчину. Но внутри внутри он был тот же. Тот же Питер, который звонил по пять раз в день, чтобы рассказать про кота с дерева, про пятёрку по физике, про то, что ЭмДжей улыбнулась ему в коридоре, и это было «лучшее, что случилось за неделю, нет, за месяц, нет, за год».
Он звонил Эвелин по телефону. Часто. Не по делу, не по «работе» просто чтобы поговорить. О школе, о городе, о том, что он видел, когда летел над крышами закат, который был «такой оранжевый, что казался фальшивым», старик, который кормил голубей в парке и «выглядел так, будто он единственный, кто понимает, что жизнь это не спешка», девочка, которая потеряла мяч и плакала, а он спустился с крыши, нашёл мяч в водостоке и вернул, и она «посмотрела на меня так, будто я супергерой, и я не знал, что сказать, поэтому сказал: "Пожалуйста", и убежал».
- Питер, ты не должен убегать от детей, которых спасаешь.
- Я знаю! Но она смотрела так! И я... я растерялся! Я умею бить роботов, но не умею говорить с детьми!
- Просто скажи: «Рад помочь».
- «Рад помочь»? Это... это звучит как из учебника.
Он приезжал в башню раз в неделю, иногда два. Врывался, как маленький ураган рюкзак на одном плече, вопросы в голове. Иногда в костюме, если прилетал прямо с патруля. Иногда в обычном, если ехал из школы. Эвелин встречала его на кухне, где всегда был чай и печенье, которое Питер привозил от Мэй.
- Эвелин! Привет! Я привёз печенье, это Мэй испекла снова, а ещё она передаёт всем привет.
- Спасибо, я напишу ей, тебе чай или кофе?
_
Тони работал над костюмом Питера два с половиной месяца. В мастерской, за закрытой дверью, с голограммами, которые Пятница скрывала от Эвелин по приказу Старка. Девушка знала, что он что-то делает, но не спрашивала. Она видела он в форме, сосредоточен, увлечён. Так Тони работал лучше всего когда верил, что создаёт что-то важное.
И он создавал. Эвелин увидела костюм за день до презентации, когда Тони позвал её в мастерскую.
- Холл. Иди сюда. Посмотри.
Костюм стоял на манекене, в центре комнаты. Красно-синий, как прежний, но совершенно другой. Ткань была плотной, с матовым блеском, с тонкой текстурой, которая переливалась на свету. Линзы маски были большими, выразительными, с белой окантовкой. На груди символ паука, крупный, чёткий, с тонкими лапками, которые расходились по плечам и рёбрам. На руках веб-шутеры, встроенные в ткань, с маленькими лампочками на запястьях. На спине едва заметный выступ под парашют. На ногах подошвы с микрозахватами, для лазания по стенам. Так же присутствовал виртуальный помощник.
- Нанотехнологии? - спросила Эвелин.
- Частично. Ткань адаптируется к температуре, отталкивает воду, выдерживает порезы. Линзы AR-система: тепловые сигнатуры, расстояния, опасности. Веб-шутеры усиленные, четыре типа паутины обычная, электрическая, кислотная, и... сюрприз. Парашют в спине, автоматический. И - дрон. Маленький, на плече. Разведка.
- Дрон?
- Питер на сколько я помню любит гаджеты. Он будет рад.
Холл посмотрела на костюм, потом на Тони. Он стоял рядом, скрестив руки, и выглядел как художник перед законченной картиной.
- Ты сделал это для него, - тихо сказала она.
- Я сделал это для команды. Он - часть команды.
- Тони.
- Ладно. Я сделал это для него. Потому что он каждый день выходит в старом костюме с треснувшей линзой и не жалуется. Он заслуживает большего.
Тони не сидел в мастерской сутками. Он работал над новыми костюмами, над новыми технологиями, над идеями, которые приходили к нему в три часа ночи и не давали спать. Эвелин знала когда он не спит, он придумывает. Когда придумывает - мир становится лучше.
Он разработал новую модель брони: модель 51, «Mark». Легче, быстрее, с улучшенной системой защиты и автономным режимом, который позволял броне работать без пилота до тридцати минут. Он создал новый тип репульсора: концентрированный, с фокусированным лучом, который пробивал титан с тридцати метров. Он изобрёл нановолокно, которое самовосстанавливалось: мелкие повреждения затягивались за минуты, как кожа на живом человеке.
_
Я эту главу переписываю 4й раз за неделю, она мне все ещё не нравится.
Обожаю этот диалог в фильме с Пеппер в кабинете Старка, не могла не вставить его в своей истории.
Не забываем звёздочки🧡
Сейчас заметила, что все это время ставила перед репликами героев минус, вместо тире, исправлять это всё займет уйму времени, так что прошу прощения, надеюсь когда то руки дойдут до исправления ошибок🙏